Небесный рок

- Людвиг, а научи меня сочинять музыку, как ты, - огорошил отдыхающего пианиста Гальвана. Людвиг, смаковавший бамбуковый дым, закашлялся, едва не обронив палочку. - Научить тебя? - скептично переспросил он. - Да, - энергично кивнул Ван. - Меня. Я хочу писать музыку. Каждый раз, когда Людвиг думал, что Ван его уже ничем удивить не сможет, Ван умудрялся его удивлять. Писать музыку может далеко не каждый. Да, формально все монстры участвуют в сотворении новых мелодий, так как каждый в известной степени импровизирует, но основу, как правило, пишет кто-то один. Поэтому на каждом острове есть свой композитор. - Ты просишь научить тебя великому композиторскому мастерству, - чопорно начал он, - но ты просишь меня без уважения, словно сочинять музыку — всё равно что носки свои штопать. - А что, писать музыку так сложно? - с искренним любопытством спросил Гальвана. Людвиг прикрыл глаза и сделал глубокий вдох, однако бамбуковая палочка в его пальцах начала опасно потрескивать. - Ой... - Ван опасливо втянул голову в плечи. - Видимо и правда сложно. Но этому ведь можно научиться, так? Я тоже хочу писать песни для нашей группы. Чёрные глаза Людвига резко распахнулись, и в них полыхнул огонь гнева. Он хочет писать песни для их группы?! Наглый мальчишка! Людвиг писал композиции для этой группы с самого момента её основания, а этот выскочка в первый же год лезет на его место? Нет уж, Людвиг мог вытерпеть многое, но только не это. Пианист едва открыл рот, как его опередил знакомый мягкий голос со спины: - Хочешь писать для группы, значит? - Людвиг оглянулся через плечо и увидел Атмоза. - Коли хочешь — попробуй. - Что? - невольно вырвалось у остолбеневшего пианиста. - Круто! - обрадовался Ван. - Спасибо, Ат! Такой подставы Людвиг не ожидал. Он глубоко уважал своего лучшего друга и всегда прислушивался к его словам, однако стремление Атмоза во всём потакать Гальване он искренне не понимал. - Людвиг, ты ведь научишь его? - по-доброму поинтересовался гитарист. - Можно тебя на минуточку? - напряжённо процедил Людвиг. Едва друзья дошли до другого края острова, как Людвиг раздраженно вопросил: - Что всё это значит? - В молодости все хотят попробовать свои силы, - спокойно пожал плечами Атмоз. - Тебе ведь не трудно объяснить ему азы, верно? - Нет, ладно ещё, если у него не выйдет и он об этом забудет, - нервно сказал пианист. - А если выйдет? - И прекрасно! Значит откроем новый талант. - Ты ведь это не серьёзно, правда? - с последней надеждой спросил Людвиг, но Атмоз лишь в не понимании приподнял единственную бровь. - Своими решениями ты загубишь нашу группу, Ат, - твёрдо заявил пианист. - Мы уже потеряли свой оригинальный стиль из-за этого проходимца, а ты только представь, что будет, если мы начнём играть его музыку! Да нам останется только надеть клоунские колпаки и начать плясать. - Я понимаю твоё рвение сохранить наше оригинальное звучание. Но закостенелые принципы — это прямой путь в могилу, - мягко возразил Атмоз. - Как будто мы сейчас идём не по нему, - огрызнулся Людвиг и упёр одну пару рук в бока, а другую сложил на груди. - Скажи мне, друг мой, кто будет о нас помнить, когда нас не станет? - грустно спросил его Атмоз. - И за этим ты притащил сюда абсолютно левого парня? Ради памяти? - Не только, - спокойно ответил гитарист. - У него хорошие данные и наверняка есть скрытые таланты. Кто откроет их, если не мы? В обычных школах монстров его уже научили всему, чему могли. Высшему мастерству он может научиться только здесь. - Сердобольный ты маразматик, - в негодовании бросил Людвиг. - От старого пня слышу, - легко парировал Атмоз. - Неужели нельзя просто дожить эту жизнь в покое? - вопросил пианист. - Обязательно на старости лет надо завести малолетнего спиногрыза, который будет морочить голову своими глупыми идеями? - Только благодаря ему мы все тут ещё не сбросились с острова от скуки. - Да? Отлично, а я скоро сброшусь из-за него, - оскорблённо вздёрнул подбородок Людвиг. - Хех, старикан угрожает самоубийством, хорошая шутка, - усмехнулся в бороду Атмоз, но тут же принял крайне обеспокоенный вид. - Не смей этого делать, понял? - Много чести для наглого мальчишки, - нарочито равнодушно заявил Людвиг. - Пустяк вроде него даже зацепить меня не способен. - Вот и хорошо, - выдохнул Атмоз. - Тогда иди и расскажи ему азы композиции. Он всё равно от тебя не отстанет. Людвиг скрипнул зубами и уже приготовил пару ласковых, но Атмоз безаппеляционно развернулся и направился в свой дом. - И почему все вокруг только и делают, что нарушают данное слово, предают свои принципы и забывают традиции?.. - задал риторический вопрос Людвиг. Они со Скараситаром сидели на краю маленького островка, что крутился вокруг основного, и оставляли опущенными в облака ногами завихрения. "Ты слишком предан традициям и принципам" - по свисту Скара понял Людвиг. "Это не плохо, но и не хорошо. Жизнь — это постоянные изменения. Кто не меняется, тот остаётся в прошлом". - Но ведь изменения должны быть гладким и гармоничными, - возразил Людвиг. "У каждого свой взгляд на вещи, - ответил Скар. - Я знаю, тебе трудно ссориться с другом, но похоже, что ваши взгляды сильно разнятся". Людвиг устало провёл ладонью по лицу. Это правда. Но когда это успело произойти? Столько лет они жили душа в душу, как вдруг появился этот Гальвана, и всё пошло под откос. Атмоз стал уделять ему едва ли не всё свободное время — обучать вокальному мастерству, отвечать на его вопросы, просто болтать с ним вечерами… И что Ат в нём нашёл? Что такого есть в Ване, чего нет в их группе? Голос? Вряд ли. Молодость? Людвиг вздохнул. Да, изобилие энергии, гибкий ум, любопытство… Атмоз не слукавил, сказав, что Ван не даёт им состариться. С ним они стали собираться на репетиции раза в два чаще, чем до этого. Новый вокалист разбрасывался свежими идеями направо и налево, постоянно донимал всех своими вопросами и удивлялся тому, как быстро выдыхаются участники группы («Всего каких-то четыре часа, ребят, серьёзно? Я готов петь днями напролёт» - сказал им как-то Ван). Все они когда-то такими были. Но вновь такими им уже не стать, как ни старайся. Однако Атмоз, похоже, никак не может с этим смириться, раз стал заглядываться на молодых и забывать о старых друзьях. Вот маразматик, он что, надеется перехитрить старость? Напыщенный эгоист, только о себе и думает… Людвиг почувствовал, что закипает и решил снова отвлечься на разговор. - А что о появлении Вана думаешь ты? - спросил он у ситариста. "Ты меня знаешь, я предпочитаю плыть по течению и сохранять равновесие. От меня здесь мало что зависит". - Это потому что ты никогда не высказываешь своё мнение. А если бы высказывал, я уверен, оно бы имело вес. "Но я этого не хочу, - пожал плечами Скар. - Мне нравится наблюдать за событиями, не вмешиваясь в них". - Но у тебя ведь всё равно есть какие-то желания или предпочтения. "Я уже давно перестал что-либо хотеть или чувствовать, - ответил Скар, безмятежно глядя на облака. - Гладь моего сознания забыла, что такое волны". - Мне бы твоё равнодушие... - вздохнул Людвиг. "Желание обладать тем, чего у тебя нет, создаёт лишь новые проблемы. Любые желания создают проблемы. И нежелания тоже". - Это точно, - хмуро кивнул Людвиг. "Если ты ждёшь моего совета, то мне нечего тебе посоветовать. Поступай так, как хочешь. К гармонии есть лишь два пути: через удовлетворение всех своих желаний в максимальном объёме и через уменьшение своих запросов до минимума". - Да, - вздохнул Людвиг. - Приму к сведению. - Людвиг! Людвиг, вставай! Хватит спать! - прорезался сквозь сон голос Гальваны. - Лю-ю-юдви-иг! Пианист с недовольством разлепил веки и по уровню освещения понял, что на часах без десяти минут несусветная рань. - Завтра настало, Людвиг! Ты обещал начать занятия завтра и оно настало! - продолжал голосить своим звонким тенором Ван. - Хватит горланить, - зашипел на него Людвиг, высунувшись из своего окна. - Никакое сегодня не завтра. Сегодня есть сегодня, а завтра будет завтра. - Эй, я не настолько глуп, чтобы на это повестись, - возмутился Ван. - Ты же обещал! - Который час? - недовольно спросил Людвиг, приводя в порядок свою взъерошенную шевелюру. - Почти пять утра, - лучезарно улыбнулся Ван. - Именно, - процедил пианист. - А я встаю в десять. Так что катись отсюда куда подальше и до десяти не появляйся. Разговор окончен, - отрезал он и, захлопнув окно, задёрнул плотные шторы. Мгновение спустя над Стархэнджем разнёсся дикий хриплый рёв. Ещё через секунду на крыльце своего дома появился крайне настороженный Людвиг. - Это не я, - испуганно пискнул Ван, прижавшись к своему посоху. Людвиг, не обратив на него внимания, быстрым шагом направился к пещере Ледника, откуда доносились душераздирающие крики.