Подарок Сумрака

Антон приходил в себя эпизодически: он точно слышал недовольный рык смилодона, голоса врачей и Бориса Игнатьевича, а потом сознание опять уплывало. « Их нужно срочно к лекарю! » « Это удивительно! …нельзя, вы понимаете? Нельзя! » « Как долго это продлится? » Городецкий чувствовал, как его куда-то переносили, осматривали, пытались разжать руку, и он каждый раз пассивно сопротивлялся, тянулся к теплу рядом, тому, что так спасало в Сумраке. И его согревали, прижимали близко, позволяя чувствовать легкое дыхание и мерное биение сердца. Антон медленно открыл глаза и уперся взглядом в родинку, очень знакомую, надо сказать. — Проснулся? — шепотом спросили чуть выше. Светлый кивнул в ответ, всё так же не отрываясь от разглядывания чужой шеи. В голове было приятно пусто, ничего не болело, правда, поза казалась немного неудобной. Антон прикрыл глаза, легонько вздохнув, рядом зашевелились, и теперь он, всё также лежа на боку, уткнулся носом в чужую грудь. Городецкий сделал ещё один вдох, чувствуя запах мыла, лекарств и кожи. Чужая теплая ладонь легла на поясницу и постаралась прижать теснее, но между телами остались сцепленные ладони. Антон моментально распахнул глаза. Воспоминания обрушились на него как огромный сугроб с крыши многоэтажки. Утренний вызов… штаб… библиотека… холод Сумрака, пробирающий до костей… объятия… кольцо… мешанина силы и воспоминаний. — Городецкий, успокойся! — строгий голос Завулона отрезвил. Светлый отодвинулся и посмотрел на сцепленные уже в рукопожатии руки. — Получилось? — голос у Антона хрипел и не слушался. — Получилось — усмехнулся Тёмный. — Только мы с тобой теперь, в некотором смысле, связаны. — Это в каком же? — Антон предпринял попытку отодвинуться от приятного тепла и вытащить руку из захвата. Последнее ему не удалось и это жутко раздражало. Он попытался дернуть ещё раз и прислушался к ощущениям. Завулон его не держал, это точно, зато удерживала какая-то невидимая нить, которая намертво вцепилась в ладонь и безымянный палец. — Глянь через сумрак, только осторожно. — подал голос Тёмный. Антон мысленно закатил глаза, он и сам уже догадался… Картина, которую он увидел в Сумраке, радовала окружающим спокойствием: никаких бурь и ряби, но вместе с тем напрягала образовавшейся между ним и Завулоном связью. Казалось, что кольцо в Сумраке медленно плавилось и жидкий металл вливался в центр ладони, вплетаясь в энергетические каналы.Это было устрашающе красиво. — Оно что, разрушается? — нахмурившись спросил Антон. — Я слышал, что наши Великие коллеги, на пару с лекарями решили, что так артефакт делит силу между нами, у меня нет оснований им не доверять. Светлый поднял голову, тут же встречаясь с изучающим взглядом серых глаз. Секунду он смотрел прямо, а потом, не выдержав, начал рассматривать белые стены, потолок, блики закатного солнца, изголовье кровати. В это время в коридоре раздались приближающиеся шаги, сопровождающиеся тихим разговором. Дверь за спиной открылась, но посмотреть кто вошел, Городецкому не позволили. Жесткая ладонь на пояснице придвинула к себе со всей силы, заставив вновь уткнуться носом в грудь, и почувствовать чужое тепло. Антон даже на секунду прикрыл глаза от удовольствия, было в этом что-то особенное. Правда, рука зажатая под боком, затекала. — Проснулись уже? — вопрос, в котором читалась усмешка, настораживал, тем более что исходил от Бориса Игнатьевича. Светлое Дозорное Начальство явно веселила вся эта ситуация, ну или оно просто было счастливо, что избавилось от некоторых проблем. — Проснулись. — равнодушно отозвался Завулон, по-прежнему крепко прижимая к себе Антона под одеялом. — Что скажешь нам, Гесер? Антон попытался отодвинуться и всё же посмотреть на Бориса Игнатьевича, хоть краем глаза. Да и такие тесные объятия с главой Дневного дозора для него в новинку. Темный, видимо, почувствовал, что Городецкий от своей затеи не откажется, расслабил руку и когда светлый лег на спину, его ладонь оказалась на выступающей бедренной косточке. Антон мысленно порадовался, что они укрыты довольно объемным одеялом. Глава Ночного дозора сидел на стуле, рядом со второй пустующей больничной кроватью и не выражал особого беспокойства, по крайней мере на первый взгляд. — Могу вас поздравить, артефакт вам подчинился, сейчас он будет делить между вами свою силу. На тебе, Завулон, это не особо отразится, а вот у тебя, Антон, магический потенциал увеличится. Это хорошая новость. — А плохая? — все так же тихо спросил Завулон. — Вам какое-то время нельзя будет пользоваться магией и входить в Сумрак, при этом вы должны быть рядом неотлучно, примерно… неделю. Это обязательно для того, чтобы деление проходило равномерно, без перекосов. — То есть мы стали крупной, яркой и абсолютно беззащитной мишенью. Замечательно! — в настроении Темного Антон тут же уловил раздражение, быстро сменяемое активной работой мысли. Завулон попытался достать руку из-под одеяла. Он скользнул пальцами по животу Светлого, заставив мышцы напрячься, а самого Антона задержать дыхание. Тёмный откинулся на спину и прикрыл глаза рукой, когда Городецкий внезапно ощутил всей кожей неприятный сквозняк, будто и не укрыт вовсе одеялом. — Вам надо спрятаться, исчезнуть ненадолго со всех радаров.- Гесер поднялся с места и подошел к кровати, на которой лежали «больные» — Без тебя, Завулон, твой Дозор неделю продержится. Юрий справится. Аналитики без тебя, Антон, тоже, проживут, а там глядишь и деление закончится. — И как нам прятаться, если магию использовать нельзя? — задал вопрос в никуда Городецкий. — На самолете путешествовать? Да нас любой иной засечет на раз два. Дозор, Инквизиция… Антон откровенно терялся. Всё же за столько лет привыкаешь пользоваться магией даже на повседневном уровне, а тут… А ведь его Всетемнейшество прав. Инквизиция информацию, конечно, засекретит, только вот на Завулона, да и на самого Антона и так много обиженных, что разузнать где они и что случилось не проблема. Им жизненно необходимо спрятаться… — Думайте, — продолжил Гесер. — на создание одного совместного портала и только для себя, вам энергию задействовать можно, конечно, при условии абсолютного баланса сил. — Абсолютного баланса сил. — тихо повторил Светлый, когда за Главой Ночного дозора закрылась дверь. Доверять кому-то рискованно — люди всегда люди, даже если иные. Квартира Антона — не вариант. В ней защита настроена не пропускать Главу Дневного дозора, а перенастраивать её сейчас нельзя. Завулон рядом зашевелился, и Антон, повернув голову, увидел его легкую улыбку и абсолютно спокойное лицо — настроение его Всетемнейшества точно ползло вверх. Городецкий приподнял бровь в немом вопросе, а Тёмный будто подтолкнул к поверхности его воспоминания о доме, библиотеке и поцелуях. Светлый только молча кивнул, стараясь подавить внутреннее смущение — он помнил, чем обернулись эти самые поцелуи. Темный поднялся и сел в кровати, потянув за собой и Антона. Они просто смотрели в глаза друг другу и чувствовали, что у них своя ниточка связи в Сумраке, абсолютно обособленная. Завулон прикрыл глаза, делая пару глубоких вдохов, Светлый последовал его примеру. — Нужно убираться отсюда. И чем скорее, тем лучше…- Городецкий открыл глаза, услышав фразу, да так и замер — губы Темного по прежнему были сжаты в линию. — Прекрати на меня залипать, Городецкий… — с усмешкой зазвучало в голове. — Мне, конечно, нравится твоё внимание, но давай отложим эти игры… — Как ты это делаешь?! — Как показалось, закричал Антон. — Так же как и ты… Давай всё потом… Надо уходить, моё предчувствие, не хуже линий вероятности, предсказывает нам проблемы. — Почему именно туда? — Об этом месте знаем только мы… Так уж случилось, что доверился я только тебе и себе, больше никто не знает про этот дом и мы оба будем там в безопасности. Городецкий кивнул в знак согласия. — Вспомни в деталях то место, где вышел из портала, так меньше сил затратим… Антон закрыл глаза, пытаясь в точности воспроизвести в голове тот фрагмент сада и вид на дом. — Готов? — Да. Схема создания портала была простая, отработана на практике до мелочей. Но одно дело, когда ты делаешь это сам "от и до", и совсем другое — с тем, кто сильнее — причем надо сделать это при равном вливании силы. В этом плане их ментальная связь с Завулоном помогала как никогда — они очень точно чувствовали друг друга, и в итоге справились с задачей. Ощущение портала было иным, будто шагнул в трубу на аттракционах, и она обдает тебя потоком воздуха и ярким светом, пусть и всего на секунду. И вот они уже стоят в той самой точке, куда Антон вышел первый раз. — Получилось, — тихо выдохнул Тёмный.- И то, что первый этап прошёл успешно — доказывает, что мы на правильном пути! Пошли в дом, жутко хочу есть и в туалет. Антон сначала не понял, какой ещё этап? Потом ощутил, что ладонь уже свободна. По-крайней мере, острой необходимости держать руки вместе нет. Только вот отпускать Темного как-то не хочется. Уют, тепло, своеобразная поддержка — это начало в него «прорастать» не физически, а как-то глубже. Ещё свеж в памяти холод Сумрака и чужие заботливые объятия. Но, кажется, Светлый только сейчас осознал всю тяжесть предстоящей недели. Ему, привыкшему после развода к холостяцкой жизни, будет очень проблемно находиться в столь плотном контакте с кем-то. Он и друзей-то норовил через несколько часов вежливо выпроводить, а тут… Завулон, явно Антоном заинтересованный, перед которым Городецкий словно открытая книга. Впрочем, последний факт работает в обе стороны и этим можно воспользоваться. ...