I shall not live in vain

— Напомни-ка, почему мы везём её в мою квартиру? — морща нос, спросил Джонни. Он прижался боком к двери, чтобы как можно ближе находиться к открытому окну. Вести машину было неудобно, но парень справлялся. Сэм сидел точно в такой же позе, высунув голову наружу. Он чуть повернулся и взглянул на друга. — Потому что моя квартира находится в центре города. Как думаешь, какова вероятность, что кто-нибудь заметит, как мы куда-то тащим тело девушки? — Вероятность, конечно, большая, — согласился Джонни. — Но только не говори мне, что тебя это действительно напрягает. — Этот факт — нет, но меня напрягают другие вампиры и Охотники, с которыми я не хочу видеться в ближайшее время. А с последними лучше вообще никогда. — Да, с Охотниками действительно встречаться как-то не хочется, — кивнул светловолосый, скривившись. Он неосознанно коснулся рёбер, словно пытаясь нащупать там ранение. — Скажи, у тебя бывают фантомные боли? — спросил Джонни немного неуверенно, — То есть… я имею в виду… мои конечности, конечно, на месте, просто иногда я чувствую неприятное покалывание в боку. Это началось после того нападения, помнишь? Нападение полугодовой давности. Помнил ли о нем Сэм? А разве о таком можно забыть? Можно ли забыть о том, как их окружили Охотники с арбалетами и как потом из их тел доставали эти проклятые болты? — Конечно, помню, — нахмурился молодой человек, запуская пальцы в растрепанные от ветра волосы. — Нас тогда действительно чуть не прикончили… — Охотники не знают, что такое честность, — прошипел Джонни и сжал кожаный руль, — зачем они постоянно гоняются за нами, а? — задал он риторический вопрос, но Сэм ответил. — Ты и сам знаешь. Они считают нас монстрами. — А мы монстры, Сэм? Да. — Не знаю, дружище. Не знаю. Поездка до место проживания светловолосого выдалась нервной и в каком-то смысле изматывающей для обоих молодых людей — запах крови девушки, лежащей на заднем сидении, не давал покоя. Но они смогли отвлечься с помощью разговора. Приятная или не очень беседа с другом — отличная возможность переключить внимание на что-то иное и просто почесать языком, а что может быть лучше чесания языка? Машина плавно остановилась на наземной парковке одного из многоэтажных зданий. Сэм вышел из машины и, оглядевшись по сторонам, открыл заднюю дверь и вновь взял Изабеллу на руки. Донести её до квартиры оказалось легче, чем предполагал темноволосый. Кровь больше не текла, и пусть чувствительные носы парней все равно улавливали приятный металлический запах — это больше не было невыносимо. — В моей квартире все пропахнет её кровью… — бубнил Джонни, открывая входную дверь. Сэм закатил глаза и легко толкнул друга плечом, входя в квартиру быстрее хозяина. — Перестань ворчать. Куда я могу её положить? Джонни открыл дверь в ближайшую комнату, пропуская друга вперёд. Сэм подошёл к большой кровати и аккуратно уложил на нее Изабеллу. Затем стянул с нее кроссовки и рубашку, запачканную кровью. Чистым рукавом Сэм протер шею девушки и внимательно посмотрел на укус, так мило оставленный им самим на этой тонкой шее. Тот выглядел очень воспалённым, чего можно было и избежать, если бы Сэм во время оторвался от Изабеллы. Накрыв девушку одеялом и поставив стул возле кровати, Сэм присел и откинулся на спинку сидения. Теперь оставалось лишь ждать, когда Изабелла очнётся, чтобы поведать ей чудесные-распречудесные новости об её новом положении в этом самом справедливом и добром, мать вашу, мире. В комнату зашёл Джонни и поставил еще один стул спинкой вперёд, уселся, положив руки на эту самую спинку. Он уставился на девушку точно так же, как и его друг. Первый тишину нарушил Джонни, который никогда не славился умением долго молчать. — А она симпатичная, — сказал он, — даже без вампирской сущности. Сэм не ответил, но и спорить не стал. Он посмотрел на Изабеллу по-другому, как умеют смотреть мужчины. Она действительно была симпатичной, даже скорее очень милой. Такая внешность бывает у людей, которые росли в любви и понимании, редко злились и обижались. И часто улыбались. Да, Сэм был готов поспорить, что Изабелла была именно такой. Ты будешь последним человеком на земле, которому она улыбнётся, идиота кусок. Сэм сжал зубы и отвел взгляд от лица девушки. Правда была неприятной, но она все ещё оставалась правдой. Вряд ли они когда-нибудь смогут стать с Изабеллой друзьями. — Может, сыграем в приставку, пока она не очнулась? — спросил Джонни, которому действительно было очень скучно просто сидеть на месте и следить за девушкой. Ничего же с ней не происходит — так какой смысл сверлить её взглядом, не проснётся же она от этого быстрее, верно? — Нет, Джо, в другой раз, — как-то устало произнёс Сэм, вставая со стула и подходя к небольшому книжному шкафу, где выбрал себе книгу и вернулся на место. Выражение лица Джонни было таким удивленным, а взгляд таким обиженным, словно ему отказали не в игре в приставку, а сказали, что Сэм больше не считает его своим другом. Но судя по лицу светловолосого — непонятно, что, собственно, хуже. — Она ещё даже не очнулась, а уже стала занозой в заднице! — Пробормотал Джонни и, достав из кармана джинс телефон, начал играть в одну из множества игр на своём смартфоне. Так парни на какое-то время погрузились в собственные раздумья, заняв себя играми и книгой, пока тишину не нарушила неприятная вибрация телефона, лежавшего на прикроватной тумбочке. Сэм взял его в руки и посмотрел на дисплей, хотя и без того знал, кто ему звонил. На экране была фотография красивой платиновой блондинки, сложившей руки на груди и снисходительно улыбающейся. — Что, не собираешься брать трубку от своей бывшей… — поймав раздражённый взгляд друга, Джонни, по-идиотски [по мнению Сэма, конечно] улыбаясь, добавил, — …наставницы? Темноволосый ответил, прижав телефон к уху, и показал Джонни средний палец. — Да? — Ну что, у тебя все получилось? — Из динамиков раздался приятный женский голос — Люсьена, черт бы её подрал. — Похоже на то. На том конце провода девушка глубоко вздохнула, даже не пытаясь скрыть своё раздражение. Сэм почувствовал, как его это слегка разозлило. — Не вздыхай так, словно тебе не нравится тот факт, что у меня получилось. — Но я действительно не в восторге, и не вижу смысла это скрывать. — Что, по-твоему, я должен был сделать? Убить её? — Пальцы сжали корпус телефона. — Как вариант. Почему бы и нет? Да пошла ты, тупая сука. Сэм хотел бы ответить именно так. Хотел бы сказать, чтобы Люсьена засунула своё ценное и очень важное для него мнение себе в задницу. Хотел бы, но не мог. — Алло, Сэм, ты слышишь меня? Помнишь, что завтра тебе нужно будет показать девчонку Дрэгосу? Молодой человек выдохнул — оказывается, он не дышал всё это время. — Помню, — произнёс Сэм, стараясь сделать свой голос максимально бесстрастным. Сейчас не время злиться, не время. — Хорошо. Увидимся завтра, Сэм, — сказала Люсьена, пытаясь предать своему голосу нежности, однако молодой человек, не попрощавшись, отнял трубку от уха и сбросил звонок. Тупая сука, тупая сука, тупая сука. — Эй, ты в порядке? — Джонни отвлёкся от телефона и посмотрел на друга. Тот глубоко вздохнул, на пару секунд прикрыв глаза. Спокойно, Сэм, спокойно. — Что она опять тебе наговорила? — Хочешь сказать, что не услышал? — Сэм открыл глаза и посмотрел на Джонни. — Услышал, конечно, но приличия ради должен был спросить, — он вздохнул и выключил телефон, — значит, Хилл не нравится, что теперь у тебя появилась новая забота в виде Изабеллы? Так еще и такая симпатичная забота… — Она надеялась, что я убью её! — Будто не слыша друга, прорычал Сэм и снова сжал зубы. Джонни нахмурился, вновь стиснул плечо друга пальцами — удивительно, это обычное касание практически всегда приводило Сэма в чувство. — Успокойся, Сэм. Ты её не убил. И не убьешь. Он замолчал, но лишь на несколько минут. — Но, знаешь, на твоём месте я не стал бы радоваться. Люсьенна оторвёт голову и тебе, и девчонке. Сэм хмуро посмотрел на Джонни и поморщился, понимая, что тот не очень далеко ушёл от истины, пусть он всего лишь шутил. Люсьена не оставит их в покое. Хоть это было и не лучшее, чем друг мог отвлечь его, Сэм всё-таки перестал думать о смерти и о том, какие непростые у него отношения с костлявой. Веки Изабеллы задрожали. Она медленно открыла глаза и практически сразу об этом пожалела: все жутко расплывалось. Ей захотелось вновь потерять сознание, когда она почувствовало, что её тело, которое до этого было неощутимым, тут же заболело изнутри, голова загудела, а укус на шее нарывал с такой силой, что захотелось избавиться от этой части своего тела. — О, очнулась! — услышала она голос слева от себя. Медленно перевела затуманенный взгляд и наткнулась на двух парней, сидящих на стульях возле кровати. Комната — чужая. Кровать — чужая. Одеяло, под которым она лежала, — тоже. Где я? Изабелла заставила себя приподняться на локтях, хотя сделать это оказалось тяжело: руки плохо слушались. Её мутило, голова кружилась, пусть девушка и оставалась в лежачем положении. Она молча уставилась на молодых людей, медленно вспоминая последние часы, когда была ещё в сознании. Квартира, метро, утренние новости, Дебра… Изабелла чуть заметно нахмурилась, вспоминая дальше. …работа, поздно закончили, ночной город, чёрная машина и… двое мужчин. Вспомнила. И, сглотнув накопившуюся слюну, быстро перевела взгляд с одного на другого. Они выглядели гораздо моложе, чем ей показалось при их «первой встрече». На вид им обоим было не больше двадцати трёх лет. А может они и вовсе были ровесниками Изабеллы. Сэм и Джонни так же молча смотрели на девушку. Растерялись. — Ну, привет, — прокашлялся Сэм, пытаясь подобрать правильные слова, — Меня зовут Сэм, а это Джонни, — он указал на друга и вновь застопорился, — дело в том, что… — Ты теперь вампир! — Джонни крикнул это чересчур жизнерадостно, улыбаясь так, словно только что он сообщил самую замечательную новость в мире. И совершенно не важно, что она звучала, как настоящий бред. Сэм чудом сдержался, чтобы не ударить себя по лбу. Джонни, ты — чертов гений! Изабелла не ответила. Она продолжала смотреть на них, а в глазах её плескалось множество эмоций, начиная от неверия и заканчивая страхом, который неприятно сковывал. Ситуация попахивала абсурдом. Двое парней сидели напротив неё и говорили, что она… теперь вампир. И все это происходило в чужой квартире. Была бы ситуация слегка другой, Изабелла рассмеялась бы им прямо в лицо. Вот только момент пускай и был странным — Изабелле было не до смеха. — Она нам не поверила, — сказал Джонни, смотря на друга. — А на что ты рассчитывал, друг мой гениальнейший? — ответил Сэм, тоже глядя на него. — Мне показалось, что проще сказать ей всё прямо! И вообще, почему это я тут распинаюсь, если она теперь твоя проблема? — Да я понятия не имею, какого хрена ты влез! — Ага, чтобы ты еще полгода тянул со своим «ну знаешь, дело в том, что…» — передразнивая Сэма, говорил Джонни. — Да пошёл ты, ничего я не тянул! Кажется, оба так увлеклись этой бессмысленной перепалкой, что совершенно забыли о том, что Изабелла была в сознании, сидела рядом и все прекрасно слышала. — Надо было позвать твою бывшую или Кена, чтобы поколдовали с её сознанием — и дело с концом, но нет, ты же, мать твою за ногу, такой благородный! — Заткнись, Джонни, ты не знаешь, что это такое, когда копаются у тебя в голове и заставляют твой разум плясать под чужую дудку! — Сэм гаркнул так громко, что Джонни, нахмурившись, тут же замолчал, а Изабелла дрогнула. — И я не хочу, чтобы в её голове копались. Потому что я знаю, каково это. Пока эта баталия продолжалась, Изабелла сидела неподвижно, боясь даже дышать, и смотрела на парней. Господи, да они психи. Нельзя тут оставаться. Нужно бежать. Она медленно высунула руки из-под одеяла и взглянула на сгибы в локтях, желая убедиться в том, что ей ничего не вкололи. Руки были ужасно бледными, тряслись, вены стали гораздо отчетливее, однако никаких признаков уколов не было. — Ладно, извини, — буркнул Джонни, — я перегнул палку. Сэм кивнул, понимая, что друг говорил не со зла. Они оба были на эмоциях. Молодые люди одновременно глубоко вздохнули и повернулись к Изабелле. Она замерла и вновь уставилась на них. Их странный диалог натолкнул девушку на еще одну мысль. Может, они…. сектанты? Она никогда не сталкивалась с представителями нетрадиционного религиозного движения, да и вообще не знала, какие секты есть у них в городе [и есть ли они вообще], но эти двое не были похожи на наркоманов, а говорили слишком безумные вещи. — Мы не сектанты, — вздохнул Сэм, словно прочитал мысли Изабеллы, а та даже дрогнула от такого совпадения. — Это не шутка, не розыгрыш. Как и сказал мой друг, ты действительно теперь вампир. И твоя жизнь изменится. Навсегда. Но ответа от Изабеллы и хоть какой-то реакции вновь не последовало. Ей было страшно реагировать хоть как-то. Единственное, о чем она могла сейчас думать — как бы поскорее убраться отсюда. — Ну скажи уже что-нибудь. Тишина. Сэм вновь глубоко вздохнул, запустив пальцы в волосы. — А ты уверен, что она вообще говорит на нашем? Или, может, ты так сильно укусил её, что она забыла, как разговаривать? — начал набрасывать разные теории Джонни, однако было заметно, что все это лишь очередные шутки, — Ха, точно, наверное, она ударилась голов… Джонни не договорил, потому что прямо в лоб ему прилетела толстая книга, которую читал Сэм, а после отложил на тумбочку рядом с кроватью. В Сэма же, чьё лицо слегка вытянулось от удивления, прилетела подушка. И если второму было совсем не больно, хоть и неожиданно, то первый с грохотом свалился со стула, увлекая его за собой, и застонал. Изабелла, которая и выкинула данный номер, вскочила с кровати и ринулась в сторону выхода. Запуталась в одеяле и чуть не врезалась в плазменный телевизор, висящий на стене: её слишком мотало из стороны в сторону, а тело продолжало пульсировать болью. Но адреналин придал сил. Бежать, бежать, бежать! Она наугад выбежала из комнаты, сшибая собой все, что стояло неаккуратно и так и норовило попасть под ноги и руки. Девушке удалось найти выход и даже открыть входную дверь, хотя замок не послушался с первого раза. Однако дело было явно не в замке, а в трясущихся руках. — Твою мать, нормально она забросила! — вставая с пола и потирая ушибленный лоб, проворчал Джонни. Над бровями, прямо посередине лба у молодого человека появилось красное пятнышко, которое совсем скоро пропало: буквально исчезло на глазах. — Надо идти за ней, — вздохнул Сэм, вставая со стула и бросая подушку обратно на кровать. Он не спешил, потому что знал — он сможет поймать девушку, при этом не прилагая много усилий. Даже не будь она в том состоянии, в котором прибывала в данный момент. — Шустрая она, — Джонни посмотрел на разбросанные вещи, которые задела девушка, и на открытую входную дверь. Парни прислушались и отчетливо услышали звук спускающегося лифта и прерывистое дыхание Изабеллы. Она решила воспользоваться лифтом? Ей ужасно повезло, что он приехал так скоро. — Ладно, я пошёл. Догоняй, — темноволосый вышел из квартиры. Изабелла выбежала из дома и первые несколько минут просто бежала не разбирая дороги: плевать куда, главное — подальше от этого дома и от двух психов, которые вдруг решили сообщить ей, что она вампир. Её все ещё шатало из стороны в сторону, а ноги были настолько ватными, что еле держали, тело била дрожь, явно не от холода. Дышать становилось все труднее, ночной осенний воздух царапал легкие, и казалось, что вот-вот Изабелла потеряет сознание. Перед глазами начали появляться чёрные круги, и тогда девушка завернула за угол одного из домов и резко остановилась, хотя знала, что так делать было неправильно. Но ей необходимо было отдышаться. Изабелль опёрлась рукой о стену, чувствуя, как её начинает подташнивать. Она согнулась, уперевшись второй рукой о колено, и прикрыла глаза. Дышать, дышать, дышать. — Действительно необходимо заставлять нас бегать за тобой? — раздался над ней уже знакомый голос, заставивший её дернуться и резко выпрямиться. Перед ней стоял Сэм, чуть наклонив голову набок и сложив руки на груди. Как он… как… Она отшатнулась от него, когда молодой человек сделал шаг навстречу, протянул к ней руку и спокойно сказал: — Пойдём. Пойдём!? Внутри у неё уже началась истерика. Девушка хотела закричать, но не смогла: язык будто онемел, а дыхание сперло. С её организмом творилось что-то ужасное, и Изабеллу пугало это ни чуть не меньше, чем два безумца, преследующих её. Она резко развернулась, намереваясь вновь убежать. Но каково было её огорчение, когда она увидела перед собой Джонни, замахивающегося на нее той самой злосчастной книгой, которую он встретил лбом буквально некоторое время назад. Теперь, кажется, была её очередь. — Блять, Джонни! — крикнул Сэм, подхватывая Изабеллу, вновь потерявшую сознание, на руки. Он раздраженно посмотрел на друга, а тот пожал плечами, подкидывая книгу в воздух и ловя её. — Она первая начала!