Ангел из Сибири

В один прекрасный день, С огромной высоты Явилось наконец-то Воплощение мечты…

      Я бы могла начать рассказ с того, какая погода прекрасная стояла тем днём, когда Ада появилась в моей жизни. Но я, на самом деле, не помню… Да и не сильно хочу вспоминать тот день, неделю и последующие два месяца моей испуганной неопределенности. Всё начиналось, как и у всех. Это было простое знакомство в беседе по моему творчеству, куда буквально с ноги ворвалась она. Я не любила критику, не любила прямых высказываний в свой адрес, а уж стоило кому-то только тронуть мой стиль!.. Я точно не помню, что именно говорила тогда она мне, но отчётливо знаю, какое чувство испытывала — раздражение.       Однако я, скрипя зубами, почему-то именно в тот момент наступила себе на глотку и ответила максимально вежливо на критику. До сих пор не знаю, что именно меня толкнуло на это — присутствие других поклонников моего творчества или что-то совершенно иное.       Мы шутливо начали флиртовать, и все в один голос нарекли нас парой. В шутку, конечно, но я поверила в это быстрее, чем успела осознать происходящее.       Я много чего не помню из тех дней, потому что ненавидела всё своё существование. Я состояла в не самых лучших отношениях, не самых правильных, а спустя пару дней, Ада подробно и настойчиво объяснила мне, что мои отношения — ужасные. Она не понимала тогда, почему я в них всё ещё состою.       Я знала ответ на этот вопрос. Просто пряталась от всего мира в доме того человека, считала себя абсолютно гетеросексуальной. Мы встречались с ним по выходным, на его территории. И поначалу это были сказочные отношения, но я никогда не раскрывалась этому человеку. А затем начался ад, в котором я лишь напивалась каждые выходные до беспамятства, ложилась в холодную постель к нелюбимому человеку, сбегала, чтобы просто не жить своей жизнью, которая у меня была в будни.       Я боялась уходить. Больше всего на свете я боялась одиночества. Я боюсь его и по сей день. И тогда Ада протянула мне руку, позволив покрепче за неё ухватиться, предложила стать парой. Или тогда только так мне казалось… Она была опорой. И укрывала крылом.       Ведь парой мы стали лишь спустя долгих три месяца всех этих игр. Она предложила мне не уходить в пустоту, а уйти к ней.       И только потом она признается мне, что не испытывала ко мне интереса, лишь к моей ситуации, просто понимала, что может помочь. Она оставалась холодна, иногда игнорировала меня и мои вопросы. Я натура очень эмоциональная и вспыльчивая и не понимала, почему же мы на самом деле не можем стать парой. Я отчётливо понимала, что дело не только в огромном расстоянии между нами, не только в разных характерах, а ещё в её холоде.       Когда-то, спустя совершенно короткое время, Ада призналась мне, что потеряла свою любимую. И я поняла без лишних уточнений, что этого человека больше нет. Она призналась, что прошло уже почти три года, но на мои вопросы об этом больше не отвечала. И я поняла её холод, приняла его.       На тот момент я не обратила на это никакого внимания. Мне казалось, что прошло достаточно много времени, чтобы забыть. Но это было не так.       И только сейчас я понимаю, что такие вещи забыть невозможно. Нельзя забыть то, что хранишь в своём сердце годами. И что никто и никогда не станет таким же или лучше, никто не станет заменой. И я не стала. Но я аккуратно заняла место рядом, разделяя судьбу.       Ада закрывалась от меня, пыталась отгородить, а я всё ещё металась в сомнениях из-за своих отношений, но уже чётко понимала, что влюбляюсь. И даже больше. Я хотела понять её душу, отогреть и прижать к себе ближе, забраться под кожу и в это холодное сердце.       Когда я наконец оборвала все связи с бывшим, Ада была рядом. Рядом на расстоянии в пять тысяч километров. Она поддерживала меня, не спала ночами из-за разницы во времени, всё для того, чтобы быть со мной. Но только я эгоистично вовсе не замечала этого. Я чувствовала всё ещё её закрытость, она не пускала меня к своей душе, своим воспоминаниям, а упоминания боли, крови и её девушки вызывали у меня дикую ревность и истерику. Моя психика была сломана, я действительно боялась узнать, что именно произошло.       Я впервые услышала её голос ещё в мае, мы общались почти всю ночь, она проспала лишь пару часов перед работой. Я влюбилась в него. Он был низким, приятным и очень успокаивающим для меня. Я хотела её слушать чаще и чаще, и наши звонки стали нормой. Я много начала гулять, слушая её рассказы о жизни, какие-то короткие моменты, впитывала каждое слово, пытаясь понять.       Впервые я увидела её по видеосвязи уже в конце лета, когда безбожно напилась и просила, чтобы Ада меня провела домой. У неё было уже четыре утра, но она согласилась. Я говорила с ней тогда больше часа, смотрела на неё, любовалась тем, как она курит. Я никогда не считала её красивой, более того, фотографии и вовсе получались ужасными, но на видео она выглядела куда лучше, красивее.       Позже, когда я увижу её горящие, зелёные глаза в живую, когда смогу рассмотреть её со всех доступных сторон, полюблю ещё и за внешность. Я часто шучу на тему того, что полюбила Аду точно не за красивое, милое личико, а за прекрасную, глубокую и очень тёмную душу.       Она писала стихи, мрачные и тяжёлые, и я, как прозаик, поняла, что смогу достучаться до неё лишь её словами. Я начала писать ей стихи, посвящать каждую строчку, пытаясь проломить стену, что она возвела между нами. Она боялась меня ранить, боялась предать ту, кого больше не существовало.       Не существовало для меня.       Я злилась и ненавидела Её.       Ненавидела, потому что считала помехой для себя, для своего счастья.       Только спустя время я смогу понять, что это и был ключ к её холодному сердцу. Я должна была понять и принять чувства Ады, разделить их.       Но ревность тогда была сильнее. Я плакала и боялась. Боялась потому, что не смогла бы никогда стать лучше, однако… Я уже была лучше для себя, для других. Потому что смогла.       Но осознаю я это лишь спустя долгое время. Что я лучше всех тех других, которые так же сходили с ума от её голоса, от замкнутости и холода, но никто больше не пытался понять и принять. Я смогу, но не так быстро, как мне хотелось бы.       Наши разговоры становились дольше, мы переписывались без остановки, а я, как и всегда, по привычке напившись, пообещала, что встречу Новый Год с ней. И мне пришлось приложить максимум усилий, чтобы это осуществить. Впереди была не только долгая дорога, но и сбор документов, множество нервов и палок в колёсах от тех, кого я по глупости всегда считала родными.       На самом деле, родной для меня является только Ада.       Нас разделяли не только километры, а ещё и граница, которую пройти было сложнее всего.       Я боялась.       Я — взрослый, образованный человек, боялась того, что меня ждёт в чужой стране. Я никогда не покидала родную и такую маленькую родину. Я доверяла Аде, конечно же, доверяла, но тень сомнения ложилась на меня — возможно, на самом деле всё это ложь? Я боялась, что её не существует, хотя и факты говорили об обратном. Мне снились сны, где обман раскрывался, где я плакала и молила вернуть мне ту, кого я люблю.       Я сражалась за эту поездку долгие три месяца. У меня постоянно отсутствовал аппетит, а депрессия приветливо помахивала мне рукой из-за угла. И только Ада была каждую секунду рядом со мной на связи, помогала, поддерживала и верила.       В меня не верил никто, кроме неё.       Я сама не верила в себя.       Впереди на пути к первым объятиям и к первому поцелую меня ждали долгая дорога, клубок переживаний и множество неудач.       И Ада всегда была рядом.