Ветер подскажет
17 марта 2022 г., 04:05
Следующее утро началось с энергичного стука в гостиничный номер. Поздно уснувшая Люмин еле оторвала голову от подушки. Паймон, нарубившаяся накануне печенья и гёдза, беспробудно спала в груде подушек — из-под одеяла виднелась лишь белобрысая макушка.
А за дверью нетерпеливо переминалась, как всегда, свежая и бодрая Бэй Доу.
— Отправляемся сегодня вечером, на закате, — весело сообщила капитан «Алькора». — Я послала старпома закупаться оставшимся провиантом на рынок, велела дождаться тебя с лодкой. Кадзуха подсобит нам с попутным ветром.
— А. А-а-а, — Люмин едва сдержала зевок и покивала Бэй Доу, давая понять, что поняла. — Тогда до встречи вечером.
— Не опаздывай. Надо проскочить в Инадзуму прежде, чем начнется сезон тайфунов, — предупредила Бэй Доу, направившись к лестнице, — это окно будет недолгим.
Люмин закрыла дверь и посмотрела на едва зазолотившийся горизонт, на котором в слабой дымке смутно вырисовывались очертания утесов Каменного Леса. В Мондштадте такую ожившую гравюру кисти лучших мастеров Ли Юэ не увидишь.
Умывшись и растолкав сонную Паймон, Люмин расплатилась с хозяином маленькой гостиницы и собрала их немногочисленные вещи. Сюда они уже не вернутся, а дел предстояло много. Как минимум, нужно было попрощаться с верхушкой Цисин, которые им здорово помогли за все то время, что они провели в Ли Юэ после битвы с Осиалом. Да и закупиться на рынке не помешало бы. Зная свою компаньонку, можно было даже к гадалке не ходить — Паймон быстро устанет от солонины, галет и иных долгохранящихся продуктов, начнет ныть и скучать по всяким вкусняшкам.
На рынке, несмотря на ранний час, уже царила суета. Торговцы раскладывали свой товар, рыбаки носили свежий улов к ближним к пирсу рядам. Тащить с собой рыбу в морское путешествие было неразумно, но Люмин нравилось наблюдать за тем, как просыпается рынок. Рынок и порт были сердцем Ли Юэ, и путешественнице хотелось запомнить этот город именно таким. Неизвестно когда удастся сюда вернуться. По Мондштадту Люмин откровенно скучала: по его ветряным мельницам, по песням Венти, далеко разносящихся по улочкам, по его жителям. То же, наверное, будет с Ли Юэ. Девушка думала, что будет к этому готова, но снова ошиблась. Когда они с братом путешествовали по мирам, она так не привязывалась к местным жителям, вся ее жизнь была завязана на Итэре. Люмин уже иногда задумывалась, что она пытается неосознанно найти замену брату, чтобы направить свои нерастраченные чувства и привязанность на него.
Но как могут Цисин, адепты или жители Ли Юэ заменить ей брата? Наверное, пора просто признаться себе, что, оказавшись на Тейвате, Люмин эмоционально сроднилась с этими людьми.
— Люмин! — как хорек из норки, откуда-то из-за прилавка со здоровенной рыбной тушей вынырнула Сян Лин, а Гоба не стал запариваться оббеганием стола и попросту выполз из-под прилавка и тут же принялся инспектировать корзинку Люмин с уже купленными припасами.
— Доброе утро! Ты что, вообще не ложишься? — со смехом отбирая у Гобы пестрый кулек, спросила она.
Юный гений кулинарии только весело рассмеялась и помахала руками.
— Кто рано встает, тот получает лучшие ингредиенты, — ухмыльнулась она и заговорщицки понизила голос. — Знаешь, какая здесь конкуренция? Примерно через четверть часа набегут повара из Глазурного павильона.
— Хвала Архонту, ты перестала готовить из слаймов, — прихлопнула в ладоши Паймон.
— За слаймами я пойду после обеда!
Люмин прыснула от смеха. Паймон была не сторонницей экстремальной кулинарии Сян Лин, но от дармовой еды не отказывалась никогда.
— Хм, — юная повариха окинула проницательным взглядом содержимое корзинки Люмин и озадаченно наморщила нос. — Не похоже на набор для пикника. Собираешься в дорогу?
— Да, «Алькор» сегодня снимается с якоря. Отправляемся в Инадзуму.
— Инадзуму? — широко распахнула глаза Сян Лин. — И ты собиралась просто так уехать?
— Не знаю, как скоро мы вернемся в Ли Юэ, конечно я бы заглянула попрощаться, — попыталась оправдаться Люмин.
Рядом укоризненно ухнул Гоба.
— Мы просто обязаны устроить прощальную вечеринку! Вы должны прийти!
— Конечно же мы придем! Когда вечеринка? — деловито поинтересовалась Паймон, подлетев к наследнице традиций народного ресторана, которая с хищным видом перебирала жутковатого вида щупальца какого-то морского гада.
— На забывай, что нас вечером будут ждать и мы не сможем слишком задерживаться, — напомнила Люмин.
Похоже, устраивать посиделки перед отъездом становится их традицией.
Но Люмин не ожидала, что Сян Лин подойдет к своей идее со всей максимальной ответственностью. Потому что под посиделки был выделен весь второй жилой этаж семейного ресторана «Народный выбор», куда притащили столы и стулья. Когда Люмин с Паймон подошли к ресторану, на них налетели Сян Лин и Гоба с двух сторон и потащили наверх. Где за столом уже обнаружились наследник торговой гильдии Фэй Юнь вместе с практикующим экзорцистом, не видевшим в жизни ни одного духа, и Нефритовое Равновесие Цисин, о чем-то увлеченно спорящая с лучшим юристом Ли Юэ.
— Ого! Ничего себе сколько народу! — оценила Паймон.
— Я встретила Сян Лин у Глазурного Павильона, — отозвалась Кэ Цин, обернувшись к вошедшим девушкам. — Госпожа Нин Гуан сегодня обедает с одним меценатом из Сумеру, поэтому передала свои полномочия…
— Отправила ее сюда как своего представителя, — сдерживая смешок, пояснила Янь Фэй. — Раз уж ты уезжаешь, бабушка просила передать тебе это, — адепт протянула Люмин какой-то кулек.
— Ох… — та смущенно сжала в руке завернутую в шелковый пестрый платок коробочку. Не иначе как что-то для чайника. Что еще могла передать одна из старейших адептов? — Мне немного неловко, что вы все это устроили из-за меня.
— На самом деле сегодня шикуем на средства Банка Северного Королевства, — по-лисьи улыбнулся Син Цю. — Сарафанное радио работает отменно.
Люмин прихлопнула лицо ладонью, а Паймон уже спикировала к заставленному угощением столу, пытаясь притулиться между Чун Юнем и Кэ Цин.
— Чайльд и сам набивался прийти, но у него сегодня допоздна расшаркивания с отцом на приеме, — продолжал Син Цю, — Предвестник был крайне опечален. Его сердце буквально сгорало дотла от невозможности проститься с тобой до твоего отъезда, путешественница.
— Почему когда это говоришь ты, это звучит как строчка из какого-то ужасного легкого романа? — страдальчески вздохнула Люмин.
— Потому что я умею подбирать меткие метафоры и хлесткие эпитеты? — иронично улыбнулся наследник клана Фэй Юнь.
— Ну если Тарталья принесет эти, как он называется, пи-рожь-ки, то пусть приходит, — милостиво разрешила Паймон, воинственно зажавшая в каждой руке по шпажке с канапе.
— Спасибо, ребята, — растроганная Люмин не сдержала благодарной улыбки и опустилась на свободный стул. — Как вы собираетесь все это съесть? Тут еды на десятерых, по-моему.
— У нас нет столько денег! — поспешно добавила Паймон.
— Считайте, это нашим прощальным подарком. Госпожа Нин Гуан выделила на случай твоего отъезда особую статью расходов… — Кэ Цин осеклась и заметно смутилась. — Никогда бы не подумала, что придется вскладчину оплачивать фуршет с Фатуи… В общем, не беспокойтесь, — добавила она уже не так официально.
— Ваша госпожа, без сомнений, оценит, сколько удалось сэкономить, благодаря щедрости представителей Банка Северного Королевства, — промурлыкал Син Цю, накладывая себе жареных гёдза с морепродуктами.
— Когда вы успели так скооперироваться? — подозрительно сощурилась Люмин. Для стихийного решения Сян Лин как-то уж очень складно и быстро у них получилось все это организовать и собраться.
— Ты такая наивная, Люмин, — хмыкнула Янь Фэй. — Цисин всегда знают, кто и когда снимается с якоря.
Вот и как после этого уезжать? Люмин прекрасно знала, что они хотели устроить им с Паймон сюрприз, но теперь она будет скучать по этим людям еще больше.
По мере наступления вечера за окнами ресторана постепенно зажигались огни многочисленных фонарей, а снеди на столе словно меньше не становилось. Зато Паймон уже сравнивала себя с воздушным шариком и категорически отказывалась сползать со своего места даже за добавкой вкусняшки с другого конца стола. Пару раз Люмин вставала со своего места и выглядывала в окно, чтобы не пропустить момент наступления сумерек.
Когда последние золотые краски заката потухли в наливающемся краснотой небе, Люмин отложила лакированные палочки и поднялась.
— Спасибо. За все, что вы сделали для меня, за этот ужин. За то, что стали моей семьей, — девушка прижала ладошку к сердцу, очень надеясь, что не разревется. — Но нам пора отправляться в порт.
— Что, уже? — разочарованно выдохнула Паймон, развалившаяся на специально принесенной для нее подушечке на стуле.
— Да. Нельзя задерживать «Алькор».
Поочередно обнявшись с девчонками и попрощавшись со всеми, Люмин подхватила их сумку и корзинку с припасами, которые тут ж вызвались донести ей мальчишки.
— Все, выдвигаемся? — Паймон так объелась, что даже левитировать не могла и взгромоздилась на корзинку, которую удерживал обеими руками Чун Юнь.
— Да. Дайте мне несколько минут. Хочу проститься еще с одним… Человеком, — Люмин быстрым шагом направилась в сторону городской площади. Там был закуток, если не доходить до моста, пятак нетронутой земли, поросший глазурными лилиями. Именно там девушка и остановилась.
Она не могла уйти, не попрощавшись.
— Сяо.
Она ждала привычного свежего дуновения ветерка, которым сопровождались появления адепта, но вокруг царил штиль и парило, словно перед грозой.
Он не пришел.
Люмин растерянно озиралась по сторонам, выискивая взглядом Сяо. Может, вокруг для него слишком людно здесь. Но с другой стороны… Он ведь говорил, что он слышит ее Зов, где бы в Ли Юэ она ни находилась.
— Сяо! — пусть посчитает ее эгоисткой, но она прекрасно знала, что якша слов на ветер не бросает. Пусть отчитает ее за безалаберность, Люмин на все была согласна, лишь бы убедиться, что с ним все в порядке и что у него нашелся действительно веский повод не откликаться.
Из растерянного оцепенения девушку вырвал радостный возглас, и к ней, как хиличурл из табакерки, подскочил лучезарно улыбающийся Тарталья при параде — Люмин еще не видела у него такого наряда: подбитый мехом бушлат на одно плечо, держащийся за счет расшитого ремня поверх нарядного пепельного мундира с позолоченными нашивками. Видимо, это и подразумевал Син Цю, упомянувший, что Чайльд нынче обедает с его отцом.
— Люмин! Фух! Еле успел тебя поймать!
— Здравствуй, Чайльд, — рассеянно отозвалась девушка. Сейчас ее больше волновало молчание адепта.
— Люмин? — окликнул ее Чун Юнь.
— Еще пару минут, — повернувшись спиной к парням, Люмин вновь крикнула — уже в голос: — Сяо!
— О, мальчик-адепт нынче притворяется глухим? — уточнил Тарталья.
— А тебе о нем что-то известно? — невольно спросила Люмин быстрее, чем успела это осознать.
Чайльд удивленно поморгал, пытаясь сообразить, причем тут вообще Защитник Якша, а вид у Люмин стал откровенно испуганным.
— Малышка, да на тебе лица нет, — удивленно заметил Тарталья, ободряюще коснувшись ее плеча, но Люмин прошла мимо и направилась к дожидавшимся ее мальчишкам и Паймон.
— Я хотела попрощаться с Сяо, но он не отзывается, — растерянно проговорила она.
— Ну он же адепт, у него наверняка целая туча дел, — хмыкнул Тарталья, двинувшись за ней.
Люмин словно услышала себя со стороны во время их споров с Паймон. И как же двулично это прозвучало. Девушка словно только сейчас осознала, чем на самом деле опасно это «нежелание беспокоить из вежливости». Отчетливо вспомнился усталый и какой-то грустный взгляд Сяо в их последнюю встречу. Он тогда нехотя признался, что неважно себя чувствует и что он выслеживает зараженных монстров. А ведь если бы Люмин не спросила первая, то и не узнала бы. И теперь ей было откровенно не по себе.
— Нет. Сяо сказал, что он всегда слышит Зов, — отрезала Люмин, и даже Паймон встревоженно вспорхнула со своего насеста в корзине.
— А адепт может нарушить контракт? — спросила она.
— Если адепт заключил с тобой контракт на земле Властелина Камня, это соглашение нерушимо, — заметил Син Цю, пытливо глядя на напряженное лицо Люмин.
— Ребят, да вы преувеличивайте, — рассмеялся за их спинами Тарталья.
— Слышь, ты! — Паймон повернулась к Предвестнику, с грозным видом уперев ручки в бока. — Сяо всегда приходит к Люмин! И если он не пришел, значит, с ним что-то случилось!
Вот, кажется, зря она. Паймон вообще славилась тем, что умела мастерски называть вещи своими именами и проговаривать вслух самые сокровенные чувства путешественницы, даже если в них боялась признаться себе сама Люмин.
И после слов Паймон ей стало откровенно страшно.
— Я не могу уехать сейчас, — тихо проговорила Люмин, посмотрев на парней. — Пока я не буду уверена, что Сяо в порядке, я не поднимусь на борт «Алькора».
— Корабль уйдет без тебя, — напомнил Син Цю.
— Подожди, принцесса, — Тарталья с улыбкой поднял руки, привлекая внимание, — не кипишуй. Ваш адепт — уже большой мальчик и может за себя постоять. Сколько он там уже со злыми духами сражается? Несколько тысяч лет?
— И все это время негативная карма копится, отравляя его. Не стоит с таким пренебрежением отзываться о Защитнике Якше, господин Предвестник, — негромко проговорил Чун Юнь, строго посмотрев на Чайльда.
— Надо предупредить старпома Бэй Доу… — Люмин обхватила себя руками, лихорадочно размышляя, как ей поступить.
— Я разыщу его, — чем ей всегда нравился Син Цю, так это его деловым подходом. Он всегда мыслил конкретно. — Переговорю с ним, чтобы выиграть немного времени.
— Спасибо, — выдохнула Люмин, благодарно посмотрев на юношу, и рванулась к мосту. Паймон с перепуганным видом порхнула за ней, попытавшись ухватиться за ленту на ее платье.
— Эй, ты куда! Люмин! — Тарталья рванулся за ней. — Как я могу помочь?
— Если только отправишься сейчас на постоялый двор «Ваншу», — Люмин бросила на него взгляд. — У Сяо есть комната под крышей.
— Отлично, навещу его высочество адепта и напомню про его контрактные обязательства. Может, мне к нему еще охрану приставить? Ладно-ладно, шучу, — поспешно добавил Чайльд.
— Не смешно, — пробурчала Паймон, скрестив на груди руки.
— Не будь такой букой, крошка. Эх, так и не вышло тебя пирожками угостить, — попенял Тарталья.
— Меня пирожками не купишь! — пригрозила Паймон.
— Да ладно тебе, — засмеялся тот, запустив пальцы в растрепанные рыжие волосы. — Не волнуйся, Люмин. Разыщем твоего адепта.
Девушка удивленно посмотрела на Чайльда.
— Спасибо.
Отсалютовав ей двумя пальцами, Тарталья развернулся и быстрым шагом направился в сторону северной площади, откуда можно было выйти на торговый тракт, пролегающий через долину Гуйли.
О том, как он доберется до постоялого двора за такой короткий срок, Люмин что-то даже не подумала. Но Чайльд не отказался.
— И как же мы собираемся искать Сяо? — испуганно спросила Паймон, как-то разом забывшая, что она наелась до состояния колобка и даже вспомнившая как летать.
— Не знаю. Мне надо забраться повыше… Куда-нибудь повыше, — мост закончился, началась грунтовка, и Люмин припустила по поросшему травой склону холма вверх.
— Сяо может быть где угодно! — пропыхтела Паймон — подруга поднималась так быстро, что малявка даже в воздухе за ней еле поспевала.
— Я не знаю, Паймон. Ветер подскажет, — Люмин карабкалась все выше и выше по крутому откосу, цепляясь за высокие стебли трав и кустарник, потому что троп наверх не было и приходилось прокладывать собственную.
С этого холма открывался вид на полуразрушенные статуи Якш. Люмин хорошо помнила это место. Именно здесь они с Сяо проводили тот ритуал сноходцев, чтобы разоблачить выдававшего себя за одного из Якс шарлатана. Кажется, даже курильница сохранилась. Ее занесло пылью и палой листвой, и она выглядела такой же заброшенной, как и сами статуи. Как и полуразрушенная лестница, ведущая по склону холма на вершину утеса. То, что надо.
Съехав по травянистому откосу, девушка прибавила шаг и стала вприпрыжку подниматься по крутым, частично осыпавшимся ступеням.
Лестница вывела на вершину утеса, к древнему рукотворному пруду, заросшему водяными растениями, среди которых резвились мелкие слаймы. Люмин прокралась по самому краешку, чтобы не спровоцировать элементальную нечисть, и вышла на поросший травой скалистый уступ.
Это был далеко не самый высокий утес в окрестностях города, но с него хорошо просматривались окрестности, горы и долины. А еще тут всегда дул ветер.
Прижав испачканные пылью ладони к раскрасневшимся щекам, Люмин пыталась отдышаться. Рядом отдувалась Паймон.
По правую руку шумел водопад, низвергающийся в долину с высоты пары сотен футов, за спиной тоскливо завывал среди каменных развалин ветер. Впереди же, насколько хватало глаз, простирались зеленые, поросшие лесом и кустарником холмы, и скалистые утесы, которые постепенно тонули в стремительно сгущающейся темноте. Ночь обещала быть облачной и темной, даже струи водопада казались маслянисто-черными.
— И-и-и… Как ты собираешься в такую темень его искать? — нервно спросила Паймон.
— Так даже лучше. Может, я смогу лучше почувствовать элементальный след, — тихо проговорила Люмин. Прикрыв глаза, она пыталась воссоздать ощущение анемо-стихии, исходившие от Защитника Якши. Это не напоминало ее собственный отпечаток, похожий на легкий летний ветерок. Анемо-след Сяо был скорее похож на штормовые отголоски бушующего тайфуна.
Соединив кончики пальцев, девушка глубоко вздохнула и почувствовала, как анемо-стихия отзывается ей и окутывает ее мягким зеленоватым сиянием. Сяо говорил, что он слушает ветер, Барбатос-Венти управляет этими самыми ветрами, а сама Люмин никогда не задумывалась о границах своих возможностей, ограничиваясь лишь призывом маленьких ветряных потоков. Но что если после ее резонирования с анемо-стихией она способна на большее?
Глубоко вздохнув, Люмин посмотрела в темное небо, расчерченное едва заметными дымчато-зелеными нитями. Они были повсюду, сплетая воедино небо и горы, и пульсировали словно живые, отмечая движение элементальной энергии.
И от этого ощущения безграничности и открытости этого пронизанного анемо-потоками мира Люмин в первую секунду невольно сдавленно пискнула от страха, опустившись на колени и вцепившись в камни, словно ее сию же секунду должно было унести в открытый космос.
— Что с тобой? Люмин! ЛЮМИН! — голосок Паймон едва доносился сквозь гул ветра, сдавливающего девушку в своих тисках.
Но постепенно в этом шуме тысяч анемо-потоков стали проступать иные звуки — эхо сотен голосов и звуков природы. Крик цапель в лагуне Тростниковых остров, бормотание хиличурлов где-то далеко в горах, гул разбивающегося об скалы моря, голоса Ли Юэ, сливающиеся в единое бормотание, свист ветра в пиках Заоблачного Предела. Но Люмин лишь беспомощно морщилась, буквально продираясь сквозь эти пульсирующие и резонирующие анемо-нити в поисках единственно важного для нее звука голоса.
— Сяо, где ты, — вновь прошептала девушка, вглядываясь в дрожащую бирюзовую пелену, простирающуюся над засыпающим Ли Юэ. — Подай мне знак… Ну пожалуйста…
И от горлового стона, почти хрипа, полоснувшего ее восприятие словно ножом, Люмин чуть не вскрикнула.
Так близко. Совсем рядом. А она чуть не проморгала!
Без всяких раздумий Люмин шагнула вперед — с обрыва, в пронизанную анемо-потоками пустоту, и только по истошному вскрику Паймон осознала, что спрыгнула с высоченного обрыва без всякой экипировки и планера.
Но страх за чужую жизнь вновь оказался сильнее инстинкта самосохранения.
