В ожидании дождя

***

Через три дня Сяо Чжаню предоставляется возможность если не получить ответы на свои вопросы, то сделать некие выводы. И ещё испугаться до икоты. Три дня, пока он ждёт ответа от заказчика, Сяо Чжань развлекает себя рисованием на планшете: смешные картинки, набрасывает некоторые идеи на будущее. И даже позволяет себе вечером прогулку, решив исследовать окружающую местность и проверить, как тут всё изменилось. И утром третьего дня перед домом останавливается чёрный Мерседес. Представительная машина так нелепо смотрится в данных локациях, что Чжань улыбается. А потом его обдаёт ужасом, замораживающим лёгкие, не давая сделать и вдоха. Его нашёл Чжочэн! Как ещё объяснить появление тут этой машины? И даже незнакомый человек, вышедший из неё, не приносит облегчения. Ван Чжочэн явно послал кого-то вместо себя. Действительно, разве он появится лично в этой глуши. Вот сейчас этот человек войдёт в его квартиру и за шкирку оттащит в машину. Каково же удивление Сяо Чжаня, когда приехавший на машине человек стучит в соседнюю дверь, а не в его. Ему открывают, слышатся приглушённые голоса. Сяо Чжань невольно подслушивает, даже ближе к стене подходит. Но его хмурому соседу явно известно про тонкие стены и отменную слышимость. Говорят они тихо и, кажется, в самой дальней комнате. Но даже по тону их общения Сяо Чжань понимает: те спорят. Похоже, даже ругаются. Ему прекрасно слышен низкий грубый голос соседа, который явно не пребывает в восторге от разговора. Всё это длится минут двадцать, не больше. — Тебе лучше подумать об этом, — произносит приезжий уже на лестничной площадке. В ответ только хлопок двери. В глазок Сяо Чжань рассматривает мужчину чуть лучше. Представительный, явно из тех, кто любит командовать. Даже в такую жару одет в летний, но всё же пиджак светло-бежевого цвета. Лет сорок, с уже намечающимся животиком, внешность на любителя. Является ли этим самым «любителем» его сосед, Сяо Чжань старается не думать. Вряд ли это родственник. А вот любовник — возможно. Внутри ворочается какое-то неприятное чувство. Нет, если это любовник, уехал бы он просто так? Просто поговорив? Нет. Но парня тут явно от чего-то или кого-то прячут. Сяо Чжань почти уверен в этом.

***

Это случается тем же вечером. Сначала опять что-то летит в стену, глухая ругань, скрип коляски по полу. Они не виделись с того самого дня, когда Чжань купил соседу пиво. На балконе тот больше не появляется, или же сам Сяо Чжань выбирает не то время для того, чтобы насладиться вечерней прохладой. Он только слышит чужое присутствие за стеной, чередующееся с полной тишиной. Сяо Чжань не раз ловит себя на том, что невольно прислушивается. Он всё-таки купил человеку в инвалидной коляске целую упаковку пива. И он несёт ответственность за последствия. А потом раздаётся глухой удар, как от падения чего-то большого. Сяо Чжань, сидящий на полу и поедающий свой ужин, настораживается. Он буквально чувствует чужое падение: пол вздрагивает. Поставив тарелку с лапшой на низкий столик, Сяо Чжань поднимается и подходит к стене, смежной с соседней квартирой. Прислушивается. Полная тишина пугает. Растерянный и не знающий, что делать, Сяо Чжань выходит на лестничную площадку. После минутного колебания он стучится. — Эй, у тебя всё в порядке? — громко спрашивает он. — Мне показалось, у тебя что-то упало. Нужна помощь? Ответа не следует. — Чёрт, — ругается себе под нос Чжань. Присев, он заглядывает в замочную скважину. В дверях стоят старые замки, открывающиеся большими и тяжёлыми ключами, поэтому Сяо Чжань может разглядеть в небольшое отверстие часть коридора. И ничего подозрительного. А потом слышится шорох. Сяо Чжань выдыхает, не заметив, как задержал дыхание. — Ты в порядке? — снова спрашивает он. — Тебе лучше ответить, потому что я собираюсь позвонить в скорую или полицию. Не думаю, что нам обоим это надо. — Отвали! — слышится из глубины квартиры. — Уже лучше, — произносит Чжань. — Ты в порядке? — в третий раз спрашивает он. И снова игнорирование. Ему бы развернуться и уйти, но даже два года проживания в большом городе, где всем плевать друг на друга, не отучили Сяо Чжаня не закрывать глаза на тех, кому нужна помощь. — Да чтоб тебя, — ругается он. — Я сейчас переберусь к тебе через балкон. Если ты не хочешь открыть мне дверь. — Отвали, блять! Кажется, его сосед действительно не хочет принимать пусть навязанную, но помощь. Но тут уже Сяо Чжань должен успокоить себя в первую очередь. Как ему лечь спать, зная, что за стенкой беспомощный человек нуждается в помощи, пусть и не хочет принимать её из-за странного упрямства. — Возможно, он просто пьяный, — рассуждает Сяо Чжань, возвращаясь к себе в квартиру и идя прямиком к балкону. — Выпал из коляски, но слишком гордый, чтобы просить помощи. Перелезть через перила и перебраться на соседний балкон не составляет большого труда, так близко они друг от друга находятся, Чжань не боится высоты. И ноги у него длинные. Сильнее оттолкнуться, и вот он уже входит в чужую квартиру. Первое, что бросается в глаза, — это современный ремонт. Окрашенные в светлые тона стены, потолок со встроенными светильниками. Мебель простая, но подобрана со вкусом, Сяо Чжань в этом всё-таки понимает. Если забыть о том, что за окном пригород, то вполне можно представить себя в хорошем районе Шанхая. — Я вошёл! — предупреждает он, продвигаясь дальше. Сосед обнаруживается на пороге спальни. Его коляска отъехала внутрь комнаты, а её хозяин лежит на животе, прислонившись щекой к полу. Футболка на нём немного задралась, открывая полоску кожи на спине. Синие тонкие спортивные штаны не скрывают очертания довольно красивой формы задницы. «О чём ты только думаешь!» — Сяо Чжань качает головой. — Я же сказал тебе отвалить? Чего в этом непонятного? — Ночью резко становится холодно, ты замёрзнешь, если останешься в таком положении. — Да и плевать. — Ты можешь приподняться? Я посажу тебя в кресло. — Пошёл вон! Шумно выдохнув, Чжань прикрывает глаза. Он попытается успокоиться. Бессмысленно злиться на человека, у которого явно что-то произошло. Помимо инвалидности, конечно же. Сяо Чжань склонен думать, причиной послужил мужчина, приехавший сегодня днём. В это лезть Сяо Чжань точно не намерен. Он просто посадит соседа в его кресло или на кровать и уйдёт. Его совесть будет спокойна. — Чем быстрее я сделаю это, тем быстрее ты от меня избавишься. Это в твоих же интересах — помочь мне. Сяо Чжань встаёт так, что его ноги оказываются по обе стороны от парня. После секундного колебания он наклоняется. — Ты можешь приподняться на локтях? Я тебя подниму. Пожалуйста. — Ты же не отвяжешься, так? — Ты прав, не отвяжусь. Снизу раздаётся обречённый вздох, и парень наконец-то приподнимается. Так близко контактировать с чужими людьми Сяо Чжань не любит, но тут безвыходная ситуация. Просунув руку под мышки парня, ему приходится наклониться довольно низко, чтобы попытаться поднять его. Сосед оказывается довольно тяжёлым, а на вид худой. Он не помогает вообще никак, просто вися на руках Чжаня безучастным телом. Тёплый, дышащий, но неподвижный. С другой стороны, если парень сидит в инвалидной коляске, то какой ещё помощи от него хочет добиться Сяо Чжань? Что тот просто встанет и всё? Чжань явно не рассчитал свои силы, но отступать теперь некуда. А парень начинает смеяться. Как-то зло и отчаянно. — Прекрати! — уже злится Сяо Чжань. Он делает рывок, поднимая соседа ещё выше практически из последних сил, и неаккуратно роняет парня в его кресло. Тот, упираясь на руку, принимает более удобное для него положение. — Доволен, герой? А теперь вали. Только сейчас, посмотрев парню в лицо, Чжань видит у того красные глаза, словно он плакал. Картина становится чуть более понятной. — Я бы с радостью свалил. И не только из этой квартиры, но и из этого дома, — искренне отвечает Сяо Чжань. — Наверное, даже из города. Эта жара меня добивает, — зачем-то признаётся он. — Но с тобой явно что-то не так. — А по-моему, со мной всё в порядке, — продолжает издеваться сосед. — Как тебя зовут? — спрашивает Сяо Чжань, незаметно оглядывая комнату. Обычная спальня. Тоже с хорошим ремонтом и новой мебелью. Кто бы ни оставил этого парня тут, явно хотел обустроить эту квартиру. Кровать низкая, чтобы удобно перебираться из коляски на неё и обратно. Довольно широкие дверные проёмы. Всё предусмотрено. — Зачем тебе это? — Затем, что своё я тебе сказал. — Но не факт, что я его запомнил. Сяо Чжань вздыхает. — Ты очень вредный тип. — Я в курсе. Парень улыбается так, словно ему сделали комплимент. Проще не обращать внимания на него, думает Сяо Чжань. Парень обижен на весь мир, в каждом видит врага. Оно и понятно. Он теперь ближе, смотрит открыто на Сяо Чжаня, Сяо Чжань смотрит в ответ. Действительно, симпатичный. Короткие пряди выбились из хвостика на затылке и теперь обрамляют довольно интересное лицо. Сяо Чжань невольно думает, что Ван Чжочэн на него точно бы обратил внимание в своём агентстве. Ранее безразличный, сейчас он не скрывает своих эмоций. Немного обидно, что такой негатив направлен именно на Сяо Чжаня, но это лишь из-за того, что другого объекта рядом нет. Конечно, он не может в полной мере понять его чувства. Но в своё время Сяо Чжаня тоже оставила семья, просто выбросила его из своей жизни. Да, они до сих пор каким-то образом умудряются общаться, но это общение скорее вынужденное, чем желание обеих сторон. Скользя взглядом по парню, Сяо Чжань отмечает его выпирающие ключицы, острые плечи. Серая футболка наверняка скрывает впалый живот. Однако руки не худые, впрочем, это объяснимо, если парень передвигается исключительно опираясь только на них. Большие, но красивые кисти, с аккуратными ногтями. На запястьях Сяо Чжань замечает несколько тонких светлых полос там, где темнеют вены. Парень замечает пристальный взгляд на свои руки и хмурится, убирая их. — Я, — начинает было Сяо Чжань, но не может определиться, как закончить. «Я ничего не видел», — точно не то, что следует сказать. — Я ужинал сейчас, — всё-таки говорит он. — Ты голоден? — У меня есть еда. — Отлично. Тогда давай я схожу за своей тарелкой и мы поужинаем вместе. Каждый своей едой. Если ты, конечно, не хочешь лапши. — От тебя невозможно отделаться, так? — уже смирившимся голосом произносит парень. — Просто ужин. И если ты закроешь дверь, я снова влезу через балкон. Учти, с тарелкой в руке это будет куда опаснее сделать. Сяо Чжань направляется к выходу. Ориентироваться в чужой квартире несложно, у неё точно такая же планировка, как и у квартиры Чжаня. Проходя мимо большой комнаты к выходу, Чжань из любопытства оглядывает и её. Здесь мебели почти нет. Стопки книг на полу, подушки вокруг низкого столика из тёмного дерева. Довольно симпатичный ковёр на полу, небольшой диванчик. На окне, вместо цветочных горшков, лежат три ярко расписанных мотоциклетных шлема. Рядом несколько кубков, слабо блестящих золотом в свете ламп. На полу под окном стоят рамы то ли от картин, то ли от фото. Они повёрнуты лицевой стороной к стене, хозяин этой квартиры явно не хочет смотреть на них. В голове Чжаня рождаются просто сотни вопросов. Кажется, его сосед не простой человек. Возможно, поэтому он скрывает своё имя? Лапша, которую он оставил на столе, остыла. Без сожаления Чжань выкидывает её в мусорное ведро, накладывая себе новую порцию из кастрюли. Ужин у него сегодня скромный, так как лень было что-то готовить. Дверь, как ни странно, за ним не закрыли, и Чжань беспрепятственно возвращается в соседнюю квартиру, сразу проходя на кухню. А парень ждёт его за столом, перемешивая палочками рис. Тоже не густо. Под столом Сяо Чжань замечает упаковку купленного им пива. Из всех банок недостаёт только одной. — Тебе не понравилось пиво, которое я купил? — спрашивает Сяо Чжань, садясь за стол. Парень остался в своей коляске, уступив единственный стул гостю. — В смысле? — Ты выпил всего одну банку. — Довольно странное наблюдение. Да ты весь странный, если так подумать. У соседа снова обычный, чуть скучающий взгляд. Он взял все свои эмоции под контроль, и Сяо Чжаню даже немного обидно. — Я не пью, — вдруг признаётся он. — Тогда зачем попросил купить пиво? — Мне больше ничего не надо было. А пиво… Ну, знаешь, мне казалось, что напившись мне станет легче. Кажется, люди напиваются, когда хотят избавиться от боли или ненужных мыслей. Я даже не знаю, работает ли это вообще. Просто в фильмах часто видел. Сяо Чжань удивлённо на него смотрит. И удивлён он не только из-за подобного признания, сколько от длины сказанного. — Что ты так на меня смотришь? — Ты умеешь нормально разговаривать, оказывается. — Отвали! — сосед снова замыкается. — А вот это уже более привычно, — Сяо Чжань усмехается, ничуть не обидевшись на грубость. — Нет, алкоголь не помогает. И не позволяет забыться. Если, конечно, не напиться до беспамятства. Иногда даже усугубляет. — Говоришь, словно понимаешь в этом. — Нет, не понимаю. — Но ты часто пьёшь вино по вечерам на балконе, — замечает сосед. — Это своего рода ритуал, который стал привычкой. Да и полбокала — это не «пить вино». — Как скажешь. — Парень явно остаётся при своём мнении. — И что теперь с этим будешь делать? — Сяо Чжань указывает на упаковку. — Выбросишь? — Хочешь забрать? — подкалывает его сосед. — Если хочешь, то забирай. Сяо Чжань качает головой. — Нет, не пью пиво. Они замолкают, вернувшись к своим тарелкам. — Почему ты живёшь здесь? — первый не выдерживает Сяо Чжань. Проявлять такое любопытство к чужой жизни довольно невежливо, он это прекрасно понимает. Но и не спросить не может. То, что он увидел сегодня, заинтриговало. — Надо же где-то жить, — довольно безразлично отвечает сосед. — Так почему не здесь. Сам тут что забыл? — Извини, — быстро говорит Сяо Чжань. — Но ты явно при деньгах. И мог бы получить куда лучшие условия. — Мне кажется, тут отличные условия, — с сарказмом отвечает сосед. На первый взгляд так и есть. Вся мебель и её расположение заточено под человека, который не может стоять. Низкие кухонные тумбочки, дверные проёмы без дверей, все нужные вещи на уровне сидящего человека. Кто бы ни засунул сюда парня, постарался сделать его жизнь комфортной. — Если не смотреть в окно, конечно же. Но мне не светит выйти на улицу, так что меня вполне устраивает. — Ты не можешь выйти? — Не тупи! — Снова злость. — Лифт не работает. Да и пандуса, если ты не заметил, внизу нет. — Ты заперт тут, — вслух думает Сяо Чжань. — Но почему? — Сколько вопросов. С чего бы? — Давай спишем это на моё любопытство, — Сяо Чжань улыбается. И правда, чего он пристаёт к незнакомому человеку. Сосед своё имя так и не сказал. — Если я могу тебе чем-то помочь… — Как ты сказал тебя зовут? — прерывают его. — Сяо Чжань. — Так вот, Сяо Чжань, откуда ты такой взялся? — Теперь твоя очередь задавать вопросы? — пытается отшутиться Чжань. — Не увиливай. — В той квартире жила моя бабушка. Её квартира досталась мне. — Понятно. Я её знал. Точнее видел иногда, когда сидел на балконе. Спокойная старушка. Иногда мне казалось, за стеной никого нет. Почему же никто не приезжал её навестить? Теперь Сяо Чжань ощущает на себе всю силу неприятных вопросов. — Я жил в Шанхае, — отвечает он, мешая палочками лапшу. — У меня с семьёй не очень хорошие отношения, поэтому я не знал, что бабушку никто не навещал. Только посылал деньги, думая, что этого достаточно. — Почему не ладишь с семьёй? — Это личное. Сосед смотрит пристально, словно пытается прочитать мысли. Под его взглядом неуютно, но Сяо Чжань старается не подавать вида. — Твоя бабушка упала почти у дома, — говорит он. — Кто-то из соседей вызвал скорую помощь, но сам знаешь, пока она приедет сюда. Я сидел на балконе и всё видел. Говорят, солнечный удар. Погода очень была жаркая. Через какое-то время приехала женщина, а с ней девушка, явно в положении. Твои родные? — Мама и сестра. То, что сестра снова беременна, для Сяо Чжаня новость. Но он не удивлён. — Они выкидывали вещи и мебель. А твоя сестра строила мне глазки. Вы совершенно не похожи. — Да? Тем, что я не строю тебе глазки? Парень усмехается. На самом деле Сяо Чжань и Юби довольно похожи. Оба высокие, худого телосложения, с правильными чертами лица. Только Юби с самого детства была красивой девочкой, умеющей правильно преподнести себя. Сам же Чжань носил очки, неправильную причёску, которая портила всё впечатление. Часто горбился, стараясь не выделяться на фоне более низких одноклассников. И только Ван Чжочэн рассмотрел в нём привлекательного парня, привёл в порядок не только внешность Чжаня, но и его гардероб. Со временем из-за родов сестра Чжаня расплылась, перестав следить за собой. И сейчас, в свои почти тридцать пять, выглядит уставшей от жизни женщиной. Без какого-либо образования, она научилась только связываться с неправильными парнями, не желающими брать ответственность за детей. Сама Юби тоже не питает к детям особой любви, скидывая их на родителей, из-за чего в доме происходят скандалы. Насколько Сяо Чжань знает, сейчас они всё ещё живут в маленькой квартире, в которой прошло его детство. Сестра ненавидит Чжаня ещё и по причине, что он, будучи извращенцем (по её словам), отлично устроился в Шанхае. Снимался в дорамах, жил в большой квартире на двадцать восьмом этаже и ездил на шикарной машине. То есть, имел всё то, что хотела и должна иметь она. Опять-таки по её мнению. Как же сестра отчаялась, что решила переехать сюда. В эту дыру, в которую никогда не приезжала, будучи ребёнком. Сяо Чжань нарушил её планы, вероятно, заслужив ещё один повод для ненависти. — А ты не строишь? — усмехается сосед. — Тогда мне показалось. Сяо Чжань лишь мягко улыбается и качает головой. Сосед, конечно, симпатичный, даже красивый, когда не хмурится. Но холодный и кажется неприступным. Да и Сяо Чжань сыт по горло отношениями. И даже ничего не значащий флирт — последнее, о чём он будет думать. Так что сосед тут ошибся на сто процентов. Он глазки не строил. — Тебе действительно показалось, — серьёзно говорит Сяо Чжань. Парень перестаёт улыбаться, склонив голову, с любопытством разглядывает Чжаня. — Это хорошо, — тоже серьёзно отвечает он. Чжань усмехается. Парень явно привык, что все окружающие люди западают на его симпатичную мордашку. И ведут себя соответственно. Сяо Чжань думает, сосед избалованный парень. Чужим вниманием и деньгами. До всего того, что с ним случилось. А с ним определённо что-то случилось. — Это настолько хорошо, что ты готов сказать мне своё имя? Или хотя бы скажи, как мне к тебе обращаться. — Ты намерен обращаться ко мне? — Снова лукавая улыбка на губах. — Мы соседи. — Сяо Чжань прекрасно понимает: с ним ведут какую-то игру. Поддаваться он не собирается. — И почти знакомые. Да и нечестно: ты знаешь моё имя, а я твоё — нет. Минуту парень берёт на размышление, а потом говорит: — Меня зовут Ван Ибо. Чжань кивает, принимая информацию. — Хорошо, Ван Ибо. Я рад познакомиться с тобой. Мой ужин уже съеден, и у меня больше нет повода тут оставаться. Так что я пойду к себе. Но прежде я хочу знать: ты точно будешь в порядке, когда я уйду? — Я был в порядке и до твоего прихода. — Не пойми меня неправильно, но, когда я пришёл, ты лежал на полу, а до этого что-то швырял в стену. Ты, кажется, чем-то расстроен. И ты явно склонен причинять себе вред. — Сяо Чжань указывает кивком головы на запястья Ибо. — Поэтому я спрошу: я могу оставить тебя одного без опасения утром пожалеть об этом? — Думаешь, я вскроюсь, пока ты будешь спать? — В голосе Ибо злое веселье. — Нет. Вряд ли. Но ты можешь причинить себе вред. — Ты странный. — Да, мне иногда говорят об этом, — улыбается Чжань. — Это из-за того человека, который днём приезжал к тебе? — Да блять! В этом доме действительно очень тонкие стены и чересчур любопытные соседи! Всё, вали отсюда. — Буду считать это за обещание. Спокойной ночи! В ответ раздаётся только фырканье.

***

Сяо Чжань не собирается делать ничего подобного, хотя мысли об этом не оставляют его все эти дни. С их совместного ужина проходит четыре дня, за это время они иногда встречаются на балконах, Ван Ибо на пожелание доброго дня или чаще вечера только фыркает, отворачиваясь, чем веселит Сяо Чжаня и только. Сяо Чжань получает добро на продолжение своей работы и даже первую часть оговорённой суммы, поэтому был занят большую часть времени, выходя на улицу, только когда садится солнце. Днём предпочитая прятаться за тёмными шторами. Он как-то сам не замечает, как привыкает жить в этой квартире, почти не вспоминая Ван Чжочэна и не опасаясь его приезда. Тот наверняка уже и думать забыл о нём. Вспоминает только плохими словами, а в этом нет ничего нового. Впрочем, от страха он не избавился окончательно. Вечером, отдыхая от работы, Сяо Чжань сидит напротив ноутбука и смотрит на открытую страницу поискового сервиса. Он не может решить для себя: хочет ли он знать про соседа или нет. То, что в интернете он на него что-то найдёт, сомнений почти не вызывает. Вот только нужно оно Чжаню? С другой стороны, знание не причинит вреда, ведь так? Просто, Сяо Чжань думает, это не совсем честно по отношению к Ибо, явно не желающему раскрывать свою личность. Пальцы замирают над клавиатурой. Вздохнув, Сяо Чжань быстро набирает «Ван Ибо» и нажимает «найти». Он ожидает множество ссылок, среди которых придётся искать нужного Ван Ибо, но стоит Сяо Чжаню напечатать второй иероглиф, как поисковая система тут же предлагает: «Ван Ибо и его девушка» «Ван Ибо гонки» «Ван Ибо авария» «Ван Ибо фото» «Ван Ибо Инстаграм» «Ван Ибо личная жизнь» Сяо Чжань решает перейти в раздел фото, желая лишний раз убедиться: он нашёл именно нужного «Ван Ибо». На фото его сосед, без каких-либо сомнений, стоящий на своих ногах, улыбающийся. Фото много, и они совершенно разные. Но чаще всего попадаются с гонок. Сяо Чжань смотрит на Ибо в зелёном гоночном костюме. На его лице тёмные очки, на голове кепка. Он обеими руками держит большой кубок. Радостно улыбается, ослепляя своей улыбкой. Чжань невольно улыбается в ответ. А потом читает…

***

Сяо Чжань редко курит. И предпочитает сигариллы обычным сигаретам. Ему нравится баловаться крепким табаком, отмечая какое-нибудь событие. Чаще это окончание съёмок в очередной дораме. Ну и пусть у него роли даже не второго плана, выкладывается он на все сто процентов, чувствуя себя после опустошённым. Приятно наполнять лёгкие едким дымом, выдыхать его в воздух, отпуская очередной образ придуманного человека. Но сейчас он курит от свалившейся на него информации. Такой реакции он от себя не ожидал и почему-то опасается. Это значит, человек, живущий за тонкой стенкой, становится ему не безразличным. А это очень плохие новости. Ван Ибо двадцать три года. В двадцать буквально возник из ниоткуда, выиграв гонки среди юниоров в Китае. И с тех пор, где бы он ни участвовал, всегда забирал первое место. Самый молодой азиат, участвовавший в европейских гонках и выигравших их. Самый богатый человек Китая до двадцати пяти лет. Гонщик, модель, танцор, сёрфер, скейтер, амбассадор самых известных брендов Китая и Европы. Парень за стенкой настоящая звезда, таких ждут толпы поклонников в аэропортах, у гостиниц. Постерами с ними девочки украшают свои комнаты. Восемь месяцев назад на одном из заездов он попал в жуткую аварию. Видео прилагалось к статье. Сяо Чжань колеблется некоторое время, не собираясь его смотреть, но всё равно делает это. Камера сосредоточена на гонщике в зелёном. Он едет быстро, буквально ложась на бок на поворотах, чиркая коленом по покрытию корта. Красиво, захватывающе. А потом его нагоняет ещё один гонщик, они идут практически вровень. Но тот, второй гонщик, делает опасный манёвр, не справляется с машиной и задевает байк Ван Ибо. И того на полном ходу выбрасывает из мотоцикла. На это больно смотреть. Сяо Чжань прикрывает глаза. Человека в зелёном инерцией крутит по траве с бешеной скоростью. Байк ударяется о заграждение и останавливается. Ван Ибо лежит от него на приличном расстоянии и не шевелится. Камера вылавливает с трибун испуганные лица, кто-то уже бежит к пострадавшему, начинается суматоха. Сяо Чжань прекрасно понимает, что видео старое и человек жив, но его сердце всё равно замирает от страха. Это выглядит ужасно. Создаётся впечатление, лежащий человек полностью переломан. С него аккуратно снимают шлем, давая возможность свободно дышать. Никто больше не рискует его трогать. Гонки остановили, по дороге, где соревновались мотоциклисты, едет машина скорой помощи. Все камеры на стадионе направлены на маленькую фигурку в зелёном. Сяо Чжань мельком пробегается по разным статьям, в которых говорилось о двухнедельной коме Ван Ибо. Даже есть небольшое видео на официальной странице парня, где он на больничной койке передаёт привет всем поклонникам и просит не переживать о нём. Часто попадается одна-единственная зернистая фотография, сделанная у здания госпиталя, где мельком видны врачи и сотрудники скорой помощи вокруг носилок. Больше никаких фото покалеченного Ибо Сяо Чжань не находит. Кто-то очень хорошо постарался скрыть их или вовсе не допустить. В новости попадали только официальные комментарии от родственников или представителей. Сяо Чжань даже находит одну мерзкую статью, в которой писали о возможной смерти звезды, аргументируя это тем, что в сети нет новых фотографий Ван Ибо. А семья скрывает факт его смерти, чтобы и дальше получать деньги от рекламы и с других проектов. И полгода назад какие-либо публикации прекратились вообще. Ван Ибо исчез. На часах почти пять утра, а Чжань стоит на балконе и курит. В горле тут же першит с непривычки, но голова приятно кружится, облокотившись о перила, он старается отпустить всё, что узнал. Не стоило этого делать. Сяо Чжаню не хочется представлять, что чувствует Ван Ибо, имевший и потерявший всё. Спрятанный ото всех. То, что Ибо прячут, не вызывает сомнения. Иначе чего бы ему не жить в столице, в условиях, подходящих его состоянию, которые он, безусловно, может себе позволить? Зачем ему находиться в этой дыре, одному? Отпал только один вопрос. Тот мужчина, что приезжал к нему, оказался менеджером Ибо. А где родители? Или всем заправляет этот неприятный дядька? Чжань ёжится от ночной прохлады. Вот ведь странное место: днём умираешь от жары, а ночью — от холода. Сделав последнюю затяжку, Чжань возвращается в квартиру. Спать не хочется совершенно, он решает заварить чай и поработать, раз уж у него бессонница.