Про девушку, которая встречается с героем, и про кота, который гуляет сам по себе

       Нет, она всегда была внимательна, особенно когда речь заходила о сохранности тайной личности. Да, конечно, Маринетт могла оплошать, как и любой другой человек, но всё-таки хоть капля ответственности, — капля, которая по размеру чуть больше совести Хлои Буржуа — была и у неё.        Даже если она и пошла на такой неоправданный риск, как чересчур тесные отношения с героем под прикрытием, при этом не допустив ни единой мысли, что это могло бы окончиться не лучшим образом.        Но, как показали дальнейшие события, разум напрочь отбился от себя, голова вскружилась от ощущений, и потому думать рационально Маринетт не могла, не единожды позволив Нуару отвести её и на Эйфелеву башню, и по крышам домов, и в другие места, которые были в Париже.        И, кажется, как по закону подлости, в один такой день их застали не Надья Шамак со своим неуравновешенным бзиком пускать в репортаж всё и вся, не Алья Сезар, которая непременно залила бы в Ледиблог самые лучшие фотографии героя Парижа с её лучшей подругой на руках, а чёртов Бражник, который воспользовался увиденным. Только слепой человек ведь мог сказать, что между ней и Котом Нуаром была обычная дружба!        Это ведь случилось в самый неожиданный момент.        Меньше всего Маринетт во время создания нового платья ожидала, что к ней бесшумно ворвётся её заклятый враг и унесёт за собой, не дав возможности хотя бы вскрикнуть от испуга.        — Ах, кто бы мог подумать, что для достижения цели нужно было дождаться, чтобы Кот Нуар начал бегать за другой девушкой?        Маринетт сглотнула: все эти четыре года Бражник воспринимался ею исключительно как недоморщенный старик-злодей, но этот домысел явно пробил оскомину с того момента, как он вероломно связал её по рукам и ногам.        Потому что сегодня она не будет героиней.        Сегодня ей придётся стать приманкой.        Сегодня ею будут шантажировать Нуара.        Пару лет назад Маринетт волновалась бы куда меньше. Тогда у Бражника и марионетки были совсем никакие, вызывающие скорее смех, чем ожидаемую оторопь.        Но это было годы назад.        Это было в невинные тринадцать лет, когда каждый бой казался примитивным марьяжем, а главный злодей — последним старым маразматиком.        Теперь же она не сомневалась, что ради своей цели он мог бы и убить её.        Кота Нуара, который явился сюда за считанные минуты — тоже.        — Я не шучу, мяусье Моль, — несмотря на явно шутливый каламбур, Кот был настроен как никогда серьёзно, — она не имеет никакого отношения к нам. Отпусти её.        Маринетт дёрнулась, боязливо воззрев на своего недруга, который одним вероломным движением только что поднял её с холодного гравия и аляповато приблизил к себе.        — Да неужели? — уголки рта Бражника исказились в отвратительной ухмылке. — Не с ней ли ты в последнее время светишься во всём Париже? Не она ли стала заменой твоей Леди, Кот Нуар?        Она мельком взглянула на Кота, уловив, как напряглись мышцы его рук, стоило ему сжать шест до ощутимого хруста в пальцах, а на лике отобразился злоречивый оскал. Он, чему Маринетт не удивилась, был до скрежета недоволен высказываниями своего соратника.        — Даже если и так… — прошипел Нуар, громогласно стукнув шестом о щербатую землю, — то что? Или ты один из фанатов ЛедиНуар, который расстроился, что его любимая пара не будет вместе?        — «То что»? — с растягиваемой словах издёвке переспросил тот. — Да так, мне просто очень интересно, согласишься ли ты на мои условия в обмен на то, что я не вырву девчонке голову.        Кот дёрнулся, и Маринетт понимала: одно неверное с его стороны действие могло стоить ей жизни. Отчего-то она не сомневалась в том, что у Бражника поднимется рука навредить невинному человеку.        — Чего ты хочешь? — чуть было не понижая голос до шёпота, ненавистно изрёк герой, ради её же безопасности пытаясь показать всем видом, что сейчас он не был настроен на нападение.        Не сейчас — это уж точно.        — Я думаю, что это и так ясно, — саркастично исторг Бражник, требовательно протянув вперёд руку и щёлкнув пальцами. — Кольцо, — его голос понизился до угрозы. — Немедленно.        Маринетт испуганно шелохнулась в его руках.        У неё не было никаких сомнений: Кот Нуар скорее замешкается, отдаст своё кольцо и поставит под опасность весь город, чем позволит ей — или кому-нибудь другому — пострадать.        Из-за её же ошибки.        Пару раз дёрнувшись в сторону в фальшивых попытках высвободиться из хватки Бражника, она сумела привлечь к себе его внимание, услышав, как тот что-то раздражённо проворчал, точно пытаясь её угомонить.        И это стало для него фатальной ошибкой.        — Агрх!        На этот раз Кот Нуар не мешкал и оттолкнулся от земли сразу, как только соратник отвлёкся. Настигнув его в прыжке, он прицелился шестом в грудную клетку врага, так, что последний не успел отреагировать на удар и нечаянно отпустил пленницу, тут же выпавшую на землю.        Возможно, Кот успел бы её развязать и унести отсюда как можно скорее, или же Бражник успел бы отойти от полученного противником нокаута, чтобы снова пригрозить её жизнью, — а может и покончить с ней, как он и обещал до этого — если бы они в один момент, как по щелчку пальцев, не сошлись в ожесточенной битве.        Маринетт удалось отползти в сторону вопреки тому, что ноги были крепко связаны.        Взор припал к разразившейся между героем и злодеем баталии.        Ей приходилось корить себя за эту мысль, — вопреки слабой надежде на то, что они всё-таки выйдут победителями в этой драке — за то, что она так сомневалась в своём напарнике, но доводилось насилу признать, что шансы на победу у Нуара не велики.        Тем более, когда он действовал в одиночку.        И, словно в подтверждении её аспекту, Бражник отвесил тому сокрушительный удар, из-за которого Кот растерялся и упустил свой шест, отныне покоившийся вдали от хозяина.        Бездействие героя дало его противнику фору.        Удар. Ещё один.        Кот Нуар попытался использовать Катаклизм, но был моментально прерван четвёртым ударом.        Маринетт схватилась зубами за сдавливающие её запястья верёвки, — и отметила зачем-то в уме интересным, что Бражник завязывал столь крепкие узлы — спустя миг ощутив, как те натирали кожу. На периферии зрения Кот, стоявший на качающихся ногах, сумел нанести своему противнику хук в челюсть, но отобранные из-за ранних серий ударов силы не позволили выбить того из колеи, посему ответный удар пришёлся меньше, чем за полминуты.        Девушка сдавленно выдохнула.        Дрожащие пальцы потянулись за верёвками на ногах. Как раз в тот самый момент, когда почти что обессиленного Нуара отбросило к стене, и Бражник, пытающийся отдышаться от нескольких попыток сломать ему рёбра, навис над ним.        — Ты мог бы просто отдать кольцо, жалкий мальчишка, — презрительно сплюнул он, выпрямившись во весь рост перед тем, как наклониться к обрамлённой кольцом руке, — а теперь мне придётся послать Ледибаг послание о том, что её напарник проиграл их врагу и не смог уберечь свой Камень Чудес. Ц, позор…        Верёвки развязаны.        Дыхание сбито.        Ноги стремглав несли её в эпицентр событий.        Маринетт без раздумий вскочила перед Бражником и приподняла валявшегося изнемогшего Кота, чем побудила противника скорчиться, а героя, напротив, поразиться до паники.        Она была зла.        И это могло быть отличной возможностью для Бражника стать демиургом триллионной марионетки.        — Лети, моя акума.        — Мари, беги!        Вызов принят.        — Тикки, пятна!

***

       — Поверить не могу! — скуксившись, негодующе воскликнул Кот Нуар, как тут же скорчился: челюсть всё ещё ныла после столь близкого знакомства с кулаком Бражника.        Ледибаг нервно дёрнула уголками рта, не зная, как вообще реагировать на это и что он имел в виду. В голову невольно закралась мысль, что Кота совершенно не обрадовал тот факт, что уже несколько месяцев как его девушка оказалась его напарницей, которая до этого постоянно отвергала все его попытки признаться в чувствах.        — Я ожидал кого угодно увидеть за маской Бражника, но не его, — небрежно продолжил Нуар, не заметив, как его собеседница облегчённо выдохнула.        Но если говорить честно, то Ледибаг могла быть солидарна с ним в этом вопросе: уж кого она не ожидала увидеть в роли своего заклятого врага, так это Габриэля Агреста, своего давнего кумира в индустрии моды и отца бывшего возлюбленного. Последняя мысль, правда, отозвалась в ней лёгким уколом надвигающейся тревоги, потому как она не знала, как отреагирует Адриан, как только прознает, что его отец мало того, что оказался злодеем, так ещё и только что был лишён Камня Чудес и безжалостно отдан в руки полиции.        — Ну… — спустя пару секунд робко начала алая Леди, для полной демонстрации легко подбросив в воздухе только что отобранную Брошь Мотылька, — по крайней мере, потерянный Камень Чудес мы нашли, а что насчёт месье Агреста, то будем надеяться, что он поменяет свои взгляды на жизнь во время ареста.        Кот Нуар опустил на неё взгляд, и смотрел он на неё с необъяснимой эмоцией, которую Ледибаг никак не могла понять. Под натиском его созерцания она съёжилась, пытаясь не выдавать, что волновалась. Быть может, не стоило ей подавать голос, и прямо сейчас от Бражника Кот перейдёт к ней, обвинив, что она намеренно играла с его чувствами?        Но, к её удивлению, напарник вдруг расплылся в самодовольной ухмылке.        — Сегодняшний день, кстати, полон сюрпризов, — елейно протянул Нуар, разрывая расстояние между ними одним шагом и наклоняясь к девушке. — Значит, я всё-таки смог завоевать твоё сердце, моя Леди? Или Принцесса тебе больше симпатизирует?        Ледибаг сглотнула вставший поперёк горла ком, но, вовремя взяв себя в руки, натянула напускную маску хладнокровия и отодвинула от себя лицо Кота.        — Можешь называть меня так, как хочешь, Котёнок. Мне нравятся оба моих прозвища, — пятнистая героиня, несмотря на боевой настрой, не поскупилась одарить юношу добродушной улыбкой. — Ты удивлён, что это была я?        — Конечно, — плутовато-мурчащим тембром согласился Нуар. — Ещё год назад я бы и не подумал, что моя Леди однажды предложит мне помочь ей с выбором лифчика. О чём речь?        Если же мгновением назад она держалась перед напарником стойко, то теперь вся напыщенная бравада сошла на нет, а щёки моментально порозовели от раздражения.        — О Боже, Кот Нуар, вот всегда ты испортишь момент своими шутками. Только недавно ведь был милым Котёнком, — фыркнула скрестившая руки замком Ледибаг. — Вот что мне с тобой делать, несчастье ты блондинистое?        — Любить меня, — простодушно изрёк он, ткнувшись носом ей в волосы. — Я не разочарую.        — Для начала я бы хотела посмотреть в лицо парню, который четыре года доводил меня своими шутками, а потом заставил меня влюбиться в него, когда я была без маски, — чересчур вдумчиво для этой ситуации отметила она.        — Хочешь полного раскрытия? — усмехнулся Нуар. — Хорошо, — он сделал шаг назад, и Леди напряглась, увидев некий хищный блеск в его глазах. — У меня только одна маленькая просьба: не начни заикаться при виде меня.        Ледибаг готова была поклясться, что никогда так быстро не блистала своей догадливостью, потому что сразу же после услышанного её глаза округлились в неверии.

Бонус для тех, кто хотел увидеть реакцию Ледибаг на раскрытие, потому что изначально этого не планировалось. И да, я знаю, что вы все хотели. Ой, вот кому вы врёте, а?

       — Что б тебе акумы в макарон плевали! Что б тебя во сне голуби атаковали до конца жизни! Всё ЭТО время это был ТЫ! — идя то в одну сторону, то в другую, громогласно причитала пятнистая героиня, намеренно не глядя на так и не снявшего трансформацию напарника.        Прервал эту гневную тираду, кстати, раздавшийся напротив неё тихий смешок, который Нуар так и не смог скрыть.        — О, а тебе смешно, да, наглый Котяра? Смешно? — рука Ледибаг тут же потянулась к тому месту, где все было прикреплено её йо-йо, как вдруг Кот, помахав руками, шагнул дальше.        — Ну, мадемуазель, это ведь как-то не по-принцессовски — нападать на своего верного рыцаря, — наигранно жалостливо замурчал Кот Нуар. — Скажу от себя, что меня удивила Ваша реакция, даже задела за живое. Как насчёт того, чтобы решить всё более мирным способом? Или Вы меня уже разлюбили после открывшейся тайны?        Ледибаг громко выдохнула воздух, прогоняя весь раж, и засеменила к нему.        — Глупый, — несильно приударив его по носу, так, что из его уст вырвалось только фальшивое «ой!», отрезала она. — Если я кричу на тебя, угрожаю порвать на части и бросить твоё разорванное тело на съедение голубиным перьям, это не значит, что я тебя разлюбила.        — Звучит неубедительно, — беззлобно подметил Кот.        — А что мне ещё оставалось сделать?! — снова вспылила Леди, недовольная ответом собеседника. — Сначала влюбляешься в одного парня, строишь мечты о будущей жизни с ним, при этом отвергая напарника, в которого спустя четыре года неожиданно влюбляешься и встречаешься несколько месяцев, и тут — сюрприз! — оказывается, что это один и тот же человек!        Что она поняла поздно, так это то, что упоминание о неровном дыхании к его гражданской личности выдавит из Кота Нуара самодовольную ухмылку.        — О, так я не ошибся? На тех рисунках, где на мне не было одежды, я был всё же не референсом, а плодом твоих девичьих фантазий? — лукаво осведомился герой, вильнув кожаным хвостом.        — Какой ты догадливый, — аляповато фыркнула Ледибаг. — Знаешь, я даже удивлена, что с таким настроем тебя возмутил рисунок, где ты целовал практически самого себя, только в другом образе. Самолюбие, Котик — тоже подвид любви.        — А зачем мне это?        К неожиданности героини, от которой она тут же пискнула, Кот Нуар резко двинулся с места и загрёб её в охапку, машинально подхватив свою Леди под бёдра и подняв так, что она оказалась выше него.        — У меня уже есть, кого любить, — раздалось знакомое мурчание на грани слышимости.        Ледибаг выдохнула, уперевшись руками о плечи Нуара, и глянула на него в напускной строгости.        — Тебе придётся постараться получше, потому что я всё ещё злюсь и хочу кинуть в тебя нескольких голубей, Адриан, — буркнула она, обхватив его ногами за поясницей.        — Правда? — точно у него изначально были все шансы на победу, хитро переспросил Кот, и, вытянувшись, коснулся губами до её шеи, выбив у неё лёгкую дрожь. — А вот так, Принцесса? Ваше сердце ещё не растаяло?        Над ним раздалось фырчание.        — Ты самовлюблённый нахал, который издевается над бедной девушкой, маньяк и вообще, в следующий раз я закидаю комнату огурцами, чтобы ты как следует подумал над своим поведением!        — Я тоже тебя люблю, Принцесса, — неожиданно нежно ответил Нуар.        Громкий вдох. Тихий выдох.        И вот что, спрашивалось, оставалось делать этой «бедной девушке», кроме как растаять в счастливую лужицу и признаться самой себе в очередной раз, что ей повезло влюбиться в этого дурачка?