Правдивое руководство по стратегии игр онлайн

Из мякоти счастья он может извлечь зернышко печали.

Из океана славы — выдернуть тайную рыбину срама.

Рой Арундати

Миг, когда он вывалился из забытья, сопровождался шумом вскипающего чайника. В полудреме, пока логика была выключена, он повернул голову к окну, проверить, что делает Муцю. И тут оборванные сном нити его мыслей снова приобрели геометрическую четкость, и на Сю навалился ужас понимания, что друга больше никогда не будет в этой комнате, в этой реальности и с этим уже ничего не поделать. Чтобы избавиться от чувства полнейшего бессилия, Сю вскочил, бросился в туалетный уголок, привел себя в порядок и сел вместе с Мучэн завтракать, чтобы ее усилия по организации их жизни без Муцю не прошли даром. Кусок не лез в горло, но кошмарное ощущение потери, такое убедительное несколько минут назад, рядом с Мучэн казалось переносимым. Сю запил теплый хлеб чаем, как раз вовремя, чтобы нажать кнопку и прервать громогласный рев звонка от Тао: — Не разбудил? Тебе первому сообщаю — закончил обустраивать общежитие. Завтра организую официальный заезд. А тебя жду уже сегодня вечером. Организационные вопросы и все такое. — Мы с Мучэн запланировали сегодня погулять вместе. — Время поджимает. Погуляете, когда найдем шестого игрока. За Мучэн не беспокойся. Она одна не останется. Кто-то будет за ней постоянно присматривать. Даю слово. Когда Тао отключился, Мучэн сказала: — Я все слышала. Тао прав — вам надо сыграться. Общежитие — правильное решение. Хоть мне там и нет места, но мы ведь будем видеться, когда у тебя будет время.

***

Прежде чем навсегда покинуть квартиру Муцю, Сю хотел разобраться в файлах на жестких дисках, а заодно и в ящиках стола: гайды переписал на флешку, фотографии бережно сложил в отдельную папку и заархивировал, в ящиках нашел три пачки сигарет, карту аккаунта Мрачного Лорда, блокнот с набросками Зонта вероятностей. Против воли бросил взгляд на стоящий в углу обычный зонт — и спазм потери снова перехватил дыхание. Не совсем отдавая себе отчет в том, что делает, Сю достал из подвернувшейся под руку пачки сигарету, затянулся, держа ее большим и указательным пальцем, как это делал Муцю. Закашлялся, облизал губы, перекатывая во рту слюну. И понял, что сигарета принесла неожиданное облегчение. Мучэн поставила перед ним пиалу с бульоном: — Уже пять часов сидишь. Понимаю, аппетита никакого, но тебе надо восстановить силы. Сю отпил из пиалы: — Спасибо, Мучэн. — Я ночью просыпалась. Видела, ты был в «СЛАВЕ». Искал онлайн кого-то на замену брата? — Нет. Просто играл. У меня было ощущение, что Муцю в это время был рядом. Мучэн взяла пиалу, покрутила ее в руках, словно решаясь на что-то. Сказала: — Когда папа умер, мама нам говорила, что его душа улетела к ногам Бога. А Бог, — тут Мучэн сделала паузу, сглотнула рыдания и продолжила, — а Бог взял его душу в свои теплые руки, возродил и превратил в цветы райской птицы. Может быть, и душа брата улетела к ногам Бога? Сю подумал о ночной встрече с Муцю в игре и кивнул: — Может быть. Только я буду думать, что она улетела к ногам Бога Игры и возродится в «СЛАВЕ». Так было бы правильно. — Но ведь никакого Бога Игры нет. Бога вообще нет. — Тогда давай представим, что Муцю вышел из жизни в игру, как мы выходим из дома на улицу? И теперь живет в ничейном пространстве, в полумраке кодов и программ, в которых он так хорошо разбирался. Может быть, он ждет с нами встречи там. В любом случае, — Сю протянул Мучэн карту «СЛАВЫ», решив ничего не рассказывать о своих ночных клятвах: — Это персонаж, которого Муцю специально создал, чтобы играть в профессиональной лиге. Я подумал, что он должен быть у тебя. — А ты? Я думала, что ты захочешь… — Нет. Я буду просто играть и побеждать для него. Мучэн помолчала немного и решительно закончила: — Тогда я тоже буду играть в «СЛАВУ». И верить, что там нас ждет брат. С этого дня, чтобы мечта Муцю снова и снова сбывалась, и Сю, и Мучэн закрыли свое горе глубоко в себе, как закрывают дверь в комнату, где гремит чужая вечеринка. Оба стали жить «СЛАВОЙ» и для «СЛАВЫ», но каждый по-разному. Мучэн — с перерывами на школу, Сю — без отдыха, без перерыва.

***

Разрушитель Ци, Сплетенная Тень, Беспощадная Магия, Мрачное Небо — три парня и одна девушка, ники вместо имен, одержимость «СЛАВОЙ» и вера друг в друга вместо спонсоров и опыта — вот и все, чем располагала «Великолепная Эра» к началу первого сезона. И команде все еще не хватало шестого игрока. Они пытались найти кого-то на первом сервере — напрасно. Лучшие игроки и эксперты уже вступили в профессиональные команды и начали тренировки. Им отказали больше двадцати раз. В итоге Сю пошел на отчаянный шаг: пользуясь своей относительной известностью, разместил вызов на дуэль на фиксированной арене «СЛАВЫ». Ставкой было участие в команде. В случае проигрыша Сю принимал предложение и уходил в команду победившего игрока. В случае победы — проигравший игрок присоединялся к команде «Великолепной Эры». На вызов тут же откликнулся Рассеянное Солнце. Просто прийти и сказать: «Я хотел бы стать частью "Великолепной Эры"», — Рассеянное Солнце не мог, для такой фразы он был слишком гордый и несговорчивый парень, но дуэль с Сю сняла все ограничения. Солнце играл против Сю весь день в полную силу и весь день проигрывал, к вечеру вступление в команду для обоих было дело решенное. — Возьми батончик, тебе нужно подкрепиться, прежде чем сразишься с другими членами команды, — Сю протянул Солнцу шоколад, не скрывая довольной улыбки: соревнуясь, сегодня он впервые достиг ста тридцати ударов комбо и был уверен, что ночью встретит Муцю в его локации и расскажет о последних новостях. — Значит, я зачислен, — сказал Солнце, стараясь смягчить вопросительную интонацию громким голосом. — Конечно, и у нас слишком мало времени, чтобы «наши руки сработались».

***

«СЛАВА» подхватила Е Сю и унесла в свой профессиональный мир, как волна, смывающая человека с палубы. Он отключал критическое восприятие мира и погружался умом и чувствами в галлюцинации мира «СЛАВЫ», в стресс игры, в ее постоянное напряжение, а потом проваливался в черный сон без сновидений, бесформенный, как непрожитая реальная жизнь. Просыпаясь, смотрел в потолок, мысленно расчерчивал его на квадраты, расставлял в квадраты аватары лучших игроков «СЛАВЫ», прикидывал их возможные приемы и тактики и свои — ответные, призванные максимально увеличить шансы его команды на победу. Думал глазами, как думают игроки в го, тренировал интуицию, придумывал рисунки битв и учился их распознавать у других с первых ходов. Учился, скользнув глазами по поведению персонажа в игре, выхватывать из него ключевой навык и определять уровень опыта. К концу первого сезона тайминги навыков звучали у него в голове беспрерывной мелодией, и он точно знал, на какой ноте вступит ульта берсерка, а на какой замолкнет скилл рыцаря «жертвенный рев». Он подсчитывал их до миллисекунды, словно в нем появился встроенный камертон. Даже научился за улыбкой прятать свои настоящие эмоции и использовать молчание и треш-болтовню как игровые приемы, дестабилизирующие противника. Несмотря на все усилия талантливых игроков победа в первом сезоне против «Королевского Стиля» не была легкой, но еще тяжелее дался второй сезон с финалом против «Тирании». В этот раз они играли не на стадионе «Сяо Шань», а в гостях. Сумели выиграть еще третий сезон, постоять на вершине, а потом все поломалось. Друзья покинули иллюзорный мир «СЛАВЫ», вместо них в команду пришли пять новых игроков, с которыми у Сю не совпадали субъективные ощущения от игры. Новички слушались его только потому, что он стал легендой, но его взгляды на систему продвинутых стратегий упреждения неприятностей были им чужды.

***

Подошел к концу четвертый год со смерти Муцю. Сю и Мучэн как повелось пришли на кладбище, в этот раз под проливным дождем, но все равно по очереди рассказывали надгробному камню о новостях и достижениях, дали выразиться в словах то одному воспоминанию, то другому, точно в доме зажигали свет то в одной, то в другой комнате. Стараясь во всем походить на Муцю, Сю сохранял созданные им традиции. Даже воскресные походы по магазинам и покупку мороженого. А зимой, как это делал Муцю, Сю грел руки Мучэн у себя на груди. Быть внимательным к Мучэн стало одним из принципов, вокруг которых он строил свое теперешнее существование в реальном мире. Он научился готовить, стирать и даже гладить. Уют в квартире Мучэн больше не был для него секретом. За всеми этими будничными заботами он не заметил, как Мучэн выросла, и с удивлением услышал от нее однажды утром: — У меня остались только три выпускных экзамена, и обещание, которое я дала братику, будет исполнено. Вчера в игре я сделала двести десять АПМ и попала в локацию… Ее нет на картах, и… Видела брата, — Мучэн улыбнулась Сю сквозь слезы. — Он сказал, что ему нравится мой боевой дух и что он снова будет ждать меня там, если я сумею улучшить мой АПМ. Через две недели я готова вступить в «Великолепную Эру». Представишь меня Тао в новом качестве?

***

Тао Сюань не смог отказать сестре Муцю, и в пятом сезоне Мучэн стала лицом команды и любимицей спонсоров. Вся реклама на ней, вся связь с фанатами — на ней. Сю был ей безмерно благодарен за то, что она стала частью его игрового мира — частью равновесия, доброй и позитивной его частью. За то, что она избавила его от публичности, которую он не мог себе позволить, за то, что послушно ходила на все встречи со спонсорами, носила одежду, усеянную логотипами и торговыми иероглифами, наклеивала на свои сумки рекламные фигурки и на пресс-конференциях выглядела примерно так, как выглядят разрисованные рекламой гоночные машины. Не сразу, но Сю осознал, что быть рядом с Мучэн не только в реале, но и в игре приносит не только облегчение, но и тяжесть. Тяжесть — потому что она играет совсем не так, как Муцю, и от этого Сю больно где-то очень глубоко внутри, там, куда сознательно он не мог дотянуться. Куда дотягивался только во сне и просыпался со слезами на глазах. Облегчение — потому что у Мучэн свой неповторимый стиль и она чувствует стратегии Сю кожей. Зрители сразу увидели и оценили их взаимодействие. Выбрали Первого Осеннего Листа и Танцующего Дождя лучшим дуэтом «СЛАВЫ» пятого сезона. Однако это не помогло «Великолепной Эре» выиграть кубок. Ни в шестом сезоне. Ни в седьмом. Каждое поражение вызывало у Сю бурю эмоций, но он развил в себе способность закрывать эмоции в дальних и прочных ящиках своего сознания, не позволял им просачиваться во время тренировок и разборов матчей, заставлял себя входить в свою официальную роль капитана: полное хладнокровие, насколько это возможно в таких обстоятельствах для существа из плоти и крови, и полная концентрация на будущем. До зари пересматривал стримы чужих матчей, просеивал свои воспоминания о встречах с профигроками, составлял рисунки боев один на один, трое на трое, шестеро на шестеро. Когда в дверях его комнаты в общежитии появлялась Мучэн, это означало, что нужно передохнуть, нужно перестать быть в напряжении и осаде: поесть, погулять, сходить в кино. Наверное это было хорошо и правильно. Но вот только Сю совсем не хотел жить вне напряжения «СЛАВЫ», вне «боевого духа», который позволял ему видеть Муцю. Хотел с утра до вечера быть в стрессе игры, словно создавал для него дополнительное и исправленное будущее. Кроме того, возможность увидеть Муцю в потерянной локации как лампочка горела над его головой и гнала, гнала вперед. 140 комбо ударов, 150, 160, 170… 230. Каждый раз после очередного персонального рекорда он проваливался в мягкое ничейное пространство Муцю, возникавшее для Сю только в зазоре между его чувствами, воображением и реальной жизнью. Грушевое дерево давно уже перестало быть засохшим, но превратилось в огромного зеленого гиганта, ветви которого лестницами уходили вверх и терялись в звездном небе. Пространство вокруг дерева тоже изменялось. Оно все больше походило на мозаику Пенроуза. Только в этих искривленных пространствах Сю согревался душой, только попадая в этот игровой баг чувствовал напряжение в паху и у него случались оргазмы.

***

Мучэн ясно, как никто другой, видела одержимость Сю игрой и его одиночество; видела, что он смотрит на людей, пытавшихся с ним подружиться, искавших его расположения или провоцирующих на интимные отношения, с отстраненным интересом, как на трещину в стене, которую раньше не замечал. Считала, что так дальше продолжаться не может, и однажды, после часового обсуждения тактики завтрашнего матча, решилась. Попросила: — Поговори со мной. В глазах Мучэн появилось что-то, делавшее ее в этот момент намного старше и привлекшее внимание Сю. — О чем? — удивился он. — О том, что у тебя до сих пор никого нет. — Как ты представляешь себе этот разговор? — опешил Сю, потом переформулировал: — Я вообще не представляю себе, как обсуждать личную жизнь со своей младшей сестрой. Прости, — и посмотрел Мучэн прямо в глаза. Однако в следующую секунду его взгляд скользнул вбок и сосредоточился на локации «СЛАВЫ» девятого сервера, маячившей на включенном игровом мониторе. Это было то самое пространство Пенроуза с грушевым деревом посередине — место его интимных встреч с Муцю. Только теперь туда могли попасть все игроки Небесной Сферы, как явствовало из картинки на мониторе, на которой двое представителей гильдии Синего Ручья рассматривали неровную линию горизонта, и из бегущей строки, доносящей до каждого появление нового игрового пространства. Затерянное место больше не было багом, а Сю не был готов к такому повороту вещей. Внутри у него что-то перевернулось. Он словно потерял Муцю второй раз и с тех пор не мог больше с ним увидеться — потерял с ним связь.

***

Наступивший кризис был многогранным. Его АПМ замер на одном месте, и больше он не мог показывать пиковую скорость рук в одну тысячу микродвижений в минуту. Вдобавок на плечи тяжелым грузом навалилось осознание, что Хе Мин, Ли Хао, Шэнь Цзянь — им было не по силам понять его выводы, зато по силам было обвинять в сдерживании талантов. И они, и старший менеджер Цуи, да и сам Тао больше не видели реальность «СЛАВЫ» так, как видел ее Сю. Мышление всех этих людей было заточено на что-то вроде «Марио» или «Зельды». Они считали проигрыши простым невезением и не понимали, что последнее время Сю специализировался на том, чтобы разбираться в невезении. Предсказывать невезение и его избегать. Напрасно. Все указания Сю все чаще расценивались как придирки, отчего тренировочная комната все чаще заполнялась глухим волнообразным жаром «праведного» гнева. А Сю в голову все чаще приходила мысль, что внутри сети общепринятых локаций «СЛАВЫ», которые связаны игровой механикой, происходят какие-то изменения. Появляются дыры, в которых происходят микроизменения алгоритма. Словно игра развивает свой собственный интеллект и волю. И, кажется, никто кроме него этих изменений не ощущает. Однако Сю был уверен в своем восприятии и отдавал себе отчет, что понимание этих новых алгоритмов станет ключевым преимуществом в чемпионате этого сезона и всех будущих. Как только эта мысль окончательно сформировалась в его голове, мозг принялся генерировать дофамин и разрабатывать новые стратегии, которые выходили бы за рамки игровой рутины. Для этого Сю требовалось больше свободного времени, и он ограничил общение с командой, сосредоточился на анализе игры, параллельно находя в этом возможность абстрагироваться от давящей атмосферы. То ли по стечению обстоятельств, то ли придя к тем же выводам, что и Сю, менеджер «Самсары» произвел в капитаны совершенно нестандартного стрелка Пронзающего Облако. Сю заинтересовался, загрузил себе все поединки Чжоу Зекая. Пересматривая их с самого начала, поразился. Каждая длинная очередь Чжоу стреляла по оптическому нерву Сю и вызывала секундный ступор. Почему? Должно быть потому, что манера игры Зекая пересеклась с манерой игры Су Муцю: уж больно россыпи пуль Зекая напоминали ему дождь. Не Танцующий Дождь, конечно, а скорее серебряный. Уж больно техники Чжоу Зекая походили на техники, которыми владел друг. Были такими же невероятно элегантными и эффективными. Так же, как и Муцю, Чжоу Зекай с лихвой компенсировал отсутствие опыта напором и скоростью. От его выстрелов нельзя было увернуться при помощи обычных перемещений. А еще, даже во время движения, пистолеты Пронзающего Облако сохраняли стабильность. В точности как у Муцю. Это вызвало у Сю секундный ступор — ему показалось, что Муцю заменил Зекая в игре и подмигнул ему с экрана. Однако в этот вечер зрительные образы так и остались для Сю зрительными образами, впитались в сознание только как элемент профессионального интереса, не получили права влиять на его жизнь и чувства. Потому что где-то между шестым и седьмым просмотром Сю внезапно вызвали в кабинет главного менеджера Цуи. Спешки не было, поэтому Сю позволил себе на несколько минут задержаться за монитором. Достал из кармана брелок, на котором висела флеш-карта и игровая карта Мрачного Лорда, которую он всегда носил с собой на удачу. Сохранил файлы с матчами, чтобы еще раз просмотреть вечером у себя, сунул брелок обратно в карман и зашагал на встречу в кабинет руководства, дав себе обещание постоянно следить за игрой Зекая в будущем. В тот момент он не знал, что идет отдавать аккаунт Первого Осеннего Листа Сун Сяну из «Покорителей Облаков». Не подозревал, что через полчаса уйдет из «Великолепной Эры» навсегда.

***

Мысли о Чжоу Зекае и о Муцю все еще крутились в голове, когда Сю вышел на ветер и снег из уюта и гарантированного заработка башни «Великолепной Эры». Мысли эти были куда менее упорядоченными, чем то, что подразумевает слово «думать», но именно они, а еще странный интуитивный толчок, который он почувствовал в своем сердце, заставили Сю остановиться перед зданием интернет-кафе «Счастье», безликим до полной невозможности. Почему бы тут не переждать полтора года, пока у Мучэн не закончится контракт? Внутри новехонькие компьютеры с плоскими мониторами стояли так плотно, как позволяли законы фэншуя, и практически все были заняты. В зале сидели по меньшей мере сто человек, все в наушниках, отчего в помещении висела напряженная мечтательная тишина. Сю подошел к стойке ванбы — основательному сооружению метров двадцать в длину, с двумя кассами. Сзади у стены стояли два холодильника с напитками в бутылках и банках и стеллаж с дошираком в ярких стаканчиках, запечатанных фольгой. За стойкой сидела девушка приблизительно одних лет с Мучэн… Научившись читать персонажей «СЛАВЫ», Сю читал реальных людей, не скрытых аватарами, так же легко, как написанные скорописью записки в блокноте наблюдений. В девушке за стойкой — Чень Го — Сю увидел нечто редкое и редко встречаемое. Не просто сильный характер и моральный стержень. Больше. Ее глаза словно впитывали в себя горести и несправедливости, а выплескивали назад безграничную надежду на лучшее. Важное качество большого босса. Привыкший доверять своим чувствам, Сю кивнул в сторону объявления на стойке: — Ищете ночного администратора? И жилье предоставляете? Мне подходит. Могу начать прямо сейчас.

***

Желание переждать полтора года до окончания контракта Мучэн очень быстро переросло в желание начать все сначала именно тут, в «Счастье»; именно рядом с Чень Го — Туманной Мглой, прямота которой, граничащая с грубостью, как панцирем защищала ее доброе сердце, — Сю загорелся идей покорить «СЛАВУ». Открытие десятого сервера для реализации этой идеи пришлось как нельзя кстати. Сю вспомнил молодость, возродил Мрачного Лорда и начал восхождение в Небесную Сферу и Пролигу: помогало еще и то, что, оказываясь в той или иной локации, новички десятого сервера не видели разницы между западом и востоком Опустошенной земли или Озера тысячи волн. Однако Сю проводил здесь все свое время, начиная с открытия первого сервера, поэтому чувствовал градиент местности и понимал до сантиметра свое местоположение, поэтому первым занимал выгодные позиции. Кроме того, его способность собирать бесконечные непредсказуемые комбо из ста двадцати скиллов двадцати четырех классов эпатировала и привлекала внимание не только Великих гильдий, но и профессиональных игроков. Все хотели знать, что за noname скрывается за маской Мрачного Лорда. Чтобы найти новые таланты и собрать команду, пришлось начинать все сначала: Паучье логово, Ледяной лес, Могильник… Но Бог Славы и Удачи был на его стороне. Может быть, именно это сыграло в безумном желании Сю создать новую команду не последнюю роль. Во время воровства Кровавого Стрелка Сю впервые увидел Вторжение Парнóй Булочки. Булочка все схватывал на лету и слушался команд, не задавая лишних вопросов. Сю проникся к нему вполне понятным чувством солидарности, потому что десять лет назад Сю — нелюдимый, замкнутый сын влиятельного человека, заточенный в стенах родительского контроля, — мечтал о свободе улицы, и «хулиган» стал его первым персонажем, которым он играл в «СЛАВЕ». Кроме того, «хулиган» против «огнеметчика» — это был их первый бой с Муцю. Подруга Чень Го — Тан Ро, боевой маг Мягкая Мгла — вместе с Булочкой стали основой будущей команды. На пятьдесят пятом уровне прокачки в Чэк Тауне Сю пересекся с Обманом, за ником которого скрывался Мо Фан, нелюдимый паренек, который удивил Сю «клинком пламени» и своим умением не отставать от профессионального АПМ. На том же уровне прокачки Сю поджидал старик Вэй Чэн, скиллы и скорость которого были уже не так хороши, но бессовестность и хитрость, а проще говоря стратегическое мышление, все еще поражали. — У тебя есть серебряное оружие? — первым делом удивился Сю, уворачиваясь от атаки. — А у тебя новый свой персонаж без специализации?! — воскликнул Ветреное Создание тоном римского трибуна, вопрошающего: «Ганнибал перешел Альпы со слонами?!» В этот момент за экранами мониторов оба растянули губы в скупой понимающей улыбке, и каждый понял, что эта встреча будет иметь далеко идущие последствия. Четыре месяца спустя новая команда «Счастье» была создана. В нее еще вошли Один Дюйм Пепла и Скрытый Свет. Сю водил команду по тем локациям, где заметил нарушения законов игры, — словно показывал новых игроков Муцю, ждал его оценки. Без устали тренировал их скиллы и командное взаимодействие так, чтобы комбо оставались в мышечной памяти, потому что по опыту знал, что в эйфории матча, когда по мозгам шарашит адреналин, полагаться можно только на мышечную память. Они пока находились в разных городах, но даже территориально разбросанные по всему Китаю, благодаря Тан Ро были объединены юношеским духом соревновательности, который заставлял их пытаться превзойти друг друга. И это было хорошо. Плохо было то, что, увлекаясь, Булочка и Мягкая Мгла так разгоняли АПМ, что потом не могли встроиться в командную игру. В перерывах до Сю из динамиков долетали обрывки разговоров: — Ты же выбрала боевого мага. Кстати, почему? Тебе нравится холодное оружие? — Скорее нравится чувствовать, как мир сужается и остаешься только ты и мишень. Контроль и концентрация. А ты? Почему ты выбрал призывателя? — Из-за ульты. У него она самая сложная. Переменная. Я даже рассчитал уравнение зависимости его ульты от локаций и взаимодействия с другим оружием. — А почему ты вообще решил играть в «СЛАВУ»? — Здесь можно не заботиться о том, как понравиться девушкам. — Только девушкам? — спросила Тан Ро и застучала по клавишам так быстро, что нормальному человеку не уследить. — Не только, — немного подумав, ответил Скрытый Свет.

***

С того момента, когда на семидесятом уровне прокачки в гильдии Амбиции Тирана Сю отыскал хилера Маленькие Холодные Ручки, все ускорилось. Чень Го наконец собрала их всех под крышей «Счастья». Судя по смеху и счастливым восклицаниям, что рикошетом отражались от стен тренировочной комнаты, все здесь отлично проводили время. Сю чудилось, что он стряхнул с плеч восемь лет и вернулся в свои семнадцать, с поправкой на то, что АПМ и боевой дух у него достигли максимума и весь смысл его тренировок заключался в том, чтобы не потерять скорость пальцев и не получить травму перед началом офлайн-турнира лиги Претендентов за выход в лигу Профессиональную. А весь смыл его жизни был в победе на этом турнире. Если бы Муцю был рядом, он бы его понял. Но не брат. Сю ужалили слова Цю перед началом турнира: — Есть увлечение, а есть одержимость, и это разные вещи. Нельзя превращать игру в смысл всей жизни, игра — не навсегда. Ты сверкнешь звездой, потом закончишь спортивную карьеру, и что дальше? — Дальше, — блеснул глазами Сю, — я не хочу видеть, что будет дальше. Я буду играть, пока смогу. Но сколько он еще сможет? В словах брата как всегда скрывалась правда. Сю все чаще замечал, что к вечеру он ощущает не просто дискомфорт — ломоту в спине, голод или озноб он давно научился подавлять. Но что делать, когда руки шевелятся будто в патоке? Когда становится очевидна задержка между посылом импульса по нервам и откликом мускулов. Сю заставлял себя привыкать к новым ощущениям, прикладывал все больше усилий для контроля микродвижений, все больше уделял внимание запястьям, чтобы при неудачном резком касании о край стола избежать попадания в нервный центр. Такое касание, даже несильное, могло вызвать ошеломляющую боль и надолго вывести его руку из строя. Размышляя над будущим, Сю курил у окна в коридоре с видом на «Великолепную эру». Им, «Счастью» и «Эре», неминуемо предстояло встретиться в финале Лиги Претендентов. Сумеет ли он привести команду новичков к победе? Одна сигарета за другой. Едкий запах дыма и мерцание огонька немного успокоили нервы, но как раз в этот момент в «Счастье» заявился Тао Сюань!

***

Когда Тао Сюань остался наконец тет-а-тет с Сю, выдворив из каморки Чень Го, то позволил себе легкую улыбку, потому что все еще чувствовал симпатию… Нет, скорее жалость, к этому когда-то блистательному геймеру, теперь живущему на складе сломанных вещей и цепляющемуся за свое прошлое. Поэтому Тао решил быть великодушным. Однако начал он издалека: — Одного человека недостаточно, чтобы забраться так высоко, — произнес он. — Даже ты не настолько глуп, чтобы надеяться на свое везение. Лучше признай поражение сейчас. — Для начала было достаточно и одного. Но сейчас «Счастье» — команда. За эту команду играет Бог Славы, и везенье тут совершенно ни при чем. Тао пожал плечами: — Так чего ты хочешь? В память о прошлом я выполню твою любую просьбу. — Хочу, чтобы через год ты отпустил Мучэн вместе с игровой картой Танцующего Дождя. Что ж, а ведь Тао хотел как лучше, хотел предложить Сю уйти красиво. Но раз нет, тогда Тао был готов до последнего извлекать выгоду из своего вложения в Сю. В триумфальное возвращение персонажа без специализации он не верил и всерьез на него не рассчитывал, но зато на него рассчитывали другие и этим грех было не воспользоваться. Сам Тао искренне считал, что сиять Сю осталось одну-две игры максимум, но пока Мрачный Лорд был в фаворе у фанатов и критиков, которые всегда искали объект для восхищения и продажи. Тао кивнул: — Договорились. Когда закончится контракт Су Мучэн, игровая карта Танцующего Дождя перейдет в ее собственность, — а после этих слов не смог удержаться от пренебрежительного замечания: — За эту команду играет Бог Славы… Ты про себя уже в третьем лице говоришь? — Я говорю не про себя, — Сю открыл перед Тао Сюанем дверь, давая понять, что им больше не о чем разговаривать. Тао вышел из каморки, которую здесь гордо именовали «кабинетом», и забыл о странных словах Сю, как о чем-то малозначительном. Зато стал обдумывать план действий и подсчитывать будущие барыши, за которые карта Дождя была лишь малой платой. Разборки между командой «Великолепной Эры» и их экс-капитаном за право вернуться в Профессиональную Лигу — ради такой захватывающей темы даже матчи Профессиональной Лиги могут быть отодвинуты в сторону. Тао думал: «Если сама судьба сталкивает Первого Осеннего Листа и Мрачного Лорда лбами, то на этом можно просто озолотиться». Публика будет следить за каждым шагом и делать ставки на игры. Сюжеты на игровом канале, разнообразный мерч с символикой, мощная реклама — вот это вот все. Тао решил пойти ва-банк и позволить «Великолепной Эре» раздавить «Счастье» на поле финального матча и не раньше, потом собрать урожай победы, вознести Сун Сяна на пьедестал, как лучшего игрока всех времен и народов, а Сю списать в тираж.

***

Сю вышел вслед за Тао на свежий воздух покурить, затянулся сигаретой и, сощурившись, устремил взгляд вперед — туда, где солнце в золотой рассветной дымке выплывало из-за железобетонной громады «Великолепной Эры». Сердце в последний раз неприятно кольнуло от одной только мысли, что от шестерых ведущих игроков его бывшей команды в ближайшее время толку будет меньше, чем от магнитиков на холодильник, а вот у его новой команды хватит воли и упорства, чтобы довести дело до конца — до вершины «СЛАВЫ». Жди нас, Муцю.