Луноликий

Чайный дом встречает гостя любопытными взглядами. Ким, ступая по главному коридору второго этажа, смущён обращённым на него вниманием: каждая дверная створка сёдзи* приоткрыта, чтобы рассмотреть виновника ночного переполоха. Что не скажешь о Чимине. Он, не обращая ни на кого внимания, ведёт Тэхёна к своей спальне. — Сегодня переночуешь здесь, завтра поговорю с Мамехо, куда-нибудь тебя устроим. Чимин проходит вглубь комнаты, освещённой одним керосиновым светильником. Расправляет шёлковое одеяло на невысоком футоне* и приглашающим жестом подзывает Тэ. — Завтра предстоит сложный день, давай спать. Тэхён, быстро скинув обувь и верхнюю одежду, ложится на отведённое для него место. Голова, что все дни словно улей жужжала мыслями, сейчас на удивление пуста. Усталость накрывает юношу и утаскивает за собой в царство Морфея. — Чимин? — Что? — Спасибо. Проходит три минуты, после чего слышен ответ: — Рано для благодарностей. Спи.

***

Резко раскрыв бумажные створки, на порог спальни врывается омега и, проходя внутрь, с силой их захлопывает. Чимин от неожиданного громкого звука подскакивает с матраса. Тэхён встаёт следом, во всю уставившись на вошедшего омегу. Спросонья Ким не сразу догадывается, кто это может быть. Омега довольно низкого роста, слегка полноват, короткая стрижка, на вид около пятидесяти. Строгое чёрное кимоно без вышивки прикрывает все части тела. Тэхёну думается, что всё вместе взятое производит впечатление человека, видавшего трудные времена. Омега обернулся к Тэхену и, зло посмотрев сперва на него, затем на стоящего рядом Чимина, направился к нему. Секунда — и комнату заполняет вскрик Чимина от полученного удара плетью. Он не пытался остановить омегу, потому что, как потом узнал Тэхён, методы обучения Мамехо — главного наставника общины гейш, были крайне суровыми: три удара плетью за каждую провинность. — Время полдень, а ты ещё в постели. Если ты опоздаешь хотя бы ещё на один урок, никакие оправдания тебя не спасут. Живо одевайся, — Мамехо не кричит, но в голосе прослеживаются нотки стали и раздражения. Чимин, прихрамывая и придерживаясь за стену, направляется за ширму. — А ты что смотришь? — Мамехо заводит руки с плетью за спину, сканирует взглядом нежданного гостя пристально и неотрывно. — Позвольте мне остаться, — Тэхён пропускает приветствия и переходит сразу к делу. — Остаться в качестве кого? — Возьмите меня на обучение в майко. — Он будет прилежно учиться, я прослежу, — встревает переодевшийся и готовый во всеоружии Соши. — Соши, ты ещё здесь? Не испытывай моё терпение. Мамехо вплотную подходит к Киму, просит его прокрутиться, определяя в нём способности. Смотрит на его худобу и ругает за нескладное тело, но хвалит за милое личико. — Я заключу с тобой сделку: завтра наша община возвращается в Японию, поэтому сегодня вечером мы устраиваем прощальную чайную церемонию для наших гостей. Там и покажешь, на что способен. Проявишь себя хорошо — возьму с собой в Японию. Ошибёшься или, не дай Бог, опозоришь моё заведение, и этот проступок станет для тебя печальной участью. Ты всё понял? Тэхён для убедительности пару раз кивает как болванчик. Чимин, что всё это время медлил со сборами на урок, получает задание от Мамехо: предоставить кимоно для Тэхёна и ознакомить его с правилами. А после просит привести его к нему в кабинет. Стоит наставнику покинуть комнату, как парни с облегчением выдыхают. — Ты как? Сильно досталось? — Неприятно конечно, но жить можно. Держи, — Соши протягивает свёрток с одеждой, — переодевайся скорее, сам слышал: опоздаем, и нам попадёт.

***

Урок проведения чайной церемонии проходил под присмотром главного наставника. Мамехо проходил взад-вперед и следил за работой каждого подопечного. Всего в комнате было человек десять. Тэхён часто отвлекался, чтобы рассмотреть убранство помещения. Натёртый до блеска пол комнаты был мозаичным — из разноцветной гальки. На нём в хаотичном порядке были разбросаны большие расшитые подушки, деревянные окна были настежь открыты, отчего тонкие занавески развевались в разные стороны. Среди прочего в комнате находились расписные вазы с недавно сорванными цветами, декорированные фонари и большие дубовые комоды. — Чимин, почему именно чай? Вы не наливаете крепкие напитки гостям? – Тэхён наблюдает, как чаинки медленно опускаются на дно фарфоровой посуды. — Во время чайной церемонии между людьми, принимающими в ней участие, возникает своего рода духовное родство и слияние, недостижимое с помощью алкоголя. — И ты в это веришь? Ну что, чай сближает? — По крайней мере, так трактует наставник. Верь не верь, а соблюдать традицию придётся. Это сложное искусство, сюда входит не только само чаепитие, но и искусство ведения беседы. Вот, к случаю, проверим твоё умение вести беседу, — Чимин передает одну из пиал с чаем Тэхёну и, слегка наклоняясь, отпивает маленький глоток. — Тэхён, почему ты здесь? — Что? — омега в удивлении вскидывает брови. — Ты разве забыл? Ты меня позвал. — Верно, но ты же не на каждое предложение незнакомца отвечаешь согласием. Помнится мне, ты отказал в тот вечер. — Начнём с того, что не каждый день поступают такие предложения, – улыбнувшись, Тэ тоже немного отпивает из маленькой пиалы. — А если говорить серьёзно, мне просто некуда было податься, я потерялся в каком-то смысле. — И как это понимать? — интересуется Чимин, откинувшись на одну из расшитых подушек. Омега начинает свой рассказ с того злополучного вечера, не утаив ни одной детали. Видит, как меняется лицо напротив: ужас вперемешку с сочувствием. — Тэхён, мне правда очень жаль, я не знал, — потупив взгляд, отвечает Чимин. — Нам крупно повезло, мы с остальными гейшами уехали сразу после нашего с тобой разговора. — Всё нормально. Как ты здесь оказался? — сменить тему — лучшее решение из всех в этой ситуации, к тому же Киму правда интересно. — Я с детства живу под присмотром Мамехо и нашей матушки в Японии. Я вряд ли когда-либо сам принимал решения и не видел жизни за пределами общины и чайных домов, очень редко и обычно урывками. Мои родители и братья погибли на судне в море ещё когда мне было пять. На пляже, куда меня выбросило волной, проходило светское мероприятие. Мамехо меня подобрал и привёл к матушке, я обязан ему жизнью. — Это ужасно, мне тоже безумно жаль, — сменить тему оказалось не лучшим решением, — кто такая матушка? — Матушка — главная в доме общины гейш. Она заведует всеми делами. Понимаешь, Тэхён, община — это не только бизнес. Все гейши, проживающие в доме, — это больше, чем друзья, это братья, это то, что заменяет всем нам семью. Я не стану тебе заменой Канга, Джу-Хёка и Минсу, но я очень постараюсь быть тебе больше, чем просто другом. С этими словами на душе у Тэхёна разливается давно не ощутимое тепло. — Держи, — Ким протягивает Чимину новую пиалу с чаем, — выпей за моё прошлое, а я выпью за наше будущее.

***

После урока омеги спустились в общую столовую, что находится в глубине цветущего сада. Они оба неплохо проголодались, учитывая, что уже обед, а завтрак они пропустили. Взяв подносы с едой, они присели за один из пустующих столов. Пока они обедали, Чимин рассказал, что после им стоит пойти в купальню, а потом зайти к Мамехо, как он и просил. Далее их ждут сборы, и Чимин обещает, что Тэхёну обязательно понравится этот процесс. Но продолжить рассказ омеге не дают: его нещадно прерывают. — Соши, здравствуй, — омега в окружении ещё трёх других гейш одаривает присутствующих ядовитой улыбкой, — не познакомишь со своим гостем? Они переводят изучающий взгляд на Тэ, после о чём-то перешептываясь. Тэхён догадывается, что вряд ли они одаривают его комплиментами. Была не была, Киму нечего терять. — Меня зовут… — Нет, стой! — Чимин не даёт другу закончить, закрывая его рот ладонью. Он резко оборачивается, чтобы потянуться к его уху и прошептать: — вот тебе первый урок: здесь нет места настоящим именам, поэтому придумай новое. — Здравствуй, Мираэ, прости, но нет. Не познакомлю. Возможно, в следующий раз, но это не точно. Чимин зеркалит улыбку омеги, на что тот фыркает и уходит прочь со своей свитой. – Пригадкая особа, мой тебе совет – никогда с ней не связывайся. Будет только хуже. Чимин даже от ярости запихнул в рот большую ложку риса и стал активнее жевать, чем очень повеселил Тэхёна. «Имя? Новое имя? Над этим определённо стоит поразмыслить».

***

После купальни Чимин привёл друга к главному наставнику, тот его уже ждал. Поэтому, войдя в кабинет, сразу предложил гостю сесть. Восседая на кресле, Мамехо затягивается сигаретой. — Твоё основное обучение будет проходить в Японии, если, конечно, ты достойно проведешь этот вечер. Но основы тебе нужно знать уже сейчас. Скажи, что ты знаешь о ремесле гейш? Тэхёну немного неуютно в прокуренном кабинете, руки так и тянутся открыть окно. — Я, признаться, мало знаю о вашем деле. Я видел, как гейши выступали с танцем на площади, и это первый раз, когда я столкнулся с подобным. — Помни, гейши не только танцуют. Мы не куртизанки, но и не мужья, мы продаём своё искусство, а не тело. Мы создаём потаённый мир, где царствует красота. Быть гейшей — значит быть живым произведением искусства. На сегодня главная функция моих гейш — обеспечивать компанию и интересную беседу высокопоставленным альфам. Мамехо вновь делает затяжку, после чего продолжает: — До общения с гостями я тебя не допускаю, сегодня будешь подносить чай. И главное — не мешайся под ногами. Глаза на гостей не поднимай, поклонами выражай почтение и уважение, в беседу не вступай. Ты всё запомнил? — Да. Наставник подходит к шкафу и выуживает оттуда нежно-голубое кимоно. Шёлковая ткань струится и переливается, а серебряная вышивка поблёскивает в неподвижном свете лампы. — Возьми это и надень на церемонию. Соши объяснит, что к чему. — Благодарю! — Тэхён потрясён красотой одеяния, ранее ему никогда не приходилось носить похожее. — Не сильно радуйся, это не подарок. Если ты начнёшь работать гейшей, то вернёшь общине стоимость этого кимоно, а также все деньги, которые ты к тому времени задолжаешь за еду, занятия в школе и, в случае необходимости, за оказанную тебе медицинскую помощь. — Что ж, ясно. Но всё равно спасибо. Наряд очень красивый. — Ступай. Не теряй время.

***

На подготовку к вечеру уходит около двух часов. Около часа укладывали волосы и наносили косметику. Медовая кожа Тэхёна благодаря нескольким слоям пудры теперь стала белее раза в три, глаза густо подведены чёрной подводкой, а на губах — розовое масло с цветочной отдушкой. Ещё один час ушёл на облачение в кимоно и все его слои. Последним штрихом был подбор подходящих аксессуаров: кольца, серьги, веер, а также обувь в цвет платья. — Как я выгляжу? — Ким неуверенно помялся с ноги на ногу, переводя взгляд на Чимина. — Бог ты мой! Тэхён! Выглядишь потрясающе! — и Чимин нисколечко не преувеличивает. — Все гости будут твоими! Тэхён, осчастливленный такой новостью, поворачивается к зеркалу, рассматривая себя в новом облике. — А знаешь, Мамехо не разрешил мне вести беседу сегодня. — Оно и неудивительно, ты не готов, тебе ещё стоит пройти обучение. Чимин подходит и тоже останавливается напротив зеркала. Сейчас Тэхён замечает, что не только он выглядит потрясающе. Омега в нежно-розовом кимоно с вышитыми пурпурными, разнообразными цветами. Воротник отделан позолоченной тканью, а пояс выгодно подчёркивает тонкую талию.

***

Чайная церемония в самом разгаре. Проводить её решено было не внутри здания, а в центре цветущего сада, украшенного фонарями. Прибывших гостей расположили в беседках и окружили вниманием. Играла традиционная музыка, самисент был слышен отовсюду. Гейши парами по очереди выходили на небольшой помост и выполняли танцевальные движения. Чимин давно развлекал гостя в одной из беседок. Редко был слышен его заливистый смех. Тэхён же стоял недалеко от кухни, чтобы, когда потребуется принести чай, он сразу мог это осуществить. Пока было свободное время, он наблюдал за происходящим. Тэхён наблюдал, как смущённые очередным комплиментом гейши прятали улыбки за взмахами вееров. Наблюдал, как какой-то изящно одетый чиновник в светлом пальто, проходя мимо, случайно-специально задел своей рукой руку гейши, желая в моменте коснуться до его бархатной кожи. Наблюдал, как Мамехо учтиво кланяется пришедшим только что гостям. Наблюдал, как длинные серьги концами утопали в высоком воротнике кимоно одного из разливающих чай. Наблюдал и понимал, как не знаком был ранее с этим миром. Неделю назад он даже не знал о его существовании, а сейчас изучает глубинные тайны и правила нового мира. Увлечённый своими наблюдениями, Тэхён не сразу слышит, как его зовут. Опомнившись, он хватает поднос с новой порцией чая и спешит к одной из беседок. Но вот беда: спеша и путаясь в длинном подоле кимоно, не справляется с равновесием и проливает чай на незнакомого мужчину. — Вот чёрт, — Тэхён выругивается себе под нос и обращается уже к мужчине: — Прошу, простите меня, я не хотел! С этим заявлением Тэ принимается протирать пролитый чай на пальто мужчины, но растирает пятно ещё сильнее. Мужчина на это только посмеивается, прося остановиться, но, игнорируемый Тэхёном, перехватывает его руки, обращая на себя внимание. — Перестань, ничего страшного. — Но как же… ваше пальто, я его испортил, — Тэхён смотрит на своё деяние и затихает к концу, — Простите, я вовсе не хотел. Мужчина вновь одаривает его улыбкой и, оставив руки омеги, принимается снимать пальто. Он сворачивает его чистой стороной и перекидывает через руку. — Вот так. Видишь? Теперь совсем незаметно, к тому же, мой пиджак мне нравится больше, чем пальто. Тэхён думает, что он удивителён: какой нормальный человек будет вот так улыбаться и не обращать внимания на образовавшуюся проблему? Омега низко кланяется мужчине. Прибежавший на крик Мамехо следует примеру Тэхёна и, поклонившись, просит мужчину пройти за лучший столик. — Прошу, проходите, располагайтесь, мы сейчас же всё исправим, — Мамехо улыбается своей самой обворожительной улыбкой, отточенной за годы работы. — Хозяйка, пусть мне чай принесёт этот юноша, — мужчина указывает на расстроенного ситуацией Тэхёна и уходит в сопровождении двух гейш в отведённую беседку. Стоит мужчине отвернуться, Мамехо фурией поворачивается к омеге. Тэхёну даже смотреть на него не нужно, чтобы понять, что взгляд наставника сейчас мечет молнии. Мамехо хватает Кима под руку, больно сжав его локоть. — И чего ты встал? — яростно шепчет женщина. — Живо за чаем, и только попробуй ещё что-то подобное выкинуть. Вылетишь отсюда как сопли в платочек. Мамехо толкает омегу ко входу на кухню, а сама возвращается к гостям. На этот раз Тэхён крепко держит поднос и ступает очень аккуратно. — Господин, ваш чай, — омега, войдя в нужную беседку, раскладывает на столе пиалы, листья заварки и заставляет стол яствами. — Ещё раз приношу извинения, мне так жаль. Тэхён, совсем забыв о правилах наставника, неотрывно смотрит в глаза мужчине, мысленно ещё раз вымаливая прощения. Пальто явно дорогое, а пятна чая не так легко выводить из ткани. — Что я могу для вас сделать? Как загладить вину? — Забудем об этом, будет достаточно твоего общества, — мужчина притягивает не сопротивляющегося Тэ за руку, сажая того за стол. — Как тебя зовут? Мужчина восхищён красотой юноши: красивый и хрупкий, и, судя по всему, новенький. Мужчина не частый гость чайных домов, но здешних гейш знает всех. Это прекрасное создание в голубом кимоно видит впервые. — Господин, не тратьте своё время, он у нас безымянный, — Мираэ, что всё это время сопровождала гостя, принимается подливать чай в пиалу и передаёт двумя руками гостю. — Безымянный? Как печально, молодой человек, я советую обзавестись именем как можно скорее. Тот, кто имеет имя, имеет возможности. — Ви. — Что, прости? — Моё имя Ви, с японского означает «Кровавая луна». — Рад нашей встрече, Ви, своим появлением вы скрасили этот вечер. Мамехо, подслушивающий разговор, услышав данное заявление, довольно хмыкает.

***

Церемония заканчивается к двум часам ночи. Все в этом зале устали, но до последнего держат лицо. И заканчивается это только с уходом последнего гостя. Всё меняется в одночасье. Улыбки больше не украшают лица, а движения становятся более обыденными, нежели изящными. Заперев ворота, Мамехо проходит в глубь комнаты, где только что царил праздник. Ничего не подозревающий Тэхён помогает Чимину и остальным собрать на поднос чаши, как получает удар плетью. Сказать, что больно, это не сказать ничего. Второй и третий удар наносятся разом, но выходят не менее болезненно. Тэ поднимает глаза на наставника, а в них немой вопрос: «За что?». — Сегодня ты нарушил все мои правила, не исполнил ничего из наказанного мной. Ты заслужил. Мамехо уже почти разворачивается, чтобы уйти прочь, как слышит: — Да, я не справился. Сегодня не справился. Тэхён, не без помощи Чимина, поднимается и останавливается напротив наставника. — Но в следующий раз у меня получится. Прошу, дайте мне ещё один шанс. — Ты ослушался и поплатился за это. Но, как ни странно, гостю понравилось твоё общество. Мамехо, больше ничего не сказав, всё так же разворачивается и уходит.