The tragicall story of Ralph Rover and Jack Merridew.

Холм, с которого отрывается вид на морской залив. На холме выросла огромная куча хвороста. Входят Ральф, Питер, Джек и его хористы, Генри, Эрик, Сэм, Персиваль, Джонни и все остальные. Ральф У скольких я ни спрашивал, никто Не видел мёртвых тел. Кругом всё чисто. Питер Хоть это радует. Однако, видишь, Костёр как разложили неумело. Как загорится, многое спалит, А дыма-то не будет видно вовсе. Ральф Попробуй это Джеку объяснить! Он нас не станет слушать. Питер Он обязан. Он власть твою признал. Ты – графский сын. Признайся мне, ты испугался Джека? Ральф Кто? Я? Умолкни же, презренный шут. Кто трусом бы осмелился назвать Меня, потомка Роверов старинных? Питер Не утверждаю вовсе, что ты трус, Но почему же Джека признаёшь ты? Ральф Да потому, что у него есть опыт, А я не так уж и умел во всём, Относится что к управленью. Власть же Нешуточное бремя, и она Мне не по возрасту, Как длинный плащ отцовский. Я путаюсь и спотыкаюсь в ней. Питер Вся власть его – лишь только страх и сила. Он запугал всех и грозит кинжалом, Что получил от короля. Но видно, Что кроме подчинения, не знает Иной он власти. Разума в нём нет. Ральф Как и в тебе. Года приносят мудрость! Питер Года… Бывает, что старик В решеньях не умнее, чем младенец. Джек и хористы ( у костра) Огня, огня, мир целый за огонь! Ральф ( выступая вперёд, ехидно) Джек Меридью, ценю и уважаю Решимость я твою, а с нею – волю. Но уж ты взялся разводить костры, Не забывай иметь с собой огниво. Джек ( Роджеру) Огниво мне! Роджер ( шаря в своей одежде) Сейчас, сейчас, милорд! Увы, милорд! Его не захватили. Джек ( остальным хористам) А вы? У вас? Хористы Нет, сэр, у нас огня. Джек О, что же делать! Остолопы, дурни! Как развести огонь? Роберт Грозы дождаться… Пусть молния зажжёт его для нас. Джек Вот ты и жди! ( Злобно) Что ж делать? ( Думает) О, постойте, Уж коли Архимеду удалось Спалить галеры вражеские светом, От Солнца отражённым, чем мы хуже. Но где же взять стекло? Роджер ( Указывая на Питера) Вот, целых два. Джек срывает с Питера его очки и начинает фокусировать свет от Солнца на костре. Появляется язычок пламени, а затем и дымок. Питер Отдайте их. Пожалуйста, отдайте! Милорд, без них я ничего не вижу… Милорд… Ральф Немедленно отдай! Джек Ну, что же, Возьми. ( Отдаёт). Кто-то из детей ( Ральфу) А зверя наш костёр спугнёт? Ральф Какого зверя? Кто-то из детей Вроде бы, таится Какой-то здесь… Ральф Всё домыслы и вздор! Питер Конечно, отпугнёт. Да и откуда Тут могут звери быть? Персиваль Огромен мир И не изведан. Всякое быть может. Джек Да, сколько в море тварей самых разных. От них и у бывалых мореходов, Случалось, дыбом волосы вставали. И в чащах тёмных ведьм бывают сходки, Они младенцев пожирают там. На острове одном жила Цирцея, Так у неё… Генри Стой, не пугай нас, Джек. Ральф Не для того был создан человек, Что бы пугаться всяких там чудовищ. Надеюсь я, что разума светильник Прогонит ночь невежества. Мы сможем, Коль существует нечто, победить. Нас много. Если ж нет на свете зверя, То и бояться нечего его, Тем более запугивать кого-то. Питер ( надев очки). Хватит об этом. А вы знаете, ребята, чем школяр от огня отличается? Джек. Чем же? Скажи нам. Роджер. Действительно, интересно. Питер. Школяр и огонь тем только разнствуют, что школяра вначале разложат, а затем уж и высекут, а огонь сперва высекут, а после разложат. Все смеются, кроме Джека. Страх у них уже прошёл. Джек. Глупые всё это шутки, однако! Ральф ( спрашивает Персиваля). Я забыл… Ещё раз, как тебя зовут? Персиваль. Персиваль Уимз Медисон, дом священника, Хакет Сент-Энтони, Гемпшир. Ральф. Это ты про зверя говорил? Персифаль. Нет… Ральф. Вот и хорошо, не бойся, ничего такого нет. Кто же это был?.. Питер. Надо было список составить, людей переписать. Ральф. Давид-то переписал, а ему потом перед Господом стыдно было. И, к тому же, у нас ни записной книжки, ни восковых дощечек нет. На чём мы писать будем? Питер. Ну, а если кто потеряется, или что похуже случится, нехорошо ведь будет, Ральф. Ральф. Да, нехорошо… ( Подходит к костру). Нет, ничего не выходит… Роджер. Почему? Ральф. Дыма-то нет. Один огонь. Питер. Мы костер-то как следует не разожгли, это ж без толку. Джек Какое он участье принимал, Скажите мне, здесь в нашем общем деле? Какое право же имеет он Давать советы нам? Саймон Но ведь нельзя Огонь нам было развести, милорд, Когда б его не взяли окуляры… Моррис. Надо туда зеленых веток положить. Их кладут для дыма! Ральф. Кто-то должен специально следить за костром. В любой день может прийти корабль, – и, если у нас всегда будет сигнал, нас заметят и спасут. И потом. Нам нужно еще одно правило. Где рог, там и собрание. И все равно – внизу это или наверху. Питер. И ещё, тот у кого в руках рог, может говорить сколько угодно, и никто не имеет права перебить его! Джек глядит на Ральфа. Ральф со вздохом передаёт ему свою раковину. Джек ( лицемерно) Ральф совершенно прав. Он говорил, Что я законность здесь храню и веру. Всех обяжу теперь я соблюдать Те правила, что мы установили. Ведь мы – не варвары. И славный Альбион Есть наша Родина с младенческих времён. Итак, охотники мои, мои хористы, Отныне я вас разделю на смены, Тепрь мы будем отвечать за то, Что бы костёр всегда горел. Ральф Смотри, Что бы исполнились твои слова. Я верен Своим. Сын лорда я и дворянин, Пусть будет твоё слово нерушимо, Как и моё, и пусть в тебя я веры, К стыду и горю, не утрачу после. Джек Альты, неделю эту вы дежурьте. Хористы разделяются на две группы по шесть человек. Одна группа – в плащах, но без шапочек, другая - в шапочках, но на её представителях нет плащей, они только в шапочках, а кое на ком нет не только плащей, но даже и рубашек. Группу в плащах возглавляет Роджер и, услышав слово « альты», сгибается в поклоне. Те, что без шапочек, возглавляются Саймоном. За следующую, – отвечать уж вам. Понятно, дисканты? Саймон О да, милорд, понятно! ( Кланяется). Все уходят. У костра остаётся лишь строй из шести альтов. Затем и они покидают холм. Постепенно темнеет.