Голубые васильки

POV Миша Я лежал в постели и рассматривал свои ноги, которые водрузил на спинку кровати. До чего же приятно было чувствовать себя, как в детстве: развернувшись попой на подушку, задрав ноги повыше и скрестив их, мечтать о чудесах и далёких звёздах. Только сегодня все было чуточку иначе, чудо уже произошло, и я встретил Рому, а далёкие звезды стали немножечко ближе, хотя бы потому, что я чувствовал себя всесильным рядом с любимым человеком. Вчера, когда Роман застал меня в туалете клуба возле зеркала, рассматривающего своё новое тату, у меня чуть сердце не остановилось. Очень уж хотелось сделать для него что-то бесшабашное и дерзкое, удивить его чем-то, поэтому я и решил наведаться к тату-мастеру, считая, что уж этого точно от меня Рома не ожидает. За последнее время он стал мне очень дорог, и я не представлял теперь себя без своего любимого мужчины. Я был как Золушка, попавшая на бал: сначала боялся, что первая наша совместная поездка на дачу обратится крахом и все мои мечты и ожидания превратятся в «тыкву», но оказалось, что Роме пришлась по нраву моя «хрустальная туфелька» и он, как настоящий принц, устроил для меня прекрасный «бал жизни». Вот и сейчас, когда он ускользнул утром из-под одеяла и, поцеловав меня полусонного на прощание, поехал по делам, я проснулся в радостном настроении и возбужденном состоянии. Грех было исполнять «сольную партию» в кровати такого мужчины как Рома даже в его отсутствии. Одеяло нагло возвышалось палаткой в районе моего паха, и я решил отвлечься, чтобы не изменять своему любимому со своим же кулаком. Резко сбросив ноги и перевернувшись, я дотянулся до тумбочки и взял трубку радиотелефона. Потыкав в кнопочки, и подождав буквально две секунды, я тут же услышал знакомый голос. - Маам, привет, - и тут же полилась тирада вопросов про мое здоровье, общее самочувствие, погоду, настроение, Рому, мой аппетит, опять про Рому и в конце, про мою пошаливающую печень. Все это тут же сбило боевой настрой моего «стойкого оловянного солдатика», и я улегся на живот, раскинувшись в позе морской звезды. - Как ты? Как твое давление? – смог вставить я свой вопрос, пока мама набирала в грудь воздух, чтобы начать новую атаку вопросами. Цель была достигнута, и маман переключилась с вопросов на ответы. Я еще минут десять послушал про барахлящий тонометр, про гадов-аптекарей и цены на дурацкие препараты, про министра здравоохранения и страну в целом, про трудности Хуана Себастьяна в новых сериях «Диких страстей» и про Семёновича - маразматика глухого, который включает за стенкой телевизор на полную. - А как там Ромочка? Он не болеет? На работе все в порядке? – новая волна интереса обрушилась на меня в узконаправленном ключе. Мне было немного смешно оттого, что мама так переживает о моем любимом мужчине. Она на удивление быстро и безболезненно приняла наши отношения. Видимо она отчаялась ждать внуков и решила, что пусть хоть зять будет, раз до сей поры я не удосужился привести невестку в дом. Буквально через двадцать минут переговорный пункт был свернут, и я положил трубку. Вот же умеет мама ввести в прострацию своими разговорами. Но я хорошо развеялся и теперь мог расслабленно поваляться в постели. Но тут же, как комета, в мыслях пролетела вчерашняя сцена в туалете клуба, и я, как ночное небо, озаренное ярким хвостом звезды, вновь вспыхнул возбуждением. Противиться было бесполезно, Рома мне такое там творил, что я покраснел, вспоминая наше приключение. Когда он опустился на колени и вобрал все то, что нагло выпирало ниже моего пупка, я даже пискнул от неожиданности и кайфа. Что он вытворял! Даже дома не всегда я получал такой минет, а тут, словно я очутился в раю. Через несколько минут я сам стал умолять, чтобы Рома затащил меня в кабинку и сделал все что полагается. Или причитается? Скорее – хочется и можется. Короче, все то, чем он меня баловал последние недели. Он меня тискал и целовал, поднимал и прижимал, царапал и облизывал. Я в ответ просто стонал и отдавался… Телефонный звонок заставил меня вздрогнуть, и я тут же вскочил с кровати и побежал в поисках своего мобильника. Дико веселились парни из «Rammstein» из динамика моего телефона, но я прекратил их песенные рулады и нажал зеленую кнопку. - Алло, - проговорил я и тут же услышал голос Ромы. – Привет, любимый, я уже соскучился, и я только встал. А еще я позвонил маме, - начал я тараторить. Мне всегда не хватало моего друга. Хоть мы и проводили все свободное время вместе, мне казалось, что я не все успел ему сказать, не все успел для него сделать. – Что? Кто придет? – пока я витал в облаках радости, имя гостя проскочило мимо ушей. - Малыш, ты совсем меня не слушаешь? – Рома замолчал, а я так и видел, как он наморщил лоб, но уже через секунду, по его выдоху, понял что он улыбается. – Я говорю, что придет Марк и прошу тебя развлечь его, если я задержусь. - Да, милый, конечно же! Я все сделаю, - уверил я Рому и, стоя перед зеркалом, начал поправлять растрепанные волосы. - Эй! Я не просил - все, - ревниво начал Роман, и я тут же засмеялся. – Тебе всего лишь нужно быть гостеприимным хозяином и не более. - Буду-буду! Я позабочусь о Марке, - стоя перед зеркальной дверкой шкафа-купе, я начал вертеться и рассматривать своё тщедушное тело. Мда, Аполлон из меня фиговый, да и бледность кожи не придает шарма. И что, интересно, во мне нашел мой Ромашка? Не пойму. Он-то у меня – супер мачо! И видный и статный, как министр иностранных дел. Очень умный, как профессор и в любой разговор может ёмкую цитату великих вставить. С ним настолько интересно, что порою слушаю его, открыв рот, особенно когда он по памяти изрекает строки «Декамерона» или выдает фразу на латыни. Просто клад, а не мужчина! - Ты меня опять не слушаешь, Малыш? – донеслось до моего правого уха из трубки. – Чем ты там таким важным занят? Я заулыбался, стал вполоборота к зеркальной дверце и приспустил свои трусы с одного бедра. Губы тут же растянулись в улыбке, и я закусил нижнюю губу. В утренних лучах летнего солнца, отражающихся в зеркале и падающих на мою белую кожу попы, голубела моя тату. Маленькие василёчки с тоненькими стебельками и игривой ленточкой, опоясывающей весь букетик, тут же напомнили ту первую нашу совместную поездку на дачу и наш лесок, в котором мы и «познакомились», если можно так сказать, поближе. Самым ярким воспоминанием того приключения почему-то стал именно василек, который Рома легко сорвал и небрежно вставил между своих соблазнительных губ. Это движение, его губы, обхватившие тонкий стебель, его взгляд из-под чуть опущенных ресниц, вальяжная поза на покрывале и приглашение прилечь рядышком, все это меня так воодушевило, что я как пьяная бухгалтерша, в кои-то веки приглашенная в кабак и ужравшаяся от счастья, ринулся исполнять приват-танец у берез. Это воспоминание теплом разлилось по телу и тут же отозвалось тяжестью в паху. - Миша, ты есть? – в реальность меня вернул голос Романа, и я тут же мотнул головой, прогоняя дивные воспоминания. – Где ты сейчас находишься, в облаках или снова где-то между Альдебараном своим и Андромедой? - Нет, не угадал, - весело засмеялся я, проводя указательным пальчиком по своей попе, кружа вокруг голубого букетика. – Я сейчас смотрю на васильки. - На те, о которых я думаю? - понизив голос и почти прошептав, спросил Рома. – Тот самый очаровательный букетик на безумно аппетитной попке? - он говорил еле слышно и очень томно, от чего у меня по телу пронесся табун мурашек. - Мда, - замурлыкал я. – Который соскучился по тебе и ждет не дождется, когда же ты к нему притронешься, - и я тут же прервал эту игру, перейдя на будничный тон и переведя наш разговор в русло быта. – Будешь ехать домой, захвати по дороге булочки, я хочу гренки нажарить. В трубке раздалось рычание и какой-то стук. Я знал, что Рома легко поддается на флирт по телефону, и прекрасно понимал, что прерванная игра его раздраконит. Но так же я четко знал, что это его заставит разозлиться сейчас, но все же, как ракета мчаться после всех дел домой. Скорее всего, он сейчас нахмурил брови и сжал губы, ударил кулаком по стене, и поэтому до меня долетел его рык. Мне оставалось только прикрыть рот ладошкой, чтобы не засмеяться в трубку, поскольку я помнил, какой ненасытный и страстный бывает в такие дни мой любимый мужчина. А булочки я приплел просто так, ведь нужно же было его чем-то завести? - Какие нахрен жареные булочки? – он прохрипел в трубку, и мне стало его даже немножко жалко. После непродолжительной паузы он сиплым голосом, чуть слышно продолжил: - Я хочу твои булки, те самые, с этими чертовыми васильками. И жарить тебя я буду сам лично. При чем с обеих сторон. При чем время от времени переворачивая и смазывая для пикантного вкуса. И начинка будет разнообразная и естественно – соус. Так что, даже не надейся, что я обойдусь сегодня легкой закуской, а ты всего лишь десертом. Шеф-повар хочет банкет из семи блюд, и он их получит, - Рома перевел дух и шумно задышал в трубку. – Поэтому, Малыш, приготовь, пожалуйста, все «столовые приборы» имеющиеся у нас в спальне и готовься к роскошному фуршету. Я приеду, ну очень голодный! - А как же Марк? - я сиял как комета Галлея на небосклоне. Моя уловка сработала, и мой обожаемый мужчина примчится сразу, как только закончит работу. – Я же должен буду Марка принимать у нас в гостях. - К чёрту всех Марков! Я ему позвоню и отменю встречу, или перенесу на другой день, или сошлюсь на землетрясение в Гондурасе, или на крах фондовой биржи на Бейкер стрит, или на болезнь Папы Римского, или просто скажу, что я умер. Все что угодно, но вечером – ты мой! Выпалив это, Рома кинул трубку, а я довольный и счастливый подтянул трусы повыше, хлопнул себя по заднице, повертел бедрами «ламбаду» и отправился на кухню включать чайник. День начался прекрасно, жизнь удалась, и мне чертовски повезло на склоне лет в свои тридцать с хвостиком встретить такого мужчину. И раз уж он был моим первым, то мне почему-то очень захотелось через много лет, сидя с ним в обнимку в старом уютном кресле, прошептать на ушко о том, что он - единственный, и я счастлив, что мы до сих пор вместе. Сказать о том, что я рад тому, что не знал других мужчин, что не поддался слабости и не женился на какой-то Марусе из Крыжополя только лишь по настоянию мамочки. Я не мечтал о такой жизни, но сейчас понимаю, что это то, чего всегда хотел. Может и смешно это все говорить после трех недель знакомства, но для меня это было очень серьезно. Кто его знает, как все сложится, но эти отношения я буду помнить всегда. Хотелось бы, чтобы хоть раз в жизни мне повезло, и Рома оказался моей судьбой. Надоело получать проигрышные билеты от судьбы, начиная с засохших фломастеров на Новый Год от Деда Мороза и растаявшей шоколадки на Первое Мая от мамы и заканчивая неудачным графиком занятий в школе и двухнедельным лечением в начале лета от укуса пчелы. Мне всегда везло, как бедному еврею в цирке, и если был где-то стул с шатающейся ножкой, то на него должен был сесть я. Может уже пора и мне выиграть джек-пот? Посмотрим… - Я знаю точно: невозможное – возможно. Сойти с ума, влюбиться так неосторожно-о-о, - направляясь на кухню, начал напевать я на всю квартиру, пребывая в хорошем настроении и решив, не думать наперед, а просто наслаждаться сегодняшним днем, ведь сегодня у меня есть Рома, у него есть я…