Пока не забуду своё

Ты садишься к нему, чтобы обнять и прижаться, чтобы услышать, как он дышит, но тебя не подпускают и близко. И больше не подпустят к себе. Ты это знаешь. Потому что надо было думать, что творишь и говоришь, Андрейка. Потому что твои пустые слова о любви ничего не стоили, как все твои страдания. Он пытался тащить тебя на себя, но, видимо, слишком тяжел груз двести, ведь ему уже все равно куда и зачем его тащат. Ему все равно на каком самолете его отправят в последнюю обитель. Федя не спасатель, но для тебя был готов быть кем угодно. Папочкой, парнем и тем, кто вытащит тебя из бара и из эмоциональной ямы. А нужно ли тебе это было? Ответ найти сложно и ты смотришь, как он оставляет дубликат ключей в прихожей и за ним захлопывается дверь за собой. Не прощается. Он не любит ненужные формальности. Никаких клише в виде прощального секса или поцелуя. Это никому из вас не надо. Лишние слезы только твой удел. Федя переживет это "на сухую", но не во всех смыслах этого слова. Он намного чувственее, чем кажется. Поток холодного воздуха из подъезда вдруг обжигает и глаза от него начинают печь. Сквозняк, может, и не холодный, но слезы горячие. Контраст почти не ощущается, когда скатываешься по каменной стене вниз. На пороге Федя ничего не сказал и вряд ли что-то скажет когда-либо. Его спасательная миссия закончилась, когда ты сам все оборвал и стер три буквы с песка своей души. Спасать ее больше не зачем. Корабль проплывает твой архипелаг, построенный на страданиях и ты одиноко сворачиваешься под пальмой светильника в коридоре. А тебе стало легче от этого разрыва? Ты не любишь и не умеешь любить, но умеешь симулировать это чувство. Самообман. И самое страшное, что обманываешься не только сам с собой, а и утаскивая в эту ложь других людей. Федя не заслужил. Он добрый, хоть по-своему поломанный, но научился с этим жить. Научился любить тебя и твоих демонов, что дальше творчества ничего позитивного не давали. Потому что они и есть та нечисть, которая выгрызает пути в сердце и превращает его в некроз без живых тканей. А ты бы ни за что не пошел ко врачу. Не хочешь совсем лишиться сердца, будто оно слишком много еще ощущает. У тебя своя дорога по которой ты мчишься, чтобы разбиться в лобовом столкновении. Все еще надеясь, что ты вечный двигатель и этот момент вряд ли настанет. Не сомневайся, что настанет, ведь все не так просто и ты это знаешь. Лишь в глубине души. Серые простыни еще хранят тепло ваших тел и любви. Кажется, еще ощущаешь горячие поцелуи тут и там. Щеки горят не то от слез, не то от воспоминаний. Странно. Окно открыто и створка его качается от теплого ветра весеннего ветерка. В комнате холод арктики. Так только кажется. Ты смотришь на свое желтое кресло возле компьютера, на экране которого зависла программа по сведению будущих MP3 философий. Окошко программы с надписью вверху "не отвечает". Федя тебе тоже не отвечал ничем, когда ты пытался донести какие-то причины следственных связей того, что ты и не любишь и что-то там еще. Какой плохой, как тебе жаль. Молчание - знак согласия. Нет. Федя не соглашался. Впервые за жизнь не нашел слов, которые из него можно было пить литрами. Ты вдруг замечаешь на потрепанном кресле его джинсовку. Находишь в себе силы подняться с пожеванных монстром твоей апатии простыней и подойти к ней. Резко ухватить ее и прижать к себе, чтобы уловить что-то уходящее. То, что ты сам послал к своим лучшим друзьям - чертям. Запах Феди на воротнике. Легкий и едва уловимый, как он сам. Ты выглядываешь в открытое окно и видишь, как тот все еще медленно отходит от подъезда цвета асфальта. Спина его выглядит, как будто он постарел за пять минут на добрых тридцать лет. Сгорбленная и напряженная. На джинсовке возле лица появляются мокрые пятна. Сердце вдруг начинает болезненно трепетать. Он вдруг останавливается. Хочется, чтобы оглянулся, но вместо этого Федя просто ускоряет шаг. И внезапно волна сожаления оглушает тебя. Ты хочешь, чтобы он вернулся, чтоб спас и обнял, как обычно молча принимая решения за тебя, но программа на компьютере резко отвисает, а на телефон приходит короткое: Прощай.