Ошибка? Да. Жалеешь? Нет.

На лес опустился тихий, полный комаров и шелеста листвы вечер. Солнце уже перестало палить столь убийственно, и группа заклинателей, довольно рассевшаяся под сенью деревьев, со вздохами была вынуждена вставать. Под строгим взглядом первого молодого господина Лань адепты неохотно поднимались и сворачивали маленький лагерь. Лань Сичэнь и Вэй Усянь, нежданно-негаданно, не стояли и не вели светские беседы. Старшие, к вящему изумлению всех, разбрелись по разным сторонам. Сплетни, конечно, были запрещены, но шепотки об их возможной ссоре поползли по поляне. Ах, знали бы сплетники, насколько близки к истине и одновременно от нее далеки. Если коротко, Лань Сичэнь просто смылся от Вэй Усяня, чтобы тот не заметил предательски покрасневших щек. Вэй Ин видимо решил, что Сичэнь все-таки зол на него, и махнул рукой, отправившись исследовать уже дотлевшее пожарище. — Так, пора отправляться! — скомандовал Вэй Усянь. — А то не успеем долететь до места! Адепты слушались Вэй Усяня не хуже, чем Лань Сичэня. А то и лучше. Уже через несколько минут заклинатели ровным строем отправились в первоначальном направлении: к небольшой западной деревеньке, где и разгулялись невесть откуда взявшиеся ходячие мертвецы. Места достигли быстро. В таком маленьком поселении редко бывали посетители, так что на группу заклинателей в дорогих одеждах и с мечами на поясе таращились во все глаза. Вэй Усянь нагло пользовался вниманием девушек и флиртовал направо и налево, выпросив у красивых девушек фрукты и теперь с лицом наслаждения поедая их. Лань Сичэнь вежливо отказался от предложенной ему локвы и просто шел рядом, делая вид, что ему все равно. Он выискивал постоялый двор или место, где можно будет остановиться, и попутно пытался спустить совсем развеселившегося Вэй Ина с небес на землю. Благо, деревня была действительно маленькая и аккуратная, так что постоялый двор нашелся относительно быстро. Не успел Лань Сичэнь открыть рот, чтобы заговорить с женщиной преклонных лет — владелицей заведения — как Вэй Усянь уже бесцеремонно облокотился на стол и со свойственной ему харизмой выторговывал комнаты подешевле. — Не слушайте моего друга, госпожа, я заплачу полную стоимость, — мягко отодвинул его Сичэнь, протянул хозяйке деньги и прошептал на ухо Вэй Ину: — Все равно не тебе платить, не порть впечатление. — Сичэнь-гэ, тебе что, вообще денег не жалко? — возразил Усянь обиженно. — Я же помочь хочу! — Лучше помоги выведать насчет мертвецов. Все-таки услышав тихий разговор заклинателей, владелица постоялого двора оживилась. — Так вы прибыли, чтобы избавить нас от этой напасти? Я сброшу цену вдвое, только сделайте что-нибудь с этим! У меня и так посетителей немного, а эти вонючие трупы всех постояльцев распугали, — пожаловалась она. — Не могли бы вы сказать, где появляются мертвецы? — осведомился Сичэнь, тут же успокаивающе улыбнувшись. — Мы сделаем все, что в наших силах. — Да в лесу за деревней! Идите по главной дороге дальше. От них так разит тухлятиной, что вы точно не ошибетесь, — сказала женщина и сморщила нос от отвращения. Заклинатели поблагодарили ее за информацию и, не став осматривать комнаты, сразу направились в указанном направлении. Под сенью деревьев было тихо и сыро. Легкий смрад темной энергии витал над дорогой и уходил дальше в чащу. Вскоре показались и первые мертвецы. Трупы были несильные, медлительные, и явно поднялись с окрестных кладбищ, зато их было около двух десятков. Заклинатели быстро рассредоточились и обнажили мечи. — Как думаешь, что их сюда притягивает? — спросил Лань Сичэнь и стоящего у него за спиной Вэй Усяня и четко выверенным движением уложил очередного подошедшего мертвеца — мужчину в расшитых погребальных одеждах. — Наверное здесь есть какой-то источник темной Ци, только надо его найти, — отозвался Вэй Ин и вздохнул. — Эх, если бы был такой артефакт, позволяющий искать темную энергию… Пока он отвлекся, на него вылетел еще один особо шустрый труп, у которого отсутствовали руки, и вцепился в рукав его ханьфу зубами. Вэй Усянь выругался так, что сражающиеся рядом адепты закрыли уши руками, и попытался выдернуть одежду из цепких зубов, но труп оказался на редкость упрямым. Ткань под напором с двух сторон с треском порвалась, и Вэй Ин от неожиданности полетел на землю. Лань Сичэнь тут же отрубил мертвецу голову, и она покатилась, все так же сжимая в желтых зубах кусок рукава. — Ну вот. Есть обрезанные рукава, а я теперь обкусанный… — пошутил сидящий на земле Вэй Ин и грустно разглядывающий испорченное ханьфу. — Звучит так, как будто ты собрался на мертвеце жениться, — хмыкнул Лань Сичэнь и помог юноше подняться. — Нет уж, спасибо. У меня уже есть, на ком жениться, и он точно лучше, чем этот кусачий гад! Лань Сичэнь вдруг замер. У Вэй Ина уже есть избранница? Он никогда не упоминал о ней в своих многочисленных рассказах. Он ведь не мог утаить такую важную деталь. Хотя, зная Усяня, он мог и не посчитать эту информацию чем-то, что стоит обязательно упомянуть, или просто не находилось подходящего времени и места в разговорах. Что-то неприятно скребнуло на душе. В общем-то, не стоило и надеяться на взаимность, и Сичэнь осознавал это очень хорошо. Но та его маленькая, но вредная часть, внутренний противный монстр мучительно царапался. И как бы Лань Сичэнь ни старался не обращать на него внимания, горечь никуда не пропала. Уже лежа в своей комнате на постоялом дворе и слушая мерное дыхание Вэй Ина за ширмой — они решили поселиться в одной комнате, чтобы было проще, — он думал, кто бы мог понравиться такому веселому человеку. Какая она, эта загадочная девушка, к которой он неравнодушен? Наверное, она очень милая и точно обладает хорошим чувством юмора, возможно, такая же озорная и веселая. А может, какая-нибудь неприступная красавица, которую Вэй Ин решил добиться несмотря ни на что. И мог ли Сичэнь претендовать на что-то ближе, чем дружба? Нет. Он не мог присваивать чужое счастье себе. Но и не мог заставить сердце не так часто биться при виде солнечной улыбки во все тридцать два и светло-серых искрящихся глаз. Лань Сичэнь пролежал с невеселыми мыслями еще много часов и заснул только под утро. Когда же он открыл глаза, солнце уже хорошо припекало. Вэй Усяня в комнате не оказалось, зато Суйбянь и его остальные вещи валялись в беспорядке на полу. Внизу в общем зале остальная группа сидела за столом и оживленно обсуждала что-то. Правда при приближении Лань Сичэня разговор моментально стих, и все разом попытались встать, чтобы поклониться первому молодому господину, но Сичэнь только махнул рукой, показывая успокоиться и сесть. — Вы не знаете, где молодой господин Вэй? — спросил он. — Он сказал, что хочет кое-что разузнать, и ушел, — неуверенно ответил старший из адептов. — Он не сказал, куда именно направился. Лань Сичэнь поблагодарил адепта, сам внутренне возмущаясь. Ушел один, ничего не сказал, так еще и меч с собой не взял. Просто верх безрассудства! Да, Вэй Ин сильный заклинатель, но не настолько, чтобы без меча и талисманов справляться с ходячими мертвецами. Вчера они уничтожили большую группу, но это не значит, что больше их здесь нет. Лань Сичэнь поднялся обратно в комнату, взял Суйбянь и отправился искать своего горе-помощника. Найти его оказалось нетрудно. Вокруг Вэй Усяня всегда был шум, хаос и неразбериха, по которым можно было безошибочно определить его местоположение. На рыночной площади столпились люди, некоторые из которых хихикали, другие просто перешептывались или показывали пальцами. Еле пробираясь через толпу и беспрестанно извиняясь, Сичэнь уже слышал знакомый нахальный смех. Ну точно, Вэй Ин опять устроил какой-то спектакль. Картина было поистине веселая. Вэй Усянь бегал вокруг прилавка с овощами от молодого человека очень нетрезвого вида и подначивал его, а тот еще больше злился, от этого торопился, спотыкался и иногда падал. Толпа встречала каждое падение чуть ли не аплодисментами. Многие открыто смеялись. — Ну что, как девушек бить, так ты горазд, а как с равным потягаться, так силенок не хватает? — хохотал Вэй Ин, играючи уворачиваясь от очередной попытки юноши его достать. — А все потому, что вы, молодой господин, пить не умеете! Они сделали еще пару кругов вокруг поваленного прилавка. Вэй Ин лихо перемахнул через ящики, на лету подхватил кем-то чисто вымытую морковь и с хрустом откусил, продолжая улыбаться. — Хотите, я могу научить! Правда выпивка за ваш счет, разумеется, — он подмигнул аж покрасневшему от злости юноше и поднял глаза на стоящего впереди толпы Лань Сичэня. — О, прошу прощения, вынужден откланяться. За мной пришли! Он отсалютовал хохочущей толпе откушенной морковкой и подошел к Сичэню. Тот только укоризненно покачал головой и протянул ему Суйбянь. — Вэй Ин, ты забыл меч в комнате. И не уходи, не предупредив меня, это может быть опасно. — О, ты за меня волновался, Сичэнь-гэ? Как мило, я польщен! Толпа, увидев мечи и развевающуюся по ветру ленту Лань Сичэня, наконец смекнула, что перед ними заклинатели, прибывшие в город накануне вечером, о чем и послышалось несколько удивленных возгласов. Униженный и оскорбленный молодой господин поднялся, сплюнул на землю и процедил: — И так ведут себя великие заклинатели? Ну и воспитание нынче пошло. — Кто бы говорил! — крикнул кто-то из собравшихся вокруг. — Да, да! Сам устроил невесть что, а на господ заклинателей смеешь наговаривать! Им вторило еще несколько человек, и юноша совсем вышел из себя. Его лицо исказилось гримасой ярости, и он, пошатываясь, кинулся к Вэй Усяню. Неизвестно, что он намеревался сделать, но не успел: Усянь моментально развернулся и парой легких нажатий на акупунктурные точки вывел его из строя, и мужчина кулем повалился на землю. К ним мелкими шажками подбежала перепуганная девушка миловидной наружности. Вэй Усянь перекинулся с ней парой слов, ободряюще похлопал по плечу и оставил ее разбираться, как Сичэнь понял, с ее мужем. Заклинатели наконец отошли в сторону. — Вэй Ин, потрудись объяснить, что это было? — Да я пошел прогуляться с утра пораньше, — начал оправдываться он, — и на площади этот мудак… Хорошо-хорошо, этот молодой господин избивал свою жену и кричал. Спасти бедную девушку, попавшую в беду, — дело чести, ты сам должен понимать! — Я не одобряю то, что ты вмешался в чужие семейные дела, но нельзя не признать, что ты прав, — вздохнул Лань Сичэнь. — Так ты что-то выяснил? — Если честно, ничего. Только хотел вот у людей поспрашивать, что здесь да как. У меня смутное чувство, что тот пожар — не случайность, и я очень хочу выяснить, откуда все же взялись те мертвецы. — Не могли же они случайно сюда забрести… — Сичэнь задумчиво потер подбородок. Дело явно было чем-то большим, чем просто случайностью, но зацепок не было. Источника темной энергии они не нашли, на пожарище тоже все внимательно осмотрели, но никаких следов. Оставалось только прибегнуть к излюбленному методу Вэй Ина: расспросу местных жителей. Правда понятие расспроса у них явно не совпадало. Вежливые уговоры Лань Сичэня с его идеальными манерами и сильно выделяющейся из толпы внешностью заставляли людей смущаться, заискивать перед «великим бессмертным заклинателем», и в результате ничего интересного Сичэнь так и не смог выведать. Вэй Усянь же был так весел и нахален, быстро сливался с толпой, к тому же меч, как всегда, упрятал куда подальше и так обаятельно флиртовал с девушками, что люди сами к нему тянулись и через пару минут знакомства готовы были выложить ему всю подноготную. Молодые девушки сбились в стайки и смущенно хихикали за своими веерами, посматривая в сторону Вэй Усяня. Одна из таких красавиц осмелилась подойти и заговорить, тем не менее краснея, как спелая локва. — Молодой господин так красив и смел, — начала она с заискивающей улыбкой и продолжила заговорщическим шепотом: — и я не могу не предупредить его об опасности! — О какой опасности? — навострил уши Вэй Усянь, забывая разом про все остальное. — Девушка, которую вы спасли… Вся деревня знает, что на ней проклятие! — она округлила глаза в страхе. — Говорят, каждый, кто ей помогает, на себя беду накликает. — Правда? — заинтересовался Лань Сичэнь, который уже успел подойти к Вэй Ину, чтобы уговорить его возвращаться на постоялый двор. — Неужто были случаи? — Были, еще как были! — замахала руками женщина среднего возраста, услышавшая разговор. — Поговаривают, так уж трое пропало. Вэй Усянь с Лань Сичэнем переглянулись. Они были правы, когда посчитали, что здесь дело нечисто. В этой деревне что-то происходит. — И кто пропадал? — осторожно осведомился Вэй Усянь. — Как-то наш Сюань Чэнь, кузнецкий сын, помог ей корзину донести с продуктами. Он был таким приветливым и милым юношей, а с тех пор не видели его, — сказала девушка, обмахиваясь веером. — А после… Матушка, помнишь? — Помню-помню, как не помнить. Путешественник здесь проходил, травник. В ту ночь обвал случился, и эта девушка подвернула ногу. Так этот добрый человек ее принес домой на спине, помог, лечебные травы дал. А на следующий день пропал, будто испарился! — Может, — задумчиво начал Лань Сичэнь, — он просто покинул деревню? — Нет уж, молодой господин, вещи его на месте были, в комнате. Мы проверяли, — покачала головой женщина. — Кто еще пропал? — спросил Вэй Ин. — Такой же молодой господин, как вы. С мечом, да с талисманами всякими за поясом. И ханьфу все расшитое золотом, — ответила она. — Да-да, и на лбу точка киноваровая. Красавец писаный! — вздохнула ее дочь, снова краснея. Лань Сичэнь нахмурился. Пропал заклинатель, так еще и адепт Ордена Ланьлин Цзинь. Дело принимало серьезный оборот. — Скажите… — протянул Вэй Усянь. — А вы не знаете ли, кто жил в домике в десяти ли отсюда и не мог ли этот человек стать жертвой проклятия? Девушки шокированно переглянулись. Старшая прикрыла рот рукой. — Неужто и Гун Пин наш… Молодой господин, почему вы спрашиваете? С ним что-то случилось? — По дороге сюда мы увидели пожар и остановились, чтобы помочь. К сожалению, когда мы прибыли, дом уже сгорел почти до основания вместе с находившимся там человеком, — объяснил Вэй Ин. — Вы знаете что-нибудь? Мать приобняла всхлипнувшую дочь и мягко сказала ей идти домой. Девушка вежливо поклонилась и убежала, пряча слезы за веером. Женщина же глубоко вздохнула и повернулась к заклинателям. — Спасибо, что известили нас. Гун Пин был местным лесником. Он, конечно, был угрюм и с виду неприветлив, но он всегда помогал всем и никогда не требовал за это ничего взамен. Вся деревня его уважала и любила, — стала рассказывать женщина. Было видно, что слова даются ей нелегко. — Недавно он сделал то же, что сделали вы недавно, молодой господин, — она посмотрела на Вэй Усяня. — Этот чертов Пэй Шань, муж проклятой девушки, решил, что ему все с рук сойдет, раз он сынок старосты. Все за отцом прячется и творит, что левая пятка пожелает. В тот раз тоже решил свою жену избить у всех на глазах. Гун Пин как раз был в деревне и поколотил его, несмотря на то, что мы его предупреждали не поступать опрометчиво, говорили, что проклятия бояться надо. А он все отмахивался от нас, не верил в слухи. И вот чем все закончилось. Женщина утерла выступившие на глазах слезы и церемонно поклонилась. — Спасибо вам, что прибыли. Избавили нас от мертвецов, теперь прошу, за всю деревню прошу вас, помогите закончить все это. — Мы во всем разберемся, госпожа, я обещаю, — ответил Вэй Усянь и поклонился ей в ответ. — Спасибо, что рассказали все. Заклинатели проводили уходящую женщину задумчивыми взглядами. В этой истории было что-то, что они пока упускали из виду, и им еще только предстояло разобраться, что.