Бутон туманного цветка

Двери со скрипом отворились, впуская капитана в штаб Ордо Фавониус. Все рыцари в ту же секунду затихли и уставились на вошедшего в главный зал Альбериха: кто-то с ехидными ухмылками, кто-то с недоверием. Лишь несколько человек остались к появлению синеволосого совершенно равнодушны.       — Да это же наш дорогой сэр Кэйа! — воскликнул один из сослуживцев, вальяжной походкой приближаясь к кавалеристу. Хоффман попытался остановить его, схватив за наплечник, но первый бросил на него грозный взгляд и сразу же после этого был отпущен. Кэйа тяжко вздохнул и поднял на блондина глаза, полные холода, не сравнимого с морозами Драконьего Хребта. Ничего другого он от своих "многоуважаемых" коллег-альф и не ожидал.       — Что тебе надо, Гарри? — устало спросил Альберих.       — Я лишь хочу уточнить некоторую информацию из первых уст. Ходит тут один интересный слушок, что вы, кхм... как бы так помягче выразиться... — рыцарь наигранно задумался, а затем щёлкнул пальцами и растянул губы в высокомерной улыбке, — никакой не бета, а всего лишь жалкий омега.       — Гарри! — возмутился Хоффман, подбегая к своему напарнику и вновь одёргивая его за плечо, но тот не шелохнулся, продолжая стоять на месте и глядеть на синеволосого так, словно тот был всего лишь грязью под его ногами.       — "Рассказал всё-таки, гадёныш..." — припомнил Кэйа слова одиннадцатого предвестника. — С чего ты взял, что тебя это должно как-то касаться? — он скрестил руки на груди и грозно нахмурил брови.       — Сэр Кэйа, вы уж меня простите, но это не может меня не волновать. Вы же наш капитан. Пока что.       — Это что-то меняет? — последние слова Альберих предпочёл пропустить мимо ушей.       — Никакие альфы не согласятся подчиняться приказам подстилки вроде вас, сэр, — нарочито чётко выделил блондин. По залу прошёлся тихий хохот.       — Гарри, прекрати так разговаривать с капитаном! — в очередной раз рявкнул Хоффман, в кои-то веки привлекая внимание напарника.       — А тебе-то какое дело? — хмыкнул Гарри, удивлённо поднимая брови. — Неужто любимого защищаешь? — с насмешкой произнёс он. Лицо Хоффмана тут же залилось краской от смущения. По залу вновь прошёлся уже более громкий и смелый хохот.       — Ты!-       — Говорят, не так давно у нашего дорогого капитана была бурная ночка. Рыцарь с самодовольной улыбкой начал обходить Альбериха по кругу. Тот лишь с опаской следил за медленными шагами Гарри единственным глазом, а вскоре потерял его из виду из-за повязки, что создавала слепую зону с правой стороны.       — Быть может вы её вместе проводили? М? — раздалось у самого уха полушёпотом, отчего Кэйа невольно отшатнулся вбок, но его в ту же секунду притянули назад за меховую накидку, не дав сообразить, что вообще произошло. — О~ — слащаво протянул рыцарь, — Твоя меточка, Хоффман? Только после этой фразы Альберих сообразил, что именно высматривал у него на шее Гарри, не сдерживая сил, хлестнул того по руке и отошёл в сторону, подтягивая мех повыше, чтобы тот надёжнее прикрывал помеченный Дилюком загривок.       — Не распускай руки! — огрызнулся Кэйа, прожигая своего подчинённого яростным взглядом.       — И что же вы сделаете, капитан? Позовёте своего ненаглядного? — снова поднялся смех. От такого поведения остальных сослуживцев Альбериха внутри передёргивало от смеси раздражения и отвращения. Все до одного гнусные мерзавцы. Один только Хоффман молча стоял сбоку и нечитаемым взглядом смотрел в пол, будто бы на время потеряв связь с реальностью.       — Не будь так самоуверен, Гарри. Мне ничего не помешает самолично переломать тебе пару-тройку конечностей, — Кэйа не удержался от ответной колкости.       — Что здесь, чёрт возьми, происходит? На шум и ругань в главный зал из библиотеки вышла Лиза и, при виде столпотворения вокруг капитана и какого-то безымянного солдата тут же нахмурилась и вышла в самый центр сборища, оглядывая всех и каждого. Некоторые альфы заволновались, поймав на себе убийственный взгляд девушки.       — Что вы устроили в штабе Ордо Фавониус? — никто не решился произнести и слова. — Я спрошу ещё раз. Что. вы. здесь. устроили? Вы рыцари или сборище никчёмных отбросов? И это вы называете себя благородными защитниками Мондштадта? Да как у вас вообще языки поворачиваются! — воздух вокруг словно бы наэлектризовался. — Сейчас же возвращайтесь к своим обязанностям и чтобы подобных разговоров в стенах Ордо Фавониус я больше не слышала! А ты, — Минчи обернулась в сторону Гарри, — раз не хочешь подчиняться приказам омеги, тогда сам становись капитаном. Знай своё место, — девушка медленно подошла к Альбериху, подбадривающе положила руку тому на плечо, а затем вновь обратилась ко всем рыцарям. — Вас всех это касается. Разошлись! После этих слов все солдаты разбежались кто куда, включая Гарри, который также оказался не готов препираться с ведьмой. Главный зал в одно мгновение опустел, оставляя наедине только троих: Лизу, Кэйю и по никому неизвестным причинам ещё и Хоффмана, что долго мялся на месте, не решаясь обратиться.       — Капитан, я хотел бы- Не успел подчинённый договорить начатое, как синеволосого тут же прошибло всем сдерживаемым до этого момента страхом. Стук собственного сердца зазвенел в ушах. Дышать стало тяжело из-за разом накатившей паники. Ком стоял в горле. Дрожащие ноги подкосились и Альберих бы упал прямо здесь на пол, если бы Лиза не успела подхватить его за плечи, помогая тому удержаться.       — Капитан! — Хоффман тут же подбежал к своему командиру и перекинул его руку через собственную шею, помогая Минчи с тяжеловатой ношей в виде обессиленного Альбериха. — Вам нехорошо?       — Я в порядке... — слабо усмехнулся синеволосый, вымученно улыбнувшись. Его маска уверенности треснула по швам, как только закончилось всё это показушное представление Гарри.       — Нужно отвести его в кабинет, — сказала Лиза и все второём направились по лестнице на второй этаж, к личному кабинету Альбериха.

***

Кэйю усадили на мягкий диван и тот сразу же откинул голову и прикрыл глаза, начав глубоко дышать, чтобы прийти в себя.       — Я сейчас же пойду и поговорю с магистром обо всей этой ситуации, — с тяжёлым вздохом сказала ведьма, после чего бросила недоверчивый взгляд на Хоффмана. Оставлять с ним Альбериха не хотелось. — Я очень надеюсь, что никаких происшествий сегодня больше не будет. — рыцарь боязливо опустил глаза в пол под тяжёлым взглядом девушки-альфы.       — Ему можно доверять, — негромко произнёс кавалерист, слегка приоткрыв зрячий глаз. Минчи ещё раз недобро оглядела Хоффмана с ног до головы, зыркнула на него с прищуром, чтобы припугнуть всех тараканов в его голове, и только после этого молча покинула кабинет, плотно закрыв за собой дверь. Сразу стало тихо. Было слышно только тяжёлое грудное дыхание омеги. Рыцарь неловко топтался на пороге, не зная, стоит ли ему что-то делать в такой ситуации. Может быть как-то помочь капитану? Принести воды? Позвать лекаря? Или лучше вообще не двигаться? Он же альфа. Наверняка Альберих ему не доверяет, хоть и сообщил минутой ранее об обратном.       — Ты слишком громко думаешь... — донеслось с дивана. — Если хочешь что-то мне сказать, то не тяни, — Альберих, более менее придя в себя, поднялся с мягкой обивки и направился к своему столу.       — Капитан, я... — неуверенно начал Хоффман, виновато глядя в пол, а спустя несколько секунд немого диалога с самим собой он резко положил правую руку на сердце, как подобает рыцарю, и опустился в глубоком поклоне, на одном дыхании прокричав: — Я хотел бы извиниться перед вами за своего напарника, сэр, а также за то, что не смог за вас заступиться!       — Хоффман, выпрямись. Нашёл, перед кем голову склонять. Или тебе стоит напомнить, чем я являюсь? — с нескрываемой тоской в голосе произнёс синеволосый, отворачиваясь к окну.       — Я не согласен со словами Гарри, сэр! — рыцарь вытянулся по струнке и, игнорируя горящие от смущения щёки, продолжил: — Вы самый лучший человек, которого я знаю! Вы сильный и умный, обладаете множеством талантов. Я всегда стремился и буду стремиться быть таким же, как вы, капитан! И то, что вы являетесь омегой, не опустит вас в моих глазах. С вами не сравнятся многие альфы. Да что уж там другие. Я сам с вами не сравнюсь, сэр! — Хоффман снова опустил голову в поклоне, ошарашив Альбериха уже во второй раз. Кэйа стоял в ступоре. Он развернулся вполоборота и посмотрел на сослуживца круглым глазом, не зная, что сказать в ответ на такие откровения. Слова Хоффмана сильно его смутили, но и пробудили в душе что-то тёплое. Радость? Возможно.       — Впредь я не позволю никому вам нагрубить! — протараторил рыцарь и отвёл взгляд в сторону, смущаясь собственных слов, но не смея забирать их назад. Кэйа не выдержал и прыснул со смеху. Ну не может на лице "грозного" альфы отражаться такой яркий румянец от одних только слов восхищения. Какая прелесть. Не все альфы поголовно плохие, это уж точно. Кто-то вроде Хоффмана даже заслуживает уважения. Сам юноша замялся, испугавшись реакции капитана, а потому тот поспешил тут же объясниться.       — Прости, прости. Я вовсе не над тобой смеюсь, — омега утёр влагу с глаза и широко улыбнулся. — Спасибо тебе, Хоффман. Юноша весь аж засветился. Его счастью не было предела. Невооружённым взглядом можно было заметить, как сияли от радости его глаза. Он в порыве эмоций заулыбался, но тут же постарался сделать серьёзное лицо, чтобы не выдавать истинных эмоций. От единственного зоркого глаза Кэйи это не ускользнуло. Перед Альберихом стоял не человек, а открытая книга. Трудно было не понять, что на самом деле чувствовал Хоффман. Всего лишь нужно было сложить два плюс два: он вечно смущается в компании капитана, прячет улыбки, отводит взгляд, волнуется. Ещё и та реакция в зале на метку и слова Гарри о ней... В сердце больно кольнуло от осознания и, частично, вины. Рыцарь был так безнадёжно влюблён в капитана неизвестно сколько времени... Как кавалерист вообще мог не заметить этого за столько лет работы в одном ордене?..       — Вам ещё требуется моя помощь, сэр? — услышав этот вопрос, Кэйа вернулся в реальность. Он вновь поднял глаза на альфу, что стоял у двери, но сил и смелости хватило лишь на то, чтобы отрицательно покачать головой из стороны в сторону. Сказать вслух что-то кроме извинений — хотя во всей этой ситуации его вины уж точно не было, — капитан бы не смог. Хоффман, всё ещё донельзя счастливый и радостный, коротко кивнул в ответ.       — Зовите меня, если понадоблюсь. Я буду готов помочь вам всем, чем смогу, — после этих слов дверь за рыцарем тихонечко закрылась и, как только это случилось, Альберих обессиленно упал на стул и тяжко вздохнул. Вся эта ситуация от и до казалась какой-то уж больно абсурдной. Слишком много происшествий за один день. От этого даже загудело в голове. "Хватит на сегодня приключений. Пора браться за работу." С этими мыслями кавалерист подхватил со стола перо, придвинул к себе стопку документов и приступил к их заполнению.

***

Вечером того же дня Альбериха вызвала к себе магистр Джинн. Разговор был коротким — капитану без всяких вопросов выдали принудительный отпуск. После всего произошедшего ему лучше будет какое-то время побыть в тени. Кажется, что это понимали все, кроме самого Кэйи. Его подобный расклад дел совершенно не устраивал, но сколько бы он ни препирался, в итоге всё равно оказался на улице перед главным входом в штаб Ордо Фавониус, из которого его буквально вытолкала Лиза. Синеволосый тихо чертыхнулся, оглядываясь по сторонам. Ну и чем ему теперь заняться? Работать ему не дают, просто так бродить без дела скучно, сидеть одному в четырёх стенах собственной квартиры вообще последнее, о чём можно мечтать. Остаётся только одно место, где будет комфортно, уютно и уж точно совсем не одиноко — "Доля Ангелов". Кэйа широко заулыбался, шагая размашистой походкой по направлению к таверне. Сегодня смена Дилюка. Его расписание Альберих заучил получше собственного. Щёки побагровели сами по себе, благо свидетелей этого редкого явления в округе не нашлось — вечер уже поздний, народу на улице мало. Рыцарю всё ещё не верилось в реальность происходящего. Они с Дилюком теперь возлюбленные? Мозг напрочь отказывался принимать эту информацию за достоверную, хотя доказательство всему этому красовалось прямо на загривке кавалериста. Каждое утро после той жаркой ночи в его квартире Альберих по часу разглядывал в отражении зеркала метку, словно та была самым драгоценным подарком в его жизни. И это было не далеко от правды. Кэйа каждый раз с нежностью прикасался к ней, очерчивал подушечками пальцев ощутимый контур зубов Дилюка и смеялся счастливо, как дурак. И сейчас он тоже довольно хихикал себе под нос, вновь нащупывая на своей шее метку. Дверь заведения тихо скрипнула, впуская внутрь позднего гостя с лёгкой походкой, широкой улыбкой от уха до уха и неизменно глубоким вырезом рубашки. Дилюк поднял на вошедшего глаза и не смог сдержать своей радости — отставил в сторону начищенный до блеска бокал и тоже слегка улыбнулся, встречая своего дорогого возлюбленного.       — Моё чутье меня не подвело, — с хитрой ухмылкой произнёс капитан кавалерии, усаживаясь на стул возле барной стойки.       — Рад тебя видеть, — бармен наклонился вперёд, обхватил ладонями смуглое личико парня и оставил на его губах короткий поцелуй. Кэйа после такого неожиданного романтического жеста на время завис, переваривая случившееся, а затем покраснел и облокотился на руку, смущённо прикрывая ладонью яркий румянец. Рагнвиндр довольно хмыкнул.       — Как у тебя дела в ордене?       — "Вот же наглец", — подумал про себя Альберих, но на вопрос всё-таки ответил, чтобы отогнать неловкость прочь, — Мне выдали отпуск, представляешь? Этот засранец из Фатуи обо всём проболтался, тц... — выплюнул раздражительно капитан, заметно помрачнев.       — Что-то случилось? — взволнованно спросил Дилюк, подозревая, что реакция рыцарей-альф в ордене могла быть всякой.       — Не успело. Лиза вовремя вмешалась и всё уладила. В любом случае, эту неделю я безработный. Буду бездельничать и просиживать штаны у тебя в таверне. Уж больно мне нравится перспектива видеть тебя каждый день за работой в этом соблазнительном передничке, — синеволосый метнул хищный взгляд на пояс альфы.       — Даже не знаю, радоваться мне или плакать, — в своей привычной манере ответил Дилюк, покачав головой, а затем спросил: — Тебе налить что-нибудь?       — Хмм... Альберих всерьёз задумался над этим вопросом. Пить алкоголь почему-то совершенно не хотелось. Внутри присутствовало даже что-то наподобие фантомного отвращения, которому Кэйа не придал особого значения. Не хочется, значит не хочется. Перенасытился. Видимо, сегодня придётся обойтись без "Полуденной Смерти".       — Виноградный сок. Дилюк уже было потянулся вниз за бутылкой любимого вина капитана, но застыл на половине пути и недоверчиво посмотрел на омегу.       — Шутишь?       — Нет, с чего бы?       — Ты серьёзно?       — Да. Рагнвиндр выпрямился, всё ещё косо поглядывая на рыцаря, но вместо привычной бутылки алкоголя взял с полки графин с соком и налил в высокий стакан, протягивая его Альбериху. Тот с неким азартом подхватил со стойки свой заказ и сделал один маленький глоточек на пробу, после чего вскинул брови и состроил удивлённую гримасу.       — А это не так плохо, как я себе представлял. Я бы даже сказал, что это вполне себе сносный напиток.       — Чем ещё ты планируешь меня сегодня удивлять? — шокированно спросил аловолосый, облокачиваясь на стойку. — Ты точно Кэйа Альберих?       — Хей! Что ещё за вопросы такие? Конечно это я, кто же ещё? — капитан показушно оттянул меховой воротник, демонстрируя недавний укус Дилюка. Винодел резко отвёл взгляд и прочистил горло. Теперь пришёл его черёд краснеть и смущаться. Кэйю такая реакция заставила рассмеяться. Дилюк на это лишь тихо фыркнул и начал смешивать какой-то напиток для подошедшего к барной стойке посетителя.       — Ты сегодня до утра? — спросил омега, наконец-то успокоившись.       — Нет, скоро заканчиваю.       — Тогда я тебя подожду, — пролепетал Альберих и поудобнее устроился на стуле, вновь отпивая сок из своего стакана.       — Хорошо, — улыбнулся Дилюк, подмечая, как довольно облизывается его возлюбленный от сладкого вкуса винограда на губах. — "Удивительно..." — только и пронеслось в голове альфы, после чего он снова с головой погрузился в работу.