Неведомое

      Гермиона все никак не могла переварить информацию. Она много плакала, перечитывая книжки от гоблинов, не хотела есть, смотрела вдаль и мечтала уничтожить весь мир магии. Гарри ухаживал за ней, кормил с ложечки, обнимал, делился теплом и мечтал поубивать магов. Наконец он не выдержал, схватил Гермиону на плечо и унес в спальню, где дожидалось своего часа старящее зелье.       Проверенный способ помог, Гермиона успокоилась. Не совершенно, но пришла в себя, начав самостоятельно кушать. Перестав постоянно плакать. Отзываясь на прикосновения мужа, она отпускала весь тот шок, который испытала. Все-таки потрясение было очень серьезным, к таким новостям девушка была не готова.       — Что и почему произошло с Лили Эванс, теперь понятно, — проговорила она за завтраком. — Только странно, потому что Поттеров в списках нет, а, например, Принцы есть. Будем выяснять? — поинтересовалась девушка.       — Честно говоря, не особенно хочется, — отказался Гарри. — Я к Джеймсу и в прошлой жизни сложно относился.       — А почему, кстати? — спросила Гермиона, прикидывая, что ей больше хочется — сыра или джема.       — Он семью не защитил, — коротко ответил юноша, попивая кофе. — Предлагаю твою семью проверить на магию, и если да, то переселить в замок, ввести в род, ну сама понимаешь.       — Гарри! — бросив тост, девушка принялась обнимать своего мужа, снеся по дороге столик. — Спасибо-спасибо-спасибо!       — Но на самом деле это полумеры, — произнес Гарри, усаживая любимую к себе на колени. — Надо как-то спасать детей простецов… Предлагаю сегодня проверить, а потом уже решать глобально, согласно?       — Не любишь ты планировать, — ответила ему улыбающаяся Гермиона, прикрывая глаза. В объятиях любимого было так уютно, что совсем не хотелось их покидать. — Ладно, через полчасика, хорошо?       — Хорошо, любовь моя, — юноша прижал к себе девушку, будто окутывая ее своей любовью.       По аврорской привычке аппарировав не прямо к дому, а чуть поодаль, Гарри замер, прижимая к себе Гермиону, и возблагодарил воспитанную Грюмом паранойю, из-за которой он накидывал перед аппарацией полный комплекс чар. В конце улицы стоял достаточно большой черный микроавтобус с очень характерной антенной, направленной на дом Грейнджеров. Юноша почувствовал, что выражение «волосы дыбом» совсем не аллегория.       — Любимая, смотри на антенну, — Гарри постарался произнести это как можно тише. — Ничего не напоминает?       — Мерлин! — вздрогнула только сейчас увидевшая транспорт девушка. — Но этого не может быть!       — Предлагаю пообщаться с сидящими в нем, — как-то очень спокойно произнес герцог Певерелл. — До того, как мы пойдем к Грейнджерам.       — Да, ты прав, — Гермиона задрожала, будто увидев боггарта, и согласилась с мужем.       Уже будучи Министром, она однажды увидела маггловскую демонстрацию того факта, почему сохранить Статут в интересах самих магов. Тогда такая же антенна обнаруживала даже единичного мага или магический объект, позволяя с гарантией уничтожать его огнем. Тогда женщину это очень впечатлило, но вот увидеть антенну Уловителя, направленную на дом своих родных, Гермионе было страшно.       Позади Гарри появились четыре скелета, немедленно двинувшихся к маггловской машине, а еще два, получив какой-то тихий приказ, затаились рядом. Юноша мягким стелющимся шагом, стараясь не попадать в возможные камеры, подошел к микроавтобусу. Короткая команда, и тот исчез. Гарри подошел к девушке, обнял ее и аппарировал. Вышли они совсем не возле крепости, а в каком-то лесу.       — Быстрее, у нас мало времени, — скомандовал юный герцог и несколько раз приложил машину Сомнусом, что-то заискрило, заставив юношу удовлетворенно улыбнуться. — Работаем.       Скелеты вырвали дверь автомобиля и споро залезли внутрь, через минуту выбросив три слабо шевелящихся тела, которые Гарри еще раз приложил Сомнусом. Быстро раздев спящих заклинанием догола, он вытащил все документы, которые нашел, и закинул вещи в машину, которую затем объяло Адское Пламя, ювелирно управляемое бывшим главным аврором. Гермиона замерла на одном месте, со страхом наблюдая за происходящим.       — Ну-с, — кровожадно оскалившись, произнес юноша. — Как будем допрашивать?       — А какие есть варианты? — поинтересовалась девушка.       — Можно из памяти считать, только у меня с этим не очень, можно отрезать чего-нибудь, а можно русским способом, — объяснил Гарри.       — А русский способ — это какой? — Гермиона, ничего о таком способе не знавшая, заинтересовалась подробностями.       — Способ называется «терморектальный криптоанализ», — юноша с трудом выговорил трудные слова. — В чем состоит, объяснять?       — Ой, нет, спасибо, — девушка обладала развитым воображением и богатым словарным запасом, причем не только в английском языке. — Давай я лучше по старинке, — она подошла к одному из лежащих, к тому, что выглядел постарше, и наставила палочку. — Легилименс!

***

      Гарри всегда знал, что озверевшая Гермиона — это очень страшно, но насколько страшно, понял только сегодня. Глаза любимой девушки сияли золотом, а вся шевелюра стояла дыбом, причем по волосам пробегали золотые искры. Гермиона была готова убивать, причем без разбора, кого. В таком состоянии юноша ее не видел еще никогда. Приказав скелетам переправить тела в темницы крепости, Гарри повернулся к девушке, но она схватила его за руку и, ничего не говоря, аппарировала.       Они вышли из воронки на пороге дома Грейнджеров, дверь которого немедленно распахнулась. Гермиона, совершенно не отдавая себе отчета в том, что творит, расшвыривалась Конфундусами, командуя:       — Скорее собирайтесь, вам необходимо пойти с нами! Гарри, сопровождение и охрану!       Гарри счел нужным не сопротивляться, видимо, в памяти неизвестного девушка увидела что-то совершенно невозможное, поэтому, призвав скелетов, он распорядился помочь Грейнджерам собраться. Был уже вечер, на небе загорались первые звезды, а Гарри не мог понять, к чему такая спешка, но раз Гермиона говорит…       Быстро собравшись, Гермиона подхватила на руки безногую девочку, отдав Гарри последнюю команду, и задействовала порт-ключ, забирая все семейство, включая скелетов. Порт-ключ был специальным, потому мог унести небольшую армию, а юноша остался, чтобы выполнить последнее распоряжение любимой.       Вдали послышались звуки сирен и замелькали проблесковые маячки. Гарри поразился прозорливости своей жены, отошел подальше от дома, ожидая, когда появятся первые автомобили, и аккуратно запулил Бомбарду Максима прямо в открытое окно. Раздался мощный взрыв. Дом оторвался от фундамента, подлетая в воздух, и осыпался грудой щебня. Гарри криво ухмыльнулся, зачем-то подул на палочку и задействовал свой порт-ключ, в следующий миг оказываясь в крепости.       Стоило ему оказаться внутри, как он почувствовал активацию полной защиты. Теперь их не могли достать ни маги, ни магглы, даже ядерной бомбой, потому что крепость не существовала больше в мире людей. Гарри удивленно поднял бровь, безуспешно пытаясь скопировать Снейпа, и отправился на поиски любимой супруги, которая рыдала на диване в синей гостиной.       Гермиона плакала так отчаянно, что юноша в первый момент даже испугался за нее, рванувшись вперед, но девушка, будто почувствовав его приход, подняла голову и махнула рукой в сторону Омута памяти, исходившего паром воспоминаний на столе. Кивнув, быстро подошел к Омуту, взглянул еще раз на Гермиону, призвал бутылку виски и опустил голову в артефакт. Несмотря на отсутствие дара пророка, интуиция Гарри не подвела, виски ему понадобилось.       Всех обнаруженных детей с магическими способностями под разными поводами увозили в особый центр, откуда они возвращались уже без магических способностей, но ничего не помнящие о том, что происходило. Некоторые лишались конечностей, некоторые не возвращались вовсе. Эти существа, что сейчас ждали своего часа в темницах, считали себя принадлежащими государственной секретной службе, задача которой была обнаруживать таких детей и увозить в тот самый загадочный центр. Что происходило в самом центре, эти существа, которых Гарри отныне отказывался называть людьми, не знали. Что особенно взбесило бывшего главного аврора, так это отношение к детям. Почему-то эти существа считали, что как только ребенок начинает проявлять магические способности, он перестает быть человеком и с ним можно делать все, что угодно.       Грейнджеры спали в гостевой спальне, а самая младшая из них — в специальном саркофаге, предназначенном как раз для таких случаев — лечение детских ран. У нее медленно росли ноги, но девочка спала и видела красивые сны, совсем не чувствуя боли, что была такой характерной для костероста.