Русская рулетка.

      Джордж вскрикнул, замахнувшись палочкой. Заклятие полетело, ловко обходя колонну, чтобы встретиться с врагом. Сам он споткнулся об руку лежавшего перед ним мага в чёрнойм одеянии. Джордж сжёг его очередным огненным заклинанием. Пяткой он цинично уткнулся в труп, чтобы использовать затвердевшее тело, как опору в случае манёвра. Уизли даже не заметил, как сбоку летела искра зелёного луча, и крепкая, хваткая рука старшего близнеца вытянула его из-под него. Стена за ними осыпалась, крошкой задевая братьев. Пыльный Фред пытался отдышаться, поставив простое протего ровно на несколько секунд, чтобы проверить — жив ли младший. Тот лишь обронил тихое «спасибо». Они оба выпрямились и осмотрелись, пытаясь понять, где им необходимо быть.       Их оттеснило во двор. Они не пошли в башню, решив, что внизу им будет лучше. Билл и вернувшийся Перси были наверху, а Джинни осталась с близнецами и Молли. Братья защищали главный вход, но весьма неудачно — их оборона была прорвана. Да, Невилл сдержал толпу на мосту, но те нашли способ проникнуть в замок. — Поттер точно не потерял карту? — хмыкнул Фред, ловя простое заклятие мелкого мага, державшего его на острие палочки. — Если так, и им известны ходы, то он точно не доживёт до рассвета, — буркнул он. Джордж улыбнулся, но ненадолго. Юмор всегда был их защитой на случай опасности. — Трусишь, Фред? — спросил он, кидая ещё одно тяжёлое заклятие. — Трушу, — признался Фред, пригибаясь и заставляя пригнуться Джорджа. Он был более осмотрительный в этих дуэлях, и Джордж за многим не успевал уследить. Младшему близнецы нравилось изобретать, быть теоретиком, но вот тут он чувствовал свою слабость. Фред же ненавидел формулы, а любил действовать интуитивно. И практическая магия давалась ему проще. Тут он был будто на своей стезе. Его заклятия летали по периметру с лёгкостью и грацией, отражая атаки пожирателей и приспешников. — Барьер окончательно пал! — прокричал пробегающий мимо них Симус, летящий с факелом из палочки. — Барьер пал! Они прорываются. — А то мы не поняли, — Джордж махнул палочкой, и поток воздуха подхватил одну из женщин в маске. Она кинула в него «круцио» и попала, скручивая руку юноши до смертельной боли. Джордж охнул, падая на одну ногу, в глазах потемнело до такой степени, что, казалось, сердце выпрыгнет из груди и заберёт за собой его жизнь. Он не видел, как девушку в один прыжок сбила с ног плотная девичья фигура, и не заметил, как девушка, оказавшись сверху, сорвала с неё маску. Её кулак оставил след от рубина на щеке застонавшей женщины. Злой взгляд встретился с мертвецки спокойным взглядом васильковых глаз. — Ты зря это сделала, тварь, — девичий голос шипел кошкой. Она наклонилась совсем низко к ушам женщины, пытающейся дотянуться до палочки, но было поздно: рубин на кольце запульсировал. Женщина забилась в конвульсиях, а из-за рта вместо воздуха получилось лишь выдохнуть серый, пахнущий гарью, дым. — А теперь, гори! — Женщина закричала. Закричала так пронзительно, что отвлекла на себя нескольких пожирателей. Её одежда загорелась, а глаза налились кровью. Анна успела откатиться, зная, что будет потом. Она пользовалась запретной русской магией, но у неё не было выбора. Фред поднимал Джорджа. Казалось, прошла вечность, прежде чем пожирательница затихла. — Что ты… — спросил Фред, — сделала? — он держал брата за плечо. — Разве так можно? — Сердобольный, — сплюнула Анна под ноги на русском, проигнорировав вопрос. Её потемневшие глаза вернулись к обычному цвету, а сама она успела парочку раз отбить что-то в подходе к ним. — Как он? Идти сможет? — Прикроешь? — спросил Фред. — Где Джинни? — он помнил, что оставлял девушек вдвоём. — С Матерью. Билл спустился вместе с Перси. Башни потеряны, — коротко сказала она, — кажется, появился ещё один брат, он тоже рыжий, но коренастый… — потерянно произнесла она, пока они тащили Джорджа в безопасное место. Фред знал каждую точку здесь, каждый закоулок, и вот тут они заныкались под упавшую статую, прикрывшую их от чужих глаз. Аня бросила «оставайтесь в безопасности, ребята», а сама ушла дальше. Она искала конкретных магов и по пути к ним готова была прорываться сквозь ад. Была задета её гордость, она хотела гарантировать свою безопасность потом. И для этого нужно было решить свои проблемы.       Девушка не боялась. Она шла сквозь сражающихся людей, сама участвуя во многих стычках. Сквозь магические искры, кружащиеся в смертельном танце вокруг друг друга, она успела поставить щит над упавшим школьником, а затем переместить пару слабых девочек, пойманных оборотнями, в угол зала. Анна отвлекла их на себя. В отличие от большинства здешних магов, Аня не брезговала пользоваться камнями, стеклом и магией. Двоих она просто вырубила меткими бросками удачно подобранных булыжников. Ещё одного — свалила сильным ударом ноги под колено, когда тот занёс палочку над ней. Анна не ждала благородной дуэли.       Но кто-то крепко сбил её с ног: она услышала знакомый смех. На неё посыпался град сильных заклятий, Анна лишь неуклюже отползала, надеясь, что получится спрятаться за упавшим гигантским рыцарем. Ей нужно было перегруппироваться. Она это понимала и в какой-то момент неуклюже откатилась к укрытию, а затем, собравшись на четвереньки, нырнула за железки. Ей этого времени хватило встать на ноги, ведь доспехи быстро поднялись над ней, а затем просто упали. Аня лишь успела отскочить в сторону. — Крауч, — прошептала она, — я знала, что найду тебя, змей поганый, — она выставила ладонь с кольцом вперёд, собирая её в кулак. Рубин сверкнул алым, и луч полетел в него, но тот отбил атаку так просто, будто это была детская шалость. Аня нервно выдохнула. — Ты всё ещё слабая, испуганная девчонка, — он шёл к ней нарочито медленно, пока Анна кидала в него заклятия, но все они разбивались, словно стекло об стенку. В какой-то момент она уперлась спиной в стену, подпирая её своим напрягшимся телом. — Ты не можешь мне противопоставить ничего, девочка. — Я вижу, ты её нашёл, — материализовался из тумана бородатый мужчина. Он говорил с акцентом и едко улыбался. — Птичка поймана, да? У тебя нет плана? — От чего же? — Аня коснулась руками стены, которой держалась. Решение пришло за долю секунд. Она должна была принять это решение. Когда-то давно ей говорил её магловский дедушка про русских пехотинцев во время Второй мировой войны, бросавшихся под танки, и японских пилотов, уносивших жизни одним способом. Одним страшным способом. «Крауч не оставит меня в живых, сотрёт в порошок», — пронеслось у неё в голове: «У меня нет выбора. Я могу сделать так и забрать их за собой. Над нами каменный балкон, но есть ли шанс? Можно ли выжить?» От этих мыслей сердце забилось быстрее. Крауч занёс палочку, и медлить было никак нельзя. Они подошли достаточно близко, и у Анна больше не было времени. Промедление стоит одной смерти, а не трёх, как ей хотелось. Она прошептала на русском «сломись», и стенка не выстояла.       Она с грохотом обрушалась, погребая под себя три тела. Аня резко пригнулась, закрывая голову руками, прощаясь с жизнью. Крауч ничего не смог крикнуть, а Долохов сразу упал, сбитый плитой. Сама девушка осталась сидеть с закрытыми глазами, будто не дыша, закрытая балконным полом, упавшим под углом. Кровь текла по лбу тонкой струей от нескольких упавших камней, отразившихся острой болью в затылке. Последнее, что она видела, как придавленный плитой Крауч с ненавистью смотрел на неё налитыми кровью глазами. Она считала до десяти, надеясь, что ощущение уходящей жизни — лишь просто чувство паники из-за страха, и она, справившись, поклялась себе продержаться, пока её не найдут здесь. — Я же говорила, что сильнее, — улыбнулась она из последних сил, — не стоило тебе сталкиваться с русской девчонкой, воспитанной русским дедом, — её голос звучал хрипло, Анна чувствовала, как последние силы ушли на это страшное заклятие. Она попыталась собраться с тем, что осталось. Голова раскалывалась, несколько камней сильно задели её, но Аня обещала себе продержаться на последних волевых силах. Тело, правда, было против. Оно требовало остановиться и забыться, ведь затылок горел огнем. Коснувшись пальцами, она почувствовала липкую кровь на себе. Острая боль сменилась острой пульсацией. — Я должна продержаться, обязана, — прошептала она, смотря в угасающие глаза Крауча. Он уже ничего не отвечал, не успевший отреагировать, не успевший трансгрессировать. Он, лучший маг тёмных сил, лежал, убитый обычной балконной мраморной плитой. Ему незачем было держаться, Крауч уходил, проклятый людьми, но Аня должна была продержаться — её здесь ждали. Должна была продержаться. Подсознание подкидывало успокаивающую русскую небесную даль, где облака так высоки и прекрасны. И незабудки. Поле незабудок.       Фред видел, как тёмные исчезали, рассыпались туманом и возвращались к Лорду. Им дали время на передышку, чтобы попрощаться и оценить весь ущерб. Джордж пришёл в себя, и они уже встретились с родными в главном зале. Фред успел обнять уставшую Анджелину: по щеке стекала кровь, но всё же она была целой, хоть и сильно уставшей. Джинни плакала в объятиях Молли, видя сколько людей погибло сегодня.       Фред увидел обеспокоенный взгляд Джорджа, а затем поздоровался с внезапно появившимся Чарли. — Я-то думал, что поеду помогать переезжать. Но и не думал, что мы будем разбирать Хогвартс по камешкам, — отшутился Чарли, обнимая более высокого младшего брата, и Фред улыбнулся на его шутку. Он стоял в красном кожаном плаще из драконьей кожи, хорошо державшей удар. — Ты точно был в Румынии, а не во Франции? Такой модный, — вяло отшутился Фред и последовал за Джорджем. Они не встретили Аню в кругу семьи. Билл и Флёр ринулись за ними, а Чарли остался с матерью, обнимая женщину. — Нет, — шептал Джордж, — нет, она просто где-то в каком-то зале ищет нас, — тихо произнёс он, — просто мы где-то потерялись, и она ищет нас, — Конечно, Джордж, — кивнул Фред, — именно так. Мы её найдем. — Джордж, тут Долохов! — крикнул Билл. Он склонился над мужчиной, проверяя, жив ли тот. Его землистое лицо с застывшим безмолвным ужасом смотрело на исполосонное лицо Билла застывшими глазами. По лицу запеклась кровь от разбитой головы. Мужчина не дышал, кольцо на его руке померкло, почернело, и Билл поторопился осмотреться: балконная плита подпирала исчерченную трещинами стену, несколько крупных булыжников и мраморные осколки красивой изгороди, бывшей на этом балконе. Плита лежала на придавленном мужском теле. — Их накрыло этим балконом, что странно, — удивлённо произнёс он, разворачиваясь. — Крауч тоже тут. — Может, побочный ущерб? — задумалась Флёр. — Кто-то кинул в них заклятие, и случился рекошет о стену? И их задело? — Она где-то должна быть тут, — прошептал Джордж, — где-то тут она должна быть. Ищите среди упавших, — произнёс он, переворачивая каждое павшее тело. Он искал её остервенело, не думая ни о чём, кроме того, что Анна должна быть где-то здесь. Эти двое были мертвы. Она должна быть здесь. В какой-то момент он подошёл к трупам и увидел, что плита балконного пола была лишь прислонена к стене, там была расщелина. В его сердце забилась птицей надежда.       Он заглянул в неё, и надежда померкла: Джордж закричал. Его руки задрожали, а палочка заставила подняться плиту, словно игрушку, и отлететь. Матерящийся Билл подскочил к Джорджу, но затем отступил. Они оба уставились на ту, что была под плитой.       Прислонившись к стене головой, девушка сидела с закрытыми глазами. Джордж упал на колени перед ней и стал проверять дыхание и сердцебиение. — Мерлин, нет! — шептал он. — Нет, не может быть, — его хриплый голос, срывавшийся с дрожащих губ, сорванно звучал по тихому залу, — не оставляй меня, прошу, пожалуйста, не оставляй, — он услышал еле-еле хриплое дыхание и тонкий стон. Она дождалась.       Джордж поднял покорное тело одним рывком, чувствуя, видя, что кровь всё ещё текла. Братья расступились, пропуская их. Фред бежал слегка спереди, прося позвать врача к ним. Что им очень сильно нужна помощь.       Джордж внес Анну в зал, где медсёстры больничного крыла вместе с девочками с факультета Хафлпафф занимались перевязками. Уставшая, в окровавленном переднике, сухощавая Мадам Помфри вдруг подскочила, больше напоминая юную девочку, чем измождённую старушку. Она потребовала положить девушку на покрывало, расстеленное на полу, и Джордж это сделал. Анна слабо дышала. — Её ударило по голове. Сильно. Я боюсь, что смогу мало что сделать здесь, но попытаюсь. — Мадам наложила мазь на рваную рану, а затем забинтовала. Она бросила одной из девочек в белом какое-то название, которое Джордж не запомнил, и девочка убежала. Казалось, время замерло. Джордж поднял холодную руку и поцеловал её. — Не уходи от меня, не уходи, — причитал он, — пожалуйста, не уходи…