Война на плёнку

Кто друг другу солнце и луна?

Пересеклись ли судьбы их?

Тихонько плачет в уголку одна,

Вторая стоит рядом лишь.

О, искренности грошь — цена,

А выгоде и слитка мало.

Луна без солца — горсть одна.

А солнце всё в лучах купало...

Свою любимую луну...

(Авторский)

***

      —Меня это и напрягает. С девушками не общаешься.. Даже не знакомишься. — Русский захлопнул дверь с помощью ноги, сняв обувь и пройдя с подносом в спальню. Он поставил еду на кофейный столик. —О, Аццо даже с места не сдвинулся, чудный пёс. — Большевик пригладил его за загривок, уходя мыть руки.       —А что знакомиться, если нет шансов на будущее с ними? Мне совсем не понять дам. Вот так. — Нашёл оправдание Нацист, в целом правдивое, но слегка перефразированное.        Он повторил действия коммуниста, а после сел, рассматривая мордашку Аццо. Немцу та казалась просто ангельской. Спокойствие этого щенка бы всем людям на планете.       —Кто послушный мальчик, а? Какой молодец. — Ариец был просто поглощён своим умиление к этой маленькой мордочке.       Похвала Рейха сопровождалась радостным вилянием хвоста. Немец взял поднос с едой на колени, неспешно начиная ужинать. Совет же ел, чуть склонившись к столу, с явным удовольствием.       —Расстроился в девушках значит.. Ну в чем-то мы с тобой и похожи, сложные они... Все время чего-то хотят. — Ухмыльнулся большевик, надламывая и впиваясь своими зубами в сочную котлету.       —Вряд-ли слово "расстроился" подходит. Я так-то и не пытался. Просто не думаю что сойдусь, вот и всё. Со мной и самый стойкий мужчина прожить не сможет. Что там женщина? Сумку в лицо бросит и уйдёт уже на первом свидании. — Немец неуклюже улыбнулся.        Рейх аккуратно, некрупными кусочками разрезал котлетку и ложил их в рот, наслаждаясь давно забытым вкусом. Проживание с русским закрывало пустые точки в нацисте, пусть он того и не признает.       —Ахаха, они это любят делать. Один раз знакомился с дамой, она мне так зарядила по лицу рукой так, что пару дней щека красная была. А я даже и не понял за что же она меня наказала. — Тихо посмеялся Совет и доел свою котлету за мгновение ока, приступив к пшеничным макаронам, что также положил себе.       Большевик сам не знал почему, но ему хотелось верить, что арийца девушки не привлекают.. Однако с чего бы это русского так волнует? Вождь русского народа и сам не понимал. Не уж то выявилась у него ревность?       —Ох, это наверняка больно. Правда? Хотя, тут уж лучше удар девушки. Они почему-то в кулак свои ладони собрать не решаются, в отличии от мужчин.. А знаешь, хоть я не из пугливых, всё равно напряжно видеть кулак в два раза больше собственного.       —Больно? Да не то слово! Так отожгло, ух. Но теперь я хоть умею вовремя убрать своё бедное лицо от когтистых лапок.       Нацист усмехнулся. Помимо котлеты у него на тарелке был какой-то салатик, пюре и кусочки докторской колбаски¹. Давно он так не пировал.       —А на счёт кулаков.. я с тобой согласен, но ещё не приходилось видеть чью-то руку, что была больше моей. — Коммунист расправил кисть руки, глядя на ладонь и активно прожёвывая рожки. Грубая, широкая, но с умеренным по толщине пальцами.        Рейх тоже раскрыл свою, в уме примерно сравнивая её с рукой русского. Да уж, разница была и издалека заметна сразу. Тонкие, хрупкие пальчики уж точно не побороли бы в армрестлинге жёсткие руки коммуниста.       Котлету фриц съел в первую очередь, уже потом неспешно поедая пюре и салат. Много разнообразных оттенков: ярко-зелёные и красные пестрили в пиале. Жаль только осень, свежих и сочных овощей уже не найти. Кусочком котлеты фриц успел угостить и Аццо, что сидел рядом.       —Вряд-ли на тебя кто-то смеет покушаться или тем более домогаться. В вашей стране за это как я погляжу тюрем не жалеют. А почему ты считаешь что мужчина не может любить мужчину?       Этот вопрос был крайне неожиданным и Совет даже на некоторое время перестал жевать.       —Первые десять лет своего правления, я лояльно относился к "таким" мужчинам, мне даже вся Европа "аплодировала" за подобное, так как в это время шла вся эта заварушка с однополыми парами. Но затем.. Стали поступать письма, телеграммы о том, что эти педерасты используют свое положение и даже насилуют мужчин без особого согласия. Потом писали, что они организовывают шайку, для свержения власти. Так писал мой чекист, что в последствии занимался пересечением этих нелюдей. Вот так и сменил решение, введя даже статью в УК СССР о запрете мужелюбства.. Занимаясь "уничтожением" таких мужчин, например, сажая их в тюрьму, редко расстреливали.       —Так дело не совсем в ориентации, верно? По логике ты ненавидишь не мужелюбство, а то, что выходит из этих обстоятельств. Но стоит ли запрещать любить из-за таких моментов? Ведь обычные натуральные мужчины нередко насилуют бедных женщин, да и что говорить, девушки даже постоять за себя не могут.       —Я и это пресекаю.. Любое насилие, по крайне мере сексуальное — это уже противно и грязно, потому мест в тюрьмах у меня много, хах.       Рейх подметил, что слишком сильно защищает геев и добавил, что бы не выглядеть чересчур подозрительным. —А с девушками-лезбиянками такой же расклад?       Коммунист обратил на это внимание, но в немного ином подтексте. Чуть сощурив глаза, Большевик всё же упрекнул.       —Сразу видно, что ты европеец. Слишком сильно и много затрагиваешь тему педерастов. А насчёт лесбиянок.. Хмм, скорее всего да, такой же.       —Европеец это у тебя как оскорбление? Просто я считаю, что в мире должна царить толерантность. Родился геем или лесбиянкой — останься человеком. Можешь и любовь найти и бракосочетаться свободно. По моему мнению должно быть так. Подобное угнетение будет хорошим лишь для какого-то массового движения с общей идеей.       —Да, толерантность, все дела, но то, что я читал в своих письмах.. Это что-то воистину ужасно, так что.. Я подозрительно отношусь к этим людям, мало ли, что у них на уме.       Разговор мог длиться долго, но простая случайность не дала разобраться обоим в бесповоротной неприязни, или наоборот, причине защиты людей нетрадиционной ориентации.       Нацист хотел отпить глоток чая, закончив на этом принятие пищи, но не подрасчитал что там кипяток. Фриц обжёг язык, и на автомате отдернул чашку, выливая горячую жидкость прямо себе на брюки. Больно, безусловно. Глаза прямо на лоб полезли, а брови и того выше. Рот приоткрылся в громком возгласе и тот отдёрнул руку, половину чашки выливая себе на брюки и рубашку.       —Teufel!       Странно было не слышать мат в таких обстоятельствах, однако Рейх сумел сдержать язык за зубами. Он шипя поставил чашку на стол так, что со злости чуть не разбил дно, а после пошёл, нет, побежал в ванную комнату.       Сейчас даже Союз дернулся от такого быстрого потока событий, да поднялся за немцем, соображая, что же вообще происходит.       —Да как ты так умудрился то!? Быстро снимай одежду, а то ожоги получишь!       Рейх уже снял брюки и спешно расстёгивал рубашку. Он прикусил губу. Язык сильно пекло, да и обдаться кипяточком — такое себе удовольствие.       —Кто ж знал! Чёрт бы их побрал с таким горячим чаем! Стакан то холодный был! — Ариец включил холодную воду, стараясь обдать потоками все обожённые места.       Большевик же забежал в ванную, но затем на пару минут остолбенел и даже раскраснелся.       —У тебя хоть одежда подходящая есть? Другая... Давай вещи свои, вывешу на батарею. — Коммунист не глядя вытянул руку вперёд.       Рейх взял измоченные вещи и протянул их русскому.       —Лишние брюки вроде должны найтись в шкафу, а вот рубашки комфортной не будет.       —Может попросить у горничных льда для тебя?       —Без льда обойдусь, холодной воды достаточно. Принеси стакан, язык жжёт, не могу... — Потребовал нацист, обмывая торс и ноги холодной водой.       А русский схватил его одежду, да быстро скрылся за дверью. Выйдя из ванной Советский, повесив её на сушилку, предварительно расправив, налил стакан воды из графина.       —Вроде, холодненькая.. —Пощупал и быстро убежал обратно в ванную, протягивая стакан немцу. —Держи. Эй, покажи хоть язык, а то вдруг волдыри выскочили.       —Спасибо.. — Поблагодарил немец коммуниста, залпом выпивая стакан, а потом по просьбе высовывая язык, чуть приподняв. Даже дёсна покраснели от жара. —Есть там что?       —Он у тебя только покраснел, но язвочек я не наблюдаю. — Союз взял его за подбородок, всматриваясь в немецкую пасть.       Коммунист чуть прищурился, быстро пробежав глазами ещё несколько раз, наконец отпустил его. —Так что все нормально.       —Фух... Это хорошо. Спасибо за помощь. Можно ещё стаканчик?       Рейх ещё пару раз обтёрся холодной водой и направился к шкафу в поисках брюк. Нужные быстро попались под руку. Отыскав, ариец их надел и улёгся на кровать. Теперь было не жарко, напротив, Фриц начал мёрзнуть. —Вот и чаёк попил...       Большевик поднёс ему ещё стаканчик, подойдя к кровати.       —Да уж.. Нужно же знать, что быть стоит аккуратным. Как ты не понял, что там кипяток? — Удивлено спросил Союз, до сих пор не понимая казалось бы простого.       Он, тучно сев на кровать рядом с Аццо, глянул на немца вопрошающим взглядом. Рейх же взял стакан, наслаждаясь прохладной водой, а потом озвучил.       —У нас чай принято подавать, добавляя воды где-то с маленькую рюмочку. Тобишь он не такой горячий. Я в Москве в первые и всех подвохов знать не могу. — Немец выдохнул и положил одну руку под голову, а вторую на торс.       —Как думаешь, успеет высохнуть? Как-то совсем не охота ехать в мокром или некомфортном. —Должно высохнуть, все же время есть, а так.. Придётся торчать в номере, так ты точно никуда не пойдёшь. — Усмехнулся он, допивая уже свой остывший чай.       —Моя одежда тебе не пойдёт, крупновата будет.       —Крупновата не то слово. До колен. Моды ещё такой не наблюдается. Тебе тарелки прийдётся занести, не буду же я голый щеголять по гостинице. А то вдруг не так поймут. — Нацист растянулся губы в ухмылке, а потом уставил взгляд в потолок. — А я Аццо покормлю, проведу с ним дегустацию. Потом вещи собрать и поговорить можно, там за нами приедут, повезут в аэропорт.       —Верно. Ладно дегустаторы, я вернусь скоро. — Русский вождь поднялся с кровати, собирая всю посуду в один поднос, выходя из номера. —Только без приключений! — Крикнул он из-за двери, после захлопывая её и спускаясь вниз.        Нацист же встал с кровати, взял тканевый пакетик с кормами, насыпал в ладонь каждого по чуть-чуть и поочерёдно. А всё же он дорогой, потому как в СССР такого чрезвычайно мало. Выяснилось, что говядина по душе собачонке больше всего, курица и кролик тоже понравились, но более равнодушно. Идейка зашла почти залпом. Рейх лишь смотрел с каким удовольствием его питомец уплетает корм и сам попробовал, буквально одну штуку. Ну интересно же.       —И как ты это ешь? — Ариец насыпал теперь уже говяжьего побольше и протянул щенку. Тот с удовольствием стал уплетать. Ну а после, Фриц нашёл время и посудить фразу Союза, брошенную напоследок. — Всё равно, что маленького ребёнка предупредил... Не так часто я уже и в приключения попадаю.       Уже спустя совсем небольшое количество времени коммунист вернулся, закрывая дверь.       —Горелым не пахнет. Воды под ногами нет. Истошных криков тоже. Значит все в порядке. — С лёгкой ноткой наигранности и юмора процедил он, заходя в спальню. — Ну что, гурман, как у вас продвигаются дела?       —Не знаю как он это ест, но кажется Аццо понравился говяжий корм. И перестань делать из меня немощного. Я не ребёнок, чтобы спалить или затопить что-то, если только не намеренно. Ты теперь каждый раз будешь попрекать ситуацией с чаем? С кем не бывает? — возмутился Рейх и уткнулся лицом в подушку.       —Хах, да ладно тебе. Просто это было неожиданно и смешно, не в обиду. — Посмеялся русский, да погладил песика по голове, после упав на свою часть кровати. — Говяжий значит... А у него неплохой вкус.       —Собака никогда плохого не выберет. — Подметил немец.       Аццо улёгся где-то между хозяйской ногой и ногой коммуниста. Правда щенок доставал до чужой лишь мордочкой. Уж больно маленький.       Рейх перевернулся на спину и прикрыл глаза.       —Я вот сейчас думаю. Мы же лететь ночью будем, и спать собираемся. Будет иронично, если мне захочется встать и походить во сне, а я прикован к сиденью.       —Тогда, может тебе стоит вздремнуть сейчас? Или же мне? И кому-то уже не спать в самолёте. Я совсем и забыл о твоём лунатизме. — Русский тихо усмехнулся, представив эту ситуацию, и то.. Что потом им выскажет лично режиссёр и быть может даже пилот самолёта. —Так что выбирай, что будешь делать.       —Давай спать сейчас буду я. Ты хоть в самолёте спокойно отдохнёшь, и поспать получится дольше, и позориться я своими бреднями не желаю, только вот нужно ещё вещи собирать. — Порассуждал вслух Третий, предлагая свой вариант. Этот показался наилучшим.       —Хорошо, тогда спи сейчас, а вещи.. Я могу тебя разбудить за час до поездки. Успеешь собраться? — Уточнил Советский, лениво повернув голову в сторону рядом лежащего, скрестив кисти рук на животе.       —Вещей не много, так что успею. Всё, переодеваюсь и спать.       Фриц ушёл переодеться в ванную, через пару минут вернулся и лёг под одеяло удобно укладываясь на боку. Аццо же решил, раз одеяло используется, то почему бы тоже, как уважаемая себя собака не лечь под него. Нацисту понадобилось достаточно много времени, чтобы уснуть, но это того стоило, он мирно сопел.       Совет же весь этот период времени лежал на кровати, но затем тихо поднялся собирая свои вещи. Правда там была.. Небольшая сумка, потому и укладывать в сумку то особо нечего было. Бросил брюки, свитерок, парочку рубашек, нижнее бельё и дело с концом. Что уж там? Из предметов гигиены только бритвенный станок, щётка, паста и мыло на все случаи жизни. Ах да. Есть ещё и дорогие сердцу духи. Совсем неяркие и нечасто используемые. Можно сказать, что те чисто на "церемонию коронации", то есть на какой-то определённый жизненный момент.       —Как бы пережить эту поездку..?

***

      Что же долго томить? Рейх выспался в обнимку с собственным питомцем. Успел собрать вещи, даже без приключений. Союз в этот раз поймал простое такси.       Машина привезла их в аэропорт. На входе встретили "свои" люди, выдали билеты и послали разбираться с документами. Вся эта суета длилась около часа.       Одно радовало. Аццо позволили взять в салон самолёта, а он в то же время послушно сидел на руках, прикрытый немецким пальтишко. Последним делом было пройти в салон и ждать отлёта. Небо было уже тёмным, не только потому что осень, а по большей части потому что дело к поздней ночи.       —Спасибо что дал выспаться, чувствую себя бодро. Теперь сам можешь отдохнуть.       Совет же удобно расположился в кресле, устало вздохнув. Он заранее пристегнул ремень, чтобы в будущем не тревожить собственный сон. — Да, так что не скучай, а я, пожалуй, усну прямо сейчас.. — Вяло процедил он, закрывая глаза и расслабляясь в теле.       —Спокойной ночи. — Проворковал Рейх и уставился в элюминатор.       Ночное небо выглядит сказочно. Но, увы, не столь же сказочно как вчера. Рейху спать не хотелось, нескольких часов стало быть хватило. А на счёт съёмок собрания он и не волновался, с Европой у него хорошие отношения. "Хорошие" — понятие поверхносное. Это значит в Рейховском понятии — не ужасные. Большевик на счёт сцены тоже и не думал, но то, что придётся ходить по улицам того старика, его никак не радует. Коммуникация вне фильма вводила русского в рамки.

***

      Спустя какое-то время, как показалось коммунисту — два часа, он открыл глаза во время, небольшой тряски самолёта. Это не было чем-то страшным, но однако подобное и не способствовало крепкому сну.       —Что за..?.. Что такое?       —Ты не спишь? Небольшая турбулентность. Может ещё уснёшь? Нам лететь ещё часиков пять.       Аццо на коленях арийца мирно спал, невзирая на тряску, а сам Рейх о чём-то раздумывал. Кажется, теперь немец не жалеет о том, что согласился на съёмки. Не только деньги играют здесь основу, но и приятные бонусы в виде внимания, пусть и весьма разнообразного. —А да?.. Хорошо тогда.. — Все также сонливо отвечал Советский, чуток переворачиваясь на бочок в сторону немца и засыпая вновь, вытянув руку в сторону соседнего кресла. Удивительно, что есть люди способные спать в подобных позах. Немец то на кроватке восполнил энергию. —Главное что бы после сна в такой позе спина не ныла.       Третий и впрямь позаботился о хотя бы не вредном сне, сам поспал — другим дай. Потому фриц снял с себя пальто, скрутил в рулетик и подложил под голову большевика, что-то типо имитации подушки. Ноющая боль в шее будет провокатором усталости, из этого следует плохой настрой, а немцу ведь день бегать с ним. Не хватает ещё "взрывов" на собрании.       С двух сторон доносится сопение. Причём щенок держится на равных с русским. Благодаря свёрнутому пальто также удалось избежать храпа, что будет лишним поводом для стыда перед рядом сидящими. Ночь немца не прошла скучно. Разглядывать звёзды было интересней некуда, особенно когда тебе известно, что они могут образовать. А вот когда начало светать, Фриц нашёл другое занятие — страсти и разговоры людей. Дамочка рядом жаловалась на своего бойфренда и рассказывала жутко интересную историю.       Жила она в Москве, а паренёк приехал из Лондона на практику в русскую столицу, по обмену. Он с девушкой не общался, а потом, как рассказывала она своей подруге... Бам!.. И знаки внимания. В кафе водит, маленькие подарочки дарит. После проблемой стали атеисты родители, с одной стороны и протестанты, с другой. Теперь она летит в Лондон на знакомство со вторыми, в надежде того, что не откажут. В чём виновен парень? Чёрт её знает. Но Рейх держал кулаки за то, чтобы благословение было от родителей дано.       Не только дама была с интересной историей, но чужие не так интересны. Пожалуй, стоит вернуться к своей. Уже к восьми по утру, когда объявили посадку, нацист аккуратно потрепал коммуниста по плечу. Он надеялся пробудить как можно мягче, чтобы по случаю не влетело.       —Всё, просыпайся, почти прилетели. — Шептал ариец, словно и впрямь будит начальника, уснувшего на рабочем месте.       "Начальник" что-то пробурчал, по типу "ещё пять минут", затем слегка приоткрыл глаза, приластившись к приятной ткани пальто и такому притягательному запаху знакомого французского парфюма, исходящего от него.       —Ммм, как мягко, нас что до номера довели, хех..? — Но осознав, что он ещё в самолёте, чуть приподнял голову. — А нет.. Ещё здесь.       —Я бы с радостью дал тебе поспать ещё, но мы уже в Лондоне. В принципе, в машине ты ещё сможешь восполнить ещё пару минут, если конечно хочешь. Но пока что пора приходить в сознание. Земля вызывает Союза. — Фриц несколько раз посчёлкал пальцами, от чего проснулся и Аццо. — Один на коленях спит, второй под боком... Чуть сам не уснул.       Посадочные огни светили через иллюминатор. Ещё не ясно зачем. От темноты оставались лишь тёмные разводы на небе, однако лучше знать специалисту.       —Жаль, что уже нужно вставать, мх.. — Русский буркнул и неосознанно вытащил что-то из-под собственной головы. — Пальто? Ох, как это мило с твоей стороны. Не ожидал.       Союз вернул вещь владельцу, правда не сразу, ещё раз проведя рукой по нежной ткани, посмотрел в окно.       —Будь благодарен, сам Рейх дал тебе использовать своё пальто! — Говорил фриц с гордой улыбкой, а потом забрал свою одёжу, всунув в рукава свои ручёнки.       Коммунист ни с того, ни с сего тыкнул в немецкий нос, посмеявшись.       —Слышь, великий Рейх, не занимайся самолюбованием. Вот гордец. — Теперь лучезарная улыбка светила и на его устах. —Уже совсем скоро мы выйдем на пасмурные улицы Лондона. Интересно Великобритания нас встретит?       —Мечтай. Этот мужчина с зонтиком не станет тратить время попусту. Я даже на экскурсию то не очень и надеюсь. Ему уже столько лет, что не будет этот англичанин встречать сменяющих друг друга стран в аэропорту. Слишком ему въелось в рутину.       —Да, мне тоже так кажется. Но это и к лучшему, я его видеть не хочу.              В иллюминатор большевик увидел, как самолёт совершает посадку, уже готовясь подниматься с места.       Немец же взглянул на Союза и понимая намерения взял за запястье.       —Не спеши, мы в середине, а значит такие же как ты сейчас рванут с задних мест, так что лучше подождать. Нам бежать некуда. Сумки ещё с полок доставать.       —Хорошо, ты прав, иначе нас просто задавят в толпе. — Ухмыльнулся болешивик, глянув в сторону места соприкосновения и положив поверх свою ладонь, чуть похлопав.       —Ты главное за Аццо следи, а то тоже убежит, как я.       —Когда я был не прав?       Третий неосознанно отдернул свою руку, но потом, понимая что всё в порядке и это всего лишь коммунист, извинился.

***

      Через несколько минут оба уже забрали сумки, прошли паспортный контроль и выходили из аэропорта, где их ждал чёрный кэб². Раньше Кэб в Великобритании являлся визитной картой и одновременно простой повозкой для простых людей, но сейчас это название получила машина-такси, что кстати тоже выглядит раритетно. Немец, всё так же держа в руках Аццо, поставил в багажник сумку и сел в салон машины, буквально прилипая к окну.       —Пальтишко отдолжить? — Спросил тот у коммуниста, ехидно улыбнувшись. Тот же, усевшись за немцем в кэб, удобно расположился на сиденье, посмотрев на Рейха.       —Тебе холодно будет, уж лучше я как-нибудь так потерплю. Хотя твоё пальто мне понравилось. — Невольно взболтнул Союз, поправив свои взъерошенные волосы и глянув на мрачные красоты Лондона.        —Как знаешь.       Кэб тронулся и повёз прямиком в сторону отеля. Рейх не отрывал взора от окна, пока его питомец сидел на коленях и не понимал, чему же дивиться его хозяин. Что прекрасного в кирпичах? К сожалению всей красоты тут и не увидеть, пасмурно и не совсем светло. Но всё же что-то. Город большой, так что до отеля не близко.       —Эх, наконец-то на земле. Семь часов летели.       —Семь часов? И ты не спал все это время? — Большевик осмотрел арийца на наглую ложь, чуть приподняв бровь, затем всё же осознал, Третий не соврал. Устроившись поудобнее на своём месте он решал, стоит ли продолжить сон. —Можешь сейчас вздремнуть, ничего страшного точно не случиться.       —Да нет, брось, я выспался в Москве. Не могу пропустить такие виды. Сам лучше спи, норма сна — восемь часов, а ты спал лишь семь. Ехать мы будем где-то около часа, я уверен, так что выспишься сполна. Тем более, что ночью они у тебя были отобраны. — Немец захихикал. От чего? Не ясно. Лица совсем не видно, Рейх разговаривал, смотря в окно и поглаживая по голове Аццо.       —Ладно... Как хочешь.. — Совет не был доволен подобным укладом, но через какое-то время уже тихо сопел с приоткрытым ртом, а затем и вовсе стал храпеть, запрокинув голову назад.       —Бедняга, точно с ноющей шеей останется.

***

      Разбудил Рейх спящего только по приезду. Им стоит занести вещи, оставить Аццо и вновь ехать, только уже на съёмки. Хорошо хоть это, по словам водителя, близко. Союз на этот раз проснулся быстро и, как солдатик, покинул кеб, вытаскивая свои вещи, направляясь в отель.       Отель, в который они заселились, был и в правду роскошный, можно даже сказать вычурный. Не барокко конечно, но классицизм с нотками модерна в полной мере. А в номере был даже обнаружен джакузи! Вот только персонал ни слова, ни на русском, ни на немецком не понимают. Хорошо хоть Нацист знает английский по большей части и неудобств у него не будет. Лишь немецкий, грубый акцент портил картину.       —Не знал, что ты так хорошо владеешь английским. Хотя я тоже его знаю, правда не так хорошо, как немецкий или французский³. — Вспомнив уроки с отцом, большевик невольно дернулся, но тут же вышел из мира своих воспоминаний.       —А как же не знать, когда этот аристократ Великобритания отказался учить новый диалект немецкого, зная старый лишь на половинку, под предлогом того, что этот язык использует не так много стран, в отличии от того же английского или испанского. Он весьма нагло намекнул, что мне бы стоило выучить английский на отлично. На деле этот язык проще чем русский, да и время у меня было за годы своего "почти" одиночества.       Рейх подошёл к ресепшену и заговорил с дамой там сидящей. Стоило заметить, фриц крайне броско обратил внимание на руку, где обычно находится или должно находиться обручальное кольцо.       —Miss, can you please give the card to the names Third Reich and the Union of Soviet Soci... alist Republics. Thank you. — Проговорил ариец это быстро, но с одной запинкой. Слово просто не припомнил по произношению.       Дамочка протянула Рейху две карточки, подсказав номер, этаж и как пройти до двери. Немец расслышал лишь нужную половину.       —Идём.       —Ой, ну прям Дон Жуан собственной персоны ~ — Русский лишь подмигнул девушке, видно, в качестве забавы, направляясь за немцем и держа свои сумки, иногда перекладывая с одной руки в другую.       —Дон Жуан бабником был, олицетворением мужской похоти и разврата.       Союз сделал вид, что не услышал, а потом, заприметив ещё и недовольную мордочку Аццо, ставшего на защиту арийца, просто пожал плечами.       —Ох, скоро мы встретимся с главами некоторых государств, уже не терпиться увидеть их лживые морды, бргх..       Номер великих актёров был на втором этаже, что весьма удобно, в отличии от седьмого.       По приходу два Дон Жуана увидели ту же картину, что и в гостинице. Одна двуспальная кровать. Однако Рейх ни грамма не возмутился, ему всё компенсировал джакузи.       —Я знаешь что подумал, это дамочка явно в непонятках. Потому что у нас снова однокомнатный номер и одна кровать. Только у вас Москве два мужчины — это друзья, а тут не так понять могут.       —Хах, это меня.. чуток напрягало. — Союз невольно посмеялся, а затем осознав, что могут пойти слухи о том, что он педераст, грозно нахмурился и скрестил руки на груди. —Тц.. Это не должно распространиться за пределы этого отеля.       —Годовься к тому, что твои недруги обязательно об этом пошутят. Всё же, знают, на что давить. Твоё дело не подавать вида, что ты смущён и не говорить в отчаянии, что это не так. Вот и всё. — Нацист быстро разложил вещи по полкам, не разбирая по отделам и объяснив Аццо чего делать не нужно, так будто бы тот понял, положил ему две игрушки. —Не забудь карточку и пойдём.              Совет особо и не раскладывал одежду, все равно все в сумке хорошо лежит, смысл? Вскоре они вновь были в тесной машине. То, что опять торчать в тесном и душном кэбе, не особо и нравилось.       —Виду не подавать.. Да как тут его не подашь? Эти сволочи все унюхают. —Бурчал просебя Советский, смотря в окно автомобиля.       Привезли пассажиров в здание, где проводили собрания раз в десять лет или по экстренным случаям. Британия не слишком любил гостей, но тут видно хорошо платят. Людей и стран сейчас было тьма. По старой традиции главных героев торжества перехватили у входа и быстро потащили одеваться и наносить грим, потом отправили на место съёмок. Там были страны, причём все, из самых развитых и известных. Ненавистные для Союза Великобритания и Америка тоже уже присутствовали. Взгляды быстро устремились на Рейха и Союза, а немец наскоро дал рекомендацию русскому.       —Поговори с Китаем, Америка не любит быть третьим лишним в разговорах. Не подойдёт просто так.       —Китай, Китай... Китай. А вот он! — Заметив его в толпе, коммунист подметил, что азиат, как обычно спокоен и улыбчив для всех, но мы все прекрасно понимаем, что это все лишь приветливый жест. —Вся пендосия собралась здесь..       Русский козырнул янтарным взором в сторону Великобритании и США, подходя к Китаю. Великобритания лишь шикнул, оправив свой строгий галстук-бабочку холодного бордового оттенка, да обратил внимание на немца, устремив глубокий взор в его сторону.       Нацист не был слишком приветлив, но всегда отвечал на вопросы и поддерживал темы для разговора, был спокоен и не высказывал точки зрения, что не понравилась бы собеснику. Естественно лишь для собственной выгоды. Однако Британию ему всегда ставил в пример отец и уже вошло в привычку быть с ним не таким равнодушным как с остальными. Равнодушным в плане общения. С остальными странами фриц чуть более сух.       Третий успел поприветствовать Японскую Империю и Королевство Италию, что были хорошими торговыми партнёрами со схожими взглядами. Немец в уме посчитал сколько на данный момент государств и понял, что ошибся, не все, придется подождать. Потому Великобритания, положив руку своему сыну на плечо, сообщил, что отлучится на какое-то время, а сам стал приближаться к Рейху, постукивая своей тростью с позолоченным набалдашником в виде грозного льва, подчёркивая всю важность и строгость фигуры во фраке.       —Какая неожиданная встреча, господин Третий Рейх пожаловал. Я думал, что мои бортовые датчики обознались, но нет. Все верно. — С лукавой ноткой радости процедил он, переместив трость из одной руки в другую, игриво передвигая меж пальцев. —Я погляжу вы не один. Как же не повезло с собеседником, однако, мы всегда готовы приветствовать в нашем кругу. — Снова эта гаденькая улыбочка, вся так и пропитана ложью, однако всегда есть доля истины. Интересно кто же подразумевается под словом "мы". Наконец Рейху удалось вставить словечко.       —Здравствуй. Вряд-ли встреча неожиданна, ведь здесь все многоуважаемые страны, не так ли? Вы редко облачаетесь в чёрный с оттенком зелёного, значит хотите произвести впечатление? Вам идёт.       —Нервничает? — Подумал ариец наблюдая за руками, что перекладывали трость то вправо, то влево. Но ошибался, совсем позабыв, что не только нервозность может проявляться подобным образом. Что на счёт нетерпения?       —Могу заверить, мой собеседник весьма сносный. Кхм... Лондон очень красив, я в впервые могу побродить по улочкам и не могу не оценить Архитектуру. — Перевёл тему Третий чуть приулыбнувшись аристократу. Личные темы он затрагивать не хотел, поэтому разговаривал на нейтральные, равносильно излюбленной англичанами — обсуждение погоды.       —Как же вы все верно подмечаете, очень признателен за вашу наблюдательность. — Аристократ уложил плавным движением свою кисть на грудь.       —А что думаете на счёт фильма?       —Что же я думаю о фильме? Тема довольно экспрессивная и на мой взгляд, картина тяжёлая, все же описывается неимоверно кровавая война.. Такой и в помине не было, не считая.. Некоторых исключений. — Статный недалеко вывел руку в сторону, подвигав своими длинными и тонкими пальцами.       —Мужчина, что занимается режиссурой очень хвалит вас, не уж то вы столь большие гении театра и кино? Или же занимались актёрским искусством в свободное время?       —У вас как всегда мнение профессионального критика. — Немца напряг намёк на "некоторые исключения", он буквально на секунду сменился в лице. Третьему всё ещё приходится выплачивать долги за нанесённый ущерб его папеньки, оплата сложилась на долгие годы вперёд. А отдаёт долги ариец и Великобритании. Фриц неловко улыбнулся и сменил мысли на другие, чтобы не воспалять самого себя.       Рейх не считал, что он гений актёрского мастерства, скорее выходило это само собой. Вот как раз играть в присутствии стольких весьма неудобных зрителей будет тяжело.       —Нет, бросьте. С моим "собеседником" просто легко вжиться в роль. Да и похвалу можно услышать от каждого, Фримен преувеличил.       —Преувеличил? Посмотрим, посмотрим, насколько оправдаете вы моё ожидание от этих съёмок. — Англичанин прошёлся пальцем по своему подбородку, сверкнув небольшим колечком на руке. —Надеюсь, что это будет компенсацией за мое, то есть наше, потраченное время. —С лёгкой гордостью говорил он, мельком бросив взгляд в сторону русского и азиата. Пускай у них и была оживленная беседа, но взор первого как-то странно был направлен в сторону Британии и Рейха, да ещё и с ярко выраженным недовольством. Фриц лишь кивнул.       В аудиторию вошло ещё три страны. Всем сказали усесться по местам. Место нациста располагалось между Польшей и Францией. Режиссёр стал объяснять суть собрания: США вступает в войну из-за того что его флот атаковали Японцы. Предлагает помощь Союзу в поставке оружия, техники и еды, русскому же прийдётся согласиться, конечно под кредит. Фашистская Италия переходит на сторону бывшей Антанты. Рейху же нужно хорошенько выпустить агрессию о том, что всё оборачивается против него. И до открытия второго фронта всего ничего.

***

      После лекции съёмка началась. Союз внимательно выслушал все объяснения, затем чуть дернул глазом от хлопушки. Его взгляд вмиг перешёл на Америку.

***

      —Эти чёртовы Японцы потопили только пять мирных моих кораблей, а военных...! Я объявляю войну Третьему Рейху. Советский, я с радостью поделюсь оружием и консервами, за тобой после всего-то маленький должок. Кредит ты осилишь.       —Помощь? — Коммунист как-то предвзято посмотрел на него, а эмоции то были настоящие, даже не капельку не поддельные. Русский сначала глубоко задумался, затем плавно вздохнув и прикрыв глаза, чуть сжал кулак от безысходности. Ему нужна техника, продовольствие, ведь победа пусть и близко, но её осилить нужно достойно. Дойти до самого Берлина. —Действительно... Она бы мне не помешала..       —Черт.. Я же потом не окуплюсь.. — Пронеслось в голове вождя.       Радости на том не закончились. Королевство Италия как-то боязливо посмотрел на нациста, не спеша вылазить со своим заявлением, а потом резко встал с места и, приложа руку к сердцу, содрагающимся голосом чуть ли не вскрикнул.       —Я объявляю войну Т-третьему Рейху! Намерен помочь странам союзникам в поставке оружия и еды бесплатно!       Сам Рейх изменился в лице, закинул ногу на ногу и сжал зубы, что-то шипя. Его рука, лежащая на столе, сжалась что есть силы, царапая лакированную поверхность. Японская Империя тоже в счастье не была, она сверкнула очами, мысленно вырезая тончайшим клином чужие внутренности. Вспаривая брюшной отдел, срезая каждый покров тела по отдельности.       —Вот же крыса Итальянская... — Шипел немец, наклоняясь то в правую сторону к руке, то в левую, выравниваясь. Его положение в прямом и переносном смысле весьма неустойчивое.       —Сдавайся, Третий Рейх! Тебе нас не одолеть! — Громко проголосил Великобритания, грозно направляя свою руку в сторону. Кажется, даже чересчур наигранно, однако подобное в его стиле. —Теперь твой союзник на нашей стороне, у тебя нет шансов!       —Мои войска уже идут в контрнаступление, тебе не спастись! — Вскрикнул с задней позиции коммунист, ухмылаясь победно, он сумел доказать правоту свою. Большевик встал и с грохотом стукнул по столу, выражая себя главой положения.       —Не сдамся! А если и проиграю унесу столько жизней, сотру столько деревень и городов, что за всю свою жизнь, ты, чёртов русский, не сочтёшься! С этой поганой Италии и толку то не было! Я закончу свою жизнь только своими руками!        Фриц сжался в плечах и метнул свой стул в стену, да так, что тот задел близседящую Францию, взяв за воротник сидящего по правую руку, ни в чём невиновного Польшу, и посмотрев так, на самом деле злобно, что парень отметнулся. Дело на том не закончилось, ариец тому неплохо вмазал, правда не кулаком, чтобы увечий не нанести. Каждый в зале прямо ахнул. Всё было искренне, ни один не ожидал подобного.       —Убью всех пленных, что сейчас в концлагерях, будут дохнуть в камерах, ни одного в живых не оставлю! — Нацист рвал на себе волосы. Почему всё обернулось против него? Победа же была птицей, что просто не могла улететь из крепких пальцев. Но дело в том что и птичка мала, и пальцы сильно давили. Рейх просто переломал ей кости, уничтожил и без того хрупкие крылья, лишь потому, что своих не имеет.       Громкими шагами, после столь скоропостижного краха нацист удалился за дверь хлопнув так громко, что некоторые из государств содрогнулись. Совет сам не на шутку испугался, но виду, конечно, не показал.       —Нам нужно срочно выдвигать войска! Иначе население из невинных душ, обитающие в концлагерях просто сотрется с лица земли! — Прикрикнул большевик, поднимаясь с места, опираясь обеими руками о стол.       Он знал, что немецкие слова — не пустая угроза. Теперь он уничтожит птичку окончательно, измельчит в труху, размажет гиблые капли крови по всей планете и их уже не стереть, можно лишь сокрыть кровью большей. Что и случится, наверняка, в ближайшие столетия.       —Предлагаете вывести ещё несколько войск? — Невзначай спросил Британия, опираясь рукой о свою трость. Это было очевидным, но второй фронт открывать за свои финансы никто не желал. Хотя... Выставка самого себя в роли апостола и победителя повысит имидж.       —Именно! Мы начнём операцию по освобождению Европы! Красная армия сотрёт алчность и лицемерие...

***

      На этом съёмку закончили. Картина получилась даже более эмоциональной, чем нужно было. Нацист так вообще не на шутку разыгрался, напугал бедную Польшу до чёртиков. Тот, как ярый католик, открещивался от испуга. Ариец вошёл обратно в кабинет, стирая пот со лба и садясь на стул, выдыхая. Режиссёр лишь сказочно улыбался. Коммунист же спокойно подошёл к немцу со спины, хлопнув его по плечу.       —Утихомирь пыл, а то и правда за агрессора защитают. — Шутливо отозвался русский, складывая руки на груди. Всю грозность рукой сняло.       —Просто... В роль вжился. Бывает. Всё хорошо, главное, что получилось невероятно. Почти по-настоящему. — Дальше он уже более тихо обратился к Союзу. —Как там с Китаем? Всё получилось? Великий Третий Рейх не ошибся? — Усмехнулся фюрер стирая со лба капельки пота.       —Да, мы наладили наши взаимоотношения, в некоторой степени, и нашли общие точки соприкосновения. — Мельком большевик бросил взгляд на спокойного китайца, затем вновь перевёл его на Третьего. —Думаю, в ближайшее время.. Подпишем договор о торговом сотрудничестве.       —Вот видишь какой я молодец, а ты всё возмущался. Это ведь самому тебе жутко выгодно.       Страны постепенно, по два человека, уходили в гримёрные и, переодевшись, покидали здание. Это занимало много времени, однако же Рейх никуда не спешил.       —Фух, как-будто и вправду войну проигрываю.       —Я заметил. Уж подумал, что придётся тебя как-то приструнить, чтоб не устроил чего тут. Зачем ты так пшека напугал? Признай, давно хотелось, а тут и оправдание нашлось. — Тихо посмеялся коммунист, присаживаясь на свободный стул, наблюдая как все страны постепенно расходились.       —Ты такого плохого мнения обо мне? Я обижен, ведь всё ещё способен сдерживать себя. — Рейх скорчил жалобное личико, а потом опять улыбнулся.       —Не дуй губки, я ж знаю, что ты не такой обидчивый. — Союз козырнул в его сторону глазками, ухмыляясь. —Ты же знаешь, я не желаю зла, по крайне мере не данный момент времени.       —Ой, да что ты там знаешь? Может я просто не выражаю обид в устной форме. И щёчки я дую. Видишь? — Сказал Рейх специально, для вида, обиженно, слегка надувая щёки и хмуря бровки у переносицы. —А кто тебя такого знает? Советский Союз весьма непостоянен. А если обижать меня вздумал, то я разговаривать не буду, а подойдёт к тебе вон тот вот паренёк. — Немец указал прямо на Штаты, кивнув в его сторону головой.       —Тц, ещё чего, этого пендоса я видеть не хочу. — Буркнул коммунист, даже не смотря в сторону США. В свою очередь Великобритания, что оправлял позолоченные, миниатюрные запонки на своих манжетах, остановился около них.       —Попрошу вас, сэр, не говорить о моем сыне в таком тоне. Пускай он и далек от совершенства, это не даёт вам право так о нем оглашаться.       —Еще один.. Старый пень. — Совсем тихо фыркнул себе под нос вождь, лишь бросив безразличный взгляд на Британца.       —Пожалуйста, держи себя в руках. В Европе ценится вежливость. — Ариец посмотрел на Союза, подавая вид о том что не стоит влезать в конфликт с стариком. Перед странами Европы ариец был всё же более покладист, но лишь для того чтобы не портить отношения. В лице аристократа нужно выглядеть приемлемо. Третий не хочет позориться с некомпетентным русским.       —Простите, вы же знаете, с ним всегда так. Русские традиции отличаются от наших. Не гневайтесь.       —Конечно, понимаю. Мне приходилось иметь дела с дикарями, в том же Чикаго. — Усмехнулся британец, покосившись на русского. СССР, в отличии от своего отца, стал в глазах Европы Ошибкой, пятном жира на фраке. Иваны — грубые, дикие, безкультурные. Вот как их видит англичанин. —Они ничем не отличаются от русского народа       —И ты ещё говоришь, что я перехожу на грубость?!       —Прошу простить, это явно моя неудачная шутка.       Но Великобритания нисколечки не раскаялся в лице от такой прямолинейной шутки, лишь натянув шелковую белоснежную перчатку на свою тонкую руку, чуток повернувшись торсом в сторону арийца.       —Советский, прошу. Это лишь безобидная шутка, не заводись, не стоит. Британия весьма известен тонким юмором. — Сделав попытку успокоить Союза он неловко улыбнулся англичанину как бы... Извиняясь за излишнюю грубость.       На самом деле, ведь лишь Союз был прав, не скрываясь за маской лицемерия, и именно он действовал искренне. Однако же побеждает преимущественное большинство... Финансов       —Тц.. Нечего под него подстилаться! — Не выдержал коммунист, активным жестом показывая недовольство. Британия лишь цокнул несколько раз, пригрозя пальцем, словно хулигану со двора.       —Рейх абсолютно прав, и боюсь, что ваши угрозы могут плохо отозваться на вашей же репутации. — Он вновь приветливо улыбнулся, лишь приблизившись к актёрам.       —Вот же.. Так и знал, что вы, европейцы, все за друг друга держитесь.. Ничего искреннего в вас нет!       —Успокойтесь, да выпейте в местном пабе, уверен, что вам полегчает от "крестьянского" пива. — Рейх уже не знал на чью сторону становиться, но порассуждав пришёл к выводу что перед коммунистом он ещё извиниться успеет, а вот с Великобританией так не выйдет. Конечно это не слишком хороший поступок, но... Делать нечего. Потерять деньги нельзя. Нацист в первую очередь голова государства.       —Гримёрная освободилась. Не развивай конфликт, иди переоденься и развейся. Мне ещё Лондон смотреть. Отдохнёшь, в себя придёшь. Так? У меня в сумке сможешь найти варельянки. Иди, пока проблем не набрался.       —Еще не хватало меня валерьянкой поить.. — Вновь что-то проворчав себе под нос, да несильно ударив по столу, сжав кулак, он томным шагом направился в сторону гримерки. Великобритания победоносно смотрел в его сторону.       —Вы говорите, что хотите Лондон осмотреть? Так уж и быть я буду не прочь составить вам компанию. — Аристократ луковато улыбнулся, гордо приподняв свой подбородок.       —Этот город очень красив. Архитектура девятнадцатого века поражает. Я буду рад, если вы покажете мне Лондон. Особенно я хочу увидеть Лондонский Тауер⁴.

***

      Вскоре переоделся и Рейх. Он ждал англичанина у входа. Но почему-то чувствовал вину за то, что наверняка сильно обидел не такого уж и плохого собеседника. Вообще они друзьями то никогда не были, но совсем не правильно было его так понижать.       —Солидарен с вами, Лондон славится своей эстетичностью и грациозностью. Так что, для меня будет большой честью показать вам все красоты этого города. — Главенствующе процедил Королевство Великобритания, уже направляясь в сторону выхода, чутко придерживая немца за плечо.       В это время из гримерки вышел коммунист и не на шутку опешил от такого жеста со стороны Британца. Теперь уже на уровне инстинктов, подсознательно начал действовать.       —Куда это ты намылился?! — Не до конца осознавая в каком месте находится, он выкрикнул это в сторону то ли Рейха, то ли Великобританиии, на что получил неодобрительный взор последующего.       —Эй, я же вроде говорил тебе что пойду смотреть город, а ты в своё время отказался. Уже забыл? Чего так взъярился? — Теперь нацист старался отвечать ему как можно спокойнее. Не разжигать пламя. Правда, сейчас Третьему совсем не понятно чего это так Союз взбушевался. Оба обговаривали прогулку и сам русский предпочёл остаться в номере. —Я думаю, что много времени не займёт. Вернусь где-то к... Учитывая что сейчас лишь девять утра, то, наверное, к двум?       —Целых пять часов с этии аристократишкой?! А что если он заведёт тебя куда-нибудь и сдаст в рабство! — Большевик хаотично махал руками, придумывая различные отмазки на ходу. Из уст лилась нефильтрованная вода. Глаза были широко распахнуты и прямо говорили о том, что русский в данный момент под руководством эмоций.       —Советский Союз, не говорите глупостей! Что вы устроили тут, лучше идите в номер и не позорьтесь. — Более грубо ответил англичанин, лишь ускорив шаг, выводя немца на тротуар улочки. Да ещё и нарочно положив ладонь на спину и заслоняя собой взор.       —Да пошёл ты!       —Странный он сегодня какой-то...       Рабство? Заведёт куда-нибудь? Что за бред? Это лишь глупые оправдания. Но для чего? Неужели Союз настолько ненавидит Британию, что готов отстаивать то, что даже не относится к нему самому. Даже на самого Рейха он так не злился, как сейчас размахивал руками, не пуская его на простую прогулку. Всего пять часов. Да какое ему вообще дело до того, куда и с кем, чёрт подери, идёт ариец без него? Теперь и злиться на большевика хотелось. Не пускать Третьего куда-либо, под любым предлогом — это верх бескультурия. Особенно когда то уже оговорено. Хотя, отчитываться немец не обязан. В общем, коммунист крепко налажал в глазах Британии и даже в глазах Рейха. Виноват ли теперь нацист в чём-то?       Совет лишь затих, опустив взгляд в пол. Он только сейчас начинал трезво мыслить и то, не полностью. Коммунист опустил голову и лишь морщинки на лбу и поджатые выдали.. Обиду?       —Сэр, Советский Союз, идите домой. Вы устали. — Вновь пересекаясь с тем на улочке, с фальшивой заботой процедил британец, после скрываясь с немцем на том же переулке.       —Ну и валите! Идите! — Большевик ударил кулаком в стену, раздирая котяшки до крови о неровную поверхность и грозной тучей выходя на улицу. Он шагал в совершенно другом направлении, прямиком до отеля.

***

      Рейху показали всё что он хотел увидеть и даже больше. Это один из самых старинных городов. Здесь сохранилось больше всего реликвий, ведь территория Британии не была затронута первой мировой и её не крупно потрепали остальные войны. Вот же чёртов везунчик. Он живёт на неприступном острове, в общем-то поэтому так долго и живёт. Удалось установить стабильную экономику и подстроиться под людей.       Проблем у этой страны в общем-то почти не было. Единственное, Британия скуп, его за это не сильно любили. Чтобы получить что-то от этого хитреца, нужно тоже что-то заплатить. Благотворительностью аристократ не занимается. Что ж, в эту прогулку Англичан даже пытался подстроиться под медленный шаг Рейха, создавая дополнительные благоприятные условия. Хотя, можно ли это оценивать как способ подступиться?

***

      Совет к этому времени успел прийти в отель, быстро уходя в ванную комнату, включая воду.       —Мх... Да что же с тобой, Союз?..       Ополоснув лицо, он посмотрел на себя в зеркало, что-то внутри так и щекотало, так и тревожило, только вот что.. Он понять так и не смог. С Союзом явно что-то не так. У основания волосы стали важными, из-за обильного потовыделения. Было душно и мысли вызывали ноющую мигрень.       —Чертов британец! Какого хрена он опозорил меня перед Рейхом!? Какого черта он вообще его трогал?!       Но тут русский всмотрелся в свои медовые, агрессивные глаза и вдруг замер. Теперь душить стала не только духота, но и отчаяние. Руки просто не смели вновь сжаться в кулаки. Они ослабли, размякли, как и всё остальное тело.       —Почему?... Почему меня это так гложет?...       Мысли кружили над его головой, словно рой раздражённо жужжащих пчёл, надоедливо садясь на его лицо. Пчёлы больно жалили, даже при том, что русский их и пальцем не тронул. Увы, эти пчёлы нападают на цель без препятствий.       —Нет, нет, нет... Почему же.. почему так противно на сердце... И мысли лезут в голову, почему меня вообще должно это волновать с кем он и где?! Но ведь... Волнует.. И словно бушующее море окунает меня в свои глубины, утаскивая в омут чувств, что душат меня, с каждым погруженным метром, сдавливая горло сильней.. Тяжело дышать... Тяжело осознавать, что ему... Нравится окружение Британии.       Колени Большевика расслабились и подкосились в сторону. Союз плавно уселся на пол, закрывая лицо широкими ладонями. Дети в прятках, маленькие, считают, что, закрой они лицо руками — никто не найдёт. Столь беззащитен был и русский, с оголённым сердцем.       —Он так улыбался ему... И все время хотел спихнуть меня Китаю. Неужто.. Он положил глаз на этого эгоиста? А чем же я хуже?... Стоять. Что?! О чем это я?! Почему так не хочется его отпускать?! Что со мной.. творится?       Аццо, словно почувствовав эмоции большевика, лёг рядом, просто прижимаясь своей тушкой в знак.. сочувствия?

***

      Рейх вернулся позже сказанного времени где-то на полчаса. Так как карточка от номера была у них на двоих, арийцу пришлось постучать в дверь. Ощущение было двоякое. С одной стороны, он встал на сторону Британии и, прямо сказать, не поддержал верную сторону Союза. Ну а с другой, этот скандал "ревности" оскорбил самого арийца. С каких пор русского вообще волнует где он гуляет и с кем? Тем более, повторяясь, это учитывая то, что они оговаривали прогулку, а потом в общем то и вместе хотели походить по магазинам одежды. Желание притупилось.

***

      Совет лишь краем глаза заметил маленькую тушку, что уселась рядом с ним, утыкаясь мокрым носом в его одежду.       —Аццо, я и забыл, что ты здесь.. —Уже спокойным, но изнеможденным голосом процедил он, ощущая внутреннюю мякоть, обволакивающее его сердце и дарующее ему необъяснимый покой. Уютная аура, что исходила от столь незначительного жеста животного давала небольшую дозу морфия, опьяняющей нирваны. Но в один миг, сердце вновь бешено заколотилось, пускай и на доли секунд. Стук в дверь вынудил выбраться из столь приятного чувства.       —Не уж то... Уже прошло столько времени?       Да, время слилось с эйфорией. Метания Союза продолжались ещё очень долгое время. Он даже задремал на часа два. И сократил время до скандальной встречи.       Вождь взял на руки песика и не столь скоротечным шагом добрался до двери, открывая её. Русский нос окутал запах сырого лондонского воздуха, с лёгким переплетом британских духов.