Энжел III

      Пару-тройку дней я провел в бытовых хлопотах, а сегодня девчонки собрались в баре, притащив туда музыкальный центр и микрофоны. Я сам заварил эту кашу на ужине после дежурства, спросив для поддержания разговора:       — Как прошло первое вещание?       Готовить тогда вызвалась Вэгс, и вышло у нее не очень, с кухни до сих пор тянуло горелым. Мы быстро покончили с тем, что уцелело после её кулинарных экспериментов, но задержались за столом.       — Аластор — замечательный ведущий, много шутил… — Радостно отозвалась Чарли. Затем её лицо приобрело смущенное выражение.       — Дай угадаю. — Сказал я по наитию. — Не помнишь ни одной шутки?       Чарли озадаченно кивнула.       — Ал ведь мог бы провести с тобой… ну знаешь, интервью в прямом эфире. Чем больше демонов узнают об Отеле, тем лучше, ведь так?       Аластор не повёл и ухом, увлечённый чтением газеты и рассеянным ковырянием в зубах. С началом радиовещания из отеля он как будто задрал нос, и только его тени сновали по коридорам и комнатам, неприкаянные и вездесущие.       — Выступила бы на радио, ты же хорошо поёшь. Наверняка всё детство мечтала пойти по стопам матери и подпевала диснеевским мультикам? — Сузил я глаза в безмолвном смехе, быстро глянув на ближайший парадный портрет, взирающий на нас с немым укором. Чарли зарделась, Аластор презрительно хмыкнул, продолжая делать вид, что погружён в чтение. Поддерживать идею он не собирался, а вот мне внезапно захотелось как-то взбодрить принцессу.       — Я тоже смотрел и подпевал. Может, устроим караоке-брейк? You got to kiss the girl! — Промурлыкал я. Радиодемон недовольно зашуршал газетой и полностью скрылся за ней. Я не удержался и кинул в него подгорелой корочкой. — А тебе стоит посмотреть хотя бы Бэмби, олешка.       Восторженно захрюкал в стакан Хаск. Он не выступал в открытую, но явно получал удовольствие, представляя себе всесильного демона, проводящего время за просмотром мультиков. Радиодемон приспустил бумажную преграду и принялся задумчиво изучать извлечённый изо рта коготь. Бармен поспешно попытался скроить суровое лицо, но подавился и закашлялся, вызвав целый фонтан брызг.       — Просто неотёсанные мужланы, детка. — Грустно развёл я руками и подмигнул Чарли. В её устремлённых на меня глазах, кажется, мелькали звездочки и сердечки:       — Я очень хочу караоке! Ты ведь не шутишь?       — Детка, это очень серьёзно! Про такое не шутят!       …Караоке должно было быть отличным времяпрепровождением. По крайней мере, я думал, что под оглушительную музыку будет сложно поднимать неприятные темы. И вот, с расслабляющим воздействием лёгких напитков мы вдоволь наорались и даже спели несколько песенок дуэтом и хором. Аластор не почтил нас своим присутствием, зато Хаск в перерыве между беготней с подносами присоединил свой хрипловатый пропитой бас к «Under pressure».       Чарли с чувством исполнила «Into the Unknown», и мы незаметно оказались вместе на диванчике, пока Ниффти и Вэгс листали списки, пикируясь и пытаясь прийти к компромиссу в выборе песни.       — Что тебе нравится, Энжел?       Я почувствовал себя глупо. Она так внимательно смотрит! Сейчас выхватит листок и начнёт проставлять галочки в анкете!       Принцесса ничего не замечала, радостно тараторя:       — Мне нравятся животные. Я много времени проводила на папиных псарнях и конюшнях, когда была маленькой. А тебе нравятся лошади?       Иногда мне задавали такие вопросы — чтобы завязать беседу. Обычно я врал, что мне по душе то животное, которое больше всего напоминал мой собеседник — если он не был похож на жабу или бородавочника, разумеется.       — Мне нравятся разные звери: волки, кошачьи… и лошади тоже, — спохватился я, когда вопросительное молчание затянулось. Но не стал даже заикаться о рыбках, потому что это моё дурацкое увлечение всегда высмеивали. А ведь именно подводный мир зачаровывал меня, и не было ничего лучше, чем, закинувшись пылью, медитировать перед аквариумом.       Вот только почему-то рыбки не приживались у меня в комнате. Всплывшие кверху брюшками трупики вылавливали и заменяли, пока я не видел, и, наверно, на это было спущено небольшое состояние. А потом Валентино приказал перевести мою потрёпанную стайку в большой бронированный аквариум в холле студии — прямо к огромным вечно голодным муренам, затаившимся морским чертям и шипастым вёртким скорпенам. Я устроил скандал, а когда вышел из подвальчика, то обнаружил всю команду яркими искорками летающими в зарослях водорослей — весёлыми, здоровыми и подросшими.       Им было лучше без моей заботы. Отогнав непрошеные воспоминания, я вернулся к Чарли, которая уже взахлёб рассказывала про новую игру на телефоне — симулятор езды на лошади.       — С одним парнем мы долго играли в пони-ферму по сети. — Подловив момент, вставил я.       — Познакомились онлайн? Он узнал тебя по фотке?       — Детка, я могу ставить себя на аватарки сколько угодно — добрая четверть ада использует для них моё лицо или ещё какую-нибудь часть тела. Я ему не представлялся, если ты об этом, и секса по знакомству он не просил. А вообще, это довольно странный типчик: из переписки я понял, что его любимым занятием — после тщетных попыток вывести заветного летающего единорога — была слежка за подчинёнными во внерабочее время. Непременно поиграем с ним ещё, когда заведу телефон!       — А ты не думал о том, чтобы найти себе парня? Ну, знаешь, встречаться с кем-то один на один, как мы с Вэгс.       — Я и предпочитаю так. Ну, или с парой-тройкой. — Хитро прищурился я.       — Я имею в виду, бросив свою работу!       — Ты хочешь бросить заниматься отелем из-за того, что встречаешься с Вэгги? — Изобразив непроходимую тупость, удивился я.       — Нет, ты… — начала принцесса и осеклась. — Не сбивай меня с толку, я уверена, ты понимаешь, о чём я говорю. Встречаться — это значит проводить время вместе, засыпать и просыпаться в одной постели и…       Я перестал слушать и нервно хихикнул, исподтишка бросив взгляд на бармена. На кровати завелась лишняя подушка, чтобы он не отжимал мои во время своих периодических полуночных визитов. В одиночестве его продолжала изнурять бессонница, вынуждая стучаться в мои двери, а я и не возражал — с ним мне тоже спалось спокойней.       — Энжел. — Требовательный тон вернул меня к реальности. — Ты вообще пробовал с кем-нибудь встречаться?       — Какое-то время назад я встречался с одним типом. Он был ничего, тот ещё затейник. Давненько не появлялся в городе.       — Как его зовут?       Я открыл рот и осёкся. Стало даже неприятно, что пришлось так напрячься в попытках вспомнить имя, а ведь перед своим исчезновением одноглазый успел доставить кучу неприятностей и мне, и Черри.       — Неважно, мы плохо расстались.       Чарли состроила сочувственную гримаску. Да какая вообще разница! Мы с ней говорили на разных языках.       Неужели так она видит счастье? Встречаться с кем-то одним. Жить в домике за белым заборчиком. Каждый день видеть одно и то же лицо. И не только лицо. Меня передёрнуло.       — Не умею я в отношения. Сегодня тебя носят на руках, завтра — сдают в утиль. — Поморщился я, напряг мозги и попытался провести аналогию:       — Детка, если у тебя есть Баскин Робинс, ты не будешь всегда брать один вид мороженого, пусть и самый любимый. И вообще, ты можешь захотеть стейка.       — У него мозги набекрень. — Рыкнула Вэгс и плюхнулась на диван, приобняв Чарли. — Он трахнет каждого мужика, попавшегося на глаза. Потрясёт сиськами и уложит даже самого натурального натурала.       Я гордо приосанился и попытался прикинуть, сколько она выпила. Хаск уже несколько раз порывался свернуть вечеринку, нервно поглядывая на часы, но исправно таскал подносы с запотевшими бокалами. Мартини, шампанское, секс на пляже, пина колада, маргарита, клубничный мохито…       Хаск поймал мой взгляд, оскалился и ткнул пальцем в циферблат. Я его проигнорировал и подхватил с подноса очередной бокал. Ниффти сосредоточенно щёлкала пультом, пока в тишине не зазвучал один из последних хитов Вель. После вольных живых выступлений запись звучала чисто, насыщенно и сочно. Чарли навострила ушки:       — Это она? Девчонка из трио?       — Вельвет. Ты вполне могла бы составить ей конкуренцию!       — С ней вы тоже пели караоке?       Я ошарашенно вскинул брови:       — Она поп-певица, собирает стадионы, и экспрессии у неё через край. А я лишь иногда импровизирую под аккомпанемент. У нас с ней мало общего.       — У вас-таки есть что-то общее, кроме Валентино?       Я смутился и потупился. Можно было бы рассказать, сколько в нас обоих злости на окружающую действительность, но принцесса точно бы этого не поняла. Вельвет нравились бои в грязи, бокс, сражения на ножах, всё что угодно погрязнее и покровавей. И при этом она взахлеб смотрела добрые детские мультсериалы.       — Нам обоим нравится мультик «My little pony». Правда, ей — самый свежий перезапуск, а мне — мне больше по душе первое поколение.       Чарли не сдержала недоверчивый смешок.       — А что? — оскорбился я. — Там, между прочим, дружба, радуга и всё такое! Посмотри — тебе точно понравится.       И жестом фокусника выхватил из воздуха и продемонстрировал игрушку — стоящую на дыбах толстенькую поняшку с ухоженными волосок к волоску и завитыми крупными локонами гривой и хвостом. Выпускать таких перестали лет сорок тому назад, когда Вельвет ещё и в планах не было. Это был роскошный, продуманный и лелеемый мной подарок.       Принцесса с готовностью закивала и потянулась пожамкать игрушку, но я успел быстро сунуть её, откуда взял.       — Посмотрим? Посмотрим, Вэгс?!       Вэгги устало закатила глаза. Она наверняка предпочла бы посмотреть вечерком боевичок со взрывающимися вертолетами, а не утешать Чарли, умилённо хлюпающую носом под сериал для первоклашек:       — Всё мультики! Ещё скажи, что ты отаку!       — Конечно, я смотрю до хрена хентая и яоя. Японцы — такие затейники! — Не моргнул глазом я.       — Кто о чём! — многозначительно отозвалась Вэгги. — Ты всё сводишь на секс!       — Ой, ты же поняла, о чём я сейчас! Что это о тебе говорит? — Едко сощурившись, я плаксиво протянул:       — Посмотришь со мной немножечко юри, детка?        Настал ее черед покрываться смущённым румянцем. Настроение и момент были подходящие, алкоголь приятно грел кровь, и мне захотелось поиграть. Поведя плечами, я сосредоточился и направил на них фокус похоти.       Мне понравилось как, задохнувшись, сладкая парочка нашла друг друга расширившимися зрачками. Сил во мне было достаточно, чтобы отправить их в койку прямо сейчас, но тут сзади обрушился увесистый подзатыльник.       — Ай! — Пискнул я, прикрыв руками голову и пригнувшись. Оказалось, что ко мне незаметно подобрался Хаск, и когтистая лапа всё ещё была занесена.       — Чтобы больше такого не было! — Взревела тем временем красная до ушей Вэгги. Я гордо фыркнул и с видом оскорбленного достоинства поднялся с места, поправляя причёску:       — Голова от вас разболелась, пойду-ка я, пожалуй, к себе. И не ломитесь ко мне сегодня за продолжением... — Можно было бы закончить на этом, но ехидство переполняло меня, вынудив добавить:       — …но если как-нибудь потом вам, девочки, понадобиться хотя бы один член в постели… Вы знаете, где меня искать.       Вэгс взвилась, нашарила декоративную подушку и швырнула в меня.       — Не кинжалы? — Легко увернувшись, наигранно вопросил я. Мы все прекрасно помнили про запрет на колюще-режущее, и поддевать её было приятно и почти безопасно. — Стареешь!       Чарли оторопело переводила глаза с одного на другого. Вэгги испепелила меня взглядом и быстро по-ведьмински забормотала, явно из последних сил сдерживая эмоции:       — Hijo de mil putas, maricón tonto, joto, idiota de los cojones, malparido chungo, icierra el pico!       Общий смысл я уловил и сердито огрызнулся, показав разом четыре средних пальца:       — Besa mi culo!       И удалился, надувшись, под сокрушительное:       — Sacate a la chingada!       Теперь все будут думать, что я отсиживаюсь в своих покоях, обидевшись на весь мир. Меня точно оставят в покое, а значит — алиби на вечер обеспечено!