Обратная сторона города N

Если пешка была настолько смелой, что смогла пройти от начального положения до противоположного конца доски, то по правилам шахмат она превращается в любую фигуру, кроме короля. Чаще всего, конечно, пешку превращают в ферзя, так как ферзь — самая сильная фигура.

***

      — Как думаешь, я хороший человек? — подкидывая теннисный мячик к потолку, спросил Расул.       Дина, услышав столь неоднозначный вопрос, отложила пистолет и повернулась в сторону говорящего. Хитрый прищур и улыбка Чеширского кота говорили о том, что вопрос этот был задан неспроста. Расул в принципе был непростым человеком.       Явившись на порог дома с тяжёлой сумкой, набитой оружием, он вызвал неоднозначные эмоции. Она знала, чего ожидать от наставника. Дядя Стёпа носил маску добродушного старика, и если бы не её дикий нрав, то Дина никогда бы не догадалась о его обратной стороне. С Расулом было с точностью до наоборот. Он не носил маски.       В первые несколько дней Дина старалась не оставаться с ним наедине, но после совместных тренировок, на которых Расул показал себя сдержаннее дяди Стёпы, она начала к нему привыкать. Казалось, что он был единственным человеком, спокойно принимающим её безумные планы. Напрягали лишь странные вопросы, ответив на которые Дина не слышала ни похвалы, ни осуждения.       — Ты… — она не знала, что ответить. Боялась реакции на правду, которая так редко срывалась с уст. — Ты прошёл войну, защищал людей — значит, есть в тебе что-то хорошее.       — Я продаю оружие, — он поймал мячик и, подпрыгивая, сел на кровать. — Я убивал гражданских. Думаешь, этому есть оправдание?       — К чему эти разговоры?! — психанула Дина, возвращаясь к сборке пистолета. Последнее время ей и так было тошно, а вопросы Расула не приносили облегчения. — Хочешь, чтобы я опять загрузилась на несколько дней? Война, убийства, муки совести — говори уже как есть. Чего добиваешься?       Дрожащими руками она пыталась вставить затвор, но сил не хватало. Ей вообще ни на что не хватало сил. Она устала от тренировок, вечных поучений и своих мыслей. По ночам мешал спать внутренний голос. Это мерзкое нечто, состоящее из тёмной жижи, приходило и говорило о том, что ей не выжить. «Слабая девчонка, которой не хватает выдержки», — именно на этих словах заканчивались сны, после которых Дина просыпалась в холодном поту.       Там — в кошмарах — полыхал огонь, лежала целая гора трупов, среди которых она узнавала лица близких людей. Ей было страшно. С каждым днём Дина всё больше теряла связь с миром. Боялась, что в конце концов увидит лица матери и отца с явным осуждением её действий.       — Не психуй, — Расул подошёл к столу, забрал у девушки пистолет. Как обычно: доделывал за неё работу. — Хочешь конкретики — будет тебе конкретика. У всех убийц есть своё маленькое кладбище из невинных жертв. У солдат это гражданские, у преступников — те же гражданские, помешавшие им в какой-то мере. Все мы априори плохие люди. И ты, Дина, не исключение.       Возмущение комом встало поперёк горла. Дина готовилась собственноручно уничтожить Псов, ведь, по её мнению, они это заслужили. Её целью был Король — самый жестокий человек из всей этой шайки. Именно из-за него на неё открыли охоту Пёс и Джокер — по сути, обычные пешки. Король отравлял жизнь всем, кто был близок с группировкой. Она была уверена, что он бездействовал, пока она задыхалась в тёмном ящике под землёй.       — Я не позволю умереть хорошим людям, — она смотрела на Расула прямо, бросая вызов. — На это ты намекаешь? Что я стану такой же жестокой, как Псы? Займу их место?       — Было бы хорошо, если бы всё прошло именно так, как ты хочешь, но… — он смотрел на неё точно так же, как когда-то отец. В такие моменты Дина чувствовала себя нашкодившим ребенком, вот только её планы уже не были похожи на детские шалости. — Уясни, Дина, что ты плохой человек. Так будет проще жить.       И возразить было нечем.       — Просто готовься к тому, что придётся взять в руки лопату и копать могилы для тех, кто в итоге пострадает от твоих действий.       Только вернувшись в город, Дина поняла истинный смысл этих слов. Люди вокруг неё пусть не умирали, но страдали. И осознала она это в полной мере, когда оказалась напротив женщины с ребёнком. Отчётливо увидела две выкопанные ямы, холодную землю, которая падала на самое дно, где лежали бездыханные тела.       В служебном помещении салона красоты они встретились за чашкой чая, как давние подруги. Анна была слишком спокойна для той, которая только что услышала о своей предстоящей роли. Пусть Дина и воздерживалась говорить при ребёнке обо всех деталях плана, но Анна её и без того поняла.       — А ты изменилась, — отметила она, пристально рассматривая Дину. — Раньше в тебе было больше… жизни. А сейчас я как будто действительно сижу напротив призрака.       — Зато ты не поменялась. До сих пор терпишь своего муженька? — Дина ухмыльнулась. — Помнится мне, на помолвке за излишнюю радость ты неплохо так по лицу получила.       — В тот день получила бы и ты, если бы Женя тебя не остановил, — Анна подарила ей ответную ядовитую улыбку. — Фееричное было шоу. Ты действительно его убьёшь? Неужели то, что про тебя говорил Андрей, правда?       — Не понимаю, о чём ты, но да, в новом году Псы прекратят своё существование. С тобой или без тебя!       Анна ответила ей хитрым прищуром и как ни в чём не бывало продолжила пить свой чай. Дину раздражала эта беспечность, будто женщина, сидящая напротив, не понимала, какой опасности подвергала себя и сына. Стоило отвлечься. По наитию она сильнее надавила на порез, пытаясь болью контролировать свои эмоции. Получалось. Помогало. Словно наркоман, Дина почувствовала некую эйфорию от резкой боли, которая замещала ярость, дарила спокойствие.       — За две недели я подготовлю деньги и документы для нашего отъезда. Надеюсь, у тебя тоже всё получится и ты не струсишь перед тем, кого вроде как когда-то любила, — Анна кинула взгляд на экран мобильного телефона. — Мне пора.       Она встала из-за стола, бросила на Дину последний, в какой-то мере печальный взгляд. Не решалась уходить, несмотря на то, что сын дёргал её за руку в сторону выхода. Мальчику явно не нравилось находиться в странном помещении с пугающей тётей.       — Если встретишься с Андреем, — еле слышно произнесла она, будто их кто-то подслушивал. — Спроси у него, почему тебя похитили и по какой причине Женя открыл охоту. До встречи.       И Анна выпорхнула из кабинета так быстро, будто не было никаких ступора, печальных глаз и неоднозначной фразы, выбившей у Дины почву из-под ног. Она не то что не успела обдумать смысла сказанных слов — попрощаться не смогла.       Не к добру это было сказано. Дина предчувствовала: встреча с основателями Диких Псов откроет ей ещё больше тайн.

      ***

      Свежий загар выделял его среди офисной челяди, которая не могла позволить себе провести зимние каникулы на островах. В такие моменты Андрей чувствовал себя настоящим королём этого грёбанного мира. У него было всё: деньги, женщины, власть. Полноценный хозяин в разрушенном им же мире.       Король никогда не мечтал жить по-другому. С самого детства он знал своё место в этом мире. Собирал вокруг себя ребят, строил империю, чтобы завоевать эту страну, и не боялся испачкать руки. Было трудно, но он забрался на верхушку пищевой цепи. Осуществил мечту и не планировал ничего менять.       Контроль над каждым стал его необходимостью. Король считал, что отлично разбирается в людях. Он знал, на что давить, чтобы в конечном итоге получить своё. В его руках была сосредоточена вся мощь Диких Псов, ведь только ему было дано держать под контролем своих командиров: Пса и Джокера. Безумный дуэт — оплот его гениальности.       На коротком поводке он держал главного финансового гения современности. С ним он забавлялся самыми извращёнными методами. Финик столько раз хотел отойти от дел и жить мирной жизнью, что и не сосчитать, но каждый раз оставался, стоило Королю напомнить, что они семья. Он был с ним ласков и терпелив, давал средства на осуществление планов. Обводил вокруг пальца. За много лет дружбы он взрастил в нём алчность.       Играя в шахматную партию с Жизнью, Король перекраивал пешки. Подстраивал под себя партнёров, жестоко расправлялся с конкурентами, уничтожал последние человеческие чувства друзей — его никогда не мучала совесть. За десять лет этой долгой игры он ни разу не допустил осечек.       — Андрей Ярославович, — в кабинет, как ураган, ворвался начальник охраны, отвлекая его от мыслей о собственном величии. — Разрешите доложить?       Король кивнул на стул, приглашая присоединиться к шахматной партии, но мужчина отказался, не отрывая взгляда от пола. Цепляясь за поведение начальника охраны, Король заподозрил что-то неладное, но от дальнейших размышлений его отвлёк внезапный телефонный звонок. Высветившийся незнакомый номер на экране вызвал чувство тревоги, ведь звонили на личный номер, доступный лишь семье.       — Да, — натянув беспечную улыбку, он всё-таки принял вызов. — Я вас слушаю.       На той стороне стояла оглушительная тишина. В детстве Король часто любил досаждать незнакомым людям, названивая на стационарный телефон. Он либо тоже молчал, либо нёс околесицу, за что его часто посылали далеко и надолго. И на мгновение ему показалось, что история повторилась, только теперь он оказался на другой стороне — стороне взрослых.       — Говорите, — на выдохе, с явным раздражением, произнёс Король. — Или я сброшу вызов!       — Доброго дня, Ваше Величество, — прошелестел женский голос. — Как ваши дела? Как супруга?       В этом шелесте слышалась насмешка, отчего Король скривил лицо, но трубку не бросил. Это обращение, «Ваше Величество» — явный признак того, что Пёс приложил к этому руку. Никто больше не осмеливался так его называть. Вот только голос был ему незнаком.       — Кто это?       Но вместо объяснений он услышал давно знакомую цитату, которую любил повторять изо дня в день своим подчинённым. Король впитывал, как губка, чувство страха людей, которые окружали его. Наслаждался. Смаковал, как самое изысканное блюдо. Но в этот момент его будто облили ушатом дерьма.       — В древние времена гонцу, приносившему плохие вести, отрубали голову, — девушка взяла паузу, заставляя Короля сгорать от нетерпения. Ему нужно было услышать, что это дурацкий розыгрыш. Очередная неадекватная шутка Пса и Джокера. — Я решила поберечь ваших людей и сообщить вам обо всём лично.       — И что же ты хочешь мне сказать?       — Скорее показать, — ехидно ответила незнакомка. — Зайдите в почту и сами всё увидите.       — В игры со мной вздумала играть? — Король кивнул охраннику на компьютер, веля зайти в почту. — Кто ты такая?       Незнакомка молчала. В этой зудящей тишине не было слышно даже её дыхания, словно он разговаривал с кем-то из потустороннего мира, лишенного всех звуков. В одно мгновение кабинет заполнил детский плач, доносящийся из колонок. Король его узнал — это был голос сына.       От открывшейся на мониторе картины он потерял равновесие, упав в кожаное кресло. Анна с сыном сидели посреди развалин. Сзади стояли люди в камуфляжной форме со скрытыми за балаклавами лицами и автоматами наперевес. Его жена с опухшими от слёз глазами смотрела ровно в камеру, будто знала, что Король наблюдает за ними.       — Говори, сука, — срывая скотч с губ, рыкнул человек в маске. — И без глупостей.       Он ударил её по щеке и прислонил дуло автомата к виску, демонстрируя, что они не шутят.       — Андрей, пожалуйста, делай всё, как они скажут. Пожалуйста… — кровь с разбитой губы стекала по подбородку, смешиваясь со слезами. Король слушал надрывный голос, смотрел на красные разводы и не мог поверить, что это не сон. — Я тебя умоляю…       Видеозапись остановилась, но голос и плач до сих пор эхом отражались в его ушах. Король больше ни о чём не мог думать, только о семье. О женщине, которую давно разлюбил, — но он не мог позволить, чтобы кто-то причинял ей боль. О сыне, не заслуживающем такого отношения. Сжимая дрожащими руками телефон, Король упёрся взглядом в монитор с застывшей картинкой и слушал звенящую тишину.       — Я убью тебя!       — Обязательно, — прошелестел голос. — Но для этого нам надо встретиться.       — Сука, ты знаешь, с кем связалась? Если с их голов упадёт хоть один волосок, я тебя, мразь, из-под земли достану. Собственные кишки жрать заставлю!       — Я знаю кто вы, — с ледяным спокойствием ответила незнакомка. — Жизнь вашей семьи зависит от ваших дальнейших действий. Сделаете, как я скажу, — они останутся живыми. Нет — придётся смириться с последствиями.       — Чего ты хочешь? Денег? Компанию?       — Мне нужен ты — Король, — голос незнакомки будто подменили. Не было в нём больше шелеста и монотонного звучания. Из трубки доносился насмешливый, с долей безумия, тоненький голосок. — Записывай адрес и приезжай один. Иначе… — Она еле слышно хихикнула. — Бум!       Сердце замерло. Грудную клетку будто сжали в тисках, выбивая из лёгких весь оставшийся кислород. Король не мог сделать ни выдоха, ни вдоха. Слушал монотонные короткие гудки, не находя в себе силы убрать, выкинуть этот чёртов телефон. Его пугала сама мысль, что эта дрянная девчонка может действительно сдержать обещание. Может навредить его сильной и непокорной жене, только по одному своему капризному желанию. Король был уверен, что Анна могла пережить всё что угодно. Всё, кроме смерти.       — Готовь машину, — встав из-за стола, он направился к начальнику охраны. — Подготовь ребят и оружие. Мы должны быть начеку. Я понятия не имею, кто эти люди, но они ответят за всё!       — Будет сделано!       В этой патовой ситуации ему не хватало одного человека — Пса. Сейчас были необходимы его твёрдая рука, сила и люди, которые головы могли положить на плаху, лишь бы защитить своего короля. Конечно, если за похищением не стоял сам Пёс.       Остановившись у двери, Король набрал номер друга. На том конце ответил женский голос, закодировано говоря о том, что абонент недоступен, телефон выключен. Укол страха — Король стал чувствовать, как его с новой силой накрывает паника. Трясущимися пальцами, тихо ругаясь под нос, он принялся искать номер Джокера. Ему ответил тот же голос, тем же заученным текстом.       — Найди Пса и Джокера. Узнай, где шляются эти выблядки. — Охранник слабо кивнул в ответ и собрался уходить, но Король его остановил. — Что с охраной моей семьи?       — Мертвы… Об этом я и хотел…       Звонкая пощёчина не дала начальнику охраны закончить. Короля трясло от злости, но он старался держать себя в руках, чтобы после выплеснуть весь гнев на незнакомку.       — Я за это с тебя, уёбок, потом спрошу, — Король схватил мужчину за грудки, нагибая к себе. — Три шкуры спущу!       Спустившись на подземную парковку, где его уже ожидали люди, Король задумался: правильно ли он поступает? Он никогда не шёл на переговоры с шантажистами. Привык уничтожать всё, что ему мешало, силой. Но именно в этот трагичный день его сила — Пёс и Джокер — словно исчезла из этого мира. Впервые он остался один, принимая самое сложное для себя решение.       Всю дорогу до заброшенного завода, находящегося за пределами города, Короля трясло от неизвестности. Он мог бросить жену и сына на произвол судьбы, надеясь на её благосклонность, и скрыться на некоторое время, чтобы потом отомстить. Но только сейчас понял, насколько привязался к мегере, что отравляла его жизнь, и к своему маленькому счастью. Ради сына Король был готов умереть сам.       Две машины съехали с трассы на грунтовую дорогу. От покрытых снегом полей и голых деревьев веяло могильным холодом. Нет, он не мог так просто встретить смерть, в каком бы обличии она к нему ни явилась. Король хотел её победить, как делал все эти годы. Вспороть незнакомке брюхо, чтобы убедиться в том, что она просто самонадеянная сучка. Эта мысль придавала уверенности в победе.       Вдалеке показались обветшалые, кое-где разрушенные стены завода. Горизонт был пуст. Их никто не поджидал, и охрана, сидевшая всю дорогу в напряжении, начала потихоньку расслабляться. Король тоже успокоился. Он знал, что для того, чтобы победить его ребят, нужна целая армия, которую он в открытом поле не наблюдал. Победа была у него в кармане.       Всё произошло как в замедленной съемке. Первый автомобиль сопровождения подорвался за секунду до того, как они подъехали к ограждению. Из машины вылетели горящие тела охранников, которые пытались затушить горящую одежду снегом. От их болезненных криков дребезжали стекла, но за одно мгновение они затихли. Друг за другом ребята попадали, как костяшки домино.       Водитель Короля на скорости затормозил. Колеса завизжали, машину повело в кювет под шквальный огонь автоматов. От резкого удара один из охранников потерял сознание, наваливаясь всем телом на Короля. Сам он, придавленный тяжестью то ли к полу, то ли к потолку, кряхтел из-за зажатой ноги. Боль импульсами отзывалась в каждом нервном окончании. Оглушенный звуками стрельбы и воплями о помощи, Король из последних сил отдал приказ, надеясь на то, что его ещё кто-то слышит.       — Огонь на поражение!       В салоне автомобиля закопошились люди, пытаясь найти средства обороны. Но не успели. Двери резко, со скрипом отворились, и молниеносные тени нанесли последний удар, забрав жизни оставшихся охранников.       По носу ударил морозный запах, смешанный с запахом горящих тел и крови. Короля тошнило, но он, перебарывая себя, из последних сил тянулся за пистолетом, застрявшим между сидениями. Неповоротливое тело усугубляло ситуацию. Он не успел ничего сделать до того, как человек в маске резким движением вытащил его на улицу и кинул лицом в снег.       Король знал, что его не убьют. Он нужен был живым, ведь незнакомка требовала личной встречи, но никто не давал гарантии, что доберётся он целым и невредимым. Подняв голову, чтобы рассмотреть своих противников, он получил удар армейским сапогом в скулу. Мужчина, вытащивший его из машины, втаптывал голову Короля в землю. Рот и нос наполнялись снегом, смешанным с кровью и собственной рвотой.       — Остановись, — раздался голос со стороны. — Он должен быть целым. По возможности.       — Сука, всю грязную работу на нас скинула!       Его грубо подняли с земли, спиной ударили о корпус автомобиля. Человек в маске, до этого втаптывавший его голову в снег, занёс кулак для удара, но не напал. Королю были до боли знакомы эти невинные голубые глаза, но он не мог вспомнить, где видел их раньше.       — Прекращай, — второй человек, одетый точно так же, подошёл ближе, перехватил руку. — Хочешь ослушаться приказа?       Король не мог поверить, что его охрану убрали всего два человека. Он бегло осмотрелся по сторонам, но, кроме машины и нескольких трупов, больше ничего не увидел. Это была абсурдная ситуация, которую он в жизни не мог себе представить.       — Все мертвы, — обратился к нему мужчина. Он был немного ниже первого, но по голосу явно старше. — Тебе никто не поможет. Если хочешь спасти жену и сына, тогда иди вперёд и не вздумай бежать.       Король молча кивнул. От страха онемел рот. Все проклятия, что он слал до этого, были забыты. Оставались лишь дорога в неизвестность и встреча с незнакомкой. Сделав шаг вперёд, он тут же отпрянул назад. Пуля чуть не попала ему в стопу.       — И помни: шаг в сторону — расстрел, — усмехнулся обладатель чистых, как небо, глаз.       Всю дорогу до здания Король оглядывался по сторонам, пытаясь понять, где сидит снайпер. Девчонка хорошо подготовилась. Встретила его во всеоружии, прекрасно осознавая, что один он бы не приехал. Но всё же она знала, что он приедет лично. Знала болевые точки, на которые следовало давить.       Король был готов встретить кого-то знакомого. Был готов принять, что всё это подстроили Пёс и Джокер, объясняя себе таким образом их исчезновение. Но увидев её, он чуть ли не повалился от страха на землю. Мёртвые не могли быть живыми.       Король познакомился с ней лично во время празднования помолвки. Его душила зависть, когда он впервые увидел счастливое лицо Пса и то, с какой любовью на него смотрела эта девчонка. Она рушила все его планы, ведь друг, находясь рядом с ней, становился добрее. Раскисал.       Натуру Пса уничтожала любовь Дины. Сколько бы он ни твердил, что из бизнеса не выйдет, Король ему не верил. Невозможно сочетать в себе два противоречивых качества, ведь он ради сына перестал быть Безумным Королём, значит, и Пёс не смог бы долго продержаться.       Решение пришло моментально. На руку сыграло и похищение товара, за который Пёс отвечал головой. Он оставил свою невесту одну, и Король недолго думая подослал к ним в квартиру ребят, сымитировал похищение. Ему хотелось показать, что делают с людьми слабости, поэтому он закопал Дину заживо, оставив маленькую камеру, прикрученную к крышке деревянного ящика. Нужно было показать Псу смерть, забрать у него из жизни всё ценное. И он справился с этой задачей.       Почти справился.       Его личную армию словно скосила стая саранчи, но это играло ему на руку. Никто не знал, где она захоронена. Никто, кроме него. Эта история должна была закончиться на третий день раскопок, когда Пёс окончательно потерял рассудок. Король натравлял своего ручного пса на всех неугодных, и друг отлично справлялся с этой работой. Вернулся в строй. Снова стал машиной для убийств. На его стороне было сумасшествие безумного дуэта, и он опять возымел силу над городом, отобрав всё, что было дорого его друзьям.       Почти всё.       Дина оказалась не так проста. Она спаслась, но никто не догадывался, какой ценой, и Король снова просчитался. Он должен был догадаться, что за смертью охранников стоит не простая группировка, решившая вмешаться в конфликт. Но понял это только тогда, когда открыл досье девчонки, которое скрупулёзно собирал Финик. Её нужно было срочно убрать. Король внушил Псу, что она предательница. Всегда ею была, просто ждала подходящего момента, чтобы воткнуть нож в спину, — тогда Король в этом не сомневался. И Пёс лично возглавил охоту за своей невестой. Нашёл её труп и принёс на блюдечке.       Почти труп.       — Когда же ты, сука, сдохнешь?       — Разве так приветствуют старых знакомых? — она направила в его сторону пистолет. — Я ведь тебе такой тёплый приём устроила, даже горячий. Собрала всех под одной крышей, а ты вечно чем-то недоволен.       Напускное добродушие не скрывало исходящей от неё смертоносной ауры. На него будто смотрела старуха с косой. Нет, дьявол, с которым он когда-то заключил сделку, и вот пришло время расплаты. Только цена была неподъёмной. Он не желал расставаться с собственной жизнью, как и отдавать семью на растерзание этой чокнутой ведьме.       — Где мои жена и сын?!       — Нет, сначала поприветствуй своих друзей, — она пнула ему под ноги пакет, словно это был футбольный мяч. — Они так ждали этой встречи. Целых две недели.       Смердящий пакет навеивал страх. Дрожащими руками Король потянулся к узлам и, развязав их, тут же отпрянул. В бесконечной темноте пакета он увидел две макушки: тёмную и обгоревшую светлую. Король хотел рассеять сомнения и, перебарывая тошноту, подкатывающую к горлу, вытряхнул содержимое пакета. Сомнений не осталось: Дина действительно собрала всех под одной крышей.       Разлагающиеся головы Пса и Джокера смотрели на него остекленевшими глазами. Лучше бы это они стояли за нападением. Он никогда не желал смерти своим друзьям, единственным близким людям, которые у него остались. Чувство одиночество выгрызало дыру в его душе. В голове осталась одна мысль: он должен отомстить!       — Я убью тебя. — Еле встав на ноги, он кинулся в сторону Дины. — Убью!       Дина и бровью не повела. Стояла, словно статуя — мертвенно-белая, — изваянная из мрамора. Король почти добрался до её хрупкой шеи. Мечтал сломать её, отобрать у неё последние минуты жизни, но не успел. Вскинутую руку с пистолетом он заметил только тогда, когда боль пронзила правую ногу. Упав на землю, Король закричал что есть мочи, параллельно наблюдая, как каменное лицо искажается от безумной радости.       — Я попала! — залепетала Дина, как маленький ребёнок. — Попала! Попала!       Её надменная радость придала ему силы встать. Король понимал, что не может просто так пасть. Он был ещё жив и дышал, а значит, мог продолжить сражаться. Перебарывая боль, думая о сыне, он встал и снова двинулся вперёд, на этот раз внимательно следя за её руками.       Второй выстрел обездвижил его окончательно. На этот раз стреляла не Дина. Снайпер. Он сидел в укрытии, следил за происходящим.       — Каково это — оказаться на самом дне? — Дина, с расширенными от удовольствия зрачками, подходила ближе. — Ты не охотник! Ты ёбаный скот!       — Сдохни, мразь!       Попытка схватить девчонку за ногу и повалить на землю не увенчалась успехом. В последний момент отскочив, будто попрыгунчик, она оказалась за его спиной. Плечо пронзила режущая боль. Болезненные ощущения в принципе не покидали его. Король чувствовал, как пульсируют ранения под одеждой; тёплую кровь, струйками стекающую по коже.       Впервые он оказался в шкуре своих жертв. Всю жизнь избегал драк, сдавался, когда того требовали обстоятельства, подставляя под удар тех, кто давно уже привык к этому невыносимому чувству боли. Но теперь его щит, его сила лежали, обезглавленные, под ногами, пока совершившая этот омерзительный поступок радостно кружила вокруг него, пританцовывая.       — Знаешь, я всегда восхищалась вашей дружбой, — продолжала лепетать Дина. — Женя рассказывал о трудном детстве и как ты ему помог. Я не могла поверить, что даже спустя годы можно сохранить такую крепкую связь. Но стоило мне столкнуться с обратной стороной его жизни, узнать вашу подлинную историю, я поняла, что это фальшь. Вы бы со временем самоуничтожились, даже без моего вмешательства.       — Мразь… Он так тебя любил… Души не чаял, а ты, сука, голову… голову ему отрубила!       Король кричал из последних сил. Как бы он ни старался держаться, до крови прикусывал щёки, но боль от смерти близких друзей прорывалась наружу.       — Я его тоже любила, — прошептала она. — Но… он не оставил мне выбора. — Она приблизилась к его лицу, смотря опустошённым взглядом, и потухшим голосом продолжила: — Я, правда, не понимаю, почему он решил, что я его предала. Может, ты расскажешь почему?       Король потянулся здоровой рукой к лицу Дины, мечтая выдавить эти ненавистные глаза. Она не шелохнулась. Подалась вперёд — и вонзила нож в его ладонь. Страх и неимоверная боль смешались воедино, и он, не отрывая взгляда от проколотой насквозь руки, закричал что есть мочи.       Всё живое будто вымерло в радиусе километра. Больше не было веселья. Дина, выпрямившись, смотрела на него сверху вниз, испепеляя взглядом. Король отчётливо видел свою смерть. Это была молодая девушка — совсем юная по его меркам, — которой он испортил жизнь. Он забрал у неё все, и она явилась отплатить той же монетой.       Словно спартанец, она ударила его ногой в грудь, опрокидывая на лопатки. Король хотел подняться, но тело не слушалось. Резким движением Дина вырвала нож из его ладони, тут же наступила тяжёлым сапогом. Он отчетливо слышал, как ломаются его пальцы, но не мог расслышать, что говорит девчонка, — лишь видел, как шевелятся её губы.       — …му? Поче… тель?       Сев ему на грудь, она замахнулась кулаком. Но разве могли её хрупкие ручки нанести хоть один удар? Разве ей не было больно, когда костяшки её пальцев ломали его нос? Он чувствовал каждый её яростный удар. Лёгкая рука была иллюзией. Она била с остервенением, останавливаясь лишь для того, чтобы задать вопрос:       — Почему я предатель?       «Почему?» — так глупо и невинно слетало с её уст. Разве она сама не знала причину? Разве не понимала, что была помехой? Хотела развязать войну, а теперь спрашивала это надоедливое «Почему?»       — Потому что изначально была предателем, — отхаркивая кровь, ответил Король. — Потому что была наивной дурой. Потому что не сдохла, когда я пытался тебя, сука, убить!       — Ты? — она отпрянула от него. — Это был ты?       Руки Дины задрожали. Глаза перестали быть пустыми, наполняясь слезами. Вся боль человечества отражалась в них, но Король знал, что это всего лишь маска. Они все были фальшивыми, и искажённое болью лицо напротив — маска, которую носил каждый убийца.       — Ты сказала… — Король пытался прокашляться, но голосовые связки зудели, делая его голос осипшим. — Ты обещала… ска-казала… отпустишь их! Сына и жену.       Дина покачала головой, закрывая лицо окровавленными руками. Размазала его кровь по коже, словно пыталась её втереть. Смахнув слёзы, она снова посмотрела на него пустыми глазами. Надавила на бок, пока губы расплывались в кривой улыбке.       — Ты приказал меня похитить и похоронить? — Её голос снова напоминал шелест листвы на ветру. — Хотел, чтобы я умерла?       Король кивнул.       — Отобрал у меня всё — и теперь просишь, чтобы я сжалилась?       — Они не виноваты…       Он верил, что её сердце не до конца очерствело. Не могла та девушка из прошлого стать безумным убийцей, как Пёс. Как бы Король ни презирал слабость, именно сейчас он давил на неё. Его конец был предрешён, но ради сына он был готов пойти на подобное унижение. На коленях умолять сохранить жизнь его семье.       — Я тоже… тоже ни в чем не виновата! — И в пустоту она произнесла, такое тихое, но забирающее надежду: — Взрывай.       Шум, напоминающий раскатистый гром, донёсся из соседнего здания. Словно карточный домик, цех складывался пополам, полыхая огнём. Король только сейчас догадался, где сидели его жена и сын. Ровно секунду назад они были ещё живы, а сейчас — из-за его эгоизма, из-за жажды власти — похоронены под бетонными обломками.       Король не плакал много лет. Забыл, что это такое. Но именно в этот момент эмоции переполнили его, и плотину прорвало. Он ревел, как маленький мальчик, потерявший всё, пока на него смотрела смерть с ядовитой улыбкой.       — Каково это — потерять всё? — Дина безумно рассмеялась. — Ты будешь подыхать долго и мучительно!

      ***

      В последнее время Финик перестал доверять людям. Казалось бы, он нашёл идеального палача, дал ему чёткие инструкции, но что сделал Сергей? Решил его подставить! Иначе как объяснить пропажу Джокера, изуродованный труп Пса и то, что на связь с ним не выходили две недели? Все могло пойти не по плану — он этого не отрицал, — но даже так невозможно было объяснить абсурдность ситуации.       Сергея нужно было убрать. Он наследил — все ниточки вели к Финику. Ему хватало проблем, которые лавиной свалились на его голову с исчезновением Пса. Дикие Псы требовали найти их лидера, а без Короля ситуация оказалась неразрешимой. Сообщать в первый же день другу о том, что он лишился своей силы, Финик боялся. Мало ли что могло всплыть на поверхность. Поэтому решил выставить виновным Владимира Анатольевича и его подчинённых, ведь по чьей ещё указке Сергей мог совершить кровавое убийство? Вмешательство главного фармацевта города объясняло отравление сына министра Давыдова.       Они встретились, как обычно, в его ресторане. Сергей был хмурым, как небо сегодняшнего дня. По лицу Финик видел, что тот догадывается, по какой причине его вызвали. Поэтому решил перейти сразу к делу.       — Рассказывай.       Сергей молчал.       — Неужели нечего сказать?       — Бросай свои игры и переходи к делу. Мне это всё порядком надоело.       В его голосе звенела сталь. Финик лишь усмехнулся. Может, у Сергея и были стальные яйца, но он остался один, когда за спиной Финика стояла армия. Он мог с ним не церемониться, сразу указав Псам на того, кто убил их лидера, но решил прежде поговорить. Не хотелось, чтобы в этой кровавой резне пострадала его семья. Они были ещё детьми и не несли ответственности за решения своего опекуна.       — Игры? — Финик удивлённо вскинул брови. — Ты скрываешь труп Джокера, обезглавливаешь Пса — и мне говоришь про игры?       — Я? — повторяя выражение лица Финика, ответил Сергей. — Или ты убираешь своих друзей, подставляя меня? Кажется, кто-то заигрался? Думаешь, нашёл козла опущения? — Резко достав из-за пазухи пистолет, он направил его на собеседника. — Проверим, у кого нервы крепче.       — Подожди, — Финик вскинул руки вверх, теряясь в догадках. — Хочешь сказать, что не ты убрал Пса и Джокера?       — Кончай пиздеть, — прорычал Сергей. — Кроме тебя никто не знал о плане.       Теперь Финик запутался окончательно. Мозг работал на пределе, вспоминая каждую деталь с двадцать шестого октября. Именно с того дня, когда Пёс и Джокер решили забрать бизнес и убрать Короля. Нет, было что-то ещё. Кто-то ещё!       Зацепка нашлась моментально, но это был бред сивой кобылы. Мёртвые не убивают. Он знал о покровителях Дины, знал об их визите в город, но и догадаться не мог, что они выйдут на Псов и начнут мстить. Ко всему прочему, только двое знали о плане, и в это число Тигран Аскеров не входил.       Нет, это был блеф. Сергей хотел выйти сухим из воды, поэтому всё отрицал. Или…       — На кого ты работаешь? — Финик опустил руки на стол, готовясь спустить Псов с поводка. — На семью Аскеровых?       — Какие, блядь, Аскеровы?       Прямой взгляд, нарастающая злость от непонимания — нет, Сергей не врал. Он действительно не имел понятия, о ком говорил Финик. Направленное в лицо дуло пистолета мешало мыслить рационально. Закусив палец, Финик прикидывал варианты. Могли ли Аскеровы действовать исподтишка? Вряд ли. Семья давно отошла от дел, занимаясь легальным бизнесом. Старик Тигран не стал бы начинать войну. Но тогда кто? Другие группировки? СКН?       Размышления прервал вошедший охранник. Он растерянно смотрел на Сергея, продолжавшего сжимать в руках пистолет.       — Сергей, опусти пушку, — попросил Финик, перекидывая взгляд между двумя мужчинами. — Нам надо разобраться, а не пороть горячку!       — Хуйни не неси! — Сергей не отступал. — Пусть говорит и проваливает, иначе…       Палец медленно сгибался, давя на курок. Ситуация обострялась с каждой секундой. Финик кивнул охраннику, и тот, словно скороговоркой, рассказал о случившемся в офисе. Показал видео.       — Уже час они не выходят на связь. Андрей Ярославович уехал, ничего толком не сказав.       Новость о том, что семью Короля похитили неизвестные, выбила Финика из колеи. Анна, терпевшая издевательства мужа, не заслуживала такой участи. Ужас отразился и на лице Сергея, который в этот же момент убрал пистолет. Что-то пошло не по плану? Финик смотрел на него и пытался считать эмоции, но давалось ему это с трудом. Все мысли занимали Королёвы.       — Адрес? — еле вымолвил он. — И машину.       — Сообщить Псам?       Финик покачал головой, понимая, что с Аскеровыми нужно идти на переговоры. С кем бы то ни было нужно договориться. Если семья Дины решила отомстить, то они уже забрали виновных. Если это были они.       — Поедешь со мной, — обратился он к Сергею и кивнул охраннику, чтобы тот забрал его. — Посмотрим на твоих хозяев.       Заброшенный завод полыхал огнём, но вокруг стояла тишина. Нервы у Финика были накалены до предела. Он смотрел на Сергея, который прикладывал бинт к рассечённому лбу, и пытался найти в его глазах объяснение этой вакханалии. Наверное, было ошибкой калечить единственного человека, ведущего к Аскеровым, но Финик ничего не мог с собой сделать. Только сейчас, смотря на рассеянного Сергея, он понял, что, возможно, ошибался. Не стал бы причастный к похищению приходить к нему на встречу, пусть и с оружием наготове.       — Какие указания, Григорий Анатольевич? — охранник обернулся назад, пристально изучая Финика. — Можем пойти на поиски?       — Нет, — ответил он твёрдо, но был крайне не уверен в своем решении. — Мы приехали на переговоры. Я пойду один, но вы будьте начеку. Ребят, в случае чего оставьте меня здесь и уезжайте.       — Но… — попытался возразить охранник.       — Мы не начнём войну! Здесь больше никто не пострадает!       Финик тяжело вздохнул и схватился за ручку двери, намереваясь её открыть. Рука Сергея сжала его локоть. Какая ирония — он пытался его остановить. Или же Финик ошибался?       — Ты не пойдешь один, — почти шёпотом сказал Сергей. — Я не знаю, что тут произошло, но… блядь, ты не можешь тут сдохнуть. Это уже слишком. Тебе надо было взять с собой больше людей.       — Сергей, — остановил он его браваду. — Там мой крестник. Он мне как сын, и я не могу его бросить. Если бы твоих парней схватили, ты бы отсиживался? — Сергей покачал головой, смотря в пол. — Вот и я не могу.       После этих слов он вышел на улицу, вдохнул ядовитый запах сгоревшей плоти. Финик будто попал в фильм ужасов. Ступая по кровавому снегу, он готовился к тёплому приёму. Ожидание было недолгим, неизвестные встретили его выстрелом под ноги. Смиренно подняв руки, Финик крикнул:       — Я пришёл на переговоры!       Вдалеке показались два силуэта, вышедшие из укрытия. Мужчины тяжёлой поступью шли в его сторону, и Финик боролся со своим страхом. Звук перезаряжающихся автоматов был слишком громким для чистого поля.        — Выходите из машины! — крикнул мужчина. — Все!       — Мои люди сейчас же уедут.       Похитителей это не убедило. Автоматная очередь изрешетила землю под его ногами. Финик знал, что будет непросто, но был готов к этому. Именно так он представлял восстание Диких Псов, но, увы, это были не они. Будь на месте похитителей Пёс и Джокер, они бы пожалели своих людей. Нет, люди Пса привезли бы его лично, а не пытались огородить от совершения ошибки! Сейчас же ему оставалось смириться. Он кивнул охране, и те вместе с Сергеем вышли из машины.       — У нас ваш человек, — предпринял последнюю попытку Финик, показывая Сергея. — Предлагаю обмен. Ваш человек на мать и дитя.       Сергей стоял в растерянности. Мужчины молчали. Финик с каждой секундой всё отчётливее понимал, что просчитался. Сергей не был их человеком, и теперь они оба оказались в западне. Впервые он почувствовал себя дураком.       — Бросайте оружие и лицом в землю! Считаю до трёх и открываю огонь на поражение!       Охранники смотрели на Финика, ожидая приказа. На их юных лицах он видел страх. Никто не хотел погибать.       — Раз!       Он кивнул, и его парни, бросив пистолеты на землю, вышли вперёд.       — Два!       Нерасторопно они легли на землю, складывая руки за голову. Финик последовал их примеру. Он видел, как чужаки приближаются, и чувствовал, как его душит страх.       — Три!       Четыре парня по обе стороны от него уснули вечным сном. В этот момент каждый из них смотрел на Финика, и в их помутневших глазах отражался вопрос: «За что?»       Было больно терять тех, кто служил всё время верой и правдой. Он не должен был привозить их сюда. Должен был сам решить свои проблемы, ведь Финик заварил эту кашу. Так происходило много лет подряд: за его ошибки платили другие люди.       — Этого уводи отсюда. Гадёныш блядский, — мужчина присел на корточки около Финика. — Переговоры хочешь? — Подняв голову, он еле заметно кивнул. — Будут тебе переговоры!       Финика подняли за шкирку и потащили по земле в сторону ворот. Он мог сопротивляться, мог сказать, что в силах дойти сам, но молчал. Боялся ещё сильнее разозлить противников. Отбивая конечности, попутно думал, что скажет, когда увидит Аскеровых. Как будет извиняться за смерть их внучки. За два года он собрал неплохое досье на Тиграна Аскерова и понимал, что за те мучения, что испытывала девочка, с него шкуру снимут.       Он спас Дину, обеспечил ей безопасность, но так и не смог уберечь от ненависти Пса. Должен был в первую очередь сообщить обо всём родственникам, но побоялся. Решил, что мнимое спасение убережёт его от последствий, но просчитался. Именно страх перед разборками друзей привел его к этой точке невозврата.       — Ещё один приехал, — Финика, как вещь, швырнули к чьим-то ногам. — Кричал о переговорах.       — Вот как! — Раздался безумный смех — девичий и до боли ему знакомый. — И о чём же ты хочешь поговорить?       Финик зашипел от боли, когда девушка схватила его за волосы, поднимая голову. Ему не померещилось. Это была Дина — живая и невредимая. Он не знал, радоваться ему или бояться. Именно она заварила эту кашу, уничтожив тех, кто когда-то причинил ей боль. Она повзрослела, обзавелась союзниками и пришла мстить. Выбрала самый жестокий способ, отобрав у каждого то, что им было дорого.       — Отпусти Анну и ребёнка, — взмолился Финик. — Они не виноваты!       — Поздно, — прохрипел голос сбоку. — Она… она их…       — Заткнись, свинья! — Дина отпустила Финика, откинула от себя. — Приказа пиздеть не было!       Он, поднявшись с земли, сел на колени и тут же чуть не упал. Король — его «непобедимый» друг — сидел около стенки, получая удары арматурой. Расширившимися от ужаса глазами он наблюдал за Диной, которая раз за разом замахивалась и наслаждалась жалобными криками своей жертвы. Ему не нужно было представлять её лицо, он отчетливо помнил, как это происходило. Видел, как Пёс точно так же пытал людей. В такие моменты его лицо не выражало ни одной эмоции, словно было выковано из камня.       — Дина. — Она резко обернулась, смотря на него безжизненным немигающим взглядом. — Остановись. Ты совершаешь ошибку.       Девушка медленно приблизилась, волоча по земле прут.       — Мы же можем решить всё миром.       — Ты знал? — прошелестела она. — Он всё разрушил, — она указала на Короля арматурой, — заказал меня. Ты это знал?       — Да, — сдавленно ответил Финик. — Но я ведь тебя спас… — Он осёкся. — Пытался спасти. Отзови своих людей. Отпусти Анну и ребёнка. Если Аскеровым нужен бизнес, пусть забирают, но не лишай мать и ребёнка жизни.       — Да кто такие ваши Аскеровы? — завопила Дина. — Что же вы ими прикрываетесь, ублюдки?       Не знала? Финик пошатнулся, чуть не упав снова в снег. Такого не могло быть. Не могла девочка, еле спасшая свою жизнь, вынюхать всё за его спиной и начать действовать самостоятельно. А люди? Где она взяла этих людей в масках? Он будто застрял в сюрреалистичном сне, где всё происходило в параллельной вселенной.       — Я-я-я, — заикаясь, пробормотал Финик. — Я-я не пон-нимаю. Как?       — Встань, — отдала приказ Дина, и он повиновался. — От этой свиньи мало толку. После того, как я подорвала его семью, он ёбнулся.       Финик перевёл взгляд на горящее здание.       — Нет! — прикусывая дрожащую губу, он вытер подступающие слёзы. — Нет! Ты не могла! Нет! Дина… Дина, ты ведь не такая, — упав на колени, Финик вцепился в её ноги. — Он ведь совсем ребёнок. Он ведь ни в чём не виноват!       — Могла, — Дина пнула его, отбрасывая от себя. — И сделала. А теперь встань и возьми, — она протянула ему пистолет. — Там один патрон. Хочешь узнать правду и спастись — убей его. Надумаешь выстрелить в меня — тут всё подорвётся к чёртовой матери.       На ватных ногах Финик поднялся с земли. Он не смотрел ей в глаза, не знал, что увидит в них. Осуждение? Предвкушение от предстоящего убийства? Может быть, собственные страхи? Дрожащими руками он потянулся к пистолету. Понял, что, кроме себя, ему спасать некого, ведь умирать не хотелось, как и убивать друга.       — Грохни, — прохрипел Король, — эту суку.       Финик зажмурился и направил на него дуло.       — Ты не посмеешь, — продолжал Король. — Ублюдок, ты обязан мне всем. Всем, чёртов выблядок!       «Всем?» — усмехнулся Финик. О нет, это он постоянно вытаскивал Псов из дерьма. Пачкал собственные руки, тонул в безнадёге, лишь бы его друзья были живы. Лишь бы их омерзительная семья существовала. Пришла очередь выбирать себя!       Он нажал на курок.       Секунда — на осознание собственных действий. Десять — чтобы понять, что ничего не произошло. Открыв глаза, Финик увидел живого Короля, посылающего в его адрес проклятия. Дина стояла рядом и безумно улыбалась.       Финик нажимал на курок бесчисленное количество раз, но ничего не происходило. Глупая проверка на прочность. Он чуть не убил того, за кем шёл все эти годы. Слёзы текли ручьем. Финик понял, что он никчёмный человек. Винил себя за смерть друзей, ведь знал, всегда знал, что есть другой путь. Мирный. Но он не выбрал его — и пришёл его черёд расплачиваться за грехи.       — Хороший мальчик, — пролепетала Дина, выстрелив Королю в голову. — А теперь расскажи мне, что значил этот бред. — Разминая шею, она направилась к своей незаменимой арматуре. — Нам предстоит долгий разговор.       Приблизившись к нему, Дина замахнулась. Боль, словно удар тока, распространилась по его телу, остановилась в области груди. Разрывая на части, не давая и секунды на передышку.       Он её спас, чтобы она его убила.

      ***

      Уже сидя на бетонной плите, Сергей начал осознавать, что здесь происходит. Он знал голос того мужчины с детства. И брошенное им «гадёныш» звучало до боли знакомо.       Если здесь был дядя Стёпа, то где-то неподалеку ошивалась и Дина.       Она решила действовать у него за спиной. Он оправдывал её всё это время, пока она строила козни. Объявила войну. Подставила его.       Единственное, чего он не мог понять, — каким образом здесь оказался Игорь.       — Заканчивай свой блядский маскарад, — выплюнул он в сторону своей «охраны».       — Узнал всё-таки. — Игорь снял маску, и на его лице заиграла довольная улыбка. — Ну и жаришка.       — Я эти невинные глаза узнаю из тысячи. Расскажи лучше, что происходит. Это ведь Дина всё устроила? Каким хуем ты сюда затесался?       — Точно не твоим, — присев рядом с Сергеем, он достал пачку сигарет.       — Рассказывай!       Игорь тяжело вздохнул, опуская плечи.       — После того, как мы не грохнули Пса, я шкерился по углам, ведь ты заладил: «Предательство! Предательство!» Тогда она со мной и связалась. Встретилась лично, так сказать. Ох, она такое вытворила! — как маленький перевозбуждённый ребёнок, запел он. — Но была не одна, иначе я бы не согласился.       — Не томи!       — Из клуба они похитили Джокера. Опоили его и вывезли за город. Да от него одни ошмётки остались! — рассмеялся Игорь — безумно и противно. — Потом Пса обезглавила, за день до того, как мы к нему поехали. Знала же, припизднутая, обо всех наших планах. Я тогда удивился, на кой хер она припёрлась ко мне. А потом знатно охуел, когда мелочь эта рассказала о похищении семьи Короля.       Сергей смотрел на разрушенное здание, гадая, что случилось с матерью и ребёнком. Нет, Дина не могла пойти на такой отчаянный шаг. Не могла их убить. А потом он вспомнил обезглавленный труп Пса. Или всё же могла?..       — Они живы, — ответил на немой вопрос Игорь. — Едут в аэропорт с Тохой и Саней.       — И они…       — И они тоже были здесь, но давно уехали. После того, как мы Королю привет записали. Я себя почувствовал участником блокбастера, — довольно усмехнулся Игорь. — А когда эти подонки горели… м-м… ты бы видел. Кто-то даже мамочку звал!       — Что она задумала?       — Да какая разница? Король мёртв. Финику осталось недолго, а потом…       Внезапно прогремел выстрел.       — Не лезь! — Игорь отдёрнул Сергея за руку, заставляя сесть обратно. — Она сама так решила, а тебя вообще здесь быть не должно.       Сергей пыхтел от злости, пока Игорь говорил загадками. Что решила? Устроить массовую казнь, не думая о последствиях, — далеко не продуманное решение взрослого человека. Дина сошла с ума, и, увы, Сергей это понял с опозданием.       — Отъебись, — он повалил Игоря на землю, насел сверху. — Грёбаные идиоты! Вы вообще соображаете, что натворили?       — Нам надо уезжать, — Игорь перехватил его кулак. — Она прекрасно понимает последствия и возьмёт всю вину на себя.       И силы покинули его. Сергей слушал — и не мог поверить в то, что услышал. Она не сдастся полиции, ни придёт с повинной к Псам — у Дины были явно другие планы. И в эти планы вряд ли входило спокойное и даже в какой-то мере счастливое будущее. Ни с его семьей, ни с кем-то другим. Единственное, что она могла сделать…       Стоило бы послушать совет Игоря и уехать. Оставить всё как есть, выбрать себя и семью, но внутренний голос вопил: «Беги! Спасай!» И он побежал, как можно быстрее, чтобы успеть. Она не должна была брать грех на свою душу. Не должна была…       Но взяла.       Дина сидела вся в крови и… плакала. Навзрыд. Тихо что-то шептала себе под нос, словно сумасшедшая, сбежавшая из дурдома. Сергей хотел подойти к ней, утешить, забрать из этого проклятого места, но застыл как статуя.       Четыре друга были рядом, как в давние времена. Две гниющие головы, отравляющие воздух; их лидер — с мозгами наружу; и он — Финик — сидел рядом с ними и не дышал. Приблизившись к нему, Сергей на шее прощупал пульс. Жив. Его ещё можно было спасти. С помощью него можно было отвадить от себя Псов и полицию. Почувствовав облегчение, Сергей рухнул на колени.       — Он жив? — осторожно спросила Дина. В этом голосе проскальзывали знакомые ноты опустошённости. — Жив?       — Нет, — соврал он осипшим голосом. — Мёртв.       — Хорошо, — на выдохе ответила Дина. — Хорошо, — повторяла она, словно в бреду. — Хоро…       И голос затих.       Эта резкая тишина до чёртиков его напугала. Сергей обернулся и увидел, как Дина, свернувшись калачиком, рухнула на землю. Собрав последние силы, он кинулся к ней. Убрал её руки с живота и ужаснулся.       Черная рукоять ножа осталась воткнута в районе живота, продлевая порез вниз. Кофта не успевала впитывать кровь, окрашивая снег под телом красным. Дина молчала. Её ресницы больше не трепетали под солнечным светом, губы, сомкнувшись, застыли. Только грудь слегка вздымалась, давая понять, что ещё не всё потеряно.       Именно так Дина решила взять на себя все последствия.       — Что же ты творишь? — закричал он отчаянно. — Зачем? За что? Ты же обещала! — Сергей прижал к ранам кофту, пытаясь остановить кровь. — Ну же… кто-нибудь!       — Сергей, — донесся голос сзади. — Она не должна умереть.       Всё казалось каким-то бредом. Он обернулся и увидел, как израненный Финик пытается взять в руки телефон. Он надрывно кашлял, кряхтел от боли, но, переборов себя, встал и направился к нему. Еле дополз, протянул Сергею телефон.       — Она мне нужна, — Финик сплюнул кровь. — Вызови тех людей. Найди… иначе, мы все сдохнем.