Низвергнутые 2. Треснувший мир

      Сейчас вода была противна. Час назад тело нежилось в горячей воде, распаривающей кожу и снимающей отёки после тяжёлого трудового дня. Воздух же был холодным и освежающим, лёгкий сквозняк приятно гонял ароматы свечей по комнате. Но сейчас всё это стало отвратительным, вода стала холодней, больше не обволакивая кожу своими тёплыми объятьями, впиваясь в неё иголками безразличия. Воздух стал же горячей и душней, свечи сгорели, оставив чрезмерно пряное послевкусие.       Вновь эта комната казалась отвратительной. Пальцы коснулись края бокала, наполненного разъедающей горло выпивкой. По стеклу плавно расползлись ледяные узоры, а вскоре непростительно тёплый напиток стал холодным.       — Знала бы ты, мама, на что я буду тратить твои способности… — Уртир усмехнулась, а после глотнула остужённый напиток. Как всегда крепок, однако горечь давно не ощущалась. Было противно двигать своим телом, пытаться собрать мысли во что-то единое, а от каждого вдоха душного воздуха становилось тошно. Ещё несколько стаканов, и она забудет о противном чувстве, а после механически дойдёт до кровати.       Однако сейчас, этот момент тошнотворного отвращения к жизни, она проживала с ужасающей длительностью. Каждая секунда растягивалась в вечность, казалось, что уже не наступит того пьянящего безразличия и опьянения. Только горечь стекала по стенкам её сердца, когда Уртир уже позабыла, откуда она именно. Туман сгустился над ней далеко не пару часов назад. Возможно, и не один год.       Уртир поставила стакан на край, только в этот раз рука забыла, насколько узка стенка ванны. Стакан тут же опрокинулся, хотя казалось, будто бы он медленно сползает по другую сторону противного саркофага опустошения. Послышался противный дребезг.       — Ещё один… — устало подметила Уртир. Если подумать, то значительная часть её зарплаты уходила просто на скупку новой посуды, которую она разбивала каждый раз в моменты апатии. А такие были частыми гостями в последнее время.       — Чёрт.       Голова устало опрокинулась затылком на кафельный край, вроде удар был неприятный, но боль терпима. Под утро там будет очередной синяк.       Ей казалось, что раньше цели в жизни были намного проще и прозрачней. Возможно, они были гнусными и жалкими, чем-то напоминали злодеяния, но они хотя бы были. Уртир могла чётко сказать в своей голове, чего она желала и к чему рвалась. Холодная война в Совете тоже дала интересные плоды, а главное — направление. Всё было чётко и понятно.       Сейчас, когда исход стал слишком благоприятен, она видела только пелену. Протягивая руку каждый раз вперёд, она лишь хватала мнимую дымку. Какие желания были за ней? Можно вернуться немного назад и пересмотреть свои цели, но дорога назад тоже была спутана в этом отвратительном тумане. Есть ещё один банальный путь — выбрать новое направление и идти в его сторону. Только вот оказавшись в густой пустоте, как можно определить, где твой новый ориентир?       Да и признать, этот туман был пропитан её собственным ядом.       — Отвратительно.       Она повернула голову, её взгляд зацепился на запотевшем зеркале. В нём ничего не отражалось, будто бы Уртир смотрела на свой настоящий облик.       Найдя в себе остатки сил, она всё же заставила своё тело покинуть липкие объятья воды, перевалившись через борт ванны.       — Чёрт, — осколки неприятно впились в стопу, потрескивая от удовольствия. Но боли вновь не было. Было больше досадно, что от крови испачкается постельное белье, не более. Уртир ещё несколько секунд смотрела, как еле заметный розоватый цвет расползается по мокрому полу, заплетаясь в причудливые узоры.       Зеркало.       Рука, дотянувшаяся до запотевшей поверхности лишь после нескольких ленивых шагов, резко освободила зеркало от неопределённости. На Уртир всё также смотрели пустые холодные глаза, наполненные сожалениями и отголосками ненависти. Она их видела всегда в своём отражении, сколько себя помнила. Ненависть, причину которой она уже забыла. Однако она всё ещё таилась в её сердце, медленно отравляя душу и затягивая в пучины апатии. Но избавиться от неё, не зная причин — невозможное дело.       Холодный взгляд.       — Её взгляд тоже холоден, не лучше моего, — голос немного осип от алкоголя и саморазрушения, — так почему же ты смотришь в её глаза с таким обожанием?       Вопрос, который доставал Уртир. Нет, она давно забыла бескорыстные чувства, однако зависть была с ней как тень. И сейчас она пробудилась с большей силой, нависая над и так опустошённой волшебницей.       Она устала проводить время наедине с собой. Усмехнувшись своей слабости и подавленности, Уртир сдёрнула рукой шёлковый халат и накинула на себя, не подвязывая пояс. Руки, уже более энергично, нащупали знакомую коробочку, когда её взгляд был уже потерян в закрытых дверцах балкона. Через несколько минут они были открыты, наконец впуская свежий воздух и избавляя маленькое помещение от приторного аромата свечей и алкоголя. Советница стояла в проёме, наблюдая над вечерней суетой города Короля. Холодный воздух был лучшим отрезвляющим средством, но куда приятней было прикоснуться к портсигару и достать тонкую сигарету — ещё один способ саморазрушения, который обожала Уртир. Возможно, её наконец-то убьют вредные привычки, но об этом она могла лишь мечтать. Мокрые волосы прилипли к спине, насквозь промочив тонкую ткань, однако вряд ли маг льда сможет замёрзнуть на подобном сквозняке.       Мысли улетучились. Ей было паршиво всегда, и в этом не было ничего нового. Оставалось только наслаждаться собственным падением, как…       — Как это делала та, на кого возлагали надежды? Падение яркой звезды всегда заметней.       Однако никто не обратит внимание на сгущение тени под своими ногами.

***

      Такт падающих капель раздражал. Казалось, что он нарастал с каждой секундой, будто стучал по нервам, нагонял тревожность. Но при этом шум пульсирующей крови почти полностью заглушал этот раздражительный шум. И дышать стало тяжело, как только в голову ударила кровь, окрашивая вечно бледное лицо в розоватые пятна. Грей уже не замечал, как начал шумно хватать воздух, потому что его сердце выдавало отвратительно большие темпы.       — Хватит… — на выдохе полушёпотом сказал Грей. Однако всё, что он мог услышать в ответ, так это шум воды. И противное натяжение собственного желания. Ещё один шаг, ещё одно движение, совсем немного… Но в таком состоянии было отвратительно долго находиться, хотелось просто кончить.       — Хватит, — громче повторил Грей, от жара было невозможно скрыться, хотелось вжаться в стенку ванны так, чтобы стать с ней единым целым. Руки сжимали края чуть ли не до треска керамики.       На водной глади, до этого почти идеальной, лишь изредка нарушаемой треклятыми каплями, падающими с крана, пробежалась приятная волна, нагоняющая необходимую прохладу. Плавно переливаясь, на его кисти легли чужие руки, состоящие только из воды. Будто бы кто-то отлил хрустальную фигурку и налил в неё бурный источник. А чуть позже на покрасневшего Грея смотрели широко открытые глаза с пустым синим цветом. Даже будучи в образе стихии воды в прозрачном облике этот синий цвет никуда не покидал волшебницу.       — Тебе не нравится? — ещё будучи наполовину растворённой в воде, Джувия всматривалась в лицо Грея. Однако за её выражением не читалось каких-либо эмоций.       — Нравится.       — Так в чём же дело? — она наклонила голову в бок, от чего её водянистые кудри слегка шелохнулись, имитирую падение волос. Только вот она была лишь водой без осязаемого тела.       — Это слишком, — получив передышку, Грей пытался восстановить своё дыхание. Однако это было сложно.       — Мне закончить?       — Не нужно, — почувствовав, что после его слов Джувия смягчилась, а её руки больше не врезались бурлящим потоком в его кисти, Грей откинул голову назад, роняя её на тупой угол ванны.       — Как скажешь, — спокойно ответила Джувия. Наконец-то Грей перестал ощущать напряжение, теперь вода его просто обволакивала. Джувия лениво развернулась, всё ещё находясь в водном обличье, а после мягко легла на грудь Грея, слегка обволакивая его кожу. Однако насчёт этого он был уже не против, наконец-то почувствовал расслабление, пускай и не избавился от напряжения.       — Я бы довела тебя…       — Не хочу. Сейчас мне это не нужно.       — Хорошо.       Она была мягкой. За холодным характером скрывалось желание подчиняться кому-то, быть кем-то любимой, быть для кого-то податливой. Словно вода, которая только и жаждет, чтобы ею наполняли искусные кувшины. Она была способна принять любую форму, принять любые условия и подстроиться под любой нрав. Но при этом Джувия Локсар была жестокой.       Слабых людей не берут на роль надзирателей. Тем более они сами не желают прогибать под себя людей. И эта двойственность Локсар могла свести с ума. Прикасаться к её мягкому телу, буквально разливающемуся под тобой, было заманчиво приятно, браться за него, мять, даже замечать ненароком оставленные синяки. Однако при этом было невозможно сломить её характер, взять над ним контроль. Джувия соглашалась подчиняться лишь тогда, когда знала, что в любой момент она может поменяться ролями.       Это раздражало. Это притягивало и не отпускало. Грей много размышлял над тем, что конкретно его заставляет приходить в эту квартиру вновь и вновь. Наверное, мнимая легкодоступность, которую позволяет почувствовать Джувия.       Но в итоге использованным остаётся лишь Грей.

***

      — Что в итоге будешь? — Джувия остановилась, взвешивая две жестяные банки в своих руках. На ней был полупрозрачный халатик с ужасно короткой длиной.       — Только не тот пряный чай, — Грей навалился на спинку кресла. По коже пробегалось морозное чувство беспокойство, его тело отказывалось воспринимать эту квартиру как «уютную».       — Заварю мятный. Мне тут недавно привезли подчинённые из командировки. Говорят, освежает.       — Да… — не вслушиваясь в слова Джувии, ответил Грей. Он сидел спиной к кухонной зоне, в которой орудовала девушка. Взгляд застрял на небольшой статуэтке на полке, изображающей танцующую девушку. Она была хрустальной, поэтому буквально источала свет от падающих лучей.       Что-то было не так. И чувство скованности не отпускало его уже несколько месяцев. Также, как и желание прекратить всё это. Эта квартира пахнет слишком приторно сладкими цветами, а внутри неё было чувство, будто бы он в тюрьме. Хотя дверь всегда открыта.       Джувия скользнула перед его глазами, ставя фарфоровую чашку на стеклянный столик рядом. Сама же она вернулась обратно к кухне, точнее, к стойке, разделяющей зал и кухню. Она предпочитала пить чай дальше от своих гостей, что ещё раз наводило мысли о псевдозаключении в её доме.       — Не хотелось бы вести разговор о погоде, — тихо отметила Джувия, отпивая чай. Грей пока не притронулся к чашке.       — Нет настроения.       — И хорошо. Пустая болтовня бесполезна, а твои лести я уже услышала за сегодня предостаточно.       — Недооцениваешь мой словарный запас, — Грей неторопливо потянулся к чашке, однако рука на несколько секунд затормозила перед тонкой ручкой. Даже эта кружка несла в себе странный оттенок заключения. Вероятно, всё это лишь казалось Грею.       — Иногда лучше помолчать.       — Тоже верно.       И этот чай не вышел вкусом. Джувия любила обилие лишних примесей, от чего перебивался сам вкус чая. Рот буквально обжигало мятой, дальше горла она не желала идти.       Вновь тот самый момент. Когда ему нужно взять всё в свои руки и сказать несколько заветных слов. Они точно не разобьют сердце столь холодной и рассудительной надзирательнице, уж он точно убедился, что оно напрочь сшито из крепкой стали, залитой льдом. А ему пора избавиться от этого заточения, сжимающего его лёгкие каждый раз манящими горячими вздохами.       — Я тут подумала на днях об одной идее.       Грей нахмурился, отвлекаясь от своих мыслей. Решимость вновь была сдута подобно пыли.       — И?       — Теперь же ваша гильдия стала официальной, ты точно не преступник.       — Спасибо, что напомнила об этом. Очень приятно, — это действительно было прекрасное событие, но Грей до сих пор не мог поверить, что их гонения закончились. Во всём чувствовался подвох.       — Ты не так плох. Моё сердце точно не сходит с ума от твоего вида, но ты мне нравишься.       Чувство подвоха обострилось.       — Я бы хотела попробовать с тобой построить общение не только на сексе и лести. Без этого никуда, конечно, но и скрывать твоё присутствие в моей жизни я не желаю.       Мята сильно разодрала горло. Пыль окончательно улетучилась.       — Вот как.       — Не относись к этому очень серьёзно, но подумай. Мне незачем тебя торопить, Грей.       Джувия так и осталась стоять где-то в стороне кухни. Вероятно, она разглядывала плоды деревьев в саду, раскинутого прямо под её окнами. А Грей вновь остался с остатками своей решимости и нарастающим чувством заключения и потери контроля.       Наверное, он пал куда глубже, чем Титания. И в отличие от неё, ему никто не протягивал руки.

***

      Запах. Он был другим. И так каждый раз. Он, конечно, не был животным как Рэдфокс, но даже обычный человеческий нос улавливал ту разницу. Непринуждённо поморщившись, Грей зашёл внутрь гильдии. Она была той самой, которую он когда-то покинул, но в то же время совершенно другой. Казалось, что ему нужно было не такое возвращение, однако в голову не приходило, а чего же он ждал на самом деле? Время не отмотать. Жизни не вернуть.       — Здравствуйте, мистер Грей, — Кинана всегда с ним здоровалась, как и со всеми другими магами Хвоста феи.       — Просто Грей, — уже по привычке поправил он, но не остановился у стойки. Зал пустовал, это было непривычно. Хвост феи пока не мог похвастаться былой популярностью или же той толпой магов, которые нашли пристанище в гильдии на время действия Закона. Сейчас всё было скудно.       Грей же порадовался, что не нужно участвовать в пустых разговорах с незнакомыми людьми, сейчас он не настроен на такую болтовню. Казалось, что он больше никогда не будет способен на простоту. В планах было сделать видимость посещения гильдии и взять новое задание. Всё же этот запах раздражал, Грей не мог его ещё принять, как и многие другие изменения. Поэтому время, которое он проводил в здании, да и просто среди волшебников, он старался сократить до минимума.       — Я тебя искала, — как приговор прозвучало где-то сбоку от Грея. Он поёжился, но всё же остановился на полпути к доске заказов. Планы незаметно появиться и также исчезнуть провалились.       — Не думал, что я так популярен, — отшутился Грей. Шутка была гнилой, а на лице даже усмешки не появилось.       — Очень даже. Забываешься, — Эльза устало поправила выбившуюся прядь. В ней было ещё предостаточно холода, Грей видел ту самую Эльзу, ведущую Хвост феи во мраке. Но даже в этом металлическом изваянии, слабо напоминающем ту доблестную девушку из старых воспоминаний, что-то изменилось. И это больно кололо, а может наоборот — отогревало сердце. Грей ещё не понял.       — Думаю, я полезней на заданиях, чем в пустых беседах.       Он попытался сделать шаг в сторону доски, но взгляд Эльзы приковывал его к месту. Она была мастером и исполняла свою роль достаточно хорошо.       — Ты слышал про Гилдартса?       — Что он вернулся? Да, дошёл слушок, — Грей запустил руки в карманы, когда понял, что разговоров с Эльзой не избежать. С другой стороны, он был не прочь отвлечься от своих мыслей и поговорить с Титанией. Сам он не понимал, почему каждый раз он пытался избежать пересечения взглядами со своими товарищами, казалось, что именно в минуту их разговора что-то произойдёт. Казнь? Странное чувство, которое ему не постичь до конца.       — Ну хоть не окончательно выпал, — усмехнулась Эльза. Естественно она заметила, что ледяной маг буквально избегал гильдии, стараясь появиться и тут же исчезнуть.       — Нашла же время…       — Пойдём поговорим у меня в комнате. Не забывай, что ты мой помощник.       Не дожидаясь ответа, Эльза двинула в сторону узкого коридора, уводящего в глубины гильдии. По старой привычке в гильдии восстановили планировку с кабинетами, только теперь комнатами владели единицы. Это всё ещё шло наперекор со старой идеологией Хвоста феи, где у мастера не было тайн от своих товарищей по гильдии, но времена меняются. И эта гильдия не исключение. В её стенах хранилось не меньше тайн, чем раньше.       — Ты как всегда, — буркнул Грей, но верно пошёл за Эльзой.       Было ожидаемо, что пустить всё на свободный тёк нельзя, и рано или поздно придётся вновь работать сплочённой командой, чтобы выкрасть место под солнцем. Они так и оставались в тени, пускай не в кромешной тьме, но ещё далеко до света. И выходить из тени следовало сначала изнутри.       После открытия двери Грей слегка оторопел, но постарался быстро вернуть своё спокойствие.       — Оу, Грей, давно не виделись, — Люси отвлеклась от какого-то журнала и приветственно махнула ему рукой. Видимо, у них с Эльзой шёл разговор ещё до его появления в гильдии.       — Давненько, ну-с, что за срочное собрание, — Грей сел на стул рядом, оказавшись по одну сторону стола вместе с Люси, когда Эльза села напротив них.       — Честно, такая встреча навевает воспоминания, — аккуратно подметила Люси, окончательно отложив журнал.       — Согласна.       Пауза. Настолько неловкая, что было слышно, как гудят сердца от волнения. В последний раз они собирались лишь втроём под предлогом серьёзной беседы, когда Хвост феи ещё был тёмной гильдией. И когда отношения между всеми тремя ещё не были разбиты.       — Заварю чай, всё же это не переговоры, — заметив напряжение, которое в первую очередь давило на Эльзу, Алая поднялась со стула и направилась к чайному столику, на котором располагались различные коробочки с заварным чаем.       — Тебя прямо одарили чаем. Даже знаю, кто бы мог подарить, — шутливо подметила Люси, слегка навалившись на стол.       Грей был уверен, что на секунду заметил усмешку на лице Эльзы, когда та разливала заварку по чашкам.       — Чай действительно вкусный. Но ты рискуешь получить вместо него чифир.       — Молчу, молчу, — Люси приложила палец к губам, когда сама разливалась в улыбке от удачной шутки.       Это… удивляло. Грей на несколько минут застыл, изучая взглядом волшебниц. Между ними совершенно не ощущалось напряжения, которое он ожидал. Сейчас в этой комнате должна была стоять тяжёлая атмосфера из-за груза событий, однако они улыбались и шутили друг над другом. Так просто? После всех предательств, лежащих между ними в прошлом? Эльза же буквально продала жизнь Люси, но сейчас они шутят про ухаживания Джерара.       — Но всё же будет какой-то серьёзный разговор. Не погоду же собрались здесь обсуждать? — Эльза кивнула на вопрос Грея. Однако её серьезность была лёгкой. Несколькими движениями она придвинула чашки к волшебникам и села обратно. За несколько минут неловкость улетучилась.       — Ты прав. Всё же здесь мы не просто как старые знакомые. Я пока что занимаю роль мастера, Люси, не знаю, в курсе ли ты, является моим прямым помощником и правой рукой. Ты же, Грей, моя левая рука и мой меч, второй помощник.       — Звучит грозно, — слегка улыбнулась Люси, коснувшись взглядом ещё напряжённого Грея.       — Согласна. Вы мне нужны как никогда раньше. Я, — Эльза остановилась, её строгость на несколько секунд пала, — я сама не подниму гильдию. И в этот раз я прошу вас вновь довериться мне.       — Когда-то с этих слов начиналась иная история, — Грей всё ещё был холоден. Он не прикоснулся к чаю, только лениво проводил пальцем по ободку кружки.       — Знаю. В этот раз я буду предельно честна с вами, я учусь на собственных ошибках.       — Я верю, — кивнула Люси. Пускай Эльза ещё сотню раз услышит укор от Люси наедине с ней, когда Ключница будет напоминать, что окончательное доверие ещё не окуплено, здесь она не откажет в помощи. Это подкупало. Грей некоторое время смотрел на спокойный взгляд Люси. Она была не той Ключницей, которую он помнил. И эти изменения будоражили и пугали.       — Предположим, я поверю, — неохотно согласился Грей. Чай всё же был опробован, и он был не так противен, как мятный. Хоть это радовало.       — Я предложила вам такие роли в гильдии не просто так. Вы действительно пока что единственные, кому я могу довериться полностью. И хотела бы от вас доверия.       — Не все сто процентов, — прокомментировала Люси, Эльза согласна кивнула.       — Хоть часть вашего доверия. Сейчас мы действительно желаем одного — вернуть Хвосту феи доброе имя. И главное — признание народа.       — В этом, наверное, соглашусь. — Да, Эльза тоже изменилась, Грей заметил. Слабо, но сейчас эти изменения просвечивались как на солнечном свете. Как минимум, она просила поверить ей, а не холодно отдавала приказы.       — Давай уже чуть ближе к делу, — Люси улыбалась. Её губы еле поднимались в улыбке, но она казалась лёгкой. Что конкретно за ней прячется помимо тепла, Грей не мог разглядеть. Наверное, он разучился отличать добрые порывы людей от их лукавства.       — Мы кое-как благодаря помощи судьбы смогли стать официальной гильдией. Однако о наших грехах никто не забыл.       — О твоих в большей степени, — тихо подметил Грей.       — О наших, — поправила Люси, косо глянув на Грея.       — Не суть. На самом деле случай с Тартаросом максимально секретный. Внутри совета нет такой информации, Джерар не знал об операции в Тартаросе. Как я после узнала из личной встречи с Председателем, о нашем союзе с Тартаросом знает лишь он и его помощник. Охотники и солдаты были похоронены в Тартаросе, поэтому дальше эта информация не распространилась.       — Получается, у нас не должно быть больших проблем с общественность? Про бунты тоже не было открытой информации, что мы причастны к ним, — Грей нахмурился, чувствую подвох в речах Эльзы.       — Было бы прекрасно, но нет. Председатель не планирует распространять эту информацию, но сам он ничего не забыл. Для обычных жителей, для королевства и для всех остальных членов Совета мы может и искупили в каком-то смысле свои грехи, для Председателя мы ещё являемся очень подозрительной лошадкой.       — Не очень приятно оставлять такое впечатления, — Люси откинулась на стуле, вдумчиво осматривая столешницу. Как человек, узнавший о всех планах Эльзы неожиданно, она могла понять Председателя.       — И это всё равно помешает нам стать полноценной гильдией.       — Разве у него есть такие полномочия? Ну то есть мешать нашей деятельности, — возмутился Грея.       — Он может повлиять на решения мастеров гильдий. Пока Председатель сомневается в нас, в нас будут сомневаться и все остальные.       — Есть способ исправить это? — Люси была как всегда более рассудительной, нежели Грей. Постоянство некоторых вещей успокаивало.       — Да. Есть условие, которое мы должны выполнить.       — А это интересно, — Грей подался вперёд, навалившись на стол. Дерево заскрипело под его весом. На самом деле в голове крутились сотни предположений по поводу расплаты за союз с Тартаросом, и ни одно из них не было утешительным.       — В общем, мы не сможем свободно действовать, пока не покажем свою силу и преданность светлому объединению гильдий. По этой причине мы должны одолеть одну из гильдий основания Сынов Отчизны.       — Серьёзно? — на эмоциях вскрикнул Грей.       — Одну из трёх? В том числе Тартарос, — Люси болезненно улыбнулась, ситуация казалась абсурдной, — у нас не то, чтобы сил не хватит, мы даже подобраться сейчас к ним не сможем. Да и информации ноль.       — Как бы грустно не звучало, это условие мы должны выполнить. Нам некуда торопиться, но чем раньше мы займёмся Сынами Отчизны, тем лучше для нашей гильдии.       — Нет, это серьёзно звучит как безумство, — спокойней продолжил Грей, — вспоминая, сколько людей в подчинении у Тартароса и кем они являются, это условие выглядит как наказание. Другие гильдии не лучше.       — У нас небольшой выбор, — Эльза продолжила, хотя по её голосу было слышно, что она сама жутко недовольна положением, в котором они оказались. Вроде бы гильдия была светлой, но чтобы окончательно отмыть свои руки от крови, им придётся совершить невозможное.       — Если посмотреть, есть три гильдии, — продолжила она, — про Тартарос мы хоть что-то знаем, но тот факт, что Девять врат самые настоящие демоны книг Зерефа, не радует. Тем более после столкновения с Советом непонятно их положение. Думаю, они полностью восстановили свои силы, или же даже нарастили.       — С Тартаросом сложно будет уже из-за наличия Алегрии, мы только ступим на землю их гильдии, как окажемся в ловушке с обратным отсчётом. Людям из неё не выбраться.       — Выбрался лишь Драгнил, да?       — Он не человек, — быстро отрезала Эльза, — Люси права, Тартарос ужасный противник, но о них мы хоть что-то знаем. Шестеро Просящих* сейчас в подвешенном состоянии. Нет никакой информации, объединились ли они после возвращения части магов, Кобра и Ангел были членами этой гильдии, они же исчезли после отмены Закона. Знаю только про Ричарда, что он ушёл пока что из магических заварушек на ферму. Однако, он тоже под вопросом, не привлекли его обратно в гильдию или нет. Пока что они официально распущены.       — Без Кобры и Ангела их всего четыре, но всё же, тут сложно рассуждать, прошло много времени.       — Согласна с тобой, Грей, — Эльза недовольно поморщилась от осознания того, что чай успел остыть, — третья гильдия Сердце Чернокнижья. Она вроде как действующая, но о её составе ни слова. Только про Занкроу известно, что он мог быть членом этой гильдии. Опять же, эта информация никак не подтверждена, только с чужих слов. На них мы имеем ещё меньше информации.       — Ужасно неприятно, — Люси скрестила руки на груди, устало выдохнув. Им действительно нужно было сделать невозможное.       — И мы должны провернуть это в одиночку? У нас магов посчитать на одной руке, — Грей демонстративно поднял ладонь, указав на пальцы, — не будет никакой помощи?       — Пока что светлые гильдии не готовы принять нас в союз, я уже как полгода веду переговоры. Всё это из-за недоверия Председателя, оно ощущается. Старые мастера отказываются брать на себя такой риск.       — Когда-то наш старик протягивал им руку помощи просто так, — голос Грея был заметно раздражён, его можно было понять. Раньше Хвост феи состоял в сильном союзе светлых гильдий, где мастера имели общее прошлое. Сейчас же никто не желал помочь оступившимся детям Макарова, что вызывало только отвращение.       — Согласна, что ситуация ужасна. Но есть одна лазейка.       — И в чём она заключается? — Люси аккуратно наклонила голову, прослеживая за обеспокоенным лицом Эльзы. Было видно, что она действительно пыталась все эти полгода выйти хоть на какой-то контакт.       — Можно организовать союз магов без привязки к гильдиям. Тогда в нём могут участвовать члены различных гильдий, которые не состоят в едином союзе. Немного повозиться с бумагами и разрешениями, а после спокойно действовать, хоть и не от лица какой-то гильдии или союза.       — А нам подобное зачтут?       — Да, я уточнила это. Не важно, магами ли гильдии или самой гильдией будет повержена тёмная гильдия, важен лишь этот факт. Поэтому есть шанс договориться с сильными магами.       — Уже есть кто-то на примете? — было видно, что Люси вдохновилась идеей Эльзы. В этом был свой смысл, потому что мир волшебников всё ещё был свободным.       — Я очень часто общалась с Джурой.       — Который советник? — уточнил Грей. По его настроению было понятно, что он не сильно настроен на общение с кем-то из Совета. Будто бы инстинктивная защитная реакция заставляла его быть как можно дальше от вершителей законов в мире магии. А может просто старая привычка бегать от Совета ещё не выветрилась.       — Да. Но тут внесу некое пояснение, — голос Эльзы немного напрягся, по большей причине из-за возмущения Грея, — Джура планирует в ближайшее время уйти из Совета и вернуться в свою гильдию. До этого его роль в Совете была необходимой, он часто выступал за интересы магов, однако сейчас в этом нет необходимости. И не нужно так возмущаться.       Грей нахмурился и откинулся на спинку стула, его только что осадили.       — Он ещё из богоизбранных, так? — Люси обвела взглядом возмущённого Грея. В ней не было столько недовольства от упоминания Совета, как минимум ей приходилось часто контактировать с Джераром.       — Да, в первую очередь он сильный маг. Какое-то время он вёл переговоры со своим мастером по поводу Хвоста феи, но она оставалась также непреклонна в своём решении. Джура по большей части за союз магов, о котором я говорила.       — Звучит как прекрасная новость, — ободрилась Люси. Грей обречённо вздохнул. Ему не скоро удастся играть в этой жизни по собственным правилам, по крайней мере пока они не решат вопрос с Хвостом феи.       — Я тоже так считаю. Плюс Джура может расположить других членов гильдии или знакомых магов к Хвосту феи, они же могут нам помочь. Сейчас важно хвататься за каждую возможность и любое знакомство.       — Это понятно, — устало ответил Грей, — и что нам делать с этим союзом сейчас? Одного Джуры всё равно мало, даже если мы подключим Гилдартса.       — Если ты говоришь про задание по победе над тёмной гильдией, то да. Но до него ещё далеко. Прежде нужно найти информацию и добиться расположения как можно большего количества магов. По этой причине мы начнем с малого, а именно с поиска подчиненных тёмных гильдий, у которых можно найти информацию. Пока по негласному соглашению с Джурой мы нацелимся на Шестеро Просящих.       — Не причина ли возможная причастность Кобры и Ангела? — настороженно спросила Люси. Грей даже не подумал о подобной причине.       — Да, в этом идея, что мы будем сражаться с гильдией, часть членов которой были нашими союзниками, как бы доказывая свою преданность Совету.       — Но не будет ли это предательство с нашей стороны по отношению к Кобре и Ангелу? — Люси занервничала.       — Нет, — коротко отрезал Грей, — они выбрали свой путь, когда могли получить полную амнистию после отмены Закона. Так что теперь, если они вновь встали на дорожку преступности, они наши враги.       — Я тоже считаю, что нужно придерживаться такого мнения, — спокойно ответила Эльза. Это был не холод, а обычное принятие фактов. С одной стороны Кобра и Ангел действительно выручили Хвост феи, но в то же время они искали надёжную опору, в которой нуждались. А после держались стороной, выполняя приказы. Не было какого-то положительного или отрицательного отношения к Кобре и Ангелу. И сейчас судьба развела их по двум противостоящим сторонам.       — А также нет информации, подтверждающей, что они вернулись в свою гильдию. Возможно, нам не придётся с ними сталкиваться.       — Это было бы замечательно, — облегчённо ответила Люси. Не то, чтобы она переживала за Кобру и Ангела, но она не держала на них зла.       — Окей, у нас есть Джура. А кто-то ещё есть на примете? Может твой суженый поможет нам, всё же не последний маг.       Эльза с укором посмотрела на Грея. Это была самая нелюбимая тема Эльзы, она ещё могла стерпеть подколы со стороны Люси в сторону внимания Джерара, всё же они были близки, но слышать подобные намёки от кого-то другого было немыслимо. Грей понял это по одному взгляду, но брать слова обратно не стал.       — С его стороны проблемней. Если Джура уходит из Совета и ни для кого это не секрет, то Джерар занимает в нём влиятельную роль. Ему не позволяют в этом участвовать, это ответ Председателя. Он обязался сделать всё, что в его силах, но не думаю, что стоит рассчитывать на что-то большее помимо информации.       — Всё с ним понятно, — усмехнулся Грей.       — Джерар сделал многое для нас, я не думаю, что он оправдывается. Тем более он вряд ли бы отказался от серьёзного сражения, сам жаловался, что бумажная работа ему наскучила.       — Конечно же я в это поверю.       — Грей, — Люси одёрнула мага. Её взгляд за секунду приобрел строгость, которая могла сравниться с холодом Титании.       — Ладно…       — Кстати, по поводу союзников вы и здесь.       — Ты хотела что-то обсудить ещё? — Люси устало потянулась. Она и так много времени провела в ожидании появления Грея, быть честным, они с Эльзой выслеживали ледяного мага, зная, что сегодня он должен был прийти за заданием.       — Перспективный союз с некоторыми магами. Но тут нужна ваша помощь. Во-первых, я бы хотела привлечь Леона.       Грей напрягся, уставившись холодным взглядом на Алую. Она же плавно перевела свои глаза на него, в который читалась вся основная мысль. Он её понимал, но хотел оттянуть момент, когда она будет озвучена.       — Грей, ты же с ним знаком. Джура разговаривал с Леоном, но ему не удалось его уговорить на длительный союз. Поэтому я бы хотела вверить это задание тебе, не всех же мне искать.       — Да, — в его голосе не было и капли радости. Только тоска и тяжесть. Ему явно не нравилась перспектива пересекаться с бывшим другом, но говорить что-то в противовес Титании он тоже уже не мог, исчерпал лимит.       — С большей частью магов веду переговоры я, даже Джерар подключился к этому делу. И есть на примете ещё одна сильная волшебница, но её принципы непоколебимы. Однако, есть одна возможная лазейка, не совсем хотелось бы ей пользоваться.       Люси смотрела на Эльзу и понимала, о ком она говорит. Она не догадалась, просто чувствовала сердцем, что теперь приготовлено испытание и для неё. А со стороны Люси возможен лишь один ход.       — Кагура уважает меня, уважает других магов, но этого недостаточно. Но она испытывает глубокое уважение к тому, кому проиграла, — взгляд Эльзы с одной стороны был холодным и расчётливым. Конечно, всё красиво выкладывалось нужной комбинацией в её руках, но всё же отголоски человеческих чувств заставляли её сомневаться.       — Я знаю, что она уважает меня. Думаю, у меня получится с ней поговорить, — Люси мягко улыбнулась. Вновь эта улыбка смирения. Однако её глаза были настроены решительно.       — Всё точно хорошо? — ещё раз уточнила Эльза.       — Да. Сейчас Хвосту феи нужно как можно больше сильных союзников, а Кагура мастер своего дела.       — Спасибо, Люси. Это действительно поможет гильдии.       Грей недовольно цокнул. Он понимал, что сражение с Кагурой лишило жизни Леви, на это нужно было давить, но его встреча с Леоном не была менее тяжёлой. Однако сейчас всё сочувствие было направлено к Люси. Это немного задевало. Однако, может всё дело было в скрытой истории его прошлого? Он об этом не подумал.       — Итак, ты даешь нам задания, в которых нам придётся преодолеть себя. Прекрасно. На этом всё? — его настроение испортилось под самый конец. Не радовала как встреча с Леоном, так и глобальная задница, в которой всё ещё пребывал Хвост феи.       — Почти всё. Ваши разговоры немного подождут. Тут уж простите за спешку, но дело свалилось буквально утром. Завтра я бы хотела, чтобы вы двое, как официальные представители Хвоста феи и как сильные маги, отправились на совместное задание с некоторыми магами. Там будет Джура и, вероятно, несколько волшебников Пегаса. Это первый шаг к нашему союзу, поэтому не подведите меня. Я сейчас вам отдам описание задания в общих чертах, — Эльза развернулась, в поисках бумажек, на которых она коротко написала всю суть, — не хочу уже у вас отнимать время, поэтому прочитаете позже. Вот теперь всё.       Люси и Грей машинально потянулись за протянутыми листами.       — Мы не подведём Хвост феи, — машинально ответил Грей, поднимаясь из-за стола.       — Мы не подведём тебя, — тише добавила Люси, выходя вслед за Греем.       Эльза ещё несколько минут смотрела в закрытую дверь. Этот разговор произошёл спустя долгие месяцы, не тот разговор, который должен был быть. Но он стал маленьким шагом к искуплению грехов. Она надеется на это.

***

      — Получается, работаем вместе? — Грей даже не стал вчитываться в задание. Всё, что он приметил себе, так это дату и место сбора.       — Давно такого не было, — усмехнулась Люси, пробегаясь взглядом по тексту, — нужно будет встретиться где-то в обед, придётся потратить пару часов до места встречи, а ещё лучше взять с собой что-то походное. Вроде бы на месте разобьём с другими лагерь, чтобы на следующий день выдвинуться дальше.       — Завтра уже разберёмся. Где встретимся?       — Можно банально у гильдии в полдень. Как раз всю жару пробудем в поезде, а не пешим ходом.       — Ты как всегда, — начал Грей, но замолчал.       — Как всегда «что»? — Люси впервые отвлеклась от листка и посмотрела в глаза Грея. От неожиданности тот оторопел, давно он не ловил на себе её взгляда так близко.       — Думаешь больше меня.       — Хоть кто-то в нашем дуете должен думать, — колко подметила Люси. Это было не совсем так, но часто на совместных заданиях она отвечала за всю стратегическую составляющего, когда Грей любил взять на себя силовую часть.       — Ты так проста с ней?       — Что? — Люси действительно не совсем поняла вопроса Грея.       — Эльза же не очень сладко с тобой обошлась. Просто удивляюсь, как у вас всё просто.       Люси остановилась. Это заставило остановиться Грея. Она что-то хотела сказать ему, но сдержалась, замолчав на несколько минут. Самые долгие минуты в жизни Грея. Но вот взгляд её наполнился решимостью и впервые за весь день холодом.       — Знаешь, ты был там. И ты всегда мог остановить её. Так что не смей скидывать всю вину на Эльзу. Встретимся завтра.       Люси быстро пошла прочь, отчеканивая низкими каблуками сапог каждый свой шаг. Слышен он был из-за того, с какой силой вдавливала Люси ноги в пол гильдии. Грей остановился и не стал догонять её. Действительно, они ещё встретятся завтра, уже на задании, но уже не с тем настроением.       И в её словах тоже была правда.

***

      Запах заваренных трав радовал одного мага, когда другого вводил в недовольство. Как вообще можно было пить зеленоватую водичку со вкусом сена? Ему точно не понять. Однако это было единственное, что выводило из равновесия в этом просторном зале, уставленном мягкими креслами. Всё же можно было закрыть глаза на такую мелочь как странный вкус.       — Ты редкий гость в нашей гильдии, — Леон лениво закинул ногу на ногу и полностью погрузился в объятья мягкой спинки кресла.       — Надеюсь в скоро времени стать постоянным посетителем, — Джура поставил на столик кружку с травяным чаем. Леон машинально поморщился от ударившего в нос запаха. Многое в привычках Джуры для него было непонятным, как минимум эта старпёрская привычка выпивать газонную траву вместе с кипятком.       — Всё может поменяться, так что будь аккуратен с обещаниями.       — Хотя бы создай образ приятного собеседника, — раздражение Леона выливалось из него как из переполненной бочки. И его причина в чём-то была ясна, но Джура всё ещё недоумевал.       — Ты хочешь, чтобы я врал даже тебе?       — Тогда потерплю.       Наступила очередная тишина, на фоне звучала старая пластинка, разносившаяся из комнаты мастера на другой стороне гильдии. Оттуда же в комнату проникал запах благовоний, той отличительной стороны гильдии Чешуи Змеи Девы.       — Скоро ты присоединишься к нам? — не сколько с интересном, как просто чтобы заполнить пустоту, спросил Леон.       — На самом деле, как бы не хотел, но бюрократия заставляет затянуть этот момент. Пока не найдут нового кандидата на моё место, я не могу покинуть пост Советника. А как посмотреть, Председатель не сильно с этим торопиться.       — Удерживают тебя, пока могут?       — Да, я не скажу, что выгоден Председателю, но лучше уже мой нейтралитет, чем неизвестность. Всё упирается в незнание. И, быть честным, не так много уважаемых людей рвутся в Совет. Потеря контроля сильно сказалась на репутации.       — Хм, я даже не заметил этого, — Леон смотрел в любую точку, но только не на Джуру. Последний привык к подобным показательным «встречам», поэтому просто продолжал наслаждаться чаем и атмосферой гильдии.       — В кругах волшебников слабо заметно, а вот среди управляющих лиц сильно. Совет сначала потерял полный контроль над Охотниками, чья отличительная черта была в беспрекословном послушании, а после и ситуация с Хвостом феи. Все всё понимают.       — Удивительный мир, все всё понимают, но делают вид, что ничего не знают.       — Это правда поражает, — усмехнулся Джура.       Леон неохотно оторвал свою спину от спинки и наклонился вперёд, навалившись на колени.       — Ты решил им помочь.       — Кому?       — Сам знаешь.       — Если ты про помощь Хвосту феи, то ты владеешь правдивой информацией.       На лице Леона появился недовольный прищур.       — Ты уходишь из Совета вроде как в погоне за покоем, но тут же ввязываешься в более опасную авантюру. Тебя не понять умом.       Джура мягко улыбнулся и посмотрел на мага. Словно выставив ледяные иглы, Леон принял оборонительную позу в этом разговоре, готовый в любой момент парировать аргументы беспричинными колкостями и недовольством.       — Все эти полгода Эльза носилась подобно белке в колесе. Она искала поддержку у других, прикладывала к этому много усилий. Я думаю, что всё же они заслуживают помощи, тем более им только позволь, как они сами вытащат себя наверх.       — Ты слишком добр к ним.       — А сам? Вроде как ты во время сражения принял сторону Хвоста феи.       — Тс-с, минутная слабость, — Леон скрестил руки на груди и вновь откинулся в кресло. Он отвернулся от Джуры, не желая смотреть в его глаза, потому что имел малое сомнение, что этот взгляд способен переубедить мага созидания.       — Однако это было.       — Было бы жалко, если бы Фуллбастер подох так глупо. Он должен прожить эту жалкую жизнь и убедиться в своей ничтожности.       — Какие… прекрасные слова поддержи, — Джура усмехнулся. Всё это были лишь отговорки, так он считал. За ледяным замком на сердце Леона всё же трепетал огонёк беспокойства за своего друга. Старого, но всё же друга, когда-то павшего во тьму.       — Тебе не понять.       — Да, ты никогда не рассказывал. Может быть, посвятишь меня в такие тонкости?       Леон недовольно посмотрел в сторону Советника, но достаточно быстро заговорил:       — По его глупости погиб наш учитель. Лишь он виноват в смерти Ур. И знаешь, он до сих пор не признал этого. По этой причине я просто не могу его простить.       — Как трагично.       — Не то слово.       Вновь тишина и звуки музыки где-то позади. Однако колкий холод пронизывал воздух, состоящий из запахов пряных трав и благовоний. Джура всё же не смог разгадать до конца своего друга, какого его истинное мнение по поводу Грея, какие чувства похоронены глубоко в душе. Леон всегда отличался сдержанностью по отношению к своим настоящим эмоциям и переживаниям, может быть и кажется, что он делится своими впечатлениями по-настоящему, но это лишь ложь, украшенная щепоткой правды. Всё настоящее слишком далеко, рукой обычного человека не дотянуться, даже Скале Джуре.       — Не хочешь присоединиться ко мне?       — Нисколько.       — Это помощь не Грею, а всему Хвосту феи.       — По этой причине тоже.       — Почему?       Леон тяжело вздохнул, будто бы Джура спросил его о чём-то настолько банальном и логичном, что объяснять это было бы пустой тратой времени. Однако люди не умели читать мысли, как минимум люди в этой комнате.       — Я не желаю помогать Хвосту феи, пока они не перестанут скрывать правду.       — Часто я совершенно теряю нить разговора, — Джурра поставил опустевший стакан на край стола и положил ладони на ноги, на этот раз приняв более грозный вид, — о чём ты говоришь?       — Джура, не будь наивен, — Леон усмехнулся.       — Говори.       — Вот сражение на границе, на неё пришла куча солдат и их командующие, но никаких врагов не было. Напротив, Хвост феи, а после и их Убийцы. А потом бац, — Леон показательно щёлкнул пальцами, — как по чьему-то велению появляется огромный дракон. И вот он убит. Кто-то помнит вообще детали этого сражения кроме Джерара? Или Охотников, которые ушли в отставку?       — Лишь совпадение, не более. Тем более только на стороне Хвоста феи были Убийцы, логично, что Хвост феи победил Дракона.       — Всё слишком красиво.       — Однако это факт.       — Или красивая постановка.       — Ты слишком много думаешь об этом, — Джура устало поднялся со своего места. Вечный холод Леона утомлял, особенно когда он был настолько загружен какой-то идеей.       — А может быть ты слишком мало? Я не буду помогать Хвосту феи, пока всё остаётся в этом виде. А это значит, что я буду последним человеком, который протянет им руку помощи. Может, даже никогда.       — Тебе не стоит зацикливаться на чём-то одном. В отличие от тебя, Хвост феи двигается вперёд, — последние произнесённые слова звучали очень грубо, словно каменные глыбы, обваливающиеся с вершины горы и стаптывающие путника. Однако Леона нисколько это не задело. Он был верен своим мыслям, своим сомнениям и своей вечной обиде.