Низвергнутые 2. Треснувший мир

      Место скорби. Оно всегда отличалось своей отчужденностью от мира событий. Здесь не было суеты обыденности, время замедлялось, тянулось густой смолой, вытекающей из раненого векового дерева. Задержись здесь живой человек, как он терял стремление к подвигам настоящей жизни, будто бы его сковывала бесконечность ожидания.       Никто не любил кладбища. От них веяло лишь скорбью и трухой.       Однако нельзя быть хорошим человеком, забыв о покинувших близких. Есть такие, кто решил жить лишь своей жизнью и не оборачиваться назад. Нельзя их винить в желаниях отступить дальше от дыхания смерти, но от этого человек не будет хорошим. Он будет неплох, но не хорошим.       Такой философии придерживался юноша, потерявший многих в раннем детстве. Пожалуй, мало кто задумался, какую трагедию пережил Ромео. Будто бы его бедствие стерлось в одно мгновение, когда он выбрал свой путь, не тот, что грезили ему его родители и друзья. Возможно, даже его наставники. Точнее, те, кто самовольно назвались его учителями, не спросив мнение юного мага.       Он приходил сюда часто, действительно чаще, чем все думали. Многие годы сожаления и отчуждение суеты отравляли его душу, когда его нога ступала на землю мертвецов. Но Ромео уже привык к подобному вкусу горечи на своём языке.       Говорить что-то было сложно. Вся его жизнь состояла из службы. Рассказывать про работу на Совет? Не на этих могилах, его проклянут ещё с того света (так он считал). А большего в его жизни не происходило, он жил один, все близкие отвернулись от него, называли предателем и изменщиком. К таким словам он, казалось, привык, но всё равно обида разрывала его изнутри. Он же не настолько плох?       Возможно, сейчас он сделает верный шаг. Желает ли он его? Сам Ромео не мог дать себе ответ, чего он хочет от жизни, впереди не было цели, а дороги назад были потеряны. Ему некуда возвращаться.       Почти.       — Знаешь, отец, — было неловко говорить с каменной плитой, которая никогда не ответит на его слова, — в Совете мне уже нечего делать. Возможно, есть смысл стать капитаном армии, хах, меня даже приглашали, — Ромео усмехнулся своей мысли. Всё же его заслуги заметили, а может дело было в нехватке кадров. Но лучше не впадать в уныние и придерживаться первой версии.       — Но мне уже не хочется служить Совету, не знаю, как так вышло. Не хочется думать, что эта долгая борьба забрала стольких людей. Надеюсь, ты там выпиваешь с Каной. Она…       Ромео замолчал, глянув на новую могилу рядом. На ней лежали цветы, обычные розы, такие же страстные как Альберона, и также способные уколоть своими шипами.       — Не должна была погибать. Никто вообще не должен был погибать.       Потянувшись рукой к земле, Ромео опустился на одно колено. Влажная. Недавно прошёл дождь, от чего сверху земля насытилась водой, однако копни пару сантиметров ниже, земля будет подобна песчаному камню. Лето даже мёртвых не жалело.       — Я вернусь в Хвост феи. И попытаюсь начать всё заново. Возможно, ранее я выбрал неправильный путь, но, — лёгкая улыбка от тёплых воспоминаний коснулась его губ, — в своём наставнике я не ошибся. Спасибо, что выслушал меня.       Мёртвые любят тишину. Но иногда даже усопшим приятно услышать знакомые голоса, пускай без возможности откликнуться на них.

***

      — Тук-тук, — повторила Люси, пародируя постукивание пальцем о дверной проём. Внутри пахло непривычно ярко и пряно, от чего в первые секунды хотелось зажать нос и откашляться. Но стоило пройти мгновению, как аромат показался приятным и чарующим, пусть даже чрезмерно страстным.       — Да, заходи, — отозвалась Титания. Она краем глаза убедилась, что в гостях у неё именно та особа, а после продолжила заниматься своими делами.       — Милая, выглядишь супер. Куда собираешься? — Люси быстро окинула непривычный образ Алой, мысленно заполняя подробную анкету и вынося итоговый балл образу. Увидеть Титанию без брони было уже событием, а если ещё в праздничной одежде, то можно было идти играть в казино с такой удачей. На Алой был бордовый комбинезон, почти в точности повторяющий оттенок крови. От оголённой шеи с узким декольте глаза скользили вниз, по свободному крою, который подвязывался на талии, подчеркивая её. Дальше комбинезон «стекал» в широкие брюки, которые лишь слегка не дотягивались до пола, обнажая каблуки. Эльзе шли праздничные наряды, да и в платье она смотрелась неплохо, но этот строгий образ со своими изюминками казался точным попаданием в характер волшебницы.       — На встречу.       — Не называй свидание встречей, Эльза, — Алая посмотрела на вальяжно рассевшуюся Люси через зеркало, несколько минут просверлила её холодным взглядом, но после продолжила подбирать украшения к образу, сидя за туалетным столиком. Последний, между прочим, тоже был подарком, Алая никогда бы не раскошелилась на подобную мебель, но как подарок принять согласилась.       — Хорошо, на свидание.       — Я серьёзно попала? — удивилась Люси. Она думала, что подобную информацию из Титании она будет доставать щипцами.       — Хватит. Расскажи про задание, отчёты я уже видела. — Выбор Алой остановился на небольшой серебряной цепочке, деликатно спадающей в вырез, уводя взгляд ниже глаз. Скорее всего выбор Эльзы оставался таким из-за схожего блеска серебра с блеском её излюбленных клинков. Замочек на цепочке не поддавался, Эльза уже начала злиться, как тёплые руки аккуратно забрали цепочку и защёлкнули замок. Люси поднялась со своего места, чтобы помочь в спешных сборах.       — Думала, тебе Грей всё рассказал. Ну, там нет ничего нового, задание было простым, размялись, показали свою силу, — Хартфелия оставалась за спиной Эльзы, всматриваясь в её отражение. Отчего-то не хотелось сводить взгляда со спокойных карих глаз, от которых не ожидаешь подлого удара.       — Это знаю. Что по информации.       — Ха, ничего! Догадки Джуры оказались пустыми. Или же, — Люси игриво подхватила прядь волос Эльзы, они были неистово алыми, будто бы впитали в себя кровь всех павших врагов, но при этом сухими и ломкими, — тебе бы пора и за волосами присмотреть. Ах да, возможно просто Шестерка хорошо скрывает информацию.       — Хочу придерживаться второго варианта, — Эльза податливо протянула Люси несколько заколок, как бы соглашаясь с помощью по укладке. Быть честным, в ухаживании за собой Титании была слаба, у Хартфелии было опыта явно больше, пускай и не самого приятного. Люси молча кивнула и смело взялась за работу. Эльзе незачем было убирать волосы полностью, они прекрасно дополняли её образ, только вот заколоть их в нескольких местах не помешало. Или же полностью оголить статную шею. Второй вариант больше понравился Люси, поэтому она воодушевлённо начала расчёсывать непослушные волосы и укладывать их в причёску, придерживая заколки во рту.       — Да, возможно так и есть. Но пока у нас ничего нет.       — А что по Союзу? Есть продвижение?       — Ну… — протянула Люси и жёстко оттянула голову Эльзы, причём совершенно случайно, от чего Титания дернулась, однако на её лице не дрогнул ни один мускул, — большая часть против нас. Однако сам Джура настроен позитивно, мне удалось расположить большую часть магов из Пегаса к нам, тут мне помог Хибики.       — Удивлена, что у тебя с ним хорошие отношения.       — Это у него хорошие отношения со мной. Точнее, хорошее отношение ко мне. В общем, мне это сильно помогло, пока Грей держался особняком.       — Не сильно удивлена по поводу Грея, хотя возлагала на него надежды, — холодно отозвалась Эльза, внимательно наблюдая за процессом творчества в зеркале. Люси успела приметить не одну подарочную коробочку с украшениями, которые сейчас были выставлены для выбора. И когда он только успел? Мысленно она лишь подбодрила Джерара, видимо он решил действовать во всех направлениях, в поисках слабых точек. Насколько знала Люси, он смог подкупить Эльзу не только украшениями, но и сладким, хотя сколько у него было попыток в других сферах… Страшно думать.       — Ну, ему нужно время, я думаю он разморозится к другим. Только важно его по совместным заданиям мотать.       — Ты этим и займёшься. — Люси больно кольнула Эльзу шпилькой, та даже внимание на это не обратила.       — Не только со мной. Можно его хоть с Гажилом отправлять, тоже пойдёт на пользу.       — И это тоже будет. У тебя на сегодня ещё какие-то планы?       — А ты хотела пригласить меня третьей лишней? — усмехнулась Люси. Она почти закончила укладывать непослушные волосы Титании. В итоге они прекрасно складывались в низкую укладку, подчёркивающую солидность и статность Эльзы.       — Нет, просто интересуюсь.       — Я поеду на встречу с Кагурой.       — Так поздно?       — Да, она может лишь вечером, мне несложно.       — Надеюсь, у вас сложится разговор, — Люси на несколько секунд застыла в раздумьях, но после продолжила наводить последние штрихи.       — Всё будет хорошо. Как минимум, я так настроена. Хочу видеть её в числе наших союзников. Ну как?       Руки Люси наконец-то оторвались от алых локонов, и Эльза смогла рассмотреть причёску немного ближе. Некоторые пряди неряшливо выбивались из общей копны волос, но это добавляло пикантности. Наверное, к такому образу подошёл бы макияж, но это было бы уже выше сил Титании.       — Мне нравится. И кстати, хотела поблагодарить тебя.       — За причёску? Да я только за, лишь бы ты уже пошла на это свидание.       — Нет, за другое. Спасибо, что поддержала меня в разговоре с Греем.       Эльза продолжала смотреть на Люси в отражении, будто бы так можно было увидеть настоящие эмоции человека. Однако Хартфелия на несколько секунд задумалась, растерянно смотря в ответ.       После её взгляд приобрел решимость.       — Знаешь, я всегда поддержу тебя перед другими, — Люси наклонилась ближе, заглянув в отражение через плечо Эльзы.       Её взгляд стал холодней и строже, это был не холод Титании, а совершенно иной, с чёткой границей и стержнем.       — Однако наедине я буду всегда напоминать тебе о твоих грехах. О том, что ты пошла по головам, о том, сколько крови на твоих руках, и о том, что ты пала. Я буду твоей тенью и твоей кармой, которая не отпустит тебя до самой смерти.       Эльза слегка улыбнулась.       — Тогда я благодарна тебе вдвойне.

***

      Нельзя назвать это чувство волнением — это будет не точное описание всего спектра эмоций, которые испытывала Хартфелия. И в то же время она ничего не испытывала. Полный штиль, перебиваемый периодическим беспокойством: не перепутала ли она адрес. Однако написанный на смятой бумажке адрес несколько раз обрывал её ненужное волнение. И после этого ничего. Эта встреча должна была иметь тяжелый подтекст, но в итоге беспокойство казалось лишним. Лишь встреча двух взрослых людей, не более.       Поднявшись по скрипучей лестнице на третий этаж дома, Люси подметила хороший ремонт здания по сравнению с другими. Пята Русалки располагался рядом с немногочисленным городом, поэтому и дома здесь были хилыми. Однако бывшая Охотница подобрала себе подобающее жилье, не самое роскошное, но приятное для жизни.       Лениво постучала в дверь. На несколько секунд её сердце всё же предательски ускорилось, пропустив пару тактов. Однако это было просто волнение от новой встречи, она часто его испытывала, больше по привычке оставаться одиночкой. После стука всё вокруг погрузилось в зыбучую тишину, от которой было мерзко, хотелось оттолкнуть её от себя. Как назло хозяйка долго не открывала, а может, просто не услышала стук. Хартфелия уже занесла руку для повторного удара, как замок заскрипел, а после дверь податливо отворилась внутрь.       — Здравствуй, прости за ожидание, — Кагура быстро отступила в сторону, пропуская гостью.       — Да ничего, — от спешки Кагуры Люси стало немного неловко. Хотя она слышала о жажде Кагуры подчиняться правилам, даже принятым лишь для приличия в обществе.       Решение бывшей Охотницы провести встречу не в каком-то кафе, а дома, слегка удивило Люси. Она связалась с ней письмом в гильдию, и ей достаточно быстро пришёл ответ от самой Кагуры. Ссылаясь на забитый график работы в гильдии, она предложила встречу в конце рабочего дня. Хартфелия не особо возражала подобному предложению, плюс можно было избежать рабочей атмосферы и свести разговор к менее деловому тону. Однако при этом Хартфелии пришлось смириться с нахождением с Охотницей наедине. Хоть и прошло полгода, Охотники для Хвоста феи были самыми главными врагами, с которыми по собственной воле они не скоро бы встали на одну тропу.       Даже дома Кагура выглядела грозно и исполнительно. Она кратко указала на комнату и последовала туда, не торопя Люси. Квартира была обставлена слабовато, будто бы в стиле минимализма, только несколько катан висели на стене в роли украшения (или не только украшения).       — Как продвигаются дела в вашей гильдии? — отстранёно начала Люси. Кагура молчаливо поставила кипятиться воду для чая, на столе стояли сладости. Ну хоть за попытку свести их разговор к приятному чаепитию Люси могла поблагодарить. Охотница не была обязана как-то устраивать их встречу, поэтому в воздухе ещё не витало тяжёлое напряжение.       — Пята Русалки, как и все светлые гильдии, сильно пострадала от закона. Многие маги не могли развиваться, поэтому ушли на службу армии. Сейчас нам приходится буквально с нуля выстраивать отношения с заказчиками.       Кагура присела напротив, её взгляд был спокойным и пустым, будто бы даже эта встреча была чьим-то приказом.       — Как и все гильдии. Я общалась с магами из других гильдий, они жаловались на такие же проблемы. Придётся первое время потрудиться. — Руки Люси не находили себе покоя. То их хотелось держать на коленях, то положить на стол, то скинуть на подлокотник или подпереть ими тяжёлую голову. Осознание пришло.       Она сейчас наедине с опаснейшим врагом гильдии, которая своими руками прикончила многих товарищей. Хартфелия мысленно отметила, что атмосфера вокруг Кагуры чем-то напоминала ей ту, которую создавал Драгнил при их первом разговоре в кабинете. Но если Драгнил заполнял собой пространство полностью, плотно и безжалостно, забирая воздух, от чего было чувство, что даже дышать можно лишь с его позволения, Кагура так не могла. Во-первых, они были в её доме, который ассоциировался с уютом и безопасностью, да и теперь Кагура с Люси не были врагами, а Кагура давно уже была не при исполнении. Однако сбежать от собственного волнения, смешанного с неловкостью, Люси уже была не в силах.       — Хвосту феи сейчас тяжелее всего, как я понимаю, — тише подметила Кагура. На языке Люси застряла пара слов, колких и грубых, которые она хотела кинуть, но её перебил свист чайника. И хорошо. Люси не хотела бы грубить, она понимала, что Кагура сейчас не желает ей зла, но слышать подобные комментарии от бывших палачей было иронично.       — Да. Мы начинаем всё с чистого листа, а это куда тяжелей.       — Мне кажется, для вас это не чистый лист.       — Что, прости? — Люси не совсем поняла рассуждения Кагуры. Та в свою очередь уже успела налить чай и поставить чашку перед заклинательницей.       — Вы начинаете не с чистого листа, а на разрушенных руинах. И это куда сложней, потому что нужно определить, какой фундамент следует оставить, а какой, прилагая большой труд, снести.       — Если рассуждать так, то, да, ты права, — Люси уткнулась в кружку. Она не может дать себе ответ, что чувствует в этот момент. Злость? Раздражение? Лёгкий страх? Волнение? Разговор шёл слишком просто, будто бы между ними никогда ничего не было.       — Наверное, мне стоит начать, — принялась Кагура, причём голос её стал ещё серьёзней.       — Лучше к делу.       — Да, тоже верно.       Кагура поставила кружку на стол, их разговор приобрел деловой тон, от чего наоборот стало легче. Только их обсуждение совместной работы, ничего больше, Люси тихо выдохнула.       — Хвост феи сейчас в затруднительном положении из-за отсутствия каких-либо связей. В нашем современном мире тяжело быть отрезанным. Пята Русалки тоже сильно потеряла за последние семь лет, поэтому союзы с другими гильдиями приветствуются. Однако, — Кагура на секунду задержалась, взглянув в глаза Хартфелии. Они были непривычно спокойные, — гильдия ещё не готова к открытому союзу с Хвостом феи. До этого наша гильдия не пересекалась с Хвостом феи, а сейчас после событий Закона это выглядит, так сказать, ещё лживее. Поэтому мне нравится ваше предложение в союзе магов, я могу представлять интерес своей гильдии. И если этот союз будет удачен, моя гильдия готова рассмотреть Хвост феи как кандидата для ближайшего союза.       Её речь была слажена и подготовлена. Она не запнулась, полностью выразила свои интересы и сторону гильдии, у Хартфелии не было вопросов. Что ещё ожидать от исполнительного молодого капитана? Точно никаких умалчиваний.       — Я поняла тебя. Что же, это заманчивое предложение для моей гильдии. Союз магов уже начал работу, мы понемногу собираем различных волшебников, в том числе как раз для поддержания деловых отношений между гильдиями. Думаю, ты сможешь найти себе союзников и из других гильдий, которые смогут предложить союз. Конечно, напомню, что союз хоть и деловое предложение между гильдиями, в первую очередь, как считаю я, это дружеское объединение с доверием к друг другу.       — Я понимаю, что такое союз, Люси Хартфелия, — кивнула Кагура, выслушав замечание.       — Давай просто Люси. Нам же работать вместе.       — Тогда просто Кагура.       Чай был горьким, его было невозможно пить. Или же такое впечатление складывалось из-за компании.       — Я почти полностью даю своё согласие на союз, но, — Люси ждала этого, подвоха, который должен был быть. Если бы Кагура была согласна полностью, то согласилась бы на предложение Эльзы или же Джуры. Однако она оставалась при своём мнении, её что-то не устраивало.       — Какие-то вопросы?       — К чему этот союз? Хвост феи мог бы претендовать на союз от других гильдий через полгода, думаю, на тот момент вы бы настроили отношения с заказчиками, набрались бы хорошей репутации. Однако вы наскоро строите союз магов. Понимаю, что это выгодно, но к чему такая спешка.       Стало легче.       — Всё просто. Мы хотим как можно быстрее свергнуть Сынов Отчизны. Даже будучи тёмной гильдией Хвост феи был в плохих отношениях с гильдиями-основателями, на данный день — тем более. А сейчас время перемен, самое уязвимое время для светлых гильдий. Союз нужен в первую очередь для защиты, а после уже и для активных действий против тёмных гильдий, которые успели окрепнуть за последние несколько месяцев с ослаблением армии.       Кагура несколько минут сидела в тишине, выслушав предложение Люси. Будто бы что-то не складывалось в её голове, от чего Люси начала испытывать не сколько волнение, сколько раздражение. Для Кагуры не было никакого риска вступить в союз, единственное, что она может потерять — своё время. Но при этом она может прорекламировать свою гильдию в союзе, а Пята Русалки была не такой уж известной гильдией, чтобы с ними желали сотрудничать такие столпы магического мира как Чешуя Змеи Девы и Саблезубый тигр.       — Звучит заманчиво. Думаю, этот союз будет мне полезен, — наконец-то ответила Кагура. Ещё одно важное дело было закончено, можно было возвращаться домой и наконец-то отдыхать после суматошных дней.       Несмотря на законченность темы, разговор будто бы не был закончен. Обе волшебницы это чувствовали, и даже знали, о чём может пойти разговор.       При этом Люси была в квартире наедине с Охотницей, эти мысли не отпускали её. Присмотреться, как на каждой стене висели церемониальные клинки и канаты, видимо, Кагура увлекалась коллекционированием оружия. Наличие в каждой комнате острого режущего предмета нисколько не успокаивало Хартфелию, наоборот, заставляло чувствовать себя в ловушке. Будто бы сейчас на неё накинутся и выпотрошат как беззащитного оленя. И это были вполне обоснованные страхи.       Перед Люси сидела убийца с многолетним стажем.       — Есть ещё одно дело, — Кагура начала первая. Давно пора. Люси, насколько бы сильной не была, начинать разговор не желала. Если Кагура не готова к нему, то зачем Люси тратить на неё собственные силы, а уж тем более волноваться и переживать.       — Слушаю, — ей нужно было спокойствие. Она изображала спокойствие, но его не было.       — Ещё на балу я хотела встретиться с тобой, Люси. Мне не удалось тебя найти, к сожалению.       — Я была занята другими делами, — и хорошо, что она ретировалась с бала. Наверное, на тот момент разговор с Кагурой для неё был бы тяжёлой ношей, испортившей настроение. Даже Драгнил не пожелал портить настроение Люси, избежав лишних обсуждений. Люси призналась себе после, что это было очень мудрым решением с его стороны.       — На тот момент я хотела выразить своё восхищение тобой как магом. Ты смогла победить меня, пускай и с чужой помощью, это мало кому удавалось. Я поражена.       — Ах, вот в чём дело. Я сама удивлена, — резкое раздражение. Не сейчас говорить о бое, о том, кто кого и сколько раз ударил. Это отвратительно. Волнение и какая-то неловкость, накопившаяся внутри, начала постепенно сменяться злостью. Да, она могла и злиться как обычные люди, в данный момент разговор зашёл не в ту сторону.       Перед ней всего лишь убийца. Но именно на её руках кровь Леви — единственной, что заняла место в сердце Люси настолько глубоко.       — И я бы хотела принести свои искренние извинения за гибель Леви. Это было сражение на смерть с самого начала, однако с того дня я чувствую себя подавлено, — Кагура немного запнулась, — я убивала людей, но этих людей я считала злодеями. Они таковыми и являлись. Однако в том сражении я действительно пролила кровь невинного человека.       — Мы были преступниками, — сухо подметила Люси. Теперь была её очередь отвечать холодом на искренность.       — Вы были преступниками незаслуженно. Быть честным, королю просто нужны были жертвы. И нужна была цель, чтобы держать армию в узде.       — Так к чему ты ведёшь?       — Мне не понять твои чувства, Люси. Но я бы хотела попросить прощения у тебя за причинённую боль. Я не верну мёртвых, но могу помочь оставшимся живым. Поэтому я долго отказывала Хвосту феи.       — Чтобы сказать это мне?       — Да. И, быть честным, я в лёгком замешательстве. Ты так легко согласилась на встречу со мной, даже дружелюбна. Я ожидала немного иного, даже не знаю, как объяснить.       Только вот теперь Кагура вместо спокойных и живых глаз встретила холодные, наполненные даже не злостью, а презрением. Хартфелия смотрела не на своего врага, в ней не читалось присущей враждебности злости. Она смотрела на человека, который был не достоин.       — Я принимаю твои извинения. Но не прощаю. Кагура, я не хочу тонуть в ненависти до собственной смерти, но я не принимаю тебя. Я буду злиться на тебя, осуждать твои действия, возможно, ближайшие несколько лет ненавидеть. Но мне больше жалко тебя.       — Жалко?       — Да. Ведь ты даже не можешь понять, насколько сейчас отвратительно выглядишь. Я не настолько хороший человек, я буду презирать тебя, пока ты не докажешь искренность своих чувств. Но ты сильным маг, который нужен моей гильдии. И мы будем союзниками, я буду улыбаться тебе, помогать, спасать, если потребуется. Однако ты убила мою подругу, я этого никогда не прощу.       — Достойный ответ.       — Надеюсь, — Люси медленно встала, — мы скоро встретимся на совместном задании. Может, мне потребуется протянуть тебе руку помощи, и я с радостью тебе её подам. Мне не нужны новые смерти и чужая боль.       — На этом наша встреча окончена? Или есть какие-то вопросы? — прямолинейно спросила Кагура, наблюдая за уходящей Хартфелией.       Люси просто отмахнулась рукой. Ей не хотелось отвечать на столь примитивный разговор, ей просто не о чем говорить с Кагурой, как минимум не в таком состоянии. Квартира показалась скучной и пустой, будто бы заброшенной. Такое можно объяснить лишь тошнотворным отвращением.       Выйдя на улицу, Люси наконец-то почувствовала опустошение от своих негативных эмоций. Как бы она не хотела поступать настолько паршиво, дело было уже свершено. С её стороны было грубостью так колко отзываться на искреннее удивление Охотницы, но по-другому Люси не смогла. Эмоции всё ещё держали над ней верх, по крайней мере, она так и оставалась живым человеком со своими слабостями.       Пожалуй, ещё долго Хартфелия не сможет вести спокойные разговоры наедине с Кагурой, рядом с ней веяло смертью, а в носу застревал противный металлический запах. Она не забыла чувство боли и опустошённости. И липкость на своих руках. И, как для Кагуры она будет являться напоминанием об убийствах Охотницы, так для Люси Кагура будет напоминанием её слабости и беспомощности. Всё же Люси до сих пор винила себя в том, что не смогла сберечь дорогого человека.

***

      За окнами красовался закат. Члены Совета часто задерживались на своём рабочем месте, поэтому наблюдать за алым небом было привычным делом.       — Ты уже спешишь? — шутливо подметила вошедшая внутрь Уртир. Её никто не приглашал, не давал разрешение на вход, она просто действовала в своих интересах, особенно в стенах этой комнаты, будто хозяин дал ей полное право распоряжаться своими покоями.       — Да, не хочу опаздывать, — Джерар обеспокоенно поправлял ворот на новой одежде, сильно отличавшейся от привычного вида. Всё же не всегда ходить в выбеленном плаще, тем более в нём он привлекал слишком много взглядов. Мельком он взглянул в отражение Уртир в зеркале, но после вернулся к непослушной одежде. Сдавшись, он небрежно расстегнул пару верхних пуговиц — всё же новая модель ворота не подходила к общему образу, как бы он его не мучил.       — Опаздывать? Неужели у тебя встреча? — Уртир по привычке властно расселась на диване, однако что-то в её образе было чужим. Пока что Фернандес не мог заметить, что конкретно мозолило его взгляд.       — Да, у меня есть дела помимо собраний. Имеешь что-то против?       Он наконец-то отвлёкся от своего образа и вернулся к рабочему столу. На нём лежали несколько документов, которые он заботливо сложил в стопку, а после подхватил записную книжку.       — Я надеялась поймать тебя после работы ради хорошей компании, но, видимо, зря я не забронировала настолько популярного Советника.       — Ну, время теперь спокойное, — Джерар что-то ещё убирал по местам. Наверное, он просто пытался растянуть разговор с Уртир, при этом не показывая своей заинтересованности. А может, он просто хотел поддержать порядок на столе, как всегда и делал.       — Теперь тебе придётся договариваться со мной заранее, уж прости, — усмехнулся маг. На несколько секунд он застыл, всматриваясь в ехидный взгляд Уртир. Всё равно ничего.       — Жаль. Неужели в Магнолию?       — Не понимаю, к чему ты клонишь, — он улыбнулся сильней, — но было бы паршиво с моей стороны предлагать столь скудный городок для проведения вечернего досуга. Не спорю, он милый, но не предел совершенства, — Джерар слегка навалился на стол, продолжая зрительную борьбу с Уртир. Она не отворачивалась от него, потому что ненавидела проигрывать.       — Буду иметь в виду. Что же, после посвятите меня в планирование на неделю вперёд, может, выкраду вечерочек для дружеской встречи.       — Непременно.       Повисла тишина, не столь неловкая, сколь тягучая, наводящая противную тоску.       — Не хочу показаться грубым, — Джерар отстранился от стола, — но мне пора уходить. И закрывать кабинет.       — Секретики храним, что ли? — усмехнулась Уртир. Она поднялась с дивана и вальяжно направилась к выходу, доставив лёгкое облегчение. Джерару не придётся придумывать сотню причин, чтобы выставить коллегу за порог кабинета. Однако в проёме Уртир остановилась.       — Может мне волосы перекрасить, к примеру, в красный? Тогда будет больше шансов.       Джерар раздражённо усмехнулся. Пожалуй, ему не следует так часто показывать свои настоящие намерения, но почему-то рядом с Уртир у него не срабатывал привычный механизм сдерживания.       — К твоей бледной коже прекрасно подходит тёмный цвет твоих волос, Уртир. А если тебе так важно, то я составлю целое расписание моего свободного времени на неделю вперёд.       Он слегка подтолкнул волшебницу из кабинета, и она свободно выпорхнула, по инерции пройдя ещё несколько метров вглубь, пока Джерар проворачивал замок и накладывал чары. В коридоре было уже темновато, потому что основное освещение было выключено в целях экономии. Это странная черта Совета, но в последнее время на освещении и всяких удобствах Совет пытался экономить, возможно, было урезано финансирование со стороны короны, от чего ещё не был распределён бюджет. Джерара не сильно волновали деньги Совета, главное, чтобы это не мешало его работе.       — Будь добр найти мне время. И, конечно же, передавай привет Эльзе. Наверное, нам следует как-нибудь встретиться, — Уртир ехидно подмигнула, а после пошла дальше по коридору, не дожидаясь ответа от Джерара.       — Вновь груб, но надеюсь, вы не встретитесь.       Джерар ещё несколько минут обдумывал явление Уртир, которая за последние полгода стала видеться с ним реже. Он часто пользовался своим положением и пропадал из Совета на встречу с Эльзой, по причине желания поговорить с Алой и нежелания находиться в обществе акул. Сам он был, конечно, не лучше, но за последние несколько лет подобный стиль жизни ему приелся, хотелось чего-то обыденного.       Может, по этой причине он неосознанно избегал разговоров с Уртир, потому что боялся, что потерял свою сноровку. Или же она ассоциировалась для него с тяжёлыми временами тёмных дел и подпольных действий. Джерар просто тряхнул головой, потому что вся рабочая суета должна была остаться в стенах Совета. Впереди лишь приятный отдых и ничего более.

***

      В подобном заведении было немного посетителей: кого-то отпугивала богатая обстановка и экстравагантное место, кто-то пугался высокого ценника, а кто-то подчинялся стереотипам. Однако ресторан с простым названием «Сад лилий»* считался одним из лучших заведений Фиора. Сидя за столиком в ожидании, Эльза смогла понять концепцию подобного заведения — роскошь и вкус. Может, ценник был выше среднего, но ароматы от соседних столиков витали изумительные. Ничто не мешало восприятию вкуса, интерьер был гармонично расставлен, чтобы зрители (ни в коем случае не обычные посетители) могли любоваться настоящим представлением и эпопеей вкуса. Её не смущало подобное заведение и почти полное отсутствие денег, взятых с собой, она просто наблюдала за людьми.       Пока к ней не возникало лишних вопросов, ей незачем волноваться.       — Прости, в этот раз я действительно заработался, — лёгкое прикосновение к плечу вывело Эльзу из медитации, но она не сразу оторвала взгляд от умелых рук пианиста. Джерар присел напротив и подозвал официанта.       — Могла бы уже что-то заказать, — он суматошно пробежался глазами по меню, однако нечего было скрывать, что он знал его наизусть. Его жизнь не обделила деньгами и тягой к роскоши.       Эльза всё ещё не понимала, к чему была подобная спешка. В первые минуты они будто бы принадлежали двум разным мирам: Эльза существовала в мире тягучего и медленного времени, где спешить было грехом, когда Джерар после опоздания пытался нагнать упущенное.       — Я не столь голодна, решила дождаться тебя.       Джерар уже на автомате назвал свой заказ и добавил к нему бутылку красного вина, когда Эльза несколько минут сомневалась в выборе блюд. Чуткий официант подсказал с выбором и удалился. Пока Эльза возилась с названиями и пониманием состава блюд, Джерар пытался вжиться в неторопливую меланхолию «Сада лилий», которую он любил. А также он почти безотрывно изучал образ Эльзы. На его памяти уже не было дня, когда бы Титания сняла свою броню. Быть честным, Джерар был готов к тому, что Алая и сюда заявится в железном одеянии.       — Что же, можешь рассказать какую-то ерунду по работе?       — Не могу, — Джерар еле сдержал улыбку, — так поражён твоим образом.       — Сохрани этот момент в памяти, Джерар, потому что он будет исключением, — без усмешки парировала Эльза. Ей казалось замечание Джерара шуткой, когда он действительно с восхищением смотрел на монохромный образ Алой. А особенно его взгляд порадовал кулон, который он же ей и подарил.       — Сам ты тоже не в белом плаще, как всегда. Удивительно.       Выбор Джерара остановился на классическом костюме с удлинённым пиджаком серо-синего цвета, глубокого и дорогого. Рубашка была необычного кроя, особенно воротник, от чего он и злился. В костюме было идеально всё, кроме воротника. Вряд ли Эльза обратит внимание на подобную деталь, всё же замечать детали было в стиле Фернандеса.       — Можешь тоже занести этот день в исключения, — усмехнулся Джерар.       Наверное, у каждого мальчишки в детстве была мечта сводить ту самую в дорогой ресторан, где он сможет позволить скупить все блюда, которые она пожелает. Для Джерара это была обыденная цель, которую он решил выполнить независимо от обстоятельств. И спустя долгие годы можно было гордо поставить галочку напротив этого пункта.       Впереди ещё множество трудностей и сложностей, которые потребуется преодолеть, но шаг вперёд сделан.       Под мелодичную музыку приглашённой труппы, вкусную еду и прекрасную выпивку разговор постепенно потёк складно и плавно, от одной темы к совершенно другой, не цепляясь за детали. Было приятно говорить, тем более Джерар удивился с того, как легко разговорить Алую под алкоголем. Возможно, дело было не сколько в вине, сколько в приятной атмосфере и чувстве облегчения, которое постепенно наваливалось на уставшую от обязанностей Эльзы.       Она чертовски устала за семь лет Закона, но ещё больше она устала за последние год, когда лишь ей одной приходилось подчищать убитую репутацию Хвоста феи. Джерару льстило, что именно его компанию она выбрала для времени отдыха.       — Быть честной, давно я не прогуливалась по вечернему городу, — после пары часов в ресторане и сотни тем разговора оба пришли к согласию по поводу прогулки. Воздух не был иссушающим, наоборот, он наконец-то наполнился влагой и прохладой, которой не хватало в течение дня. Эльза наотрез отказалась оставаться в городе, ей было важно вернуться в Магнолию, поэтому они плавно перемещались в сторону ближайшего вокзала, где была ещё пара отправлений.       — Пора бы уже вводить данную традицию в недельный план, — Джерар аккуратно подал руку Эльзе, когда они подошли к резкому спуску, однако она по привычке просто пошла вперёд, даже не заметив помощи. Джерар лишь усмехнулся привычкам Алой.       — Может быть, но пока что рано заговаривать про отдых.       — Не стоит себя настолько сильно нагружать, Эльза. Как человек, который работает уже последние десять лет на постоянной основе, советую тебе сбавить темп.       — В этих словах есть смысл, — Эльза поправила прядь, под конец вечера пара непослушных локонов всё же выпали из её прически. Однако, стоило похвалить Хартфелию за её старания.       — Я говорил, что тебе идёт красный?       — Когда-то говорил, что у меня алые волосы.       — Они тебе тоже идут. — Эльза лишь слегка улыбнулась на замечание Джерара. За весь вечер пускай она и стала немного разговорчивей, сдержанность не покидала её. И это нравилось Джерару, нравилось идти с ней рядом и ловить еле заметную улыбку после сотни комплиментов, или же короткий взгляд. Он был ещё неуверенным, в нём читался холод и сомнения, а сама Титания явно держала дистанцию. Однако лёд треснул, и этого невозможно изменить.       — Это не заставит меня носить комбинезон постоянно.       — Жаль, а я так старался. Что же, тогда постараюсь запомнить твой образ в деталях.       Проходящие мимо люди засматривались на пару. Наверное, в подобранных оттенках они выглядели максимальными противоположностями, однако у Эльзы и Джерара было куда больше общего.       — Что-то новое произошло в гильдии? А то забыл спросить, — Джерар отмахнулся от надоедливой мошки, а после вальяжно расстегнул пиджак. Хотелось кожей впитать прохладу на следующий день, потому что жара вновь вернётся, никто этого не отменит.       — Да, есть одна новость. Заходил Ромео утром, может помнишь такого.       — Сын Макао Конбольта, он же служил в армии, в подчинении Охотников. Лейтенант Драгнила, если не ошибаюсь.       — Да, он самый. Кстати, тоже огненный маг. Он хотел вернуться в гильдию.       — И что же? — слегка обеспокоенно поинтересовался Джерара, потому что в тоне Эльзы невозможно было отыскать ответ.       — В Хвосте феи недостает магов, поэтому я ему не отказала. Тем более за него поручилась Биска, всё в старых традициях.       — Ты уже давно решила его взять?       — Да. Ещё до Биски. Мне казалось, что он вернётся, на самом деле.       — И после этого ты называешь себя железной леди, — тепло усмехнулся Джерар.       — На что ты намекаешь? — Эльза недовольно глянула в сторону Советника.       — Будь ты по-настоящему строга, вряд ли взяла бывшего лейтенанта Охотника к себе в гильдию, это может пошатнуть твой авторитет. Есть риск, и всё это, — Джерар слегка наклонился в сторону Эльзы, чтобы придать его словам особый антураж, — ради человечности.       — Может быть, в этом поступке есть риск. Но я не должна отворачиваться от тех, кто нуждается в помощи.       — Быть честным, я не сильно верю твоим словам. Понимаю, грубо с моей стороны.       — Я и сама им не верю. Но думаю, это первый шаг для меня, чтобы оставить свой бесчеловечный лик в прошлом.       — А это уже похоже на правду.       Их разговор вновь зашёл в другую сторону, скользкой змеёй просачиваясь через повседневность. Они говорили, только в голове Джерара застряла какая-то тема, пугающая его. Он всё хотел её затронуть, но язык каждый раз не поворачивался. Вновь и вновь его одолевала паника.       — К слову, ваш фестиваль довольно скоро?       — Да, торговцы готовы провести его через пару недель. Точная дата есть, но она может съехать.       — Первые дни августа, так?       — Да. Четвёртое число. Можешь посетить фестиваль, я же вроде тебя уже приглашала. Возможно, этот вечер тоже станет исключительным, — Эльза усмехнулась, пальцами проведя по серебряной цепочке на груди. Хоть образ был непривычен для неё, ей он нравился, какой-то шарм чувствовался за всем этим нарядом.       — Буду ждать. Кстати, ещё кое-что хотел сказать, — неприятная сухость в горле.       — Да? — её взгляд был прост и прямолинеен, однако в этот вечер какая-то искра загорелась в нём. Хотелось запечатлеть этот момент на всю жизнь, день.       — Да ерунда. Хотел пожаловаться, что вновь куча работы навалилась, и всё к началу августа. Но к фестивалю точно разгребу.       — Я не сомневаюсь. Вряд ли ты упустишь шанс встретиться со мной. И в этот раз я приглашаю тебя на встречу.       — Даже так? Я думал, что ты будет с другими магами, я поражён наповал.       — Я ещё могу передумать, — пригрозила Эльза, от чего с уст Джерара слетел лёгкий смешок, напоминающий нервный.       Этот вечер не должен был заканчиваться паршиво. По этой причине он не смог сказать ей, что всё же пересекался с Драгнилом.