Низвергнутые 2. Треснувший мир

      Вроде служба звала, но голова была не настроена переваривать сотни отчётов. По этой причине Джерар решил нарушить свой режим, прогулявшись по городу. Для него не удивительно было ловить на себе взгляды зевак, однако прохожие не беспокоили его, поэтому он полностью погрузился в свои мысли.       Всё, что его беспокоило — разговор с Яджимой. После разговора в его сердце поселилась искра сомнения и тревоги, которая со временем потихоньку разгоралась. Это не был бушующий огонь, который мог бы заставить Джерара поступить необдуманно и эмоционально, он чувствовал себя спокойно в любой ситуации и держал разум холодным. Но в минуты отдыха он не мог расслабиться, в голове проскальзывали горестные воспоминания, которые хотелось забыть или же смягчить. К сожалению, моменты прошлого с золой и болью впечатались в память.       Стоило ли на этом обострять своё внимание или же все сказанные Советником слова лишь додуманная теория, не стоящая потраченных вечеров размышлений? Джерар пока не мог дать себе ответ, он понимал, что сам он не найдёт его. Лишь кто-то иной мог развеять его сомнения, но от этой мысли становилось ещё хуже.       Отвратительно, когда ответы на вопросы невозможно достать из книг или же истории, сохранившейся в деталях и реликвиях. Джерар мог бы часами изучать литературу в библиотеке, выискивать отсылки, возможно, попросить кого-то о помощи в подобном деле, ту же Уртир (хотя с ней стоило быть аккуратней) или же даже Эльзу. Но сейчас ответы были лишь на чужих устах, и только желание другого говорить могло прояснить сомнения.       Джерар устало потёр переносицу, ему не стоило так грузиться перед работой, потому что он вышел наоборот проветриться и забыться. Вокруг была не самая оживлённая улица, нижние этажи домов были усеяны лавками и магазинами. Однако нигде не было ярких вывесок, бросающихся в глаза, потому что давно по указу короля на больших улицах и тех, что уводят в центр, магазины должны быть вписаны в общий ансамбль фасадов домов. Это действительно привело столицу в порядок, теперь по её улицам было приятней гулять. Но и взгляду было сложно зацепиться за что-то одно. То подвешенные горшки с вьющимися цветами, еле заметные узоры на бортиках домов, слегка запылившиеся витрины, за которыми были то механические изделия, то книжные полки, знакомый шарф, старые книжные полки и…       Джерар замер на минуту. Через помутневшее стекло старой лавки он видел знакомые черты, но не его ли эта фантазия, так жутко желающая найти ответы на свои вопросы. Джерар ещё не знал, как правильно ему понимать ситуацию, однако его подсознание сделало шаг за него, пробив всё тело дрожью. Лишь на секунду, но Джерар ощутил, как падает в необъятную бездну, теряя самообладание, как по его коже пробегаются мурашки, а сердце, пропуская такты, уносится вдаль. Ему было страшно? Лишь на мгновение, но собственная тревога взяла верх, окутав волшебника забытым чувством обречённости.       — Драгнил? — крикнул от удивления Джерар на всю улицу, слегка забывшись. Ему нужно было что-то сделать, чтобы заставить своё тело избавиться от ложного страха.       Проходящие мимо люди обернулись на воскликнувшего Советника, от чего Джерар почувствовал себя дикарём. Однако он быстро сорвался на бег и подбежал к лавке, бесцеремонно открывая старинную дверь. Продавец и по совместительству хозяин лавки буквально подскочил на месте от резко ворвавшегося воздуха и залетевшего мага.       Это был он. От чего конкретно волновался Джерар уже было не понятно, но он устало усмехнулся, а затем быстро насторожился.       — Что ты здесь делаешь? — сразу же сорвалось у Фернандеса. Он ещё переменчиво дышал, потому что сердце почему-то не желало успокаиваться.       — Мне что, нельзя совершать покупки? — Драгнил даже не повернулся и продолжил выкладывать перед продавцом выбранные книги. Мужчина за прилавком ещё чувствовал напряжение от неожиданно появившегося гостя, но спустя время продолжил принимать товар.       — Нет, конечно, — Джерар осознал комичность своего волнения и появления в антикварной лавке. Он слегка поправил плащ и спокойно пошёл к прилавку. — Но знатно удивлён встретить тебя здесь.       Джерар жестом поздоровался с продавцом.       — Мне повторить вопрос? — Драгнил устало заложил руки в карманы брюк. На этот раз на нём была более гражданская одежда, от чего его было непривычно видеть. Он не отказался от плаща, но на этот раз он был с обоими рукавами и просто тёмного цвета без золотой окантовки. Весь его образ теперь выглядел обычно, кроме никогда не покидавшего его шарфа.       — Я уже понял. Однако я удивлён, и…       — Что-то нужно? — Драгнил грубо перебил Джерара, раздражённо посмотрев в его сторону. Видимо, он совершенно не был любителем случайных встреч.       — Я проходил мимо и увидел тебя, мне нельзя здесь находиться? — Джерар использовал тот же приём, что и Нацу, от чего Драгнил лишь цокнул, но ничего не ответил. — Не думал, что ты ценитель литературы и антиквариата, хотя…       С последним, наверное, он полностью промазал.       — Не вижу ничего странного, — скорее всего настроение Нацу испортилось с появлением Советника. Или же он всё время был раздражённым.       — А, ладно, забудь, — Джерар устало облокотился о стойку, мельком перебрав книги и какие-то безделушки взглядом, — прости, конечно, но сказки?       — Это не мне. Я немного расстроен, ведь видел здесь не так давно хорошую книгу, уже как несколько раз её упускал. Отложил эту покупку, и вновь её скупили до меня.       Он действительно выглядел расстроенным, ну лишь слегка. Джерар мысленно усмехнулся такой мелочи.       — Позвольте я оплачу, — Джерар опередил Драгнила, который после оглашения цены полез во внутренний карман плаща.       — У меня вообще-то есть деньги.       — Зато у меня их больше.       — Факт, — Драгнил пожал плечами, больше не пытаясь сопротивляться странной любезности Советника. Джерар не задумываясь рассчитался, явно превысив общую сумму, и пока он отсчитывал купюры, Драгнил забрал покупку и вышел на улицу.       — Благодарю, — Джерар одарил продавца своей фирменной улыбкой и быстро поспешил следом.       Такой шанс выпадает чертовски редко, поэтому будет глупостью упускать Драгнила — единственного, кто мог хоть как-то прояснить ситуацию. Кто-то может сказать, что у Джерара было много времени во время службы Совету, когда Охотников ещё не отозвали, но именно в этот период Драгнил умело избегал любых пересечений. Он был явно не из болтливых людей.       Почти людей.       — Если не тебе, то кому? — Джерар нагнал Драгнила, который спокойным шагом направился вниз по улице, небрежно перекинув пакет с книгами через плечо.       — Я от тебя просто так не отвяжусь, да? — Нацу краем глаза посмотрел на поравнявшегося с ним плечами Советника, который поспешно кивнул. Обречённо выдохнув, Драгнил лениво продолжил:       — Старому другу.       — Прости, у тебя есть друзья? — искренне удивился Джерар, слегка наклонившись вперёд.       — Ты меня ещё оскорблять собрался?       — Нет, просто я не думал, что ты привязываешься к людям. Всё же для тебя время течёт по-другому.       — В этом ты прав. Но и я не единственный, для кого сменяются эпохи.       — Удивлён, но, наверное, так и есть.       Джерар замолчал, а Драгнилу было комфортнее не говорить ничего. Они прошли ещё несколько кварталов в полной тишине, Драгнил был явно занят чем-то своим, потому что он будто не замечал идущего рядом Советника.       — У меня, наверное…       — Отвечать на твои вопросы не буду, не пытайся, — сразу перебил Нацу. Трудно было не догадаться, что у Джерара накопился целый список неизведанного.       — Почему так сразу?       — Поверь мне, не на все вопросы тебе нужны ответы, — Драгнил говорил уверенно, будто бы наперёд знал всё о своём собеседнике. Люди почти не меняются с прошествием столетий. И каждый тип людей ведёт себя предсказуемо.       — Возможно, на некоторые вопросы, касающиеся очень давнего прошлого, мне и не следует знать ответов.       — То, что люди потеряли в своей истории, так и должно оставаться потерянным, ты не глупый для этого, — если в первые минуты нахождения рядом с Драгнилом Джерар чувствовал беспокойство, то сейчас тревога куда-то уходила. Наверное, обыденность Драгнила чем-то успокаивало.       — Я уже смирился с этим. Но у меня есть вопрос, который сильно беспокоит меня. И он касается именно меня.       — Даже заинтересовал, — усмехнулся Драгнил, — ну валяй, попробуй.       На мгновение поймав на себе взгляд зелёных глаз, Джерар вновь почувствовал присущую образу Драгнила тревогу. Сколько раз он сталкивался с хищным взором Драгнила во время службы в Совете, как часто он напоминал ему, чтобы он был аккуратней с двойной игрой?       — Это относится к Райской твердыне. Именно про последний день в системе, когда Совет атаковал её, — Драгнил заметно сбавил темп шага, но всё ещё беззаботно изучал окружающий пейзаж, будто бы находился на простой прогулке.       — И что конкретно тебе не даёт покоя? — теперь было неприятно слышать спокойный голос Драгнила. Это не простое событие, как какая-то встреча или потасовка, в тот день решались судьбы сотен людей.       — Информация про другие башни. Четыре из семи были уничтожены, в отчётах указано самоуничтожение, но на самом деле Совет не знает точной причины, — Джерар всё ещё чувствовал себя не на том месте, но больше его раздражало абсолютное спокойствие Драгнила.       — И? Что ты хочешь? Ты так и не назвал своего вопроса.       — Ну ты же что-то знаешь о той организации?       — Конечно, очередные сектанты, — бодро ответил Драгнил, показательно зевнув, — вера в старые сказания, культ личности, обожествление, что я больше всего не люблю. К сожалению, людям нужна вера, и они вправе выбирать её, но подобные байки далеки от реальности. И конечно, методы подобного сброда отвратительны.       — Я не про это, — спешно отмахнулся Джерар, но на место раздражённости быстро ступила нога тревоги, когда на него посмотрели строгие глаза.       — Так задай вопрос. Я жду.       Джерар остановился. Не сразу это заметив, или же просто не придав этому значения, Нацу сделал ещё несколько шагов, но всё же последовал примеру мага. Он обернулся, наблюдая за тем, как Советник начинает терять контроль над ситуацией. А вроде был обычный разговор.       — Те четыре башни были сожжены. Ты их уничтожил?       — Да.       Быстрый ответ, от которого Джерар оторопел. Драгнил даже не задумывался? Он вновь почувствовал страх перед личностью Драгнила, потому что сейчас он смотрел на него холодными и спокойными глазами, и более никакой эмоции. Джерару пришлось с силой сжать свои пальцы ладони, чтобы почувствовать отрезвляющую боль, которая на небольшое мгновение собьёт страх.       — Там были живые люди.       — Считай себя удачливым человеком из тех трёх уцелевших башен, — Драгнил развернулся и пошёл дальше, однако Джерар не спешил его догнать.       Так просто? Признаться об убийстве сотен неповинных людей и пойти гулять по улицам дальше? Джерар когда-то боялся Драгнила лишь из-за силы, но теперь этот страх охватывал куда больше. Было тревожно и в то же время противно. Бравый образ строгого и расчётливого Охотника окропился кровью. Но Джерару нужны были ответы.       — Там были живые люди, Драгнил, — Джерар нагнал Охотника и на эмоциях одёрнул его руку, но тут же потерял свой напал и судорожно сглотнул, когда его быстро усмирил раздражённый взгляд. Но Нацу только одёрнул руку обратно, заложив в карман, и быстро вернул себе спокойствие.       — Согласен, это чрезмерно большие жертвы. Но на это есть свои причины. Как минимум, время и силы, если спасать задержанных, то это заняло бы много времени и сил, тем более приближался Совет.       — Тогда зачем ты вообще трогал базы, если рядом был Совет, — Джерар был возмущён, напуган и зол одновременно. Сложно было передать все чувства, которые кипели в нём.       — Совет не справился бы с семью одновременно. Он и три еле осилил, при том, что корабли от поверженных баз отправились на подмогу к другим.       — Подожди, на той базе, где был я, не было сильных проблем. Я прямо не в гуще событий был, а в заточении, но всё же.       — Тебе нужно поблагодарить не поникший дух остатков на этой базе, в том числе Алую, за поднятый бунт. Суматоха прямо перед нападением Совета очень помогла. А если бы почитал свои отчёты внимательней, — Драгнил краем глаза глянул на злившегося Джерара, который начинал остывать, — то в твоей памяти бы сохранился тот факт, что с теми базами пришлось тяжело. Выживших десятка два, не больше, и это при подкреплении.       — Хорошо, признаю, Совет мог не справиться со всеми башнями, но разве эти жертвы стоят такого? Тем более как это относится к времени?       — Ну мне же нужно как-то добраться до башен, потратить время на их уничтожение, тем более у меня же нет… — Драгнил разговорился, но тут же осёкся. — В общем, мне нужно было больше времени. Вряд ли бы Совет жил спокойно, зная, что где-то есть настолько сильный маг, про которого они ничего не знают.       Джерар некоторое время внимательно смотрел на Драгнила, который явно что-то не договаривал. Но из него не то, чтобы пытками вытащить информацию невозможно, он может и сам устроить пытку просто так.       — Считаю всё равно это неоправданными мерами, — Джерар заложил руки за спину. Ему оставалось просто благодарить свою судьбу за то, что ему повезло не попасться на пути у Драгнила.       — Я назвал лишь одну причину, — продолжил Драгнил.       — Разве может быть что-то ещё?       — Сами люди.       — Я уже не понимаю, — устало ответил Джерар. Впервые у него появилось желание прекратить разговор, развернуться и уйти от Драгнила. Пускай он не доберётся до истины, сейчас его наполняло только разочарование в какой-то высшей идее. И вправду, лучше иногда не знать.       — Оставлять в живых жертв порабощения на самом деле опасно. Насилие порождает лишь насилие, а ненависть никогда не покидает человеческого сердца. Ты солжёшь мне, если скажешь, что до сих пор не хочешь отомстить за загубленное детство.       — Возможно, в этих словах есть логика, но не так много, чтобы она оправдывала убийства.       — Я не оправдываюсь, — спокойно парировал Драгнил, в его словах действительно не было и капли раскаяния, — но люди, пережившие заключения, могут как поддаться соблазну отмщения, что бывает часто, так и перенять взгляды своих господ. Ведь часть заключённых пускай и страдала от постоянной работы и нечеловеческого отношения к ним, могла верить в иллюзорный мир под началом тёмного мага. Эта вера схожа с болезнью — она заражает всё, к чему прикоснётся. И если у человека слабый «иммунитет», узкий кругозор и нет иной веры, он поддастся единственным оставшимся убеждениям в голове.       — Люди действительно таковы?       — Ну я всё же прожил жизнь подольше твоего, — Нацу вскинул бровь и хотел что-то добавить, но сдержался, увидев подавленного Фернандеса. Это была не самая удачная прогулка перед работой.       — Тогда логичней уничтожить всё, — Джерар поднял взгляд, которым до этого изучал брусчатку. Так было проще побороться с беспокоящими мыслями.       — Да, в этом тоже есть смысл, но всё воля случая. За большей частью пострадавших присмотрел Совет, это было мудрым решением: дать людям хотя бы что-то для начала их новой жизни. Впервые я не критикую Совет, а хвалю, это редкость, знаешь ли.       — Зачту за комплимент.       — Старый Совет, не тот, что сейчас.       — Мог бы и промолчать.       — Но даже так Совет не спас всех, — Джерар нахмурился, потому что об этом он тоже не догадывался.       — К чему ты клонишь?       — Не всех людей удалось спасти от их ненависти, знаешь ли. Хотя, может эта деталь ускользнула от тебя? Быть честным, немного разочарован, потому что думал, что уж про Райскую твердыню ты разузнаешь всё.       Джерар не обратил внимания на укор со стороны Драгнила, это даже не звучало каким-то оскорблением, потому что по тону можно было понять — в этой теме Драгнил действительно ответит на все вопросы, которые позволяет ему его планы. Что-то было покрыто тайной, потому что раскрывать её невыгодно для Драгнила, но что-то было на поверхности для древнего мага и глубоко закопано для лучшего члена Совета.       — Я посвятил большую часть своей жизни разгадыванию тайн Райской твердыни, но когда-то отпустил эту прошлое.       — В общем, верное решение, тут поддержу, — усмехнулся Драгнил, — часть заключённых Системы-R стали магами, ты знаешь некоторых из них. Многие пошли по правильной дороге, но не все. Шестёрка, к примеру, состоит полностью из детей твердыни.       — Шестеро просящих?       — Да, именно они. Тот же Эрик или Ричард. Совет их спас, у них были неплохие способности, поэтому они приглянулись не тем людям, кому следовало. Так их и перетянули на кривую дорожку, но конечный выбор всегда был за ними, — Нацу развёл плечами, ему слегка наскучила долгая прогулка, которая явно уже нарушила его задуманный маршрут, поэтому он присел на ближайшую скамейку. Джерар воздержался, оставшись выше Драгнила, только вот уверенности это не придавало ему, наоборот, взгляд Саламандра из-под низа заставлял почувствоваться себя не на том месте.       — Не тем людям? Про кого ты? — Джерар скрестил руки на груди, пытаясь перебрать в голове всю информацию по тёмной гильдии, однако информация даже в распоряжении Совета была скудной.       — А вот это уже предстоит разузнать тебе. Ну или Хвосту феи, пожелай им удачи.       — Ты…       — Догадался. Предсказуемо, что Председатель поставит какие-то условия Хвосту феи, учитывая поворот с Тартаросом. И что Алая выберет Шестёрку в роли своей цели тоже ожидаемо. Я даже, можно сказать, дал жирную подсказку, где искать зарытую собаку, — он небрежно закинул ногу на бедро и опрокинулся на скамью, ожидая реакции Джерара. Всё же было какое-то удовольствие от лицезрения удивлённого и сконцентрированного Советника.       — Нужно будет обдумать этот момент. Но всё равно, я не верю во все эти причины, и чтобы у тебя не хватило сил спасти людей.       — Джерар, — Драгнил усмехнулся и наклонился вперёд, всматриваясь в напряжённое лицо Советника, — когда ты милосерден, ты обязательно платишь за этого дорогой монетой. Я уже давно усвоил этот урок.       — Не мне говорить, но нельзя быть настолько холодным человеком и придерживаться мира.       — Согласен, это не обязательно, — Драгнил встал и поровнял с Джераром, чем немного напряг последнего, — ты можешь быть милосердным, но при этом нужно иметь силу, чтобы удержать всё в своих руках и отвечать за свои поступки. Возможно, ты сможешь пойти по этому пути, это сложно. Либо же тебе следует стать холодней, жертвовать чем-то. В этом мире нельзя добиться чего-то, не заплатив, лишь в сказках так. Решать тебе, а на сегодня хватит.       Джерар до самого конца не сводил взгляда с холодных зелёных глаз. Они всегда были настолько холодными? Но как Драгнил повернул в другую сторону, он откинул лишние мысли.       — Хвост феи на самом деле обязан тебе, ты сильно помог.       — Столько же и принёс бед, — поправил Нацу, недовольно развернувшись. Он действительно планировал уже уйти от разговора.       — Я думаю, всё равно тебе были бы в каком-то смысле рады. Ромео возвращается в гильдию.       — Это хорошо, — слабо улыбнулся Нацу в ответ, — но вряд ли я там появлюсь. Мне пора исчезнуть из этой эпохи, — он развернулся и медленно пошёл дальше, поправив свой шарф.       — В начале августа будет фестиваль урожая, в Магнолии, где Хвост феи, — Джерар уже начал кричать вдогонку.       — В Магнолии? — слегка обернувшись, переспросил Драгнил. Он остановился, чем порадовал Джерара, всё же он смог его хоть на немного задержать. Почему-то было ощущение, что иначе это будет действительно последняя встреча и последний шанс разобраться в том, что происходит вокруг.       — Да, это город гильдии. Я приглашаю тебя, если ты не против.       — Больше нет, чем да, — Драгнил на прощание махнул рукой и ускорил шаг. Джерар больше не знал, нужны ли ему какие-то ответы, потому что в голове творился настоящий хаос. Однако под самый конец он не чувствовал страха или отвращения к Драгнилу как в самом начале, будто бы перед ним не стоял жестокий убийца, а был просто мудрый человек, совета которого давно не хватало в жизни Советника.

***

      Находиться в этой комнате было почему-то волнительно. Пока руки Венди умело перебирали склянки на полочках, пальцы Люси отбивали дробь по столешнице. Наверное, этот звук раздражал чуткий слух Венди, но она не обращала внимания на волнение Заклинательницы. Для некоторых волшебников Хвоста феи Эльза предусмотрительно выделила комнаты, например, для Кинаны, которая испытывала затруднение с жильем, была своя небольшая комнатка, а также рабочий склад с припасами. У самой Эльзы тоже был свой кабинет, но она также часто сидела на балконе гильдии, чтобы быть в курсе свежих новостей. Большая часть же магов придерживалась нахождения в общем зале, потому что теперь у каждого из них есть свой дом, да и теперь не нужно было скрывать информацию друг от друга. Наверное, так маги Хвоста феи могли стать честней и ближе.       — Думаю, готово, — подытожила Венди, посмотрев на переливающуюся зеленоватую жидкость в баночке.       — Прекрасно, — Люси поспешно убрала руки на колени. Она ещё сомневалась, нужны ли ей подобные меры, но усталость давала о себе знать.       — В общем, — Венди подошла к столу, выложив на него целую охапку вещиц, — кошмары в первую очередь могут быть как из-за стресса, так и из-за переутомления. Первое, — она подняла указательный палец, от чего Хартфелия притихла, — постарайся больше отдыхать и не перетруждаться, меньше волнения — крепче сон.       — Так, — кивнула Люси, ожидающая другие этапы.       — Дальше лучше обустроить обстановку, успокоить тебя, в этом помогут травяные свечи, — Венди выдвинула вперед несколько толстых восковых свечей, в который отчетливо виднелись вкрапления травяных соцветий, — их не сложно сделать, поэтому не жалей, каждый раз, когда ты дома, а особенно по вечерам, зажигай свечи, лучше ещё часто проветривать помещение перед этим.       — Учту, — Люси взяла в руки свечу и принюхалась к ней. Она пахла лесной поляной и корой деревьев, ей нравились подобные запахи.       — Можешь ещё пить эту настойку, она не самая вкусная, поэтому просто заедай едой, тоже поможет успокоить нервы.       — Ага, — волшебница охотно подтянула к себе стеклянную бутылку с жутковатой жидкостью. Её она не стала нюхать, иначе точно отобьётся желание пить.       — Ну и напоследок, самое сильное, что пока тебе можно, — Венди уже несколько раз до этого предупредила об осторожности, — травяное снотворное. Оно не опасное, но всё же нежелательно прибегать к таким мерам. Плюс я ещё не уверена, вызывает оно привыкание или нет, я просто смягчила дозу компонентов в сильном составе. Эффект должен быть надежным, но не долгим, как раз на ночь. Однако советую принимать его не каждый день, два-три раза в неделю будет достаточно.       — Хорошо, — Люси аккуратно взяла то самое средство, над которым копошилась Венди дольше всего. — Спасибо большое за помощь, в последнее время кошмары просто покоя не дают. Я не буду злоупотреблять, обещаю, но иногда мне нужен крепкий сон. Однако снотворное точно поможет?       — Конечно, люди видят сны, когда спят не очень крепко. А если ты крепко заснёшь, ничего не будет, — Венди улыбнулась и покосила голову на бок.       Уловить тот момент, когда из хрупкой и стеснительной девочки Венди превратилась в уверенную и способную всегда помочь девушку Люси не успела. Последние годы жизни хоть и тянулись густой смолой, сейчас казались слишком мимолётными.       — Быть честным, не знала, что ты так хорошо разбираешься в травах.       — Во время Закона я решила занять себя чем-то, пока была вдали от гильдии. Это оказалось не так сложно, поэтому теперь я могу помогать людям не только своей магией, — было видно, как она вдохновлена своим увлечением. Или же оно увлекло её из-за своей отречённостью от людей?       Люси признаётся себе, что какое-то время она пренебрежительно относилась к Венди, особенно после происшествия с Леви. Однако со временем эта колкость пропала, углы сгладились, и она смогла вновь разглядеть в юной волшебнице желание помогать всем. Во время последнего сражения Хвоста феи Венди помогла сотням военных, которые уже не могли продолжать сражаться. И это действительно спасло кому-то жизнь. Пожалуй, некоторым вещам Люси требовалось научиться у более юной волшебницы.       — Я думала, что тебе как Убийце неприятно работать с таким количеством трав.       — О, нет, что ты, — Венди смущённо отмахнулась и поправила прядь волос за ухо, — наоборот моё обоняние помогает при сборе трав, большую часть я собираю сама в лесу. Хотя некоторые настойки действительно очень наваристые, сильно бьют по носу, но я уже привыкла.       — Теперь уж ты точно по праву займёшь звание медика Хвоста феи, — Люси улыбнулась, пока складывала все лекарства, «выписанные» Венди.       — Ты так думаешь? — смущённо спросила Венди.       — Конечно. Твоя магия способна исцелять людей, а теперь ещё можешь латать людей с помощью зелий, всякие продолжительные болячки и тому подобное.       — К сожалению, не все болезни поддаются лечению, — Венди опустила глаза, в её движениях почувствовалась скованность. Разумеется, это не скрылось от Люси, которая перестала методично складывать свечи в сумку.       — В этом мире нет ничего абсолютного, — Люси тихо обогнула стол, чтобы оказаться по одну сторону со смутившейся Венди. Она и забыла, что в первую очередь перед ней была юная девочка, увидевшая не самую сладкую сторону человечества. С детства за Венди была назначена погоня, она только смогла найти себе друзей и определиться с будущей целью, как её крылья жестко оборвали.       И из-за общей ненависти не все в гильдии принимали Убийц, и ещё меньше людей задумывались об их участи. Половина из них была всего лишь детьми.       — Я не могу вернуть тех, кого уже потеряла. И не могу излечить раны, оставшиеся на сердце других людей, — Венди вела себя сдержанно, медленно подбирала слова, теребя руками низ своего пиджака. На ней так и осталась привычная одежда из рубашки, пиджака и шорт, которые когда-то ей подарила Кана. Наверное, с того момента это были её любимые шорты.       — Я вижу каждый день последствия этих ран, какими стали люди из-за них, какими стали из-за потерь. И чувствую жуткую вину.       — Это никогда не была твоя вина. И никто не посмеет обвинить тебя в чём-то. — Мягкая рука легла на плечо, однако Венди не поднимала задумчивого взгляда. Лишь эмоционально подкусила свою губу, столь несвойственно для спокойной Небесной волшебницы.       — Я просто часто думаю, скольких я могла бы спасти, будь я рядом.       — Эй, — Люси нежно подтянула к себе Венди за подбородок, улыбнувшись покрасневшим глазам, — ты сделала всё, что смогла, и даже больше. Не будь тебя совсем, сдайся ты раньше, мы бы многих потеряли. И каждый из Хвоста феи это понимает, каждый благодарен. И никто не винит тебя, — она наклонилась ближе, перейдя на шёпот, — я точно не виню тебя, лишь благодарна. Иди ко мне.       Заметив, как Венди из всех сил сдерживает давно таившиеся эмоции, Люси просто подтянула к себе Марвелл, пряча в объятьях. У самой Люси от признания Венди глаза были на мокром месте, благо в комнате было слабое освещение и блеск на глазах был не заметен. Венди податливо шагнула навстречу и обхватила талию Заклинательницы, уткнувшись носом в районе груди. Ткань сразу намокла. Рука Люси методично поглаживала маленькую волшебницу по голове. Да, она давно уже была не маленькой, даже слишком давно, однако для Люси она всегда будет вечно улыбающейся девчонкой ниже её на пару голов, которая всегда радовалась возвращению магов в гильдию. И всегда будет помнить её смех. Она точно услышит его ещё раз.       — Мне очень нравится твой запах Люси, — шёпотом отозвалась Венди несколько минут спустя, когда эмоции немного утихли.       — Милое замечание.       — Быть честным, мне нравятся оба твоих запахов, — Венди отстранилась, смущённо улыбнувшись.       — Ах, точно, — вновь пальцы машинально нащупали кольцо. Обычно ей было неприятно, что каждому было дело узнать подробности или напомнить о подарке, но замечание со стороны Венди не показалось ей раздражающим, наоборот, очень даже милым.       — Кстати, а вот Гажил постоянно бесится, это настолько сильно заметно? От меня, что ли, несёт другим человеком?       — Нет, не переживай, — Венди сделала шаг назад, чтобы не чувствовать неловкость от такого близкого общения. Хотя, похоже, все стены, которые могли остаться между ними, рассыпались. — Запах на самом деле еле заметный, как если бы ты недавно общалась с этим человеком. Но это слегка удивительно.       — Почему же, — Люси сама не заметила, что до сих пор не отпустила кольцо, его шершавая поверхность, перекатывающаяся в руке, и тепло успокаивали. В последнее время наедине с собой она делала так частенько.       — Обычно вещи не хранят так долго запах, он быстро выветривается. Но это кольцо сохраняет запах, скорее всего это не просто металл, или же на него наложены чары, но я их совершенно не чувствую.       — Я тоже, в этом кольце нет магии.       — Она есть, просто это не обычные заклинания, она не наложена поверх, а будто бы сама пропитала кольцо полностью. Я даже не представляю, как такое можно сделать, при том, что я неплохо разбираюсь в чарах.       — На самом деле, — Люси смущённо улыбнулась, — это самый странный и интересный подарок, поэтому я его ношу.       — Это очень мило с твоей стороны, — Венди аккуратно сложила ладони и мечтательно поднесла их к губам, — мне бы понравилось, если бы кто-то носил вещь с моим запахом, особенно если кто-то из близких. Для меня это очень важно.       На пару секунд на щеках Люси расцвели розы, однако Венди в этот момент задумчиво рассматривала пол и не заметила момент смущения Хартфелии.       — Люди всё равно не чувствуют запах, — она аккуратно уложила кольцо под рубашку, чтобы оно вновь незаметно касалось её кожи и мнимо оберегало.       — Да, я думала немного об этом. Мне кажется, это что-то из старых традиций мира, который был наполнен Драконами. Ведь у Драконов хорошее обоняние, я думаю, у них была традиция дарить какую-то вещь с собственным запахом своим близким. Или же очень близким людям, — Венди усмехнулась.       — Просто близким людям, — отрезала Люси с улыбкой на лице. — Подожди, тебе нравится этот запах? Тебе нравится запах Нацу?       — Странно, да? — Венди пожала плечами и протерла мнимую пыль со стола. — Он всегда мне не казался чужим, хотя с господином Драгнилом я пересекалась лишь раз за семь лет, ну и после во время сражения. Наверное, он просто пахнет как Дракон, люди все пахнут людьми, собаки собаками, так и с Драконами. Просто я этому не придавала значения, но это интересно. Как минимум, его запах мне внушал спокойствие. Хотя Гажил говорил, что ему отвратительно чувствовать запах Драгнила, но он может просто злится, что проиграл.       — Уверена, что он просто злится, — усмехнулась Люси.       — Кстати, когда я лечила господина Драгнила, у него тоже было два запаха, один его, а второй совершенно иной, я так и не смогла понять, что он мне напоминал. Он был очень слабым и отдавал землёй.       — Наверное, у него был кто-то дорогой, подаривший свой запах, — эта маленькая деталь вновь делала образ Драгнила менее пугающим для Люси. Она удивлялась, как быстро уходит злость и страх к личности человека, когда его образ обрастает деталями, особенно такими милыми.       — Скорее всего так. Кстати, я сегодня видела Ромео в гильдии, мне кажется, он ещё в зале, — Венди присела на стул рядом, чтобы хоть чем-то себя занять во время разговора.       — Правда? Я его даже не заметила. Мне казалось, ты не сильно разговорчивая с новыми магами.       — Да, но сейчас у нас много новичков, да и мне пора налаживать с волшебниками контакт. Я с ним поздоровалась, мы немного разговорились, — Венди сложила руки на колени, — он выглядит очень обеспокоенным, поэтому я с ним и заговорила, чтобы поддержать.       — Если он ещё в гильдии, я бы тоже не против с ним поговорить. Не пойдёшь со мной? — Люси наконец-то переложила все прописанные «препараты» в сумку и перекинула её через плечо.       — Да, давай, — Венди поспешно поднялась с места. Она не часто была такой оживлённой, хотя, наверное, она просто наконец-то стала вести себя по-настоящему, возвращая искренность.       — Тогда пойдём, у меня сегодня нет дел, — Люси махнула рукой, а после загадочно наклонилась чуть вперёд, прикрывая тыльной стороной ладони рот. — Может быть он знает грязные секретики своего капитана.       Венди засмеялась, а после поспешно последовала за Люси.       Хартфелия была благодарна Венди за то, что смогла наконец-то увидеть в ней настоящие эмоции и окончательно избавиться от своей обиды. Венди точно не была в списке виновников, и она сейчас, как и Хартфелия, нуждалась просто в разговорах среди близких людей.

***

      Хотя Хвост феи жаловался на малое количество магов, сегодня вечером зал гильдии был непривычно оживлён: конечно, столы не ломились от выпивки и закусок, а стены не сотрясались от смеха, но впервые просторный зал не казался пустым. Выйдя из тусклого коридора на свет, Люси упёрла руки в бока, разглядывая обстановку.       Надежда на возрождение не была напрасной.       С этой мыслью она улыбнулась и стала глазами пробегать по столикам, выискивая знакомую шевелюру. Ромео она видела вблизи лишь раз, после их встречи случались на расстоянии (и это было очень хорошо, учитывая его должность), однако даже одного раза хватило, чтобы запомнить внешность молодого лейтенанта.       — Так, вроде за тем столом, — Люси указала пальцем в зал, дожидаясь реакции Венди. Та прищурилась, чтобы внимательно изучить цель.       — Вроде это Ромео. Пойдём?       — Да, конечно.       Проходя по залу, Люси продолжала изучать состав. К сожалению, Грея она всё же не заметила, наверное, он ушёл на очередное задание, хотя сегодня его компания тоже бы пригодилась. Почему-то Люси чувствовала, как мог бы себя ощущать Ромео, и ему необходимо помочь. Да, даже просто улыбнуться или заговорить с ним было прекрасным решением и большим шагом к его адаптации. Кому-то всё равно на пришедшего мага, кто-то рад его возвращению, но найдутся и те, кто осудят его поступок, поэтому необходимо было показать, что осуждающих волшебников гораздо меньше.       Люси цокнула от недовольства.       — Что такое? — быстро среагировала Венди.       — Бикслоу здесь, не очень хороший знак, — на несколько секунд Люси задержала косой взгляд на дальнем столике зала, за которым расположился маг, небрежно закинувший ноги на стол. Он всегда выглядел странно, словно играл роль клоуна для своего господина, только вот в сражении с ним было не до смеха.       — Если здесь господин Бикслоу, то…       — Лаксус тоже где-то здесь. Не очень приятные гости, — Люси недовольно скрестила руки на груди. Одно лишь появление Лаксуса могло сильно подпортить настроение Хартфелии, потому что как минимум у неё самой были не самые сладкие отношения с ним. И не только у неё, он никогда не ассоциировался с чем-то приятным и цивильным, такой он человек.       — Он тоже член нашей гильдии, поэтому появление здесь его вполне оправдано, — Венди чуть отстала, легонько махнув в сторону какого-то знакомого, который слишком громко пытался привлечь её внимание. У Марвелл за несколько месяцев умудрились появиться фанаты, с которыми она была слабо знакома.       — Однако он хорошо может испортить настроение.       — И это верно.       Настигнув нужный стол, Хартфелия замолчала. Ромео ещё не заметил их приближения, потому что сидел к ним спиной и читал какую-то книгу. Он выглядел спокойней, чем надумала себе Люси.       — Очень интересная? — Люси тихо обошла стол и наклонилась немного ближе, чтобы волшебник смог её заметить.       Услышав чужой голос в своём окружении, Ромео дёрнулся от неожиданности и быстро поднял глаза. Лёгкий испуг сменился на удивление.       — Мисс Люси Хартфелия, так ведь? — он смущённо отложил книгу. Сразу было видно, что он не чувствует себя на своём месте, его движения были резкими и зажатыми.       — Верно, я присяду? — она не дождалась ответа и села напротив.       — Привет, — Венди обошла Люси.       — Привет, Венди. Рад тебя видеть.       — А меня, что ли, не рад видеть, — Люси усмехнулась, её позабавило, как Ромео, увидевший знакомого человека, моментально приобрёл уверенность, и как быстро потерял её после вопроса Хартфелии.       — Конечно, рад, я так…       — Не парься, я шучу. Ты же не против нашей компании?       — Нет, буду очень рад, — Ромео сложил руки на столе, попытавшись придать своей позе более расслабленный вид, но мелкие детали выдавали волнение в нём. Всем было ясно, что он скорее всего чувствует себя как на иголках, потому что не успел освоится. Но подобное ощущение было поправимым делом.       — Давай я пока закажу чай, чтобы разговор пошёл лучше. А вы поболтайте, — Люси быстро поднялась, оставив Ромео и Венди. Как минимум, с чаем действительно разговор может пойти проще, тем более если Венди начнёт беседу, то Ромео почувствует лёгкий настрой разговора и не будет таким скованным.       Хартфелия усмехнулась своим мыслям, что так рьяно хочет помочь парнишке освоиться в новом обществе, раньше она не была настолько заботливой. Прежняя Ключница просто бы проигнорировала появление кого-то нового, если бы вообще узнала, потому что на своём уме у неё были только бесконечные задание и ощущение отчуждённости от других. Возможно, в ней говорил голос Заклинательницы духов, которая только-только попала в Хвост феи. Она бы не отказалась от подобной руки помощи, когда кто-то просто бы заговорил с ней и вывел из её вечного отстранения. Тогда Люси подпускала к себе немногих людей, а если и общалась с кем-то, то лишь для приличия. Спустя годы можно сожалеть, что она так и не узнала настоящую сторону Каны, что отягощало жизнь Миры, которая дошла до крайних мер и о забытых историях многих других.       — Сделаешь три чая, Кинана?       — Да, поднесу, как сделаю, — она всегда улыбалась посетителям гильдии, её улыбка уже начала ассоциироваться с теплом и запахом дома.       — Не знаешь, что здесь забыл Лаксус?       — Не особо, — тише ответила Кинана, обеспокоенно взглянув на Люси, — он наверху с Эльзой.       — Поняла, что же, спасибо.       — Пока не за что.       Любое появление Лаксуса в гильдии оставляло неприятный осадок. За месяцы работы гильдии он явился сюда лишь пару раз, но каждый из них был запоминающимся и громким. Люси не понимала, откуда в Эльзе столько нервов, чтобы выносить разговоры с ним. Раньше при действии Закона у Лаксуса не было другого способа спастись, как подчиниться Эльзе и выполнять все её указания, но теперь у него не было причин и ограничений. Он никак не помогал гильдии, напротив, часто вредил своими выходками, перебарщивал с силой на заданиях, за что Эльзе приходилось направляться каждый раз в Совет и выслушивать долгие речи Председателя. Он был силён, но сейчас его сила была лишь балластом для гильдии.       — …тогда это был мираж, как мы после выяснили, — Ромео что-то оживлённо рассказывал Венди, не заметив возвращение Хартфелии.       — Чуть позже чай поднесут, — Люси пальцами отбила дробь по столу, чтобы мягко прервать разговор.       — Прекрасно, — Венди отвлеклась от прослушивания, улыбка не сходила с её лица. Видимо, Ромео был хорошим рассказчиком, раз разжигал такое любопытство, или же для Венди были важны не как сами истории, как умелая речь юного волшебника.       — Про что рассказываешь?       — Ах, это была исследовательская экспедиция два или три года назад, Король отправлял на исследование покинутых земель восточней от Фиора. Тогда к исследователям требовались военные, вот капитан и послал меня, — когда Ромео был увлечён какой-то вещью или разговором, его голос становился ниже, а слова плавно растекались, его голос было приятно слушать, — тогда немного расстроился из-за задания, но смена обстановки хорошо помогла, и так работы было много.       Ромео замолчал, почувствовав, что будто бы сказал лишнего.       — Не слышала об этой экспедиции. Она была секретной?       — Не совсем, но от газет скрыли основные детали, чтобы... да просто чтобы не вызывать подозрений, — речь его скомкалась.       — Странно, чем может удивить экспедиция? Не вижу ничего подозрительного.       — И правда, — неловко улыбнулся Ромео, сложив руки в замок перед собой. Он выпрямился, будто бы перед каким-то начальником.       — Ну и ладно, копаться в таких вещах бесполезно, правда? — Ромео только кивнул. Люси раздражал сменившийся тон их беседы, ведь буквально минуту назад всё было прекрасно, она бы и сама с удовольствием послушала про жизнь по другую сторону, её это нисколько не смущало. Однако Ромео считал иначе.       — Мисс Хартфелия, мне кажется, наша первая встреча не очень задалась, — чтобы совладать со своим волнением, Ромео опустил взгляд на собственные руки, заговорив медленней. Причину его смущения было не сложно разгадать.       — Просто Люси, на «ты», хорошо? Ты про задержание на складе, что ли?       — Выходит, что да. Мне слегка неловко об этом говорить.       — Ничего такого, это было раньше, тогда мы стояли на разных сторонах. Брось, сейчас мы маги одной гильдии. Тем более мне кажется, это не наша единственная встреча, — Люси задумалась, когда она могла ещё видеть торчащие волосы Ромео, потому что на её памяти было ещё пару случаев.       — При задержании гильдии, но ведь мы не пересекались, а после вроде нигде, — он задумчиво приложил руку к подбородку, жест показался знакомым.       — Ах, точно, не важно, забудь, — на балу Ромео так и не узнал Хартфелию, — как твои дела, как первые дни в гильдии?       — Всё хорошо, с позволения Эльзы я взял несколько одиночных заданий и закончил их успешно. У меня не было никакой проверки, но кажется, после этого Эльза была довольна, — Люси продолжала следить за его жестами. Кана всегда отзывалась о нём как о негодном парнишке, вечно находящем себе неприятности. Наверное, она была бы рада увидеть, насколько он вырос, как окреп его голос, какую уверенность приобрели его глаза. В мыслях промелькнула мысль, что зря Люси сильно беспокоится за Ромео, потому что он далеко не малый ребёнок, он даже был лейтенантом в сильнейшем отряде, руководил другими людьми, сталкивался с немалыми трудностями. Он должен быть хорошим магов и отличным бойцом.       — Быть честным, мне казалось, что вы, да, точно, ты будешь не сильно ко мне располагать, — наконец-то Ромео поделился переживаниями, которые и заставляли потерять его полную уверенность.       — Из-за твоей должности? — усмехнулась Люси.       — Из-за моего капитана.       — Ты до сих пор называешь Драгнила капитаном, — тихо подметила Люси, но взгляд Ромео был стойким, сейчас он уже не поддавался собственной слабости, взяв себя в руки, — это ничего не значит.       — Мне казалось, что Драгнил явно в твоём списке негодяев после задержания.       — Он всегда там был, — отшутилась Хартфелия, махнув рукой, — но почему именно после задержания?       — Я не слышал, что говорил капитан, — Ромео аккуратно начал, мельком глянув на Венди и замолчав, но Люси кивнула ему, чтобы он продолжал, — но после твой вид был жутко потерянным и разбитым. Такое сложно забыть.       Хартфелия задумалась, отведя взгляд. Ей не хотелось раскрывать многого про свои взаимоотношения с Драгнилом, тем более она была уверена, что всё это было опущено и неизвестно лейтенанту. Также случай с Акнологией тоже был скрыт от Ромео, в этом Люси не сомневалась, даже спрашивать не нужно было.       — Скажем так, моё отношение к Драгнилу распространяется лишь на него. Ты же его лейтенант, но опять же, я считаю, что всё в прошлом, важно, что теперь ты мой товарищ, и это меня радует.       — Всё равно мне кажется, — Ромео слегка улыбнулся, потому что речь Люси была в чем-то неправильной, но он не мог понять в чём.       — Ты можешь говорить.       — Не все это одобрят, но я всё ещё уважаю своего капитана, я был верен ему, для меня он был примером для подражания. По этой причине, как мне кажется, некоторые маги обходят меня, — сейчас Ромео наконец-то стал собой, тем самым уверенным лейтенантом, перенявшим часть чёрт своего капитана. Даже плащ на нём чем-то напоминал старую форму его отряда.       — Я понимаю тебя, — Люси усмехнулась, — я понимаю даже, почему ты восхищаешься им, и почему был готов идти за ним. Он хороший капитан и мудрый наставник, я уверена. Лишь глупцы будут осуждать тебя за твой путь, я точно нет, я уважаю твой выбор. А обходят тебя просто из-за того, что ты когда-то служил в Совете, также и Джерара обходят, ничего удивительного?       — Джерара? — удивился Ромео. Люси думала, что это очень распространённая информация, но оказывается, что не до всех она дошла.       — Ваш чай, — их прервала Кинана, но Ромео всё ещё ждал ответа.       — Да, спасибо, — Люси быстро отпила несколько глотков, потому что в горле запершило, — Джерар частый гость в Хвосте феи, они старые знакомые с Эльзой.       — Я об этом не знал. А это было всегда? — Ромео нахмурился.       — Твой капитан знал, — быстро отозвалась Люси, — но давай уже не будем об этом. Прошлое и всё такое.       — Да, точно. Просто интересно выходит, — Ромео усмехнулся. Видимо, в его голове сложилось несколько фактов в единую цепочку, поясняющих ему удивительные совпадения во время службы.       — А ты, получается, маг огня, — Венди перебила их беседу, и очень вовремя.       — Да, как и мой отец.       — Повезло же тебе попасть к Драгнилу.       — Это одна из причин, почему я пошёл к Драгнилу. У нас мало хороших огненных волшебников, мне хотелось хотя бы увидеть, как правильно управляться с огнём. И я не ошибся.       — Господин Драгнил хорошо обращается с огнём, он даже Гажилу задал, — задумчиво пометила Венди.       — Да, было такое, — смущённо ответил Ромео.       — Гажил сам хотел этого сражения, так что не волнуйся, — успокоила его Венди.       — Вообще, если сравнить по силам, то…       Но Ромео прервал резкий стук двери где-то на втором этаже, который услышал весь зал.       — Да как же всё задолбало! — послышался голос Лаксуса, который срывался на рёв. Он кричал, казалось, при каждом приходе в гильдию, но в этот раз он звучал более пугающе.       — Дреяр, — обеспокоенно прокомментировал Ромео, обернувшись на шум. Ещё никого не было видно, но отчётливо раздавались уверенные шаги.       — Лаксус. Всегда от него проблемы, — цокнула Люси, её настроение моментально испортилось, она также отметила, как быстро напрягся Ромео будто бы инстинктивно, однако его напряжение было вызвано не испугом, а готовностью среагировать на любое действие, как по щелчку.       — У вас тоже? — Ромео не совсем удивился, но Люси усмехнулась подобной мысли. Как же было грустно признавать, что и для Хвоста феи Лаксус был настоящей проблемой.       — Моему терпению настал предел, — волшебник продолжал орать, он уже соскочил вниз на середину лестницы, теперь его можно было увидеть из зала. Лаксус был как всегда в плаще, обрамленном мехом, накинутом на плечи. Однако вид его не радовал никого, слишком он сильно скалился.       — Перестань устраивать представления, — Эльза шла за ним также стремительно, но она не кричала, силы её голоса было достаточно, чтобы превзойти выкрикивания Лаксуса. И, к удивлению, она сохраняла полное спокойствие.       — Это не представление, Алая! — он развернулся и развел руками. — А вот Хвост феи тот ещё цирк.       — Ты вновь не отдаёшь своим словам отчёта.       — А ты — действиям! — он отмахнулся от неё рукой, сделал несколько шагов вниз, окончательно преодолев лестницу, будто бы уже собирался направиться на выход, но что-то его задержало.       — Знаешь, я уже устал, настолько устал от этого дерьма, что хочу решить здесь и сейчас, — его рука легла на край перил, и тут же послышался треск дерева, которое сжалось под его рукой.       — Не порть мою гильдию, — Эльза злилась, однако пока что её злость не достигла того пика, до которого не следовало касаться. Эту ситуацию ещё можно было вывернуть в другое русло, можно было разойтись, только вот внутреннее предчувствие подсказывало о невозможности подобного сценария.       — Твою? — Лаксус рассмеялся и отошёл чуть дальше, окинув взглядом зал и обеспокоенных волшебников. — Когда это гильдия стала твоей собственность?       — Я мастер гильдии, — Эльза медленно спускалась вниз, проводя рукой по перилам, её взгляд, холодный и пронзительный, смотрел прямиком на Дреяра, который всё ещё смеялся, скаля свои зубы.       — Так с какого ТЫ мастер гильдии, подскажи, милая, — Лаксус наклонился немного в сторону Эльзы, смягчив свой голос, но от этих повадок стало ещё противней.       — Потому что только я могу поднять её с колен, — раньше Эльза часами рассуждала, достойна ли она звания мастера Хвоста феи, предлагала этот титул другим волшебникам, сомневалась в собственных решениях, но сейчас ответ нашёлся очень быстро и просто. И большая часть магов в зале были согласны с выражением Алой, когда остальные даже не понимали причины ссоры.       — Не только у тебя есть яйца, Титания, — Лаксус сделал несколько шагов навстречу Эльзе, — и ты не уникальна.       — Ты не способен взять ответственность за гильдию, как минимум, сейчас, — она сложила руки на груди, спокойно выдерживая давление рассерженного Убийцы. А ведь никто бы не позавидовал Алой, наверное, лишь она могла так спокойно выносить разговор на повышенных тонах, сохраняя хладнокровие.       До сих пор было неизвестно, по зубам ли Громовому Дракону сталь Титании.       — Вот как заговорили, — он усмехнулся, отстранившись, — а кто довёл гильдию до подобного состояния? Кто из бравого и былинного Хвоста феи сделал такую, — Лаксус замялся, подбирая слова, он оглянул зал и всех волшебников, — помойку?       — Следи за своим языком, Дреяр, — прокомментировал спустившийся за Алой Гилдартс.       — Ой, прости, дед, но тебя вообще никто не просил говорить, ты даже не смеешь права вякать, потому что когда ты был нужен, ты где-то шлялся, — Лаксус усмехнулся своим словам, вновь оглянувшись через плечо на других волшебников.       — Сейчас нет смысла это обсуждать, — отрезала Эльза.       — Конечно, но это ты уничтожила гильдию, сделала её такой ничтожной, даже мусор подобрала, кто вообще это делает? — Лаксус неоднозначно глянул на Ромео, которой всё время наблюдал за спором волшебников. Он никак не среагировал, хотя комментарий явно относился к нему, но вряд ли из-за мысленного согласия. Он просто сохранял спокойствие, когда на его сжатых кулаках побелела кожа.       — Не смей называть моих волшебников мусором, — Эльза повысила голос, на этот раз холодное безразличие треснуло, обнажая настоящую злость Титании, отразившуюся в кипящих глазах.       — А то что? Ты даже когда нужно было не додавила, разве способна сделать что-то сейчас? Да у тебя кишка тонка, подстилка председательская.       — Возьми слова обратно.       — Не собираюсь! И вообще, это моя гильдия, я должен быть мастером, — Лаксус с силой ткнул в свою грудь пальцем, — я-то сделаю из этой гильдии достойную, выкину весь мусор, заткну пасти всем, кто недоволен, соберу сильнейших. Кого ты набрала? Всяких прихожан и бродяжек?       Лаксус продолжал жестикулировать, когда доспехи Эльзы скрипели от её собственной хватки, но она ждала окончания его гнилой речи.       — Ты упустила Кобру! Позволила ему уйти, как так?       — Я никого не держу, он пожелал уйти, — её голос уже отдавал металлом, но она сдерживалась.       — Дура, как такое можно вообще сделать? Твои недоинтриги, даже Драгнилу всё в рук спустила, а могла поступить иначе.       Ромео нахмурился после упоминания капитана, но ничего не понял, как и многие.       — Ты тоже не так умён, поступок Фрида только на твоей совести.       — Не смей меня тыкать этим в нос! У тебя грехов свыше моих, так что закрой свою пасть! — Лаксус быстро вскипел после упоминания Джастина. Это было неудивительно, потому что предательство Фрида скорее всего несло в себе сильный удар по гильдии, а также вред на протяжении многих лет.       — Сейчас я мастер гильдии. Так что проваливай из здания, — видимо, Алой надоело бесконечно выяснять отношения с буйным Дреяром.       — И что ты мне сделаешь, — он скрестил руки на груди, — ударишь? Так я после тебя горстки пепла не оставлю, Титания.       Под конец голос Лаксуса стал ниже, а воздух буквально затрещал от наполняющего его электричества. Даже у случайный слушателей разборки по коже пробежались мурашки. Этот разговор не шёл к какому-то завершению, поэтому Люси настороженно потянулась в сторону ключей. Было заметно, как все резко напряглись, почувствовав опасность. Венди сконцентрировалась на действиях Лаксуса, Ромео всё также сидел напряжённым, но будто бы готовым броситься навстречу опасности в любой момент.       — Если ты сомневаешься в моей силе, — под рукой Эльзы заблестело пространство, обнажая меч, — то я втопчу тебя в подвальный пол, Лаксус.       Обстановка была жутко накалена, мастер гильдии в лице Алой мог в любой момент сорваться с места и развязать драку. С одной стороны, эта ситуация действительно требовала окончательного решения, но никто не пожелал бы завершать разговор битвой. Однако всё шло именно к такому финалу, давно напрашивающегося. Гилдартс за спиной Алой тоже сконцентрировался, сражение столь сильных волшебников вряд ли пройдёт быстро и гладко, это могло легко привести к катастрофе и очередной разрухе.       — Только ведь гильдию отстроили, — шёпотом прокомментировала Хартфелия, на этот раз готовая без сомнения помочь Алой в сражении.       — Не зазнавайся, Алая.       — Знай своё место, Лаксус.       — Можно я вмешаюсь?       — Да что за шмаль! — взревел Лаксус, не оборачиваясь. Однако эти слова не принадлежали кому-то из гильдии, от чего по залу покатилась волна смятения. Через несколько секунд пик напряжения спал, потому что Алая тоже удивилась раздавшемуся неизвестному голосу. Она знала всех, кто состоял в её гильдии, и это удивление не скрылось от самого Лаксуса.       — Что за чёрт, — выругался он, а после проследил за взглядом Алой. Она искала глазами вмешавшегося. Титания сама была недовольна, что её разговор кто-то прервал, она была готова так же выругаться на незнакомца.       — Я здесь, — мягкий женский голос привлек к себе внимание ещё раз. Теперь стало ясно, откуда он исходил, но это не решало проблему.       — Ты кто такая? — огрызнулся Лаксус. Он не знал большую часть магов гильдии, но даже для него было ясно, что отозвавшаяся девушка не принадлежит числу волшебников Хвоста феи.       На них свысока смотрели одновременно безразличные и добрые глаза, в которых читалось что-то далекое от жизни. На втором этаже на самом краю, мирно положив руки на перила, стояла девушка с кроткой улыбкой. Вся в белом и с невинным лицом ангела.       Увидев её, не возникало вопроса откуда она и зачем здесь, хотелось просто узнать, что могло бы побеспокоить что-то столь прекрасное и величественное в одном лице, далекое от грязных земных грехов.       — Грубо с моей стороны, что я не представилась, — она слегка качнула своей головой, — я мастер основатель Хвоста феи, Мавис Вермилион.       — Какая-то чушь, — цокнул Лаксус, однако его пыл слегка утих.       — Мастер основатель скончалась сотню лет назад, — отрезала Эльза, не выпускающая меч из своих рук.       — Это верно, — Мавис усмехнулась, заглянув в глаза Эльзы. Её голос был хрустальным, но при этом казалось, будто бы он не исходил от одной точки, а пропитывал всё пространство вокруг, — моё тело мертво и покоится в земле. Но моя душа, не найдя упокоение, сейчас перед вами.       — Не пудри мне мозги, девочка, — рыкнул Лаксус.       — Дреяр, внук Макарова и правнук Юрия, в тебе много силы, но так мало ума, — её легкая улыбка начинала выводить, — твоё право не верить во что-то, однако отрицать факты глупо, я лишь призрак и всё.       Она показательно опустила руку, которая проскользнула сквозь деревянные перила, не встретив препятствия. Было ли столь удивительно, как жутко увидеть призрака, сложно признаться себе, но от Первого мастера исходило снисходительно тепло.       — Предположим, что я поверю, — Эльза ещё боялась признать столь странный факт, — вы хотели что-то сказать.       — Да, — более оживлённо ответила Мавис, её длинный локоны всколыхнулись, — я хотела решить ваш спор как основатель этой гильдии.       — Это ерунда, — цокнул Лаксус, но Эльза быстро вскинула руку, чтобы умерить его пыл, и этот жест сработал.       — Быть честным, я лишь недавно пришла в эту гильдию, поэтому знаю лишь по вашим разговорам, что вам пришлось пережить, — её голос стал немного тише, а улыбка исчезла с лице, придавая ей большую собранность, — я могу находиться здесь лишь тогда, когда поднят флаг гильдии над зданием, тут я бессильна. Будь у меня возможность, я хотя бы поддержала гильдию своими знаниями в трудную минуту. Но сейчас гильдию настигли другие времена — время перемен. Я рада, что эта гильдия смогла пройти через бурю, сохранившись. Так вот, мастер в гильдии Хвост феи всегда был тем человеком, на которого могут положиться товарищи, тот, кто защитит и протянет руку. Никогда Хвост феи не стремился к силе. Эльза Алая, пуская и оступившись, но провела гильдию сквозь мрак к свободе, она достойна звания мастера Хвоста феи.       По Эльзе было видно, что она не совсем верит в происходящее, но после речи Мавис она слегка приободрилась, а когда взгляд первого мастера поймал её взгляд, Эльза только сдержанно кивнула. Ей бы хотелось верить, что перед ней была основательница, вверившая ей гильдию.       — Ты думаешь, я буду слушаться подобную иллюзию? Да это дешевое шоу, Титания, — в руке Лаксуса за секунду сконцентрировалась сила, треском разрывающая пространство. Он был в секунде, чтобы начать долгожданный бой.       — По закону, — строже начала Мавис, — в гильдии нельзя поднимать руку на своего товарища из злобных намерений.       Как по щелчку, магия исчезла из рук Лаксуса, от неожиданности он пошатнулся и шагнул в сторону, было видно, что он растерян.       — Где… моя сила?       — Пока над гильдией развевается флаг, в гильдии будут царить мои бессмертные законы. Ты не сможешь колдовать, будучи в гневе, Лаксус.       — Ты! Вы все, вы! Да к чёрту, — Лаксус пытался ещё что-то сказать, но строгий взгляд Титании и неожиданная слабость поставили его не в самое выгодное положение. Он махнул рукой и быстрыми шагами выскочил из гильдии, несколько секунд погодя за ним последовал Бикслоу, который всё это время находился рядом, чтобы помочь ему в борьбе за главенство гильдии.       Всё решилось неожиданным способом. После ухода Лаксуса взгляды волшебников были прикованы к образу Первой. Она вновь улыбнулась и сделала шаг вперёд, проскользнув сквозь перила. Первая медленно приземлилась на пол зала, будто бы для неё не существовало гравитации, а её тело состояло из пуха.       Или же у неё вовсе не было тела.       — На самом деле, — Мавис посмотрела в сторону Эльзы, — спустя столько лет мои законы почти полностью лишились сил. Лаксус мог бы их сломать, если бы приложил немного усилий, но эффект неожиданности сыграл свою роль.       Она действительно не принадлежала миру живых, потому что выглядела слишком чистой и невинной, её босые ноги не могли бы ходить по этому грязному миру, не замаравшись. Мавис была на голову ниже Титании, облачённая в белое платье, усыпанное кружевом, а её волнистые светлые волосы доставали до колен. Внешне сложно было судить, но её образ был близок с возрастом Венди или Ромео.       — Не думала, что мастер Хвоста Феи была так юна, — аккуратно пометила Эльза.       — Я была ещё ребёнком, основав гильдию, и покинула этот мир, только распрощавшись с юностью. Однако никто не знает, что предначертано судьбой.       Её улыбка была тёплой и великодушной, страх и волнение от недавней перепалки моментально исчезли, когда Первая улыбнулась, подарив спокойствие гильдии будто ангел хранитель.       — Вы схожи с ангелом.       — Нисколько, я всего лишь утративший свою жизнь человек, — Мавис окинула гильдию кротким взглядом, будто бы стены здания были ей давно знакомы.       — В это всё равно сложно поверить, госпожа Мавис, — Гилдартс сделал шаг вперёд, его голос был тихим и слегка тревожным.       — Моё тело захоронено на священной и запретной земле Хвоста феи, когда душа не смогла упокоиться. В этой эпохе магия пропитывает воздух, поэтому я смогла оказаться здесь, но моё тело лишь иллюзия, — она быстро махнула рукой, от чего показалось, будто бы по волшебнице проскочила водная рябь, — меня могут видеть лишь маги Хвоста феи, такая условность. И, быть откровенной, я нагло ворую вашу магию, чтобы поддерживать свою иллюзию и говорить с вами.       — Использовать принадлежность к гильдии, чтобы совершать волшебство, поистине невообразимое магия древности, — Гилдартс скрестил руки на груди, улыбнувшись, — если это правда, то основательница нашей гильдии великий человек.       — Мне льстят, — на бледной коже Мавис проступил лёгкий румянец, когда она залилась улыбкой, — это всё, на что я способна сейчас. Мне действительно жаль, что я не смогла поддержать Хвост феи в трудную минуту.       — Будучи мёртвой, вы вряд ли бы помогли, — Эльза приблизилась к Мавис, среди других волшебников ещё витал шок, смешанный с напряжением.       — В этом правда, — Мавис сначала кивнула подошедшей Эльзе, одобряя её речь, но после быстро изменилась в лице, нахмурившись и опустив взгляд. — Когда-то я была свидетелем зарождения жизни Макарова. Тогда, с Юрием и другими мы уже управляли гильдией. И на меня нагоняет тоску, что я не смогла проститься с этим ребёнком перед его смертью.       Вновь наступила тишина, пропитанная болью утрат.       — Мне действительно жаль, что тебе пришлось взять на себя столь большую ответственность. Ты была ещё юна, твоя усталость и боль утянули тебя вниз, — Эльза виновно опустила взгляд, почему-то перед Мавис ей было стыдно называться мастером, — но всё закончилось хорошо. Если ты желаешь продолжить путь мастера, я поддержу тебя. Я бы хотела помочь Хвосту феи, насколько это возможно.       — Спасибо за поддержку, мастер. Пока что я желаю исполнять роль мастера, потому что хочу исправить свои ошибки, — Эльза опустилась на колено, склонив голову перед Первой, будто бы раскаиваясь в своих грехах.       — Ты лжёшь сама себе, милая.       От удивления Эльза подняла голову. На неё вновь смотрели отстранённые глаза, переполненные добротой.       — Это не единственная причина, по которой ты желаешь быть мастером. Я помогу пройти тебе этот путь, чтобы ты наконец-то уверовала в Хвост феи, как уверовали в тебя эти люди.       Люси почти не знала историю Хвоста феи, никогда не слышала про старых мастеров и точно не видела былой Хвост феи, но она была поражена до самого сердца, как были точны слова Первой. Возможно, всё это время Эльзе не хватало веры в саму гильдию, потому что она видела лишь большую ответственность, будто бы все проблемы должна решать лишь она. Но гильдия по старым преданиям должна стать домом и местом, где друзья помогают друзьям.       — Спасибо.       — Я бы хотела для начала, с твоего позволения, посетить могилы павших, особенно Макарова. Я не могу даже пройти туда без сопровождения магов Хвоста феи, составишь мне компанию?       — Конечно, но…       — Другие люди не смогут увидеть меня, лишь те, кто носит метку гильдии.       Эльза медленно поднялась и последовала к выходу, Мавис приободрившись пошла следом за Алой. К ним же присоединился настороженный Гилдартс.       — Красивая, — тихо сказал Ромео, провожая взглядом лёгкий образ Мавис.       — Ты что-то знал про мастера? — Люси было стыдно, что она совершенно не интересовалась историей Хвоста феи.       — Мало что, Макаров был третьим, основатель был похоронен на острове, куда запрещено ступать волшебникам, чтобы не беспокоить основателя, а больше и ничего. Никто никогда не говорил про призраков и какие-то законы, однако Макаров знал одно из заклинаний Хвоста феи.       — Заклинания Хвоста феи? — постепенно залу возвращался привычный шум, все активно начали обсуждать появление призрака в стенах гильдии, кто-то не понимал, что происходит, кто-то был поражён чудесному сошествию духа.       — Да, основатель, точнее, основательница когда-то создала три сильных заклинания, которые передавались от мастера к мастеру для защиты гильдии. Одно из них, Закон Феи, настолько сильное, что занесено в перечень опасных заклинаний, однако Макаров побоялся его применять во время Закона.       — Странно.       — Макаров до самого конца стремился избежать жертв, но это стоило ему очень дорого, — с грустью подметил Ромео.       — Ты знал его?       — Конечно, я же часто бывал в гильдии. Он был очень добрым и заботливым стариком, пускай и ворчливым. Он любил детей, — Ромео улыбнулся, вспомнив давно потерянные мгновения из своей жизни.       — Возможно, теперь станет ясно, откуда такие идеалы у Хвоста феи.       Их разговор продолжился, заполняя пустоты. Люси слушала слаженную речь Ромео о его жизни, которая оказалась куда интересней её представлений. Однако в Ромео она продолжала видеть другого человека.