call me «baby»

The Neighbourhood — Daddy issues      

             Ночью спалось дико не спокойно. Мучили кошмары, которые можно легко спутать с реальной жизнью. И это пугало больше всего: стиралась та самая грань ощущения правдивости событий. Тэхён видел во сне, как целовал Чонгука. Тот ласково касался его в разных местах, доводил, дразнил, а Ким, как оказалось, бесхребетный. Во сне то ли не мог, то ли не хотел сопротивляться, позволял творить все эти непотребства с собой. В комнате стоял полумрак, немного неонового света из улицы, сигаретный дым, духота. Тэ плохо, но в то же мгновение и хорошо от рук, блуждающих по телу. Он плавился и так самоотверженно отдавался. Где-то на заднем плане слышался дюже назойливое гудение, которое хотелось прекратить, потому что раздражало и отвлекало от очень интересного процесса.       Глаза непроизвольно открываются, и он смотрит в белый неровно выкрашенный потолок. Игрушка наполовину под поясницей, подушка улетела на пол — всё свидетельствует о плохом сне, но Тэхён может поспорить. Сон-то неплохой и впечатления от сновидения приятные. Проснулся с диким ощущением усталости, словно чёрт во сне всю душу из него высосал через поцелуй. Тэхён привстаёт на локтях, понимает, что проблем как минимум несколько: стояк, сон с Чонгуком и первая пара.       Если с первым понятно, что делать, с последним — тоже, то как быть со своей больной фантазией? Это же ненормально видеть сны такого содержания. Да ещё и с кем! Чувствует себя каким-то извращенцем.       Тэхён наверняка просто сходит с ума или это побочки после тусовки. Запился, мозги набекрень съехали, и он потолок с полом перепутал. Ну точно, да! Парень почти уверен, что мог целоваться с кем угодно, но не с Чонгуком. Наверное.       Ким не может с этим поделиться ни с кем. Его же, блин, застебут за такое, а Юнги остаток жизни будет приговаривать: «Я знал, что ты латентный пидорас». А вдруг, если да? Он уже сам себе не верит. Ему хочется разбудить Джина, который сейчас свернулся в умиротворённый клубочек, рассказать о том, что сходит с ума и всё имущество завещает ему. Но старшего будить слишком жаль, он и так мучится из-за температуры, практически не засыпая.       Тэхён после утреннего казуса потихоньку стал собираться на учёбу, всё это время не переставая думать. Иногда хочет, чтобы мыслительный процесс в его голове остановился. Дал ему вздохнуть и насладиться тишиной, но это же он. С ним всё так просто не бывает, поэтому остаток дня он будет слышать назойливое гудение уже в своей голове. Сегодня много пищи для размышлений.

***

      Намджун проснулся, улыбнулся. Ну почти. Тяжело, конечно, улыбаться после кутежа нон-стопом. Приводит себя в порядок и идёт на кухню пить кофе. Съёмная квартира, как всегда, встречает гробовой тишиной и очевидной необжитостью. На стенах нет картин, фотографий или же плакатов. Помещение практически не отличается от того, каким оно было, когда только сдавали. Ему в очередной раз думается: а не завести ли кошку? Но с его темпом жизни ни одно животное не приспособится. Кактус и то сдохнет. Он, бывает, по нескольку дней дома не появляется, то, наоборот, выбирается только по нужде. Но такое происходит редко, чаще он домой просто ночевать приходит. Животное мучить не хочется, а себя — обрекать на ответственность.       Намджун не жалуется, он никогда не бывает один, всегда кто-то вертится поблизости. Есть парни, с которыми можно не только офигенно потрахаться, но и душевно поговорить в два часа ночи. Людей, с кем можно хорошо провести время, у него в избытке. Просто бывают такие дни, когда думается, дышится, чувствуется иначе. На крайняк есть Чонгук. Они хорошие друзья, но не до такой степени, что старший готов с ним в закат уйти. Во всяком случае мнение о нём хорошее сохраняется и по сей день.       Намджун делает глоток кофе, морщится. Забыл положить сахар, без сладкого жить отказывается. Маленький грешок его спортивной натуры. Неожиданно вспоминает о сладких устах незнакомца. Без такого сахара ему точно не жить. Проклинает себя, что в очередной раз возвращается к тем воспоминаниям. Да, было горячо. Да, парень был очень хорош собой. Но было и было, чего бубнить-то.       Намджун места себе не находит, сладкий парень из головы вылезать отказывается. Хочется его искать, но как? Да кто его знает! У него есть только это тупое иррациональное желание, которое сводит потихоньку с ума. Уже не знает, как с ним справляться и надеется: побольше времени пройдёт и всё закончится, что он себе надумал. Уйдёт вместе с часами, проведёнными за сладким кофе. Тогда-то Нам будет сидеть и вспоминать, каким же дураком был под впечатлением о несостоявшемся сексе.       Он пишет сообщение Гуку. Кажется, пора изливать душу. Хочет простого человеческого «потрепаться», пожаловаться и услышать, что он такой не один. У друга окно между парами и Ким, посмотрев на наручные часы, которых нет, решил, что сейчас самое время для учёбы. И с Чонгуком поговорит, и даже на парах посидит — небольшой плюсик в карму.       Намджун собирается быстро. Буквально бросает, что есть, в рюкзак и идёт. Добирается до универа, ждёт Гука, пока тот выйдет, в очередной раз удивится его предусмотрительности. Чонгук одет по погоде: объёмная куртка, джоггеры, обувь на массивной подошве. Заболеть не сможет. Это, наверное, своего рода мудрость, которую Намджуну понять не дано. Он в любую погоду оденется не по погоде. Вот и сейчас. Футболка и не то чтобы тёплый бомбер от холода спасают, а уж от задувающего во все щели ветра и подавно. Пасмурно, временами идёт мелкий противный дождь, под который зонт открывать не хочется. Мелкий же.       Они доходят до пожарной лестницы. Чонгук присаживается на ступеньку, закуривает. Нам достаёт сигарету из недавно купленной пачки и тоже закуривает, но в отличие от Гука мягкое место на лестницу не опускает. Не рискует, а присаживается на холодный металл и точно с простудой сляжет на неделю. А ему сейчас нельзя болеть. Скоро сессия, которую каким-то чудом придётся совмещать с работой. Сплошной гемор, где только пахать, пахать и ещё раз пахать. Его пальцы дико дрожат, всё-таки добираться от съёмной квартиры до их учебного заведения не так близко. Покататься приходится.       — Так, ты пришёл сюда, чтобы просто со мной покурить? — нарушает тишину Гук.       — Ну, мне хочется поговорить и покурить тоже. Можешь считать, что я сюда пришёл только из-за тебя, — усмехается Намджун и делает затяжку.       Вот так разговаривать и курить — очень хорошо, особенно, когда в местной курилке никого нет и он может рассказать всё говно на созерцание друга без лишних ушей. Даже если бы там кто-то был, подобное парня бы вряд ли остановило, но всё же приятнее, когда они только вдвоём. Создаётся свой особый вайб тоскливого единения.       — Охуеть! Приятно, подлиза. — Стряхивает пепел и поднимает шальной взгляд на собеседника.       — Знаешь, на своём дне рождения я встретил одного парня, он такой классный был, — задумчиво начинает говорить о том, что из его головы днями и ночами не выходит.       — И ты его завалил?       — Нет, слушай, — звучит немного раздражённо, потому что его перебили. — Я у него жигу попросил без лишних мыслей, подтекстов и прочего. Ну, сам понимаешь. А он на меня как набросился! Стали мы неистово долбиться в дёсны.       — И переспали? В чём оригинальность этой истории?       Чонгук нарочно вставляет свои пять копеек. Ему весело наблюдать, как Намджун по-доброму начинает злиться и всё чаще подбирает более забавные выражения, чтобы заинтересовать слушателя и завладеть его вниманием.       — Да, блять, дослушай ты и не перебивай! — Пинает друга в кроссовок. — Дело уже до интимного интима дошло. И прикинь, у него зазвонил телефон! И он ушёл, оставил меня с расстёгнутой пряжкой, вставшим членом и разбитым сердцем.       — Да, недолго счастье длилось. — Смеётся Гук очень живо, представляя сложившуюся картину, но практически не удивляется. Намджун, в целом, поставщик подобного рода историй. Чон, наверное, никогда не устанет слушать о фейлах старшего.       — Ещё и ржёт… Мне, между прочим, пришлось после этого в туалете дрочить! Да со мной такого не было со времён средней школы! — говорит Намджун, еле улыбку сдерживая.       — Вот это драма, герой-любовник! Номер-то хоть взял? — Гук делает затяжку.       — Да там разве до этого было? И он куда-то быстро ушёл. Грустно мне, короче, всё думать о нём перестать не могу.       — Я даже не знаю, что сказать. Жаль, что ты повёл себя так не предусмотрено. Впредь будешь думать не только о головке в штанах, но и о номере красавчиков, с кем время проводишь, — без зазрения совести стебёт Гук.       — Конечно буду, — цокает Джун. — На ошибках учатся.       — Уверен?       — Ну, кто-то точно учится.       Чонгук Джуна знает уже достаточно и может заявить, что он не из тех людей, которые проводят работу над ошибками. Они, скорее, их повторяют для закрепления материала.       Чон ёжится, он планировал выйти чисто покурить. Потратить на это минут пятнадцать максимум с учётом дороги от курилки до корпуса.       — Ты сегодня работаешь? — спрашивает Гук, получая утвердительный кивок.       — Вот как раз, после истории в зал бежать надо будет. Кстати, не знаешь, что там за препод?       — А говоришь ещё, что на пары ходишь, — цокает Чон.       — Да мне эта история в жопу не упёрлась! Это даже не профильный предмет, потом бы зачёт сдал и всё. Делов-то, — пытается оправдаться.       — Препод по истории — друг Тэхёна.       — Ого, получается, раз на тусе не пересеклись, придётся знакомиться в рабочей обстановке?       — Получается. — Чонгук достаёт ещё одну сигарету из пачки. Без дела сидеть как-то не очень, тем более по виду Намджун ещё не натрынделся.       — А ты работаешь сегодня?       — Ага, у мамы выходной, поэтому я в ночную.       — В тот клуб, в котором тебе бровь разбили?       — Ну да, место так себе, согласен. Зато чаевые всегда хорошие и платят щедро. — Затягивается Чонгук.       — Знала бы твоя мама! — настала очередь Намджуна возмущаться.       Ким старше парня и в какой-то степени чувствует, что должен позаботиться о «зелёном», хоть по ощущениям — Гук старше Намджуна. Как минимум потому что научился одеваться по погоде, в отличие от некоторых. Небо затягивает ещё более тёмными тучами, намекая на то, что совсем скоро этот еле ощутимый дождик превратится в настоящий ливень. Намджуну это вообще не нравится. И так продрог по своей глупости.       — Вот ей, правда, знать об этом не стоит, — усмехается младший. — У неё бы волосы дыбом встали бы от такой вакханалии.       Чонгук на самом деле утрирует. Всё не так плохо. В клубе, где он временами работает, бывает тихо и спокойно. А бывает, попадаются не совсем адекватные люди, которые и драк не боятся затеить. Работать можно.       — Тяжело, — выдыхает Намджун. — Пойдём внутрь? Я замёрз как собака.       — Ещё бы ты не замёрз. В бомбере поверх футболки припёрся. Дурак ты старый.              — Не обзывайся. — В шутку ударяет друга по плечу кулаком.       Они двинулись ко входу, оставляя позади прокуренное не одним поколением студентов место. Ставшую уже чем-то родным локацию.

***

      Намджун идёт на пару по истории. Если говорить точнее, то уже опаздывает, но это не беда. Преподы должны быть благодарны, что он вообще явился. Быстро стучит по двери в кабинет, пробегает до свободного места, попутно извиняясь. Достаёт тетрадку практически чистую. Единственное, что в ней есть — это смешная рожица на первой страничке. На пары действительно было бы славно начать ходить.       — Профессор Мин, вам плохо? — говорит девушка с первых рядов. — Позвать кого-нибудь?       — Нет, всё хорошо, — откашливается.       Услышав голос, Намджун на секунду замирает, смотря немигающим взглядом в рожицу. Думает: померещилось, так сильно мозг заплыл, что решил каждому голос незнакомца присвоить. Он проводит языком по зубам, по внутренней стороне щеки и, наконец, поднимает взгляд от бумаги. Чудо, парень действительно его видит и, вроде, даже не мираж, иначе у всех многочисленных студентов в аудитории общая галлюцинация. Ким его рассматривает, хочет его взгляд на себе тоже поймать. Хочет увидеть недоумение, что сейчас с его собственного лица не сходит. Подмечает: мужчина в костюме выглядит шикарно. На вечеринке он был той ещё чертовкой, которая и по лицу съездить может, и до оргазма довести, но от такой сдержанности… Парень тоже без ума.       Тот одет в классические серые брюки и рубашку, парочку аксессуаров. Его причина дрочки в туалете опредёленно имеет хороший вкус. Намджун немного начинает переживать. Вдруг профессору холодно? Всё-таки на улице не сезон, оттого и в аудиториях прохладно, а он только в рубашке. Но вопрос отпадает сам собой, когда краем глаза замечает висящий на спинке стула кардиган. Не замёрзнет его принц. Теперь Ким знает чуть больше о том, с кем чуть сексом не занялся в незапертой кухне. У сидящего рядом сокурсника узнаёт, что красавчика зовут Юнги. У Кима получился какой-то «daddy issues». У них не слишком большая разница в возрасте, но всё же. Он не планировал заводить себе папика, пока этот самый папик не завёл его.       Намджун пожирает профессора взглядом, от такого созерцания ещё немного и вещи сами по себе сползать начнут. Юнги не по себе, он то запястье потрёт, то пару пуговиц на рубашке расстегнёт, то обратно спрячет свои ключицы. А парню, ой, как весело.       Раз уж на то пошло, он и сам подойдёт, и заговорит, не обломится. Вот только надо дождаться конца пары, которая по ощущениям вечность длится.

***

      Часики стремительно тикают к концу. Очевидно, к концу спокойной жизни Юнги. Люди постепенно стали выходить из кабинета, и Мин, сидя, молился о том, чтобы парень, с которым он весело проводил время на вечеринке, просто молча встал и свалил в туман. По пристальному взгляду мужчина понял, что его узнали. Он матерится, тут же переобувается: начинает читать молитву. Через секунду уже думает — Бог его не простит, хотя он даже не верующий. А людей все меньше, и только эта падлюка на своём месте сидит. Мужчина с лицом лица пытается вчитаться в… Боже, он даже не знает, что читает.       — Профессор Мин. — Намджун подходит, когда в помещении не остаётся больше студентов. В этот момент Юнги себя мысленно закопал, тяжело вздохнув. Жаль, не сдохнув.       — Да? — Поднимает на него взгляд.       — Не думал, что вы преподаватель. — Парень останавливается у его стола.       — Не понимаю, о чём ты.       Юнги надеется, что если будет косить под дурачка, выбесит его, то студент больше не придёт, но это он ещё не знает, что Намджун — чёрт настырный.       — Профессор, вы же знаете, о чём я. Следующий раз настал.       — Слушай, Намги.       — Намджун, — поправил мужчину.       — Намджун. — Юнги снимает очки и откидывает чёлку с глаз. — Всё происходящее на той вечеринке было во внеурочное время. Знай я, что встречу тебя вот так… — Смотрит на него снизу вверх и у чувствует, как сердце в пятки падает.       — То не полезли бы ко мне в штаны? — Пихает язык за щеку.       — Именно. Боже, блять! Просто забудь об этом. — Юнги поднимается со своего места и пытается отпихнуть студента в сторону выхода, но понимает, что даже сдвинуть его не может. Нельзя сказать, что у Мина слабо развита мускулатура, мужчина посещает зал, но по сравнению с Кимом он тростиночка.       Намджун резко напирает, толкает учителя в сторону стола. У того аж глаза ещё больше расширяются от неожиданности. Он практически сидит на своём же столе, а парень становится между ног, опускает руки под коленный сгиб и приподнимает Мина, отчего тот практически лежит. Ким медленно проводит ладонями по бёдрам, останавливается возле паха. Проводит большим пальцем по молнии, надавливая и чувствуя, как член в трусах дёргается. Юнги бы сейчас как последняя сука заскулил, но он же на работе, нужно сохранять лицо, даже когда ты полулежишь на своём рабочем столе, а студент переходит грань дозволенного. И всё же конкретно этого паренька хочет до звона бубенцов. Мин не в том возрасте, чтобы дрочить в общественном туалете. Он точно сходит с ума.       — Незабываемо, — Намджун усмехается, наблюдая, как бугорок на штанах с каждой секундой всё больше становится. — Профессор так сильно хочет встать на колени?       — Боже, Намджун, уйди, пожалуйста, — отвечает на тяжёлом выдохе, одной рукой упирается в чужое плечо и прикладывает максимум сил. У него, вроде как, немного получается оттолкнуть студента.       Намджун берёт чужую ладонь, убирая со своего плеча. Юнги в этот момент на части рассыпается.       — Ещё встретимся, профессор, — горячо проговаривает в ладонь, затем целует её и отстраняется, будто ничего и не было. Теперь он действительно покидает аудиторию.       Юнги в глубоком шоке опирается задницей на стол, опускает взгляд на свою ширинку и говорит:       — Прикрякали.       Следующую лекцию он проводит исключительно сидя, потому что: «Ну бля, я же не подросток, чтобы дрочить в общественном туалете». Гордость не позволяла, а не выходящий из головы Ким Намджун не давал спадать возбуждению, как бы Мин ни старался об этом не думать.       Счёт: один-один, чёрт возьми.

***

      У Тэхёна день проходит под аффектом сна, он не может перестать думать об увиденном, не может перестать думать о поцелуе с незнакомым человеком. То, что он испытал во сне до дрожи, похоже на чувства, которые уже испытывал в реальности. Быть может, это его больная фантазия взяла кусок из того вечера и вставила в сон. Веры своему мозгу нет.       Джин заболел окончательно, пару дней будет отлёживаться и не посещать пары. Младший только сейчас понимает: без Кима как-то грустно и скучно. До этого он часто бесился с его громкого смеха и тупых каламбуров, а сейчас без них очень одиноко.       Тэхён приходит в столовую, взглядом не может найти сладкую парочку. Это расстраивает ещё больше.       — Кого потерял? — доносится возле уха сзади.       Тэхён вздрагивает, ему молниеносно становится неловко из-за этого. Подумают ещё, что он какой-то дёрганный.       — Тебя и Гука.       А затем вместе направляются к столу.       — Он свалил уже. — Девушка машет рукой и идёт выбирать сегодняшний обед. Зачастую это оказывались овощи.       — А вы разве не всегда вместе? — Догоняет её Тэхён.       — Ты серьёзно? — усмехается Миён. — Мы не так много общаемся, как ты думаешь.       — Ну, я постоянно вас вместе всегда вижу. Мне казалось иначе.       — Я другого мнения. Вчера такую игру прикольную нашла, очень милую, — меняет тему Миён.       — Расскажи.       За обедом они много разговаривают. Девушка делится своими впечатлениями, спойлерными моментами, на которые Тэ не фукал, потому что изначально не собирался игру проходить. Неожиданно, но ему стало очень легко общаться с Миён, все бабочки успокоились, нет больше тревожности. Он может говорить уверенно, почти не следит за своей речью и не мучит себя мыслями, что из его уст слова звучат странно. Это, наверное, хорошо. У них завязывается дружба, а это ли не первый шаг к отношениям?

***

      Тэхён долго колебался, но всё-таки решил зайти к Юнги. Они хорошо провели время накануне, и всё же некая неловкость присутствовала, он же облевал туалет старшего. И пусть конфузные ситуации случались с ними не впервые, но ему из раза в раз было стыдно. Возможно, это чувство у Тэхёна перманентно и на всю жизнь.       Он заглядывает в кабинет, видит старшего, сидящего за столом и что-то активно чиркающего на листках. «Видимо, зол», — проносится в его голове. Движения более резкие, а лицо слишком напряжено. Сейчас Юнги чертовски похож на камень с острова Пасхи, и Тэхёну с этого засмеяться хочется, но он сдерживается, потому что иначе ручка, которую Мин со злостью сжимает, полетит в него. А он слишком красив, чтобы остаться без глаза.       — Ты чего такой нервный? — Тэ аккуратно подходит ближе, с таким старшим дело иметь опасно. Уровень его раздражительности повышен до космического предела.       — «Парочка людей из нашего универа там будет», — Юнги передразнивает слова Тэхёна. — «Всё будет хорошо, отдохнёшь».       — Да что случилось? — начинает злиться Тэхён.       — Встретил я одного человека, — уже более спокойно отвечает. — Сука! Да я такой стресс пережил за два часа!       — Юнги, ебучий ты гандопляс, угомонись!       — Помнишь, про парня говорил, с которым чуть не перепихнулся.       — Да ну нет! — с полуслова Тэ понимает, к чему тот ведёт. — Скажи, что ты несерьёзно.       — Да тут серьёзнее некуда! Мне теперь придётся бежать до границы.       — Цыц, параноик. Давай по порядку. — Тэхён присаживается рядом, а Юнги, наоборот, встаёт и начинает ходить из стороны в сторону. Курить хочет до трясучки.       — Не ждал я ничего, смотрю, вбегает это нечто, садится себе спокойненько, я себе уже всё… Могилу, блять, выкопал! Всю пару глаз не сводил, думал, под конец я всё же сгорю. Так дико пялился. — Нервно кусает губы.       — Ну, а дальше.       — Пара закончилась, я надеялся, что он уйдёт, но нет… Эта падла подошла и давай мне напоминать, что на тусовке было. Ну я ему сразу и сказал, что хуй там плавал. Что было, то прошло. Теперь ни жопа, ни рот тебе не светят, а он меня как на стол опрокинул, как давай в моём кабинете мракобесие устраивать! Ну, честно, я с жизнью попрощался. — Тэхён на этих словах осуждающе посмотрел на друга. — Со спокойной жизнью.       — У тебя целый роман получается. В фанфик попал.       — Да какой тут фанфик, тут жизнь. Лютое порево со мной в главной роли пассива!       — Вся жизнь — БДСМ, а ты забыл стоп-слово? — усмехается младший.       — Ля, ты крыса... — Щурит глаза.       — Учусь у лучших. — Тэхён шуточно отдаёт честь. — Что думаешь теперь делать?       — Бежать до канадской границы. Прикинусь пастушкой. — Пожимает плечами.       — Не прокатит. Дюже ты на мужлана похож.       — Э, бля, — возмущается Юнги.       — Во бля, ну бля. А дальше?       — Я не знаю, это вообще так-то была твоя идея меня на ту тусовку затащить. — Он опирается на подоконник, отворачиваясь от Тэхёна.       — Но я не заставлял тебя дрочить тому парню. — Закатывает глаза.       — Но если бы не ты, меня бы там даже не было.       — Не перекидывай ответственность на меня.       — Я не знаю, что мне делать.       — Как тебе вариант — не делать ничего? — Тэхён подпирает рукой щеку. — Ты излишне драматизируешь. Наверное. Может быть, всё будет хорошо, и этот парень потусит рядышком месяцок, поймёт, что ему ничего не светит и сам отвалит.       — А если нет?       — А если нет, то подумаешь об этом потом. Не забивай себе голову, эта ситуация разрешится сама собой.       Тэхён, возможно, не прав, оба это понимают. Но Юнги сейчас и не шар с предсказаниями нужен, а банальные сочувствие и успокоение. А зная то, как Мин может себя излишне накручивать, Тэхён пытается сделать всё, чтобы минимизировать нагрузку на его мозг. Иначе Юнги может дойти до настолько беспорядочных мыслей, что потом его из болота под названием «тоска» тяжело будет вытянуть. Тэхён подобный эпизод старшего не переживёт, слишком беспокоиться будет. Вот так они и поедут в этом тревожном вагончике вместе.       — Спасибо, бро. — Юнги жалобно смотрит на своего друга и не может сдержать эмоций, потому что Тэхён слишком невероятный, ему безумно повезло с ним. И совсем не важно, что буквально через полчаса его мнение вновь поменяется.       — Ну иди сюда.       И Мин, поджав губы, двигается в сторону Кима, оказываясь заключённым в крепкие объятья.