Devil Valentine's day

***

Валентинов день. Ребята, которые празднуют в парах, наверное, могут со мной не согласиться, но это же просто полная, окончательная и бесповоротная... — Скучища, — захлопывая крышку ноутбука, я тяжело вздыхаю и откидываюсь на подушки. День Святого Валентина прошёл для меня не совсем так, как другие дни жизни, но отличался не чем-то волшебно особенным, а даже наоборот — запомнился пустой тратой времени в нихера. Отсутствие пары и то, что все мои подруги разбежались по своим возлюбленным, сделали своё дело, а мой выбор рандомной дорамы окончательно добил вечер, сделав его кошмарным. Я провалялась, бесцельно втыкая в монитор, наверное, несколько часов подряд, даже не вставая, а, когда сериал кончился, в голове образовалась дикая пустота, нарушаемая только одним вопросом: "Нафига я это вообще смотрела?" Дорамка была старая, так что всё как по накатанной. Героиня — глупая, серая мышь, как это обычно бывает в такого рода историях, у неё сотня подработок, мать больная и вообще полный дурдом в жизни, а главный герой, разумеется, самый богатый хрен на районе, чуть ли не принц, наследник всем известного самсунга (иначе я не объясню наличие этой марки телефона у всех окружающих), весь такой заносчивый и холодный на первый взгляд. В итоге парень поддаётся чарам — откуда бы они взялись? — замухрышки, сначала не обращающей на него внимания, и после их поцелуя все живут долго и счастливо. Даже строптивая мамка разрешает отношения, несмотря на разницу в положениях, ведь все так друг друга любят, что аж тошно. — Фу... Наверное, меня во всём этом смущало именно то, что под главную героиню я не подхожу от слова "совсем". Родители более-менее при деньгах, обидеть и унижать меня в школе едва ли кто-то посмеет, да и на лицо я выше среднего. С косметикой — так вообще огонь. И если переносить меня на реалии просмотренной дорамки, я скорее та самая очень крутая стерва, которая тоже сохнет по главному герою, но просто в конце концов оказывается его недостойна. Потому что только серая мышь не ведётся на деньги и славу нашего прекрасного принца. А типа богачке твои бабки очень сдались, да, Ким Тэхван? Вместо туалетной бумаги, наверное, хотела использовать. Короче, мрак. Та героиня, к которой я была ближе по духу и положению, в итоге вообще осталась одна, все от неё отвернулись, потому что сучка унижала бедняжку Ча Инсо, так что и я представила невольно, какая судьба мне светит, окажись мы в подобном мире. Но нет. — Как же хорошо, что реальный мир так не работает, — вздохнула с облегчением я. Люди находят себе кого-то своего уровня, вот и я найду обязательно. Когда-нибудь, а лучше — в течение этого года. Вокруг столько парочек, что мне уже становится не по себе, когда я оказываюсь третьей лишней в очередной раз, поэтому желание само возникает в голове, и я произношу его, прикрыв глаза и прижимая ладони к груди, где от волнения разгоняется сердце. — Если где-то в этом мире сейчас падает звезда, то, пожалуйста, пусть в следующем году всё будет, как в дораме. Глупо, но какая девчонка не мечтает о подобном? И я вот мечтала, пока не положила болт на всю эту ванильную чушь и отношения в целом. Я даже не вспоминала о загаданном желании, потому что в жизни и так забот хватало. А потом прошёл этот чёртов год...

***

— Ким Т/И! Тебе осталось учиться всего несколько месяцев, жопу от кровати оторви! — кричит старшая сестра, и я нехотя поднимаюсь с постели. На календаре понедельник, 14 февраля, а это значит, что сегодня вся школа взорвётся от романтической движухи. Интересно, сколько валентинок в этом году мне достанется? — Да-да, конечно, несколько месяцев тут, а потом ещё четыре года в университете. Ты кого пытаешься обмануть, онни? — недовольно ворчу я, а старшая только фыркает, поправляет очки и убегает на работу, бросая мне что-то о завтраке в формате "что найдешь, всё твоё". Шикарно. В холодильнике, разумеется, пусто. Онни ест в основном на работе, а я обедаю в школьной столовой, так что дома еда водится лишь к вечеру и утром, если со вчерашнего дня что-то осталось. Но на выходных мы устроили небольшой зажор с просмотром ужастиков, поэтому с полки холодоса на меня посмотрела одинокая помидорка, совсем не вызывающая чувство голода, и я решила закрыть дверцу от греха подальше, давясь одним лишь чаем и убегая на занятия не поев. У родителей, конечно, всегда есть, чего схомячить, но с сестрой мне живется спокойнее. Нет такого дикого контроля, да и до школы ближе. — Пф, двадцать пятая, — довольный голос парня доносится до моих ушей, когда я открываю свой шкафчик, чтобы закинуть лишние учебники. Краем глаза оглядываю, как сосед сжимает между пальцами картонные сердечки и, не глядя, выкидывает послания в мусорку. Точно в цель, и оттого он растягивает губы в ухмылке победителя. — Трёхочковое попадание. — Это потому что ты троекратный придурок? — мило улыбаюсь я в ответ, хотя в голосе откровенный яд. Он мог хотя бы узнать, от кого послание и что там написано. Девочка, между прочим, наверняка старалась, тратила силы и деньги на покупку валентинки, а это бесчувственное чучело... Мин Юнги. Что-то вроде местного крутого парня, вечно тусующегося в компании своих подсосов, имён которых я не знаю. То ли он самоутверждается за их счёт, то ли прибавляет себе авторитета такой большой кодлой — непонятно. Если коротко, то они подходят под стереотип банды наполовину хулиганов, наполовину королей этого учебного заведения, Мин и его свита являются самыми популярными парнями в школе. Когда они идут по коридору, кто-то затыкает свой рот, а кто-то восторженно перешептывается, но суть у всех этих людей одна: придурки. В Юнги буквально нет ничего особенного, но тем не менее... все вокруг будто долбятся в уши, глаза, мозги и всё остальное. — Я просто уже устал от такого внимания, — театрально вздыхает парень, пожимая плечами, а затем спрашивает у меня: — А тебе сколько уже сегодня подарили? — А я только пришла, Мин, но уверена, что будет больше, чем у тебя, — хмыкаю я, разворачиваясь и уходя, а к Юнги как раз подгребает его хвалёная свита. Ботаны иногда бегают по их указке за едой, хотя стоит отметить, что делают они это не под угрозой жизни, скорее просто подлизываются. Школьницы помладше текут от вида холодного и загадочного Юнги, который иногда расщедривается на мимолётные сладкие улыбки в сторону этих дурочек, а им от этого быстрее срывает башню. Девушки нашего возраста же... делятся на два типа: понимающие, что им ничего не светит, и полностью отбитые. Те самые, что бросаются тупыми подкатами и на что-то надеются, если в ответ на них не глянули, как на сумасшедших. Хотя, есть ещё и третий тип. Я. Ну и несколько других адекватных дам, понимающих, кто такой Мин Юнги на самом деле. — Приветик, девочки, — я машу своим подругам и сажусь на последний ряд рядом с ними, обнаруживая на своём месте уже приличное количество небольших подарочков. Шоколадки, открыточки и небольшие вкусняшки и милые игрушки, а также... какую-то странную вытянутую коробочку. — Это ещё что? Я хмурюсь, замечая, что Мин-заноза-в-одном-месте-Юнги тоже уже пришёл в класс и смотрит в упор на меня, после чего показываю ему средний палец в ответ и улыбаюсь. "Схавал?" — думаю довольно, подсчитывая количество посланий и одними губами произнося в сторону парня короткое: — Тридцать, — и, судя по закатившимся глазам одноклассника, он понял всё верно, только отворачиваться почему-то не собирался. — Девочки, а вы видели, что дарили Мину? Один картон или там что-то нормальное было? — Ой, там чего только не было... Если я попытаюсь съесть ту гору сладостей, что ему надарили, за раз, у меня точно случится сладкий инсульт, — вздыхает Соён, подпирая щёку в недовольном жесте. — Однако мне вот ни одной валентинки не перепало. Хоть бы кто открыточку подарил, так нет. Хрен мне. — Так все знают, что ты занята каким-то красавчиком из универа, — хмыкнула Херин, скрестив руки на груди, и я согласно кивнула. — Была бы ты свободна, точно что-нибудь да получила. — Она и получит, только не в школе, а когда университетский мачо заберёт её прокатиться не только на своей тачке, но и ещё на чём-нибудь, да? — с намёком подмигивая, я хихикнула, а Соён вдруг покраснела и начала давиться воздухом под тихий ржач Херин, а также мои шуршания упаковками и картонными сердечками. В отличие от некоторых невеж, я всё же стремлюсь узнать, кто мне написывает любовные послания. — Открой вот это! — подруга буквально впихнула мне в руки ту самую вытянутую коробочку, которую я сразу приметила, но собиралась оставить на десерт. Бархатная поверхность ничего хорошего не сулила, и я, если честно, боялась обнаружить там что-нибудь действительно ценное. Игнорировать открыточки и шоколадки — это одно, но не обращать внимания на дорогие подарки... совсем другое. Пришлось бы встретиться с этим воздыхателем и объясниться. — Давай, нам тоже интересно, потому что остальные парни спалились перед нами, а этот — нет, — подогнала меня Херин, и я в принципе не удивилась, что подруги знают, что и от кого мне досталось, потому что отправители сами особо не скрывались, в комплекте с каждым подарочком была подпись его отправителя, а тут... будто её не было. Может, внутри? — Ладно, — я сдалась, потому что и самой было интересно. Однако, открыв коробочку, я тут же пожалела о своём решении. — То ли у меня глюки, то ли это... — Оу, май, — офигела Соён, заглядывая мне через плечо. — Это же тот самый, который ты хотела, но посчитала, что дорого. Ну, не то чтобы прямо так, но близко. Просто для браслета цена оказалась и правда слишком завышена, как по мне. Красота украшения перекрывала его ценовой недостаток, поэтому мечты о тонком браслете с солнцем и луной я не оставила. Не хотелось клянчить у родителей такие суммы, так что покупку я отложила до лучших времён. Например, до своего дня рождения или другого крупного праздника. — Так, признавайтесь, кто из вас сделал это, — сурово оглядев подруг, сказала я, но те хлопали глазками, мол, ничего не знаем, о чём ты вообще говоришь. — Никто не знал, что я хочу это, кроме вас. — Ну, видимо, знал, — пожала плечами Херин. — В конце концов, любой из класса мог проходить мимо и услышать. Фирма довольно знаменитая, а ты тогда от восторга довольно громко разговаривала. Значит, круг подозреваемых сужается, только легче не стало. Мало того, что неизвестный потратил на меня кругленькую сумму, так он ещё и не подписался. Записки не оказалось нигде, даже под подкладкой, на которой располагалось украшение. — Не могу это принять, — я захлопнула коробочку, ловя на себе чей-то взгляд, но, когда подняла голову, все уже занимались своими делами, уставившись в другую сторону. И лишь мои подруги удивлённо смотрели, не понимая, в чём проблема. — Почему? — Девчонки, ну не могу я принимать дорогие подарки от непонятно кого. Вряд ли я смогу ответить взаимностью этому парню, так что... — Чего это не можешь? — возмутилась Херин. — Что, твой воображаемый бойфред будет против? — Очень смешно. Ну, во-первых, я не знаю, кто мне подарил это. А, во-вторых, я... — А ты одинокая и шикарная, — перебила меня Соён, получая полное одобрение своих слов от второй подруги. — Камон, Т/И, ты самая красивая в школе, и я считаю расточительством оставаться тебе одной всегда. Ты можешь дать парню шанс, раз он так старался. — Ну да, судя по всему, он следит за мной, — скривилась я. Стало немного не по себе, потому что вполне могло оказаться, что тайный поклонник случайно услышал про браслет, только это не до конца доказывало отсутствие слежки. Был у меня один сталкер пару лет назад... жуть. — Или ему кто-то доложил, — предположила Соён. — Ага, ты или Херин. — Попробуй докажи, — улыбнулась подруга. — Кстати, что у вас с Юнги? Кто выиграл на этот раз? — В этот раз, кажется, я, но день не закончился. Надеюсь, эта скотина в следующем году не получит ничего на день Валентина и умрёт в одиночестве. — Это точно любовь, — протянула Херин мечтательно, на что мне хотелось выдать едкое: "Сплюнь". И я была бы даже готова принять харчок в свою сторону, если бы это сработало, как оберег от Мина и его присутствия. — Ну, чё ты скривилась? Явно же бесишься не просто так. Разве вы типа не одного поля ягоды? Совсем нет. Я этого заносчивого и самоуверенного типа просто ненавижу, как и он меня. Казалось бы, такие как мы, практически король и королева школы, если выражаться ярлыками, всегда должны быть вместе, потому что они находятся в одной лодке, но нет. Это абсолютно не наш случай. — Он выбросил все послания, которые ему подарили, — пояснила свой настрой я. — Это грубость. — Ну да, конечно. А ты не приняла подарок, чтобы?.. Как собираешься возвращать? — Всем, кто подарил мне сегодня хотя бы картонку, я отвечу на Белый день. А с этим ювелиром... прямо не знаю, что делать. Надеюсь, он подойдёт ко мне до конца дня и раскроет свою личность. — Тогда ты должна надеть браслет. Иначе он подумает, что ты настроена отвергнуть его, и точно не приблизится. — Здравая мысль, — кивнула я, хотя было немного не по себе. Я всё же не решилась носить украшение, откладывая это до конца дня, и очень зря. Время обеда было бы идеальным для разговора, только мы, как обычно, сидели с девочками вместе, поэтому таинственный воздыхатель не явился. Подошёл лишь наш студсовет, переодетый в ангелочков и купидончиков, чтобы раздать отправленные через общую почту открыточки. — Боже, ещё пять... — А у меня десять. Сравнялись, — самодовольная лыба Юнги вдруг появляется рядом, потому что он уже собирался валить и подошёл к почтальонам сам, почему-то именно в тот момент, когда они приблизились к нашему столику. — Или я выиграл? От тебя любовного признания ждать не стоит, я так понимаю. — Это ты мне? — удивилась я, выгибая бровь, а этот злобный гном с невозмутимым видом кивнул в ответ. — Ещё чего. Могу только предложить губозакатывательную машинку, если хочешь. — Ну ты и вредина, Т/И, — фыркнул Мин напоследок, а затем, проходя мимо урны, снова выкинул свою долю валентинок, не читая. Прямо пачкой. Никто не посмотрел на него осуждающе, кроме, наверное, меня, хотя следовало бы. — Слушайте, а вам не кажется, что у Юнги просто есть кто-то? Ну, любимая девушка, — сказала Соён, словив наши недоумённые взгляды. — А что? Шикарный же парень. Трудно поверить, что ему никто не симпатичен. — Соён, ты не отвлекайся от своего студента и не обижай слово "шикарный", — буркнула я. Кто? Вот он? Этот придурок? Я всё ещё категорически не понимаю, что в нём такого классного. Ну, кроме смазливой морды, иногда напоминающей кота, но я не зоофил и кошек ненавижу. Они никогда не будут преданно любить одного хозяина, а ластятся только тогда, когда им самим нужно, один в один, как сам парень. — Причина его поведения не может быть романтичной. Мин просто скотина, вот и весь секрет. — Ладно, не кипятись, нам ещё в актовый зал на концерт идти. Славься тот, кто решил отменить нам занятия в угоду развлекухи. — Точно. В столовой я особо не поела, потому что кусок после утренней распаковки подарков совсем не лез, но вот зато уже во время представления мой желудок урчал, как кит, выпавший на берег и молящий о пощаде. Я оглядывалась по сторонам, надеясь, что меня, как и некоторых китов, люди услышать не способны, но тут кто-то с заднего ряда передал банан. Странное послание. Вообще, я могла бы съесть что-то из подарков, но это сплошной шоколад, и я такое не особо люблю есть в сухомятку, не разбавляя горьким кофе или хотя бы чаем. К тому же, рюкзак остался в классе, а банан выглядел не так зубосводяще и слишком аппетитно с голодухи. — Это мне? — прошептала я какому-то парню, и он согласно угукнул. Что ж, надеюсь, он не отравлен. — Ты только ешь его, не как обычно, — тихонько сказала Херин, припоминая мой обычный способ поедания бананов, немного шокирующий огружающих тем, что похож на минет, и я спокойно отломала кусок, с недовольным видом пихая фрукт за щёку, как хомяк. На сцене в этот момент разворачивалась какая-то драма. Ставили "Ромео и Джульетту", по классике, а затем сценку из смутно знакомой дорамы. Я под конец распознала в представлении тех самых героев из сериала, что смотрела на прошлый год в день Святого Валентина, а затем, когда это всё закончилось, мы с девочками дружной компанией направились по домам, попутно забегая в торговый центр и кучу магазинчиков, так что под вечер я просто валилась с ног. Таинственный воздыхатель не появился в Валентинов день, и я с тяжёлым грузом на душе ложилась спать, думая о его личности и сетуя, что никто особо не приходит на ум. На следующее утро я не стала выкладывать коробочку с браслетом из рюкзака, всё же надеясь встретиться с поклонником и вернуть ему украшение, но уже с самого начала дня мне было не до этого. Странности начались с того, что на экране телефона я увидела вчерашнюю дату. Ну, это ладно, мало ли, техника сбоит, но потом к этому прибавилось ещё и необычное поведение моих подруг. — Привет, девчонки, — как обычно поздоровалась я, а на меня в ответ уставилось два не особо понимающих взгляда. — Эм, привет? — ответила Соён, поднимаясь от парты и вставая. — Я должна уступить тебе место? — Что? — не поняла я. — Мы же сидим вместе, верно? — Как скажешь, — Соён опустила взгляд и села на место, но всё равно отодвинулась, когда я разложила свои вещи, непонимающе оглядывая класс. Никто не смел и глаза на меня поднять, а те, кто решался, делал это украдкой, будто я не должна была заметить. А потом вошла Херин, приветственно кивая и взмахивая рукой, чтобы бросить на парту свою удивительно лёгкую сумочку. У неё там что, только одна ручка и листик? — Хай, — с английским акцентом произнесла подруга, хотя у неё всю жизнь были проблемы с этим языком. Я окончательно запуталась, но всё же поздоровалась в ответ. — Ты слышала? Твой жених возвращается из США. — Кто? — удивилась я, ничего не понимая. У меня, во-первых, жениха никогда не было, а во-вторых... какого чёрта происходит? — Жених твой, Мин Юнги. — С каких пор Мин — мой жених?! — я аж подскочила, а Херин дёрнула меня обратно на стул и недовольно протянула: — Т/И, ты головой ударилась? — подруга осмотрела мой череп, но не нашла никаких повреждений, пока я думала, что проверяться надо не мне, а ей. И Соён за компанию. — А ты? Ты шутишь? Это что, развод такой? Вам весело? Мне вот совсем нет! — вспылила я, и тут в класс вошёл Юнги собственной персоной. Сразу же все заулюлюкали и начали приветствовать парня, а тот, кажется, тоже не особо понял, за что ему такие почести. Да, Мина любят, но не настолько. Однако он принял происходящее за норму и спокойно поздоровался со всеми, присаживаясь за свою парту и пристально наблюдая за тем, как учитель заводит в наш класс новенькую. Скромную на вид девчонку нашего возраста, только без формы. — Это Ча Инсо, с этого дня она будет учиться у нас. Имя показалось мне знакомым, как и общий внешний вид девушки, но этого же не может быть... Она выглядела один в один, как в той чёртовой дораме, которую вчера разыгрывали на сценке. — Что за прикол? Она взяла шмотки со вчерашего концерта? — прошипела я, на что Херин удивлённо повернулась и спросила с некоторым наигранным возмущением: — Ты вчера была на концерте и не взяла меня, м, сучка? — Ты там тоже была, Рин, — мне хотелось от раздражения потереть виски, и поэтому я со вздохом сделала это. — И с каких пор ты меня так зовёшь? Вы вчера с Соён на пару бухнули после моего ухода, и у тебя до сих пор белка? — Я и Соён? Не шути, сейчас стошнит. Я бы ни за что так с тобой не поступила. Со мной? Ничего не понимаю. Мы же лучшие подруги. Только отвращение на лице Херин читалось так отчётливо, что я не могла подумать на актёрские приколы или шутку. Будто я попала в какую-то другую вселенную, проснувшись этим утром. И в квартире никого не было, кроме меня, хотя обычно я перекидываюсь с онни хотя бы парой фраз, и девочки ведут себя странно. — Чертовщина какая-то... — А Юнги с этой новенькой глаз не сводит. Не ревнуешь? Я вообще не собиралась обращать внимания, только шею в сторону парня повернула так резко, что она слегка хрустнула. Херин ехидно усмехнулась, а я и правда заметила, как Мин рассматривает сидящую сбоку от него Инсо, а сама новенькая в ответ кидает ему мимолётные смущённые взгляды, пока Юнги пялится весьма демонстративно, подпирая щёку ладонью и непонятно чему улыбаясь. Брови непроизвольно нахмурились сами собой. — О-о-о, ревнуешь. Интересно, из какой залупы она вылезла, эта Ча Инсо? — спросила подруга, и я невольно цокнула от такого лексикона. Хотелось посоветовать девушке помыть рот с мылом или хотя бы выражаться не так часто, но я решила промолчать. Всем окружающим будто отбили все мозги сегодня. — Понятия не имею. — Может, устроим ей наказание? Так, проучить и познакомиться. И чтобы не смела лезть к твоему парню. — Он мне не парень — это раз. И никому мы ничего не будем устраивать — это два, я впервые в жизни вижу эту новенькую. С чего бы мне?.. — Но ты всегда так делаешь, — надула губы Херин, обиженно отворачиваясь, а я застыла в шоке и весь урок не могла прийти в себя после такого заявления. Что?! За последующую перемену я узнала ещё много о себе и моих подругах. Например то, что меня побаиваются из-за влияния семьи, нас с Юнги хотят поженить по расчёту, и его не было пару лет, пока он не вернулся. В это время управление школой перешло ко мне и некому Чон Хосоку, с которым Мин раньше дружил. На данный момент эти двое — лютые враги, и, кажется, я видела гневно зыркающего Чона в коридоре, в то время как Юнги на расслабоне передвигался, не обращая ни малейшего внимания. Что меня удивило ещё больше, так это то, что Соён — бывшая девушка "моего жениха", которая сейчас встречается с каким-то пареньком из параллельного класса, но я всё равно её недолюбливаю по причинам наличия связи с Мином. Я напомню, но у Соён парень вроде бы в универе учится. Также хочу сразу пояснить: моя подруга никогда не встречалась с Мин Юнги. Если это не параллельная вселенная, то это я сошла с ума, и, кажется, пора съезжать от сестры в однушку с мягкими стенами. — Так, надо этот дурдом заканчивать, — решительно сказала себе я, закатывая рукава школьной блузки и выискивая взглядом занозу в своей заднице по фамилии Мин. Были у меня смутные подозрения о том, что это он додумался закатить подобный спектакль, чтобы у меня поехала кукуха, но моих подруг Юнги ни за что бы не смог склонить на свою сторону. И это уже ломало мою теорию к чертям. — О, вот и ты. Схватив парня за руку, я завела его в ближайшую кладовку и заперла за нами двери, прижимаясь спиной к твёрдой поверхности и тут же спрашивая: — Ты не заметил ничего странного сегодня? — Не понимаю, о чём ты, — спокойно отозвался Мин. Его, казалось, вообще ничего не смущает. — Правда? Не понимаешь? И то, что тебя сегодня все встретили, как царя Соломона — это вообще норма. — Ну, подумаешь, обрадовались. Я в хороших отношениях со всеми, если ты не забыла. — Я тоже, если не забыл ТЫ. Но сегодня меня избегает почти вся школа, хотя обычно я никого не обижаю и веду себя мило. — Ты и мило? Не неси чепуху. Оксюмороны нынче не в моде. — Где твои дружки, что постоянно следом таскаются? — продолжала наседать я. Наверное, это был уже самый рекордно долгий разговор в нашем с Мином общении, но на какие только жертвы не пойдёшь, чтобы не сойти с ума. — Да фиг их знает, отходят после праздника, — на пофиг выдал парень. Будто он не слышал этих странных слухов. Будто ему не сказали о наших с ним "отношениях". — Мин, да я рот ставлю, что что-то тут не чисто! — начинаю кричать я, полностью теряя самообладание и начиная правда нести полную чушь, а этот ублюдок с хитрой ухмылкой начинает расстёгивать ширинку. Мы в тёмной кладовке, совсем одни, и рожа Юнги не сулит ничего хорошего. — Эй, ты что делаешь? — Как "что"? Ты поставила и проиграла. Всё нормально, просто у тебя паранойя, а у меня вариант получить минет. Я покосилась на парня, как на полного идиота. С чего бы ему соглашаться на подобное? Разве мы не заклятые враги? Это же... противно. Или нет? Только не говорите мне, что и этот сегодня в другой реальности. Чтобы проверить свою неожиданную догадку, я прямо спросила: — Мы с тобой друг другу кто? — Мы? — задумчиво сжав губы и со вздохом застегнув свои штаны обратно, спросил Мин. Стоит заметить, что парень успел расстегнуть лишь верхнюю пуговицу и молнию слегка, так что не выглядел, как действительно заинтересованный в исполнении своих слов. Скорее, просто припугнуть хотел или поиздеваться. Юнги запихнул руки в карманы и ухмылялся так дерзко, что я сотню раз успела пожалеть о своей идее поговорить с ним. Никогда. Буквально ни разу это хорошо не кончалось. То он начнёт ядом плеваться, то я по привычке. Единственное, что останавливало меня от побега прямо сейчас, было практически обычное поведение парня. "Да, он мудло, но зато такое привычное", — подумала было я, пока с губ собеседника не сорвалось: — Ты моя невеста, разве нет? Я тут же развернулась и сползла по двери на пол с протяжным и мучениским "Не-е-е-ет". И этот туда же. Я что, в кошмарном сне? Да, точно, это же просто бред моего воспалённого после дня Святого Валентина мозга. Зря я вспомнила про дораму и зря так сильно злилась на Мина, что мысли о нём обеспечили мне такой "классный" сон. Надо проснуться. — Чем занимаешься, дорогая? — едко произнёс Юнги, с улыбкой наблюдая за тем, как я сначала бегаю по кладовке в поисках чего-нибудь острого, а затем вдруг с его лица пропала вся ехидность, когда я схватила шило и с размаху воткнула его себе в ногу. — Эй, ты больная?! Вот уж правда я близка к этому описанию. Было... больно. Аж слёзы на глаза навернулись, но это было больше не от физического урона, а от разочарования и безысходности, что захватили меня в этот момент. Я не проснулась и всё ещё нахожусь здесь, в этом странном мире, где мои подруги на самом деле больше не мои, а я вынуждена выйти замуж за самого противного парня на планете. Кстати, этот злобный гном вдруг подбежал, забрал шило из сжатых до побеления костяшек пальцев, а потом осмотрел мою рану и неодобрительно покачал головой, слегка приподнимая края школьной юбки, чтобы на неё не попала кровь. Мне показалось, или я покраснела? — Скажи честно... ты ебанулась? — спросил Мин, вытаскивая из кармана какой-то платок и накрывая им место прокола. Я не очень глубоко воткнула, да и в принципе шило оказалось туповатым и коротким для сильных повреждений, но я слишком была уверена в эффективности выхода из сна, так что и силы не пожалела. Была бы тут вилка, было бы проще. — Сначала раскидываешься фразочками про рот, а теперь вот это. Тоже мне, правильная мадам. Я понимаю, что ребята решили приколоться над нами, но чего ты так бесишься? — Погоди, — я на автомате схватилась за руку сидящего около меня парня и резко похлопала ресницами, осознавая, что он сейчас, чёрт возьми, сказал. — То есть, ты знаешь, что я не твоя невеста?! — Знаю, разумеется, и я не думаю, что у тебя резко появилось желание ей стать, — нахмуривается Юнги. — Только все вокруг усиленно втирают мне обратное, а новенькая... — Что? — я вдруг испуганно вдохнула, потому что вспомнила, как они с Мином переглядывались во время урока. Странное чувство кольнуло в груди. — Вообще сказала, чтобы я не подходил к ней. И то, что было в США, ничего не значит. А я так-то в штатах не был ни разу и не знаю эту Инсо, чтобы меня отшивали ещё до каких-либо действий. Если отбросить ненадолго нашу неприязнь друг к другу и сплотиться против этих шутников... Как думаешь, что это за прикол, и к чему он вообще? — Хм... — я задумалась. После того, как я подошла даже к самому далёкому от меня человеку в школе, мне всё равно ответили то же самое, что и все: я стерва, задирающая слабаков и помолвленная с Мин Юнги. Некоторые ребята, которым я помогала пару раз на мероприятиях, откровенно шугались моего приближения, как и Соён. К слову, я видела, как она чмокнула в щёку какого-то незнакомца в нашей форме. Это ничерта не было похоже на шутку. Невозможно договориться с такой кучей людей, буквально со всей школой и даже учителями, парочке из которых я сегодня специально нагрубила, но мне и слова против сказать не решились. Хотя обычно именно эти преподаватели игнорировали и статусы, и знания учеников, когда речь заходила о почтительном отношении. Я еле пересилила дикое желание уткнуться в плечо Мина и разреветься изо всех сил, давая волю эмоциям, но всё же сила воли оказалась больше, чем накатившая истерика. — Нам надо понять, что случилось со всеми окружающими, — я поднялась, поморщившись от неприятной боли в бедре, повязала платок вокруг ноги, чтобы держался, а затем направилась на выход из кладовки. Юнги поплёлся за мной, только его метод "зажать первого попавшегося парнишку в углу и начать допрос с пристрастием" ничего не дал. — Не ври мне! — наседал Мин, пока несчастный щурился, выл и отворачивался от кулака, поднесённого к лицу, но ничего нового не говорил. На словах мы, как были парочкой, так и остались. А я уже смотреть на это моральное насилие не могла, хотя Юнги и не бил парня, а просто припугивал. — Отпусти его, хватит уже. Не видишь разве, что ничего другого он не ответит? — я положила руку на плечо Мина, и он вздрогнул, выпуская из рук парня и позволяя ему испуганно смыться, оставляя нас двоих наедине в уже пустом коридоре. Идти на уроки не было никакого настроения и желания, потому что там не было ни одного знакомого человека. Все словно стали чужими, как только их характеры изменились. И только Юнги оставался собой, так что хотелось схватиться за него, прижаться и не отпускать, чтобы крыша не съехала. Он — последнее доказательство того, что та, другая жизнь была. Больше никто вокруг не ведёт себя, как раньше, и это немного заставляет меня впадать в панику. Прятать потряхивающиеся руки в карманы пиджака и стараться дышать, лишь бы не думать о том, что мы не сможем вернуть всё, как было. — Как думаешь, мы не могли вдруг, ну... оказаться в какой-то параллельной реальности? — С чего бы? — хмыкнул Юнги, опираясь о стену и скрещивая руки перед грудью в недовольном жесте. Я в это время, наверное, впервые смогла нормально рассмотреть парня без шанса быть осмеянной или неправильно понятой, а он напряжённо думал, поджимая свои светлые губы до тонкой полоски. — И почему именно мы? — Я не знаю, — солгала я, хотя мысли, если честно были. Ну, например, карма. Негатива между нами столько было, что вселенная решила наказать, оставив нас двоих в другой реальности, словно робинзонов на необитаемом острове. По сути, незнакомые люди — те же мячики, с которыми мы не в состоянии разговаривать. Точнее, говорить-то можно, только вряд ли получишь желаемый ответ. Вариант второй... был с дебильцой, если подумать. Я вспомнила прошлый день Святого Валентина, просмотренную дораму и загаданное желание. На первый взгляд вокруг всё и правда было, как в том сериале: двое королей школы, богатенькая сучка рядом, а также милая и невинная серая мышь, только-только поступившая на учёбу в змеиную нору. Вот только, окажись мои догадки верными, я, выходит, играю за сучку. В итоге никому не нужную и лишь наблюдающую со стороны, как принца уводит какая-то замухрышка. И если со мной и Инсо всё понятно, то кто в этой истории Юнги? Главный герой? Упаси Божечки... Я не стала говорить о своей догадке номер два, потому что она и звучала бредово, и вряд ли это объясняло происходящее. Но мои сомнения в объективности этой теории длились совсем недолго, ровно до того момента как все ученики начали выползать из классов, а тот самый Чон Хосок внезапно обратился к Мину через весь коридор. Парни застыли друг напротив друга, все остальные расступились по углам, наблюдая начинавшуюся перепалку, я тихонько пыталась оттащить Юнги от греха подальше, пока он не двигался с места, словно прибитый к полу, а та самая Ча Инсо вышла в самый центр образовашегося свободного пространства, потому что засмотрелась в телефон. Мин окинул новенькую недоумевающим взглядом, а Хосок злобно усмехнулся. Эта сцена была так похожа на ту дораму, что у меня не осталось никаких сомнений. Мы попали...