Часть 4
15 февраля 2022 г., 09:43
Единственное, о чем сожалела Нарцисса, так это о том, что она физически не присутствовала, чтобы засвидетельствовать реакцию Риты Скитер на неотразимую сенсацию, которую Гермиона собственноручно доставила в офис несчастной женщины на том основании, что они возьмут с ведьмы слово, что Скитер больше никогда не будет печатать и говорить о бесплодии или разводе Гермионы. После ухода Лаванды Браун и перед тем, как Гермиона отправилась в «Ежедневный пророк», Нарцисса попросила ее рассказать ей об импровизированной встрече, как только она сможет. Однако она заснула еще до возвращения Гермионы, но в субботу утром ее разбудил «Ежедневный пророк», упавший ей на лицо. Отплевываясь, ее первым побуждением было сорвать бумагу с лица и отбросить ее как можно дальше; она считала это разумной реакцией, но, когда она скомкала бумагу в кулаке и собралась швырнуть ее в противоположную стену, загорелая женская рука бережно обхватила ее запястье.
Растерянно моргая, ее одурманенный сном мозг наконец осознал, что она проснулась не в своей постели, что это не была злобная сова-курьер, которая так бесцеремонно уронила бумагу ей на лицо, и что Гермиона Грейнджер сидела в постели рядом с ней. События прошлой ночи вернулись к ней, и она ослабила хватку на газете, пока та не упала на простыни. Прошептанное заклинание Гермионы расправило «Ежедневный пророк», и он был поднят обратно на колени Нарциссы, когда она правильно села в постели, воспользовавшись моментом, чтобы зевнуть и потереть глаза.
— Тебе обязательно было разбудить меня таким образом, не так ли? — проворчала она, разглаживая бумагу еще немного.
Гермиона хмыкнула, но ничего не сказала, просто указав на газету. Вызвав свои очки для чтения, она надела их и пролистала первую страницу, затем еще несколько, пока не почувствовала, что ничего не добьется без дальнейшего участия ведьмы рядом с ней. Не говоря уже о том, что Гермиона была гораздо интереснее, чем чушь в этом субботнем выпуске.
Но, когда она повернулась, чтобы посмотреть на Гермиону, ее встретили сияющие, возбужденные глаза и сложенные ладони, частично закрывающие рот Гермионы.
— Заметила что-нибудь? Или, скорее… не заметила ничего?
Поджав губы и прищурив глаза, Нарцисса вернулась к первой странице. Там были обычные статьи, но, к счастью, ничего такого сенсационного. И ничего о…
— О! Ты… — медленная улыбка расплылась по ее лицу, — там нет статьи о твоем разводе и о том, что его вызвало. Гермиона, ты сделала это!
Беззастенчиво ухмыляясь, Нарцисса бросила газету на ближайший к ней прикроватный столик и обняла Гермиону. Гермиона свободно рассмеялась, и Нарцисса почувствовала, как пальцы скользнули по ее светлым волосам, нежно почесывая кожу головы, когда она повторила это действие.
— Да, да, у меня получилось. Ты была чертовски гениальна со своим планом, Нарцисса; Скитер полностью повелась на него, как какое-то хищное животное, как ты и думала, — начала хвалить ее Гермиона, но затем запнулась и отстранилась, чтобы посмотреть на нее, как будто снова сомневаясь, — Но ты… Ты все еще в порядке с этим? Я имею в виду, что у меня еще есть время, и я верю, что смогу убедить ее в обратном…
Нарцисса покачала головой.
— Нет, милая, мы уже проходили через это однажды, я не буду делать этого снова. И хотя я не была тем, кто заставил ее зарегистрироваться как анимаг, ты хорошо знаешь, что она меня тоже не совсем любит, после того, как мои сестры отомстили ей во время наших лет в Хогвартсе, когда они узнали о том, что она дразнила меня.
Уголок ее губ дернулся, когда Гермиона фыркнула, вспомнив историю прошлой ночи. Это была правда, что Рита Скитер, сокурсница-слизеринка и соседка по общежитию тогдашней Беллатрикс Блэк, не испытывала симпатий к Нарциссе. Рита не должна была дергать ее за волосы и мучить бесконечными разговорами о том, что ее волосы лучше, естественнее, а волосы Нарциссы не могли бы быть такими, если бы она была настоящей дочерью Блэков. Боги, что Андромеда и Беллатрикс сделали, когда узнали, что шестикурсница делает со второкурсницей своего же факультета, и Рите стало еще хуже от того, что второкурсница-слизеринка была их младшей сестрой.
— Могу сказать, они действительно заставили ее заплатить за то, что она причинила тебе боль, — рассмеялась Гермиона, улучив момент, чтобы потереть один глаз, — Хотя я ненавижу то, что это будет означать, что мы не сможем видеться пару недель, пока она не убедится, что я говорю правду о том, что я видела. Но ты… — Гермиона задумчиво уперлась подушечкой большого пальца в подбородок, — Ты действительно не возражаешь против откровенности, на которую она пойдет? Это не беспокоит те…
— Беспокоит ли это меня? Нет, это не так, — Нарцисса свесила ноги с кровати и потянулась, вставая. Она обернулась с решительным, почти несущественным намеком на улыбку, — Я давно смирилась с тем, что мне больше нечего терять в глазах Волшебного общества. Если уж на то пошло, у меня нет никаких намерений возвращаться. Почему тогда меня должно волновать, что они узнают о моей маггловской жизни и о том, что я предпочитаю компанию женщин?
Она обошла кровать и опустилась на колени перед Гермионой.
— Я бы предпочла, чтобы они знали все это, а не альтернативу, которая может быть напечатана. Даже если бы мы не были… — она сглотнула, положила руки на колени Гермионы и посмотрела в карие глаза, — связаны, как сейчас, я хочу, чтобы ты знала, как женщина женщине, что наше репродуктивное здоровье должно оставаться нашим собственным — и наших серьезных партнеров, супругов, если они у нас есть — пока мы не решим рассказать об этом другим. Рита Скитер разрушила то, что должно было быть неотъемлемым доверием, и все это ради шумихи. Конечно, твоя приятельница по Гриффиндору сделала то же самое, но она была… введена в заблуждение.
Руки обхватили ее лицо, большие пальцы скользили по коже медленными, повторяющимися движениями.
— Черт возьми, Нарцисса, прости, что говорю это, если ты действительно любила Люциуса, но этот волшебник тебя ни в малейшей степени не заслуживал.
И когда Нарцисса разразилась явно неподобающим леди смехом, Гермиона соскользнула с кровати и села рядом с ней на пол, притянув ее в объятия, когда она прислонилась спиной к каркасу кровати.
— Однако, ты в курсе, — мягкий голос Гермионы ласкал ее ухо, — что я не собираюсь покидать Волшебное общество? Мне бы хотелось, чтобы ты хотя бы навещала меня… все уже не так, как было раньше.
Пропустив последнее предложение, сердце Нарциссы оборвалось от этого признания, хотя в здравом уме она понимала, что у Гермионы нет причин отстраняться от жизни, которую она для себя создала. Возможно, крошечная часть ее души надеялась… но нет, она не могла. Она вырвалась из захвата и отступила назад, снова поднявшись на ноги, Гермиона следила за ее движениями. Она слегка наклонила голову в сторону, и тут ее осенило.
— Ты, должно быть, знала, что, рассказав об этом Рите и о том, что из-за этого произойдет, мы больше не сможем встречаться?
Гермиона нахмурилась:
— И почему это так?
— Я… даже несмотря на то, что ты разведена, как ты могла даже представить, что выйдешь со мной в свет в любой момент после этого, потому что мы должны будем сделать это через некоторое время после публикации статьи, и это выше моего понимания…
— Я хочу, чтобы ты знала, что мне плевать, что Волшебное общество может подумать о моем выборе в отношениях, Нарцисса, — прервала Гермиона, ее тон был бесстрастным, — Я знаю, как обращаться с письмами ненависти еще до того, как я их открою, и большую часть времени я могу сделать так, чтобы письма даже не доходили до меня. Я не позволю, чтобы глупые мнения других людей управляли моей жизнью, если кто-то из них плохо относился к нам.
Нарцисса прикусила внутреннюю сторону губы.
— Я могу принять твой аргумент, но мне не все равно, поэтому я в первую очередь покинула Волшебное общество. В то время как мистер Поттер проявил благородство, дав показания от моего имени, помогая, по сути, простить меня, ничто из сказанного не изменило ничьего мнения о моем облике; он уже был уничтожен моими собственными решениями много лет назад. Я не могла никуда пойти после войны без того, чтобы меня не прокляли или каким-то образом не причиняли беспокойство, и я не могу вернуться к тому образу жизни, чтобы все время оглядываться через плечо, Гермиона.
Ее плечи слегка опустились, когда на нее нахлынуло осознание.
— Возможно, мне даже придется переехать после публикации статьи, но оно того стоит.
— Ты… — Гермиона вздохнула и села обратно на матрас, подперев лоб рукой, явно в раздражении, — Ты действительно не говорила с Андромедой о том, как изменилось британское волшебное общество с тех пор, как ты его покинула, не так ли? Признаю, — Гермиона выдохнула с тихим смешком, — нам еще предстоит пройти долгий путь в некоторых отношениях, но все уладилось. Минерва МакГонагалл написала мне о прогрессе, достигнутом в дружбе между факультетами, особенно Слизерином и Гриффиндором, а также, ну… Министерством. Стало лучше, Нарцисса. Ни в коем случае не идеально, но если бы я была женщиной, делающей ставки, я бы поставила пятьдесят галеонов на то, что, когда люди прочитают статью Скитер, это обернется против нее.
Нарцисса растерянно моргнула:
— Обернется против… Как именно?
— Не-а, — Гермиона погрозила ей пальцем, — Не хочу портить тебе сюрприз. Если я права, а я права… по крайней мере, иногда, — она пожала плечами, — у меня есть склонность к этому, тогда ты узнаешь об этом через пару недель. Но до этого у нас есть только это утро, прежде чем Скитер начнет разнюхивать о твоей жизни в течение двух недель. Ты хочешь…?
Растущая ухмылка и блеск в глазах Гермионы, когда она расслабилась на кровати, раскинув руки за спиной, когда одна из них похлопала по матрасу, сказали все, что Нарциссе нужно было знать. В тот момент, когда она забралась на Гермиону и прижалась к ней всем телом, запустив пальцы под ночную рубашку Гермионы, она полностью намеревалась воспользоваться оставшимся у них временем.
И опираясь на любовные укусы и множественные оргазмы, через которые она провела Гермиону? Боже, она говорила себе, что это всего лишь две недели, что, возможно, Гермиона была права, и статья каким-то образом даст обратный эффект, не означающий конец зарождающимся отношениям, но она знала, что эти недели будут казаться намного длиннее. Она держалась за Гермиону так долго, как только могла, притянула ее к себе, чтобы поцеловать «Еще раз, дорогая», — прежде чем они расстались.
***
Это было в четверг перед тем, как была напечатана статья, рассказывающая обо всем, Нарцисса сидела в кабинке в конце зала того же бара, который она часто посещала, казалось, целую вечность, когда она заметила слишком знакомую ведьму, приближающуюся к ней, когда она держала виски во рту. Покатав его на языке, а затем проглотив, она сохраняла безмятежное выражение лица, когда Рита Скитер встала у края другой стороны стола, одетая в какой-то странный маггловский наряд, который едва можно было назвать приемлемым в этом баре. — Миссис Малфой, — протянула Скитер, и на ее лице появилась насмешка, плохо замаскированная под улыбку, — какой сюрприз видеть Вас здесь. Не спрашивая, можно ли ей, она села напротив Нарциссы, и, со своей стороны, Нарцисса сумела подавить хмурый взгляд, которым она хотела одарить проклятую ведьму. Запятнать ее кабинку вот так, сидеть с ней так, как будто ее приветствовали! Однако она нацепила свою лучшую чистокровную улыбку и слегка приподняла подбородок. Постукивая пальцами по бокалу, она произнесла: — Мисс Скитер, Вам следует вспомнить, что я развелась с Люциусом в 1999 году и что он скончался, отбывая наказание в Азкабане в 2000 году. Я снова Нарцисса Блэк. О, как она наслаждалась легчайшей дрожью, пробежавшей по Рите при упоминании ее девичьей фамилии. Возможно, если бы Рита выросла и стала лучшей женщиной, она бы испытывала вину из-за того, что ее сестры сделали с ней в Хогвартсе, но… ах, это было неважно. В конце концов, теперь это в прошлом. Скитер сумела взять себя в руки — какой бы слизеринкой она ни была, она преуспела в том, чтобы долго не позволять слабости проявляться перед Нарциссой, — и сверкнула жеманной улыбкой, от которой Нарциссе захотелось стошнить. Вместо этого она спросила, что леди может пожелать выпить, и вскоре маггловский коктейль появился на столе перед другой белокурой ведьмой. После нескольких глотков начался допрос, замаскированный под разговор, и, во имя Мерлина, эта женщина была занудой, ее легко было обвести вокруг пальца, но при этом Скитер не сомневалась, что у нее есть преимущество. Главной целью всей этой встречи было, очевидно, сообщить Нарциссе о том, что ей предстоит, как будто она и так не знала. Но, конечно, Рите пришлось задавать и другие вопросы, чтобы утолить свой жадный аппетит по поводу так называемого грехопадения Нарциссы. В конце концов, слишком долго, по мнению Нарциссы — хотя даже одна секунда в присутствии Риты была для нее слишком большой нагрузкой — Рита убрала маггловский диктофон, который она откуда-то достала и, очевидно, заколдовала, поблагодарив Нарциссу за уделенное ей время и сверкнув той же тошнотворной улыбкой. Скитер даже не представляла для нее такой уж большой проблемы, но это было хоть что-то, по крайней мере, шанс потренировать свои старые, закаленные чистой кровью разговорные мышцы. Она позволила слегка обеспокоенному выражению лица промелькнуть на ее лице лишь на несколько секунд, но достаточно долго, чтобы Рита успела это заметить, достаточно для того, чтобы бедная журналистка все еще считала, что у нее есть преимущество. Но если Гермиона была права, а Нарцисса не могла не верить в нее, особенно после долгой разлуки, Рита вскоре будет поставлена на место. И в субботу утром, задолго до того, как она планировала встать с постели, громкий треск расколол воздух в направлении ее кухни внизу. Звук шагов, мягко поднимающихся по лестнице, становился все громче, пока они не остановились прямо за ее дверью. Она повернулась в постели так, чтобы ее лицо было обращено к закрытой двери, и слабо улыбнулась, узнав магическую подпись Гермионы. Когда дверь начала открываться, она снова закрыла глаза и зарылась в подушку, немного споря сама с собой о том, стоит ли идти дальше и открывать глаза, но ощущение пальцев, пробегающих по ее волосам, когда фигура Гермионы опустилась на колени на покрытый ковром пол у ее кровати, сделало это стоящим. — Цисса, — донесся до ее уха голос Гермионы, — Цисса, любимая, проснись. Поерзав под одеялом и тихо застонав, Нарцисса начала открывать глаза. Слегка расплывчатая фигура Гермионы Грейнджер становилась все четче с каждым морганием, пока не воцарилась ясность. Две недели, как и ожидалось, пролетели мучительно медленно. Время от времени ее взгляд замечал жука, который, как она была уверена, был Ритой Скитер, и возможная встреча в баре, который она часто посещала, подтвердила это. Она следила за Нарциссой на ее рабочем месте, за ее ежедневными приходами и уходами, за ее двумя походами в бар, получая более чем достаточно информации из первых рук, чтобы опубликовать свою чертову статью. — Субботний выпуск вышел, — прошептала Гермиона, когда Нарцисса сонно села в постели, — Хотела принести его тебе, прежде чем я возьму короткий отпуск, так как я уверена, что как только ты выйдешь на улицу… Что ж, ты сама увидишь. Я уверена. И, во имя Салазара, она надеялась, что Гермиона была права, судя по тому, как другая женщина практически вибрировала от возбуждения. Она взяла предложенную газету и затуманенным взглядом посмотрела на заголовок и подпись; даже без очков для чтения она могла разобрать это. ~~~ Малфой маскируется под маггла? Автор: Рита Скитер С недовольным хмыканьем Нарцисса подняла глаза, но моргнула в пространство, в котором только что была Гермиона. — Как…? — она улыбнулась, недоверчиво покачала головой и прочитала остальную часть статьи, надев очки для чтения. В ней говорилось о том, что Нарцисса «опустилась до простого помощника маггловского библиотекаря», «искала какую-либо мимолетную любовь в объятиях маггловских женщин» и размышляла о том, всегда ли она «предпочитала компанию прекрасного пола». Не говоря уже о движущейся фотографии, на которой она целуется с женщиной-магглом в переулке у бара, что являлось, предположительно, убийственной уликой. Нарцисса поймала себя на том, что совсем не обращает на это внимания, хотя, учитывая, что это было запланировано. Часть ее почти жалела, что у нее нет адреса женщины-маггла, чтобы отправить фото ей, хотя, к сожалению, ей пришлось бы стереть ей память об этом после того, как она увидит это, что сделало всю идею спорной. Вскоре после того, как она заперла дверь своего дома и направилась по улице к ближайшему магазину «Теско» за продуктами, к ней подошел волшебник, который довольно плохо маскировался под маггла. Она слегка улыбнулась ему, когда он представился, а затем почувствовала, как у нее отвисла челюсть, когда он поздравил ее с успехами, сказав, что если кто-то и может показать, что люди могут измениться, так это она и то, что она делала с собой все эти годы. — Не то чтобы Вы были Пожирателем Смерти, конечно, — сказал он со смехом, — но Вы справляетесь намного лучше, чем любой из тех, кого поймали и отправили через эту дерьмовую программу Министерства! Мерлин, я считаю, что нам было бы полезно, если бы Вы поработали с ними хотя бы на полставки, мисс Блэк. Мисс Блэк. Тогда ее улыбка стала искренней, и она поблагодарила волшебника за его добрые слова, отметив, что да, мисс Скитер, по крайней мере, проинформировала ее о статье, прежде чем отправить ее в печать. Он энергично пожал ей руку и немного покраснел, когда она предложила ему наложить на себя заклинание невидимости и понаблюдать за маггловскими мужчинами, а затем пересмотреть свой наряд, но он воспринял это хорошо, кроме румянца на щеках, и сказал, что сделает именно это: — Видите, мы все могли бы поучиться у Вас! Слегка приподняв брови, она напомнила: — Магглорожденные, мистер Реддинг; мы все могли бы поучиться у них, когда дело доходит до магглов. Должна сказать, мне потребовалось несколько месяцев, прежде чем я стала одеваться соответствующим образом для маггловского мира. Еще несколько раз ее останавливали другие ведьмы и волшебники, когда она отправлялась за продуктами в местный магазин «Теско» и возвращалась с прогулки. Каждый раз ее сердце наполнялось счастьем, которого она не испытывала так давно, так как это немного отличалось от того, как Гермиона влияла на нее. Именно признание со стороны этих людей заставляло ее снова и снова осознавать, что Гермиона была права. Статья имела неприятные последствия для Риты Скитер, а доказательство, что все проверилось на практике? Визит Гермионы, чтобы сообщить ей, что несколько дней спустя Скитер была понижена в должности из-за крайне негативной реакции на ее рассказ о нынешней жизни Нарциссы Блэк.***
На обрывке пергамента было написано: ~~~ Нарцисса, Если бы ты могла побаловать меня, пожалуйста, встреться со мной в задней части «Трех метел» через неделю, скажем, около часа дня, чтобы пообедать? Я доработала все детали для прогулки, о которой упоминала в предыдущем письме, и она начнется с хорошей порции рыбы с картошкой фри и сливочным пивом. Твоя, Гермиона. Еще неделю назад Нарцисса не поверила бы нахальству Гермионы просить ее войти в какую-либо часть Волшебного общества, и меньше всего в единственную чертову деревню волшебников в границах Соединенного Королевства. Тем не менее, несколько дней назад она из чистого любопытства после теплого приема со стороны других людей, вызванного этой статьей, задвинула свое чувство самосохранения как можно дальше и сделала первый робкий шаг в Косой переулок. Она не была там по крайней мере шесть лет, и она почти чувствовала себя одиннадцатилетней ведьмой, идущей в магазин за своими принадлежностями для первого курса Хогвартса. Ожидаемых проклятий и преследований так и не последовало. Она старалась воздерживаться от зрительного контакта с кем бы то ни было, но, в конце концов, уроки, усвоенные ею в детстве, не исчезли бесследно, и она коротко кивала людям, когда они шептали приветствия, или, в случае одной чрезмерно возбудимой четырнадцатилетней ведьмы, она мягко сжала руку девочки, которая поблагодарила ее за то, что она дала ей смелость сказать своим чистокровным родителям, что она не хочет выходить замуж за волшебника. У нее не было возможности узнать ее точное происхождение, но потом она быстро нырнула на Боковую Аркаду, ответвление улицы, на которую ей самой нравилось убегать в подростковом возрасте, и размышляла о том, куда идти дальше, когда чья-то рука схватила ее и потащила в маленький переулок. — Шшш, шшш, любимая, это я, — успокаивал теплый женский голос, когда Нарцисса попыталась вырваться, ее тело дрожало, готовясь к чему-то ужасному, — Это Гермиона Грейнджер. Немного успокоившись, она бросила на ведьму свирепый взгляд, пока ее рука не освободилась. — Разве я не рассказывала тебе о том, что случалось со мной всякий раз, когда я выходила в Волшебное общество? Побледнев, Гермиона хлопнула себя ладонью по лицу и выругалась. — Мне так жаль, Нарцисса, я — черт, я не подумала. Я просто… мне жаль. Я больше не сделаю так. Могу я что-нибудь сделать, чтобы загладить свою вину перед тобой? Пожалуйста? Небольшой шум разговоров в сводчатой галерее был единственным звуком в течение нескольких мгновений. Затем Нарцисса стряхнула с себя панику, придвинулась ближе к Гермионе и прошептала ей на ухо: — Отведи меня на свидание в одну из здешних закусочных или чайных. На открытом месте. Прямо сейчас. Посмотрим, что будет дальше. Во время их трапезы, за их маленьким столиком, стоявшим у стены и звукоизолированным усиленным Муффлиато, она узнала, что Гермиона подслушала имя Нарциссы в книжном магазине и осторожно последовала за ней, пока не заметила переулок впереди них обеих, чтобы аппарировать. И она узнала, что Гермиона была так взволнована, рассказав ей, что ее план помешать Рональду Уизли когда-либо упоминать о ее бесплодии сработал, и что именно поэтому она не подумала, прежде чем схватить ее за руку и потащить в переулок для уединенного разговора. Это было так же просто, как сослаться на «Ведьминский Пункт о Секретности» в Департаменте магических клятв и контрактов Министерства магии. Хотя он редко использовался, потому что в прошлом к нему обычно прибегали чистокровные ведьмы при разводе со своими мужьями — что само по себе было редкостью — для него не требовалось никакого разрешения или участия супруга ведьмы, за исключением, по крайней мере, одного из волос супруга для целей привязки. Хотя Гермиона и прокомментировала использование термина «ведьма» вместо гендерно-нейтрального, который, по мнению Нарциссы, нуждался в обновлении, она, по крайней мере, согласилась рассмотреть возможность его использования до того, как ушла разговаривать с Ритой Скитер. Направив «Акцио волосы Рональда Уизли» в свой гардероб, Гермиона сказала ей, что она собрала несколько ярко-рыжих прядей со своей одежды и взяла их с собой в Министерство. С помощью сваренного зелья, в котором были упомянутые волосы, легко описанные в пергаменте, в котором подробно говорилось, что некий Рональд Билиус Уизли никогда не должен был говорить о бесплодии своей бывшей жены, и отныне его мысли и слова, переданные любым способом, будут переориентированы прежде, чем он сможет хотя бы косвенно упомянуть о бесплодии Гермионы. Даже Легилименция или Веритасерум не могли пробиться сквозь это. — Я не могу не поблагодарить тебя за то, что ты сообщила мне об этом Пункте, — сказала Гермиона после того, как рассказала Нарциссе, что это сработало, по словам Гарри и Джинни, которые прямо спросили Рона в качестве проверки снова рассказать им, почему именно они с Гермионой развелись. Рыжеволосый волшебник зашел так далеко, что задумчиво поджал губы, прежде чем в его глазах появился слабый блеск, и он на мгновение задумался об этом, прежде чем сказать, что не важно, в чем заключались эти различия. Затем он полностью сменил тему. В конце концов, когда они попытались немного надавить на этот вопрос, Рон чуть не сорвался, сказав, что это не их чертово дело, что наверняка заставило бы кого-нибудь заткнуться. Этот характер Пруэттов был чем-то, что Рональд унаследовал от своей матери, и это было не то, к чему нужно было подталкивать. Даже Нарцисса знала об этом из рассказов, которые она слышала в Хогвартсе. Снова взяв обрывок пергамента Гермионы в руки, она поняла, что все еще была в полном замешательстве от того, какую прогулку Гермиона запланировала для них двоих. Все, что она знала наверняка, это то, что было упомянуто в одном из предыдущих писем Гермионы, что есть некоторые вещи, которые она должна уладить, и что, очевидно, эти вещи займут несколько недель ее времени. Это было то, о чем ведьме явно нужно было переписываться с другими, то, что не было достижимо мгновенно, то, перед чем, возможно, ей нужно было выпить сливочное пиво вместо огневиски, но это все еще оставляло диапазон вариантов слишком большим, чтобы сократить его с какой-либо степенью уверенности. Даже Люциус никогда не доходил до такого уровня планирования свидания или прогулки для них двоих, ни до, ни после того, как они поженились. Это оставило Нарциссу положительно заинтригованной, и ее магия приятно гудела под ее кожей. И вот, взяв в левую руку чистый лист пергамента и тонкое гусиное перо, она села за письменный стол у себя дома и написала ответ. ~~~ Гермиона, В задней части «Трех метел»? Как предусмотрительно с твоей стороны. Если ты считаешь, что это имеет отношение к успеху нашей прогулки, непременно продолжай. Но, пожалуйста, не делай этого, если это только для того, чтобы развеять любые мои опасения. Конечно, я бы предпочла, чтобы мы могли насладиться едой без помех, но я отвлеклась. Я встречу тебя там в указанное время. Твоя, Нарцисса. Поскольку письмо Гермионы пришло в пятницу, Нарцисса договорилась со своим работодателем, чтобы в следующую пятницу у нее был бы выходной. И в следующий четверг вечером она вернулась в свой обычный бар и в кабинку, которая ощущалась как дом (даже с воспоминанием о Рите Скитер, сидящей напротив нее). Несмотря на все то, что упоминалось в статье Скитер, и выдвигались предположения, в ней не упоминался точный день недели, когда Нарцисса посещала бар. Признак небрежной журналистской работы, честно говоря. Она должна была признать упорство нескольких ведьм, вошедших в заведение ранее, но ни одна из них не обнаружила защиту, которая делала кабинку невидимой невооруженным глазом. К счастью, не найдя ее, большинство из них вскоре ушли. — Так и думала, что найду тебя здесь, — низкий, знакомый и желанный голос привлек внимание Нарциссы от круглого следа, оставленного ее стаканом для виски на деревянной поверхности стола. Она окинула взглядом фигуру Гермионы и улыбнулась, махнув ей рукой, чтобы она присоединилась к ней в кабинке напротив того места, где она сидела, радуясь, что Гермиона смогла видеть сквозь ее защиту, как она и намеревалась. Гермиона ухмыльнулась, покачала головой и подтолкнула Нарциссу, двигая ее глубже в ее кабинку, и вместо этого устраиваясь рядом с ней. Не говоря ни слова, Гермиона взяла стакан Нарциссы и поднесла его к губам, улыбаясь, когда она поставила его обратно и позволила жидкости задержаться во рту на несколько мгновений, прежде чем проглотить. Она проигнорировала слабые протесты Нарциссы о том, что ей следует купить свое собственное виски, вот уж спасибо, в пользу того, чтобы повернуться к ней и облизать свою нижнюю губу. — Тебе особенно нравится этот столик. Я хотела спросить и обнаружила, что сейчас такое же подходящее время, как и любое другое — почему? Нарцисса вдохнула и слегка прикусила внутреннюю сторону щеки, на мгновение поколебавшись. — Я… — запинаясь, начала она, и вскоре у нее перехватило дыхание, когда одна из рук Гермионы обхватила ее под столом, — Я была не уверена в себе, когда впервые пришла сюда; эта кабинка была похожа на убежище. Даже без магии ты можешь стать почти невидимой здесь и следить почти за любой другой частью бара. Это было прекрасно, и я… все время ловила себя на том, что меня тянет вернуться к этому. — Хм. В ней действительно есть определенный шарм, — пробормотала Гермиона, ее взгляд скользнул по всей кабинке, — Я думаю, что мне бы очень хотелось, — Нарцисса почувствовала, как вокруг них поднимаются дополнительные, ощутимые защитные барьеры, — дать тебе еще одну причину полюбить ее. Карие глаза смотрели на нее сквозь ресницы, и Гермиона полностью повернулась к ней, рука, не лежавшая на руке Нарциссы, поднялась и легла на одну из ее бледных щек. После жаркого поцелуя руки исследовали тело Нарциссы, обхватывая и массируя ее груди, как только Гермиона задрала темную рубашку, которую она носила, вместе с лифчиком. Ее прижали к тому месту, где кабинка соприкасалась со стеной, и довольно скоро она была обнажена до пояса, ее одежда лежала на столе. Тихо дыша, но все еще вполне осознавая, где они находятся, несмотря на чары, защищающие их от обнаружения, Нарцисса качнула бедрами, когда Гермиона поцеловала ее в шею, наконец положив голову на ее ложбинку. — Цисса, — рука легла рядом с ее прикрытой юбкой промежностью, — ты…? Она на мгновение стиснула зубы и резко вдохнула, когда рука переместилась вниз и оказала давление, обозначив то, что Гермиона не озвучила. Нарцисса слегка сдвинулась, положила обе руки на руки Гермионы и направила их к подолу, побуждая ее к действию. Она тихо выдохнула свое согласие на незаконченный вопрос, и мгновение спустя Гермиона начала задирать юбку. Только когда рука коснулась ее обнаженного центра, вызвав короткий смешок Гермионы, она вспомнила, что не надела трусики перед тем, как прийти в бар сегодня вечером. Любая попытка найти хлипкое оправдание вылетела из головы Нарциссы, когда Гермиона поцеловала ее, украв вскрик, который раздался, когда умелые пальцы начали исследовать ее влажные складочки. Нарцисса хныкала в рот Гермионе, когда та продолжала свои ласки, а ее возбуждение нарастало, и она знала, что Гермиона быстро достигнет того, что задумала: секс здесь дополнит ее и без того немалую привязанность к этой кабинке. Ее кабинке. — Нет, к нашей кабинке, — была ее последняя связная мысль, прежде чем два пальца легко скользнули внутрь нее.
