Свет в заброшке напротив

— У тебя снова болит живот, заяц? — Да. Думаю, мне стоит прекращать есть. — А вот я так не думаю. Давай поднимай футболку. Антон сначала лёг чуть повыше на подушку и отодвинулся в сторону, освобождая место для Арсения. Парень удивился, когда тот занял вторую половину кровати, как будто бы собирался остаться здесь на долгое время. Мужчина лёг, опираясь на локоть одной руки, повернувшись боком к подростку. Чтобы не смущаться, Шастун закрыл глаза, расслабляясь под первыми касаниями мужчины. Арсений начал, как вчера, круговыми движениями поглаживать живот юноши, правда, на этот раз значительно медленнее, обжигая горячими пальцами холодную кожу. — Так хорошо, Антон? — Да… — полная форма имени нечасто произносилась мужчиной, а сейчас звучала по-особенному хорошо и почему-то… возбуждающе. Шастун подумал о том, что сейчас жарко ему становится вовсе не от температуры. Боль в животе отступила, но заместо неё теперь к паху стало подкатывать знакомое чувство, которого, в силу «умений» парня следить за своим здоровьем, давно не проявлялось. Антон прикусил губу, а затем, когда понял, что не сможет больше терпеть, хрипло сказал: — Арс, я… — М? Что-то случилось? — Не надо больше… Уже всё прошло. — А я думал, ты попросишь продолжать, — рука мужчины опустилась ниже, затрагивая выпирающие сквозь одежду тазобедренные кости, слегка нажимая на них. Арсений ловко развязал шнурок на спортивках и, не встретив сопротивления, приспустил их. В следующую секунду ладонь начала поглаживать чувствительное место рядом с пахом. Антон проснулся, резко распахнув глаза. Дыхание было учащенным, со лба стекала капелька пота, а пах всё также был напряжённым. Парень облизнул пересохшие губы и вздрогнул, когда дверь в комнату отворилась. — Ты уже проснулся, заяц? Арсений переступил порог, останавливаясь около кровати. На нём была надета белая рубашка с расстегнутыми верхними пуговицами, открывая навид белую футболку. Брюки охристого цвета отлично сидели на подтянутых ногах, а ремень дополнял весь образ. На памяти Антона, в этой одежде мужчина ещё никогда не выходил на работу. Ему чертовски шло всё то, в чём он был. — Антош, всё хорошо? — мужчина забеспокоился, когда вместо ответа на свой вопрос получил размазанный взгляд и слегка приоткрытый рот. Вид у подростка был не очень, как будто бы ему только что приснился кошмар и он не успел от него отойти. Это было странным: за всё время под утро Антон не просыпался от страшных снов. — Ты весь мокрый, — Попов подошёл ближе, аккуратно зачесывая выбившиеся влажные пряди в копну волос, продолжая разглядывать лицо подростка. — Может быть, температура поднялась? Ты как себя чувствуешь? — Нормально, — хрипло отозвался парень. Горло так и не хотело проходить, заставляя морщиться после долгого молчания. — Всё в порядке. — Просто у тебя ещё щёки красные, — Арсений без всякого стеснения дотронулся до лица парня, перекладывая ладонь со лба на щёку, пытаясь понять, он горячий или нет. Антон задержал дыхание, пока в мыслях медленно проплывали картинки того, что делала эта рука пару минут назад в его сне. — Это так… Бывает. Правда, всё нормально. Я здоров. Антон кашлянул, прикрывая рот кулаком, из-за чего ему пришлось оторваться от руки Арсения. На глазах выступили слёзы, когда сухой кашель разодрал горло. — Я сомневаюсь в последнем, — вздохнул мужчина, кажется, на этот раз почти отстав от Шастуна. Он выпрямился, сложив руки по бокам, таким образом показывая, что сейчас он говорит что-то важное. — Но мне нужно выехать на работу, ещё у наших дополнительные по русскому необходимо провести, я думаю, скоро первый пробник дадут. Надо хотя бы ещё один раз написать сочинение в структуре ЕГЭ. — А мы будем заниматься, — Антон осёкся, переводя тему, — литературой? — Только если тебе полегче станет, пока что — нет. Сейчас ещё полежи в постели, потом умойся, завтрак на плите, поешь, пожалуйста. Померь температуру и на всякий случай ТераФлю выпей, сироп от кашля и спрей от горла на кухне стоят. Если вдруг хуже станет, сразу пиши мне. Запомнил? — Сейчас надо ещё полежать, — парень сказал первую фразу, слегка улыбаясь. — Ладно, шутник, — хмыкнул в ответ Арсений. — Надеюсь, тебе правда не слишком плохо, мне уже выезжать надо. Но, если что, я на связи. — Как скажешь. После того, как парень услышал щелчок двери, оповещающий, что Попов ушёл из квартиры, Антон вскочил с кровати, чуть не упав из-за того, что у него закружилась голова. Когда подросток выровнялся, сразу опустил взгляд вниз, замечая топорщуюся ширинку пижамных штанов. — Сука. Собрав нужные вещи, Шастун проскочил в душ, предварительно заперев дверь — старая привычка, которая осталась ещё с прошлого дома. Поначалу парень просто стоял под горячими струями воды, не решаясь повернуть другой кран, чтобы холодная вода помогла возбуждению спасть. Он, если быть честным, всё ещё пребывал в прострации после сна. Как будто находился в реальности и в другом мире одновременно. Приснившийся голос с хрипотцой Арсения не давал Шастуну покоя, снова и снова появляясь в ушах. Антон провёл рукой по своим плечам, спускаясь ниже, начал поглаживать впалый живот, точно мужчина во сне. Конечно ощущения были другие, но ничуть не хуже, чем какое-то время назад. Ладонь не спешила спускаться ниже. Тем не менее с каждым миллиметром юноше всё тяжелее было сдерживать стоны, даже несмотря на боль в горле и редкий кашель. Шастун обвёл ладонью свой таз и наконец накрыл пальцами член. Разрядка была довольно близко, но даже для неё следовало постараться пару минут. Антон прижался к стене, чтобы ненароком не упасть, прикрыл глаза, запрокидывая голову кверху, и начал быстро двигать рукой, понимая, что весь мир немного плывёт. Когда в голове прокрутилась мысль о том, что сейчас он дома один и его в принципе не может никто застукать, парень перестал сдерживать стоны и издал первый, вздрогнув от этого — Антон никогда не стонал так. Хватило ещё нескольких резких движений, и парень кончил, подумав о том, что скорее всего именно из-за болезни его удовольствие не продлилось дольше. Но даже сейчас он сильно выдохся, поэтому расслабился, когда понял, что душ займёт у него немного времени. Посмотрев на свою руку, на воду, которая смывала следы недо-преступления подростка, Шастун подзавис. Вот чёрт. Он же только что дрочил в ванне Арсения Сергеевича на Арсения Сергеевича. Хуже всего было, что парень хотел заменить свою ладонь на ладонь Арсения Сергеевича. Кто знает, может быть, при возбуждении он совсем не такой, как обычно? Не такой добрый? Не такой спокойный и ласковый? Щёки заалели, Антон хлопнул по ним, приводя себя в чувство, лишь бы вышвырнуть непрошенные мысли из головы. — Блять… Это же пиздец.

***

Дима Позов 12:10 Шаст, мы к тебе придём

Антон Шастун 12:11

Я у Арсения

Серёжа Матвиенко 12:11 Мы знаем. Правда, сам Арсений не знает, что мы к тебе собираемся

Антон Шастун 12:11

А когда?

Дима Позов 12:11 Уйдём с последних двух уроков и с дополнительных тоже. Серёжа сказал, что уезжает за город к родственникам, а я, что иду к стоматологу

Антон Шастун 12:12

Странно, что Арсений поверил в это)

Серёжа Матвиенко 12:12 Даже если и не поверил, то сделал вид. Думаю, он был бы не против, если бы мы к тебе пришли

Антон Шастун 12:12

Ко мне, а не к нему. Кроме того, я ещё хуево себя чувствую, но пофиг. Короче жду вас

Дима Позов 12:12 Ещё немного и будем

Антон Шастун 12:14

Возьмите сигареты, Арсений мои забрал

Дима Позов 12:20 Без проблем

Как только в прихожей раздался звонок, Антон, насколько мог, быстро подошёл к двери, открывая её. Дима с Серёжей мигом оказались в прихожей, и Позов первый налетел на парня с объятиями. — Блять, мы так переживали, когда ты не отвечал нам! И когда Арсений написал, что нашёл тебя, но ты сильно заболел! — Не был бы ты таким бледным, я бы ударил тебя! — бросил скорее в шутку Серёжа, хлопая юношу по спине. — Простите, — выдохнул Шастун, успокаиваясь, когда понял, что друзья на него сильно не злятся. — Мне правда было очень плохо, температура выше тридцати девяти… В тот день, когда Арсений забрал меня, он сделал укол. — Ты не шутишь? — приподнял бровь Дима. — Нет. С чего же мне врать? — Ты часто что-то не договариваешь, но уколы… Неужели ты правда позволил Попову сделать его? — Мне ничего не оставалось. Я вообще ничего не понимал. Антон помог повесить куртки, а потом провёл друзей в зал. Было странно хозяйничать в доме, где хозяином он не был. — А сейчас ты как себя чувствуешь? — Дима обеспокоенно оглядел Антона, когда тот слишком быстро сел на диван, будто бы уже устал стоять. — Лучше. Плохо, но лучше. Арсений сказал, что если у меня снова поднимется температура, то он вызовет врача. Пока мы без него обходились. Вы сигареты принесли? С цоком Позов достал полупустую пачку из кармана, отдавая другу — он болеет, а ему лишь бы покурить! — Спасибо. Пошлите на балкон. — Тебе холодно не будет? — Серёжа поднялся с кресла первым, снимая с себя тёплую кофту на молнии, в которой был на физре. Точнее, сидел на лавочке на физре — урок парень благополучно пропустил. — Не замёрзну, наверное. Дальше всё было как по привычке: приятная прохлада улицы, свежий воздух, сигарета между зубов, зажигалка, первая тяжка. — А Попов не убьет? — решил уточнить Серёжа. — Не думаю, что он что-то учует. — Шаст, всё нормально? — спросил Дима. — Ты какой-то… Не такой. Шастун издал смешок. — Болеющий? — Только если в эмоциональном состоянии. Что-то случилось? — Мне кажется, я влюбился в Арсения, — быстро протараторил парень, снова затягиваясь, слегка морщась от неприятного вкуса. Да, кажется, болезнь или несколько-дневное не-курение подростка подпортили его отношения с сигаретами. — До тебя только дошло? — хмыкнул Серёжа. — Это же ещё в сентябре было заметно! — Разве? — Да, Тох, — на этот раз усмехнулся Дима. — Мы же в середине октября всё обсудили. Я думал, что ты уже тогда нам прямо-косвенно сказал про то, что влюбился в нашего классного. — Тогда мне не снились эротические сны, — тихо проговорил Антон, прикладывая сигарету к губам. — Что?! — закашлял Серёжа, чуть не уронив зажигалку. — Шаст, договаривай! — Да я и не собирался отмалчиваться, — помотал головой юноша. — Мне снились жуткие кошмары в последние дни, когда температура высокая была. А когда Арсений забрал меня к себе, то он спал со мной… Всё это время. Кошмары начали отступать, но мне приснился один в пятницу, Арс разбудил меня, но у меня сильно живот болел… Он начал водить по нему рукой, стало легче. Сегодня под утро мне приснился сон, как будто бы Арсений снова делал так, потом я стал возбуждаться, ну и он опустил руку ниже, стал снимать с меня штаны… В этот момент я проснулся. — Ебать, Тох… А, может, это вещий сон? — Не знаю, — нервно усмехнулся парень. — А, даже если так, я не уверен, стоит радоваться или напрягаться. Антон закашлял, прижимая кулак к груди. — Эй, эй, — Дима подскочил к нему, уводя немного в сторону от края балкона. — Так, пошли отсюда. Ты уже замёрз, сейчас ещё сильнее заболеешь. — Я не докурил. — Серёжа тоже. Ничего с потери двух сигареток не будет. А вот тебя терять как-то не хочется. — Поз прав, Тох, — Матвиенко потушил сигарету, после чего кинул её вниз с балкона. — Пошли лучше в дом. Чай заварим, думаю, Арсений одобрил бы это больше, чем курение. — Мне интересно, вы на чьей стороне? — обманчиво-обидчивым голосом спросил Антон. — На стороне здорового организма, — Позов, придерживая друга за плечо (хотя для этого пришлось вытянуться), стал выводить его с балкона в более тёплую часть квартиры.