Бюрократическая возня

      Во дворе под бой курантов запустили праздничный салют. Гарри смотрел на потрясающе красивые вспышки и на время позабыл обо всех невзгодах. Журналисты не отставали от них ни на шаг.       Впервые находясь рядом с Драко на публике, как с другом и партнёром, Гарри ощущал себя странно. Невольно хотелось отодвинуться или отойти в сторону.       — Кстати, Поттер, — вдруг заговорил Малфой, отвлекая от созерцания неба. — Я был уверен, что ты забудешь, поэтому…       Драко достал из кармана коробочку и протянул её Гарри. Внутри покоилось два мужских кольца, явные родовые реликвии Малфоев.       Поттер усмехнулся и нашёл в кармане то самое, которое купил Джинни.       — Не уверен, правда, что оно тебе налезет, — со смешком сказал Гарри. — Но у меня есть это.       Драко хмыкнул и достал палочку.       — Будет больно, — коротко предупредил он, и Поттер с трудом удержался, чтобы не согнуться. Когда приступ начал утихать, Гарри увидел, что на безымянном пальце Малфоя красуется кольцо, предназначавшееся для Джинни.       Отдышавшись, Поттер взял одно из украшений, предложенных Драко: тяжёлое и массивное, без каких-либо камней, но с искусной гравировкой и донельзя примечательным гербом. Стоило надеть кольцо, как оно село как влитое. Однако вес металла неприятно ощущался на пальце и Гарри предпринял попытку стянуть крайне неудобное украшение, но оно не поддалось.       Разинув рот от удивления, Поттер дёргал артефакт, медленно осознавая, что хорёк притащил ему родовое обручальное кольцо, которое не снималось никем, кроме супруга, и то в редких случаях. Подобные украшения отличались очень капризным нравом, и им нужен был значимый повод. Например, замена на другое кольцо из фамильной коллекции считалась вполне достойным вариантом для снятия, а вот дискомфорт Гарри — нет.       — Взбодрись, Поттер, — жизнерадостно произнёс Малфой, внимательно наблюдавший за бесплотными стараниями Гарри, и со всей дури хлопнул новоиспечённого супруга по спине, прямо по синяку, о котором точно знал.       Гарри взвыл.       — Я тебя ненавижу, — в сердцах сообщил он Драко, отрываясь от кольца.       — Представь, но я тебя тоже. — Малфой злорадно ухмылялся, довольный выходкой. — Однако нас ждёт первый брачный танец, так что постарайся хотя бы притвориться, что ты счастлив.       — Ой, какая жалость, что я совсем не умею танцевать. — Гарри притворно грустно покачал головой и даже пощёлкал языком.       — Ой, как же тебе повезло, что зато я отлично танцую и буду вести, — передразнил Малфой и снял с себя накидку, бросив на диван. Кто-то из официантов сразу подбежал за ней. — Пойдём в зал, а потом я хочу наконец-то снять с себя этот костюм. Не поверишь, но корона весит целую тонну.       Гарри хотел выдать нечто ехидное, но Малфой уже потащил его в зал, в самый центр, где не более чем час назад Поттер почти поцеловался с Джинни. Интересно, а хорёк это видел?       Гости уже подтягивались обратно, обсуждая происходящее. Настроение у публики, стоит сказать, значительно изменилось после свадьбы и салюта.       Фауст объявил, что бальные танцы продлятся весь следующий час, а далее будут более зажигательная музыка и игры.       Гарри снова оказался под пристальным взором всех присутствующих, но теперь в ещё более унизительной позе. Танцевать с Джинни было весело, а позориться с Малфоем первым танцем новобрачных, будучи наряженным в костюм мушкетёра, — не очень.       Драко тем временем опять перехватил инициативу и крайне уверенно положил руку ему на талию, а другой взял ладонь Гарри в свою. Поттер с отчаянием отметил, что это чёртов второй раз, когда они держатся за руки, а ситуация становится всё хуже и хуже. Что будет в третий?       Гарри кое-как положил руку на плечо Малфоя, которого самозабвенно избивал около суток назад, а хорёк прижался чуть ближе, как и положено.       Заиграла музыка, и Поттера закружили.       Не сказать чтобы у Гарри был особенно большой опыт бальных танцев, но сейчас, когда его почти несли над полом, это было определённо забавно. Никто не наступал ему на ноги, не сбивался с такта, а движения были настолько отточены, что Поттер даже почувствовал себя неплохим танцором. На очередном повороте Гарри всё же оступился и неловко уткнулся в шею Малфоя, поняв, что начинает смущаться.       Всё резко прекратило быть забавным, став слишком интимным и в корне неправильным, даже невзирая на то что Драко не смотрел ему в лицо, а в сторону. Взгляд Гарри зацепился за разбитую губу Малфоя и невольно на ней задержался.       Танец закончился. Поттер сухо поблагодарил Драко и торопливо отошёл в сторону, скрывая покрасневшие щёки. Благо, шляпа с перьями давала неплохую тень.       И именно тогда произошло то, чего Гарри избегал целый вечер. Его настиг Люциус.       — Мистер Поттер-Малфой, — пропел он. — Хочу поздравить вас со столь верным и совершенно правильным решением связать свою судьбу с моим сыном.       Гарри, который от всех этих стрессов уже успел припасть к бокалу шампанского, чуть не подавился от столь любопытных заявлений.       — Оставьте свою лесть, Люциус, — сказал он тихо. — Вы же знаете, что происходит.       На лице отца Драко застыла блаженная улыбка.       — От этого, мистер Поттер-Малфой, мне только теплее на душе. Вы не представляете, как я рад, что всё сложилось именно так. Просто представьте: теперь я тесть великого героя.       Неизвестно, сколько бы Люциус растекался в океане восхваления самого себя, если бы в сладкие речи не вмешалась Нарцисса.       — Мистер Поттер, — ласково произнесла она, — примите мои поздравления. Я очень рада за вас с Драко, и знайте, что я всегда поддерживала ваши отношения и очень жду вас в гостях.       Пока Гарри пытался понять, когда у них с хорьком были отношения, которые можно поддерживать, Люциус снова заговорил:       — В качестве свадебного подарка я отписал Драко земли в Эдинбурге. Там крайне живописные пейзажи и отличные соседи, которых почти нет. А лично вам, мистер Поттер, я направил новую метлу из лимитированной коллекции с персональной гравировкой. Надеюсь, вы оцените по достоинству.       Гарри хотел было вежливо поблагодарить новоиспечённого тестя за подарки, когда справа раздались крики и кто-то разбил бокал. Поттер повернулся.       Несколько захмелевшая Гермиона всхлипывала, отталкиваемая Роном, пока тот ругался с Джейкобом. Эткинс смотрел на бушующего Уизли со своим обычным мечтательным выражением лица, чем, судя по стремительно багровеющему Рону, раздражал того только сильнее.       Гарри извинился перед Люциусом и Нарциссой и влез в начинающуюся потасовку.       — Что происходит? — спросил он.       — Этот хрен пристаёт к Гермионе, — рычал Рон, на эмоциях позабыв о том, что находится в ссоре с Гарри, — он с ней обсуждает какую-то теорию… Мандандуса, вот!       Джейкоб закатил глаза и сложил руки на груди.       — Магдануса, — поправил он. — Это теория об изменчивости сущности ядра палочки, сопряжённая с потоками внешней энергии окружающих объектов, в том числе не магического характера.       Гермиона хихикнула:       — Даже я не совсем понимаю, о чём он говорит.       — Вот видишь! — Рон махнул на Джейкоба. — Гермиона не хочет с тобой говорить, уходи уже.       — Брось ты, Рон, — миролюбиво сказала Грейнджер. — Это просто очень узкая наука, но интересная.       — Ты с ним танцуешь уже в пятый раз, — завопил Рон. — Это тоже нужно для обсуждения теорий магии?       — Девушка пришла сюда отдыхать и танцевать, вот я с ней и танцую, — равнодушно проговорил Джейкоб тем же тоном, каким обычно отвечал на занятиях по зельям. — Как настоящий джентльмен.       Ответ безразличного ко всему Эткинса всё же довёл Уизли, и он бросился на недруга с кулаками, но последний настолько изящным движением достал палочку и встал в боевую стойку, что даже Гарри оценил.       — Не надо, — мрачно посоветовал Джейкоб, назидательно помахивая палочкой, — проклятия — основная сфера моих научных изысканий.       Теперь вмешался Гарри.       — Джейкоб, успокойся. И ты тоже, Рон, — сказал Поттер. — Никто не будет драться. И вообще, Гермиона, Джейкоб к тебе пристаёт?       Девушка покачала головой:       — Нет. Рассказывал мне теорию магию и пригласил на танец пару раз. Всё равно Рон болтает о квиддиче с парнями в стороне.       Поттер и не сомневался, что так оно и было, зная увлекающуюся и очень своеобразную натуру Эткинса, но тут вездесущий Фауст, который слишком усердно отрабатывал гонорар, высунулся с балкона.       — Объявляю танец пар, — сообщил он. — Все партнёры танцуют друг с другом. Без исключений!       Музыка остановилась, а пары начали собираться на паркете. Импозантнее всех, конечно, были Хагрид и мадам Максим, возвышаясь над остальными. Кроме них, из ближайших знакомых Гарри заметил Джорджа с Анжелиной, Люциуса с Нарциссой, Билла с Флёр, Артура с Молли. К удивлению Гарри, Луна встала в пару с Невиллом, а Чжоу — с каким-то парнем, вроде бы из Пуффендуя.       Кажется, все уже собрались, но танец всё не начинался. Гарри нахмурился и уже хотел было спросить у Бернарда, что происходит, когда его за талию обхватили руки и грубо развернули.       — Твою мать, Поттер, — прошипел запыхавшийся Малфой, уже в обычной мантии и маске. — Что ты тут устроил, я переодевался.       Стоило появиться их последней паре, как музыка заиграла вновь и танец наконец-то начался.       Так как сейчас на них никто не смотрел, Гарри чувствовал себя намного спокойнее. Плюс он уже понимал, чего ожидать от танцев с Малфоем.       — Я не специально, — вяло оправдался Поттер, которому не было ни капли стыдно. — Это всё Фауст.       Драко поджал губы, всем своим видом показывая, что не поверил.       Когда они начали двигаться по кругу вместе с сотней других пар, Гарри засмеялся под нос.       — Ты что опять ржёшь, Поттер, — раздражённо прошипел Драко. — Я смотрю, тебе весело с самой женитьбы.       — Да я просто вспомнил тот дурацкий бал на четвёртом курсе. Сказал бы кто, что однажды я буду танцевать с прилизанным Малфоем, то я бы его ударил или проклял, наверное. Хотя, возможно, стоило пойти к тебе с предложением, когда не мог найти себе пару. Это был бы фурор, а ты вряд ли пользовался успехом. Кому ты вообще нужен?       Драко скептически глянул на Гарри из-за маски. Тому стало ещё веселее.       — Расслабься ты, Малфой. Это всё-таки твоя свадьба, — сквозь смех выговорил Поттер.       — Хорошо, — вдруг согласился Драко и рывком прижал Гарри ближе, отчего он ударился о жёсткую грудь Малфоя.       Поттер пискнул от удивления, сразу же успокоился и кое-как продолжил двигаться, неуклюже переложив руку чуть выше. Он и с Джинни так близко не танцевал.       От тесного контакта чужого тела стало не по себе. Гарри показалось, что он сейчас точно запнётся и упадёт.       Но Драко спокойно вёл их вместе со всей толпой, от очередного круга и выпитого шампанского кружилась голова, а перспектива совместной жизни с Малфоем уже и не казалась такой ужасной. Может, это была магия вечера, может, дух Нового года, но Гарри верилось, что всё будет хорошо.       Вряд ли, конечно, как в сказке, но мы же знаем, что чудес не бывает даже в мире, полном магии и волшебства.       После танца Гарри наконец-то переоделся в нормальную мантию, обновил чары и даже поучаствовал в нескольких играх.       Друзья неловко поздравили его со свадьбой, особенно сильно смущались Невилл и Хагрид.       Гарри тепло поблагодарил за поздравления и даже нашёл в себе силы пообщаться с людьми из Министерства, с которыми раньше вёл дела.       Поттер ходил по залу, где расставили фуршетные столы, переместив все инструменты в соседнюю комнату — там планировалась дискотека. По плану она должна была начаться в два часа ночи и продлиться примерно до четырёх утра. Также ожидалось, что на неё вряд ли останется больше половины гостей, что, в общем-то, оказалось правдой. Старшее поколение после фуршета и ещё одного салюта отправилось домой, оставляя возможность молодёжи напиться и повеселиться.       К удивлению Гарри, уходить собрался и Эткинс.       — Поздравляю, — сказал он. — Не ожидал, конечно, что вы с Малфоем в таких отношениях, но ладно. А я пошёл с Моникой на вечеринку к её друзьям.       Гарри на прощание обнял Джейкоба и вернулся к остальным гостям.       Поттер получил ещё пару сотен поздравлений, по большей части очень тёплых и вежливых, и собирался уже пойти на танцы, которая начались, пока он слонялся по залу, но вдруг заметил, что в углу бальной комнаты, возле стены, Джинни страстно целуется с Дином. Гарри почувствовал себя так же, как когда-то давно, ещё на пятом курсе. Тогда Поттер мечтал быть с ней, но не мог, ревновал и мучился. Даже в животе проснулся тот отчаянный, кошмарный монстр, который грыз его изнутри.       Хотелось подойти и высказать всё, как Рон ранее Эткинсу. Внезапно Гарри понял, что чувствовал Уизли, когда влез в эту нелепую ссору.       Поттер замер, разъярённо разглядывая пару, а руки сами по себе сжались в кулаки.       — Всё в порядке? — мелодичный голос Фауста, который Гарри уже искренне ненавидел, влез в его личное пространство.       — Да, — прошипел Поттер. — В полном.       И он поплёлся вслед за Бернардом в соседний зал, где музыка гремела так, что сотрясались стены во всём замке.       В помещении было темно, сцена освещалась софитами, под потолком висела светомузыка, а столы заставлены таким разнообразием алкогольных напитков, что Гарри, который за весь вечер выпил лишь три бокала шампанского, почувствовал, что пьянеет от одного их вида.       Стоит сказать, что вечер продолжался очень бодро. Оставшиеся, которых, судя по списку Фауста, было ещё девятьсот с лишним человек, пили, танцевали и начали развлекаться всякими застольные играми, вроде бутылочки и подобной ерунды.       Проходя мимо них, Гарри стало тоскливо, что ему даже поцеловаться не с кем.       За столом, где все были поглощены правдой или действием внезапно, обнаружился Малфой.       — Ты что тут забыл? — совершенно глупо спросил Гарри. Уж кого, а Драко он ожидал увидеть за соседним, где начинали партию в покер.       — Играю, — сообщил Малфой, посмотрев на Гарри. Драко казался таким уставшим, что Поттеру стало его немного жаль. Чары на лице держались крайне плохо: на щеке отчётливо виднелся синяк.       Раздался смех: кто-то выполнял действие и пел совершенно идиотскую песню, встав на стул.       — Гарри, — за столом был ещё Джордж, который удивительно дружелюбно обратился к нему, словно Поттер и не бросил его сестру, выйдя вместо этого замуж за Малфоя. — Хочешь с нами?       Поттер решил, что танцевать он всё равно не будет, так что плюхнулся на свободное место. Конечно же, рядом с хорьком: кто бы сомневался, что никто с ним сидеть не хочет.       Круг был достаточно большой, поэтому, как ни странно, присутствие Гарри и Драко игнорировалось: всех интересовали более близкие к ним люди, а знакомых здесь, кроме Джорджа, не было. Тогда Поттер и понял, почему Малфой сел сюда: чтобы его никто не трогал. Действительно, кому он тут нужен.       — Гарри, — внезапно обратился к нему какой-то светловолосый паренёк. — Правда или действие?       Поттер задумался, прикидывая, что может быть опаснее. Почему-то всё сводилось к Малфою.       — Правда, — наконец решил Гарри.       — Самая неловкая ситуация, которая произошла с тобой в школе? — юноша задал совершенно неожиданный вопрос. Поттер думал, что сейчас его заставят делиться, например, любимой позой для секса или чем-то из той же серии, о чём только и говорилось за столом.       — У меня много было неловких ситуаций, я же вообще достаточно неуклюжий, — ответил Гарри. — То сок носом пойдёт, то засмотрюсь на что-то и врежусь в стену. Наверное, каждый мой урок зелий можно назвать неловким. Но мне до сих пор стыдно за то, что я слишком сильно отразил заклинание профессора Снейпа и видел его воспоминания из детства. Не самые приятные воспоминания о том, как над ним издевались, в том числе и мой отец.       За столом все молчали, но потом одобрительно закивали, засчитав ответ.       — Малфой, правда или действие? — спросил Гарри.       Драко, который практически уснул на собственном кулаке, подпиравшем подбородок, устало глянул на Поттера.       — Спрашивай, что ты хочешь обо мне узнать, — пробурчал он.       Проблема в том, что Гарри не придумал, что ему нужно от хорька. Поттер просто решил хоть как-то взбодрить Драко, а дальше не планировал.       Поэтому Гарри спросил первое пришедшее на ум. То, что беспокоило его днём.       — Зачем тебе дома девять эльфов?       Это был, пожалуй, самый нелепый вопрос из всех возможных, так как все сидевшие за столом, включая Малфоя, засмеялись.       — Поттер, — протянул он, — потому что это мои эльфы, а они тоскуют, когда ничего не делают. Посмотри на своего Кричера, он же совсем зачах, общаясь только с портретом и бездельничая. Я не виноват, что ты предпочитаешь жить в маленьком доме, в нормальном особняке ты бы и не заметил, что их девять. Если тебя это так сильно беспокоит, то можем переехать в моё поместье, там ты о них забудешь.       — Нет, спасибо, что-то не хочется, — пробубнил Гарри под нос, понимая, что Малфой только что во всеуслышание объявил, что они живут вместе.       — Ну вот, так что это только твои проблемы, — закончил Драко свой ответ и обратился к Джорджу с невинным вопросом о том, где тот взял деньги на открытие магазина.       Они просидели за столом ещё минут двадцать, когда собравшиеся предложили закончить с этой игрой и напиться виски за «я никогда не…». В принципе, Гарри был не против. Малфой же посмотрел на часы, подумал и согласился тоже. Вечер подходил к концу, те немногие из гостей, кто ещё пытался танцевать, скорее, обжимались на танцполе, а по залу образовалось много целующихся парочек. Даже персонал скучковался и болтал, а Фауст давал интервью замученному журналисту, который, судя по кислому виду, не особо-то хотел его брать.       Сидящие за столом действительно затеяли эту игру только с целью напиться, потому что каждое из предложений было до нелепого очевидно. «Я никогда не учился в школе», «Я никогда не целовался», «Я никогда не завтракал» и прочая ерунда.       Игра продлилась всего один круг, когда Гарри поднялся на ноги и сказал, что ему хватит.       — Малфой, ты идёшь?       Хорёк залпом допил свой виски, не дожидаясь вопроса, и кивнул.       — Пойдём, — согласился он. — Нам ещё всех провожать.       Прощание с гостями растянулось, по мнению Гарри, на целую вечность. Оставшиеся расплывались в пьяных поздравлениях, благодарили за отличный вечер и прочее.       Даже Рон достаточно дружелюбно похлопал Гарри по плечу, а Гермиона чуть не расплакалась, желая Поттеру счастья. Джинни и не подошла к нему.       В итоге, раздав последние указания, молодожёны вывалились из камина на площади Гриммо только в шестом часу утра.       Они неловко замерли в прихожей, словно чего-то ожидая друг от друга.       — С Новым годом, Малфой, — наконец сказал Гарри.       — С Новым годом, Поттер, — вторил Драко.       И они отправились спать по собственным комнатам.