Бюрократическая возня

      Гарри отметил Рождество с Драко дома, но не сказать, что праздник сильно отличался от их обычных ужинов. Они обменялись подарками: Малфой получил шарф, а Поттер — новую мантию. Гарри понимал, что это сложно назвать чем-то стоящим, но они всё-таки жили вместе и вели совместный быт. После ужина Поттер выпил глинтвейна, Драко — очередную кислятину, а потом пошли спать по своим комнатам.       Следующим значимым событием стала новогодняя вечеринка у Слизнорта, куда они отправились второго января.       Малфой сразу же почувствовал себя как в своей тарелке, принявшись расшаркиваться перед присутствующими. Гарри же тихонько стоял в сторонке, когда знакомый голос его окликнул.       — Какая встреча!       Белоснежные зубы, залаченные кудри, вычурная пурпурная мантия и слишком много косметических чар.       — Рад встрече, Бернард, — с трудом выдавил из себя Гарри. Фауст широко улыбался, тряс Поттера за руки и рассказывал очередную невероятную историю о недавней поездке в Венецию.       Благо ему быстро наскучил Гарри, поскольку Поттер был уже в браке и денег с него не стрясти, поэтому визит вежливости скоро закончился. Бернард прилип к неженатому волшебнику, а Гарри машинально поправил обручальное кольцо. За этот год Поттер настолько привык к тяжеленному украшению, что порой забывал о его существовании.       Вечеринка протекала довольно мирно, но ровно до того момента, пока не вошли двое: Джинни под руку с Кормаком Маклаггеном.       Животная, беспощадная ревность захватила Гарри с головы до ног и требовала действий. Импульсивных, горячных и безрассудных. Подбежать, оттолкнуть Кормака и отобрать свою Джинни, во всеуслышание заявляя права на возлюбленную.       Маклагген, между тем, стал ещё более статным, широким и привлекательным. Чисто модель и звезда обложек, словно рождённая блистать. Гарри отвлёкся от созерцания парочки и коротко глянул на своё отражение в стекле, где увидел всё того же щуплого, потерянного и взъерошенного Поттера. Дорогая и модная мантия, в которую его нарядил Драко, настолько выбивалась из образа, будто Гарри её украл.       Джинни же сначала увидела импозантного Малфоя, а потом взглядом нашла и Поттера, верно поняв, что Драко не мог прийти сюда один. Когда она посмотрела на Гарри, он застенчиво покраснел и отсалютовал Джинни бокалом. К радости Поттера, к паре прилип Бернард, загораживая обзор.       Пытаясь потушить в себе приступ пылающей ревности, который был совсем не к месту, Гарри нашёл в толпе Малфоя и принялся наблюдать за ним, как за самым безопасным объектом. К сожалению, Драко наскучил почти сразу, поскольку был знаком до тошноты ещё со школы, но Поттер упрямо возвращался к нему. Малфой, почувствовав пристальный взгляд, сначала обернулся несколько раз, а потом прервал разговор и подошёл к Гарри. Чёрт, это в план не входило.       — Что-то случилось? — тихо спросил Драко.       Поттер хотел соврать, но не стал.       — Тут Джинни с Кормаком, — угрюмо проговорил он. — Слизнорт их пригласил как выдающийся квиддичный дуэт.       Малфой глянул на пару, болтающую с Бернардом, и нахмурился.       — Ну и что? — недоуменно вопросил Драко. — Твоя бывшая и её новый ухажёр. Не понимаю, что тебя тревожит.       — А то, Малфой, — раздражённо буркнул Гарри, — что я её ревную.       Драко удивлённо посмотрел на Поттера, а потом рассмеялся. Гарри обиделся.       — Брось, Поттер. Ты ей совсем неинтересен.       Гарри мрачно хмыкнул. Он и сам понимал, что вряд ли составит конкуренцию красавцу Кормаку.       Драко же, совсем нежданно, вдруг осторожно положил левую руку Поттеру на плечо, а правой отобрал бокал и поставил на подоконник.       Гарри хотел было поинтересоваться, что Малфой творит, но не успел. Хорёк дерзко вторгся в личное пространство, обхватил пальцами подбородок и легонько поцеловал.       Они не занимались ничем подобным со дня свадьбы и никоим образом не поднимали эту тему, словно позабыв. А тут Драко полез к нему сам, ещё и прилюдно.       Поттер задохнулся от возмущения. Малфой, рьяный любитель всех возможных правил приличия, и надумал целоваться на вечере, полном столь обожаемых им влиятельных господ?       Заглушив первый порыв отпихнуть Драко, Гарри крепко зажмурился и замер. Вокруг гости, и устраивать потасовку казалось спорным.       Драко отстранился через мгновение, но потом, немного помедлив, коротко коснулся ещё раз, притом удивительно ласково — лишь мягкие прикосновения губ.       Гарри не шевелился и не отвечал, отрешённо думая о том, что целоваться с Малфоем было ну очень странно. Приходилось задирать голову, губы у Драко жёсткие, даже несмотря на их припухлость, а вокруг рта чувствовалась пробивающаяся и грубая щетина, которой не было ни у одной из девушек, с кем Поттер когда-либо целовался.       Ещё и выдающийся парфюм Малфоя, как яд, заполнил лёгкие, не позволяя выбросить из головы, с кем именно Гарри разделяет эти неловкие и абсолютно нежеланные моменты нежности.       Спустя несколько секунд Драко отдалился и отпустил, а Поттер закипел.       Гарри разозлился так, будто они лизались с хорьком полчаса, а не обменялись парой коротких и крайне пристойных прикосновений. Ещё и перед Джинни.       — Ты что творишь? — прошипел Поттер, отворачиваясь к окну, чтобы брезгливо вытереть губы рукавом мантии. — Что люди подумают?       Малфой обернулся по сторонам и усмехнулся.       — Во-первых, всем плевать. Во-вторых, ты стоишь под омелой уже битый час. И в-третьих, Поттер, они подумают, что ты уже год как официально замужем за мной. Рекомендую тебе тоже подумать об этом на досуге.       Напоследок Драко зачем-то взъерошил и без того торчащие во все стороны волосы Поттера и ушёл дальше беседовать с гостями, оставив Гарри в смятении. Он отчётливо ощущал на губах чужое прикосновение и с трудом сдерживался от того, чтобы не дотронуться до них кончиками пальцев.       А стоило Бернарду немного повернуться, как Гарри увидел злые глаза Джинни и плохо скрываемую обиду на её лице.       Вечеринка длилась и длилась. Поттер в итоге вышел на балкон, откровенно зевая и надеясь, что скоро сможет пойти домой. Малфой весело болтал с гостями и, судя по всему, вообще никуда не собирался.       Гарри пинал парапет носком ботинка и прислонился к перилам, разглядывая ночной город. Слизнорт арендовал третий этаж достаточно дорогого ресторана, и стоит сказать, что место и правда было неплохим.       Поттер отрешённо смотрел вдаль, когда услышал знакомый цветочный запах и стук каблуков.       — Джинни, — удивлённо пробормотал Гарри. — Что ты здесь делаешь?       Уизли вышла на балкон одна, потеряв где-то Кормака, ходившего за ней хвостиком.       — Тот же вопрос могу задать и тебе, — игриво произнесла Джинни, становясь рядом. — Скучаешь?       Гарри неуклюже пожал плечами.       — Не понимаю, как могут нравиться такие вечера, — поделилась Уизли. — Все упорно притворяются, будто рады видеть друг друга и лучшие друзья, а на деле уже утром не вспомнят, как ты выглядишь.       Поттер отхлебнул шампанское из бокала, пытаясь унять дрожь в коленях.       Внутри всё клокотало: хотелось упасть Джинни в ноги и молить о прощении. Зачем ей нужен этот Кормак? Он же тупой, хоть и красивый.       Уизли же словно издевалась над попытками Гарри успокоиться, потому что придвинулась ещё ближе и заглянула в глаза.       — Знаешь, я так по тебе скучаю, — чуть слышно прошептала она. — Часто думаю о том, как всё могло сложиться. А ты?       Уизли стояла настолько близко, что Поттер не мог никуда смотреть, кроме как на неё. На бывшей невесте было короткое облегающее красное платье, сексуально подчёркивающее фигуру, а волосы уложены в крупные локоны. Она была совершенна.       Гарри, очарованный, поправил одну из прядей в её причёске. Джинни кокетливо смотрела на Поттера из-под ресниц.       Все те чувства, которые Гарри старательно глушил и пытался забыть, поглотили его с новой силой. Страсть и желание обладать одурманили голову, и Поттер уверенным движением положил руку на талию Уизли. Он медленно наклонился, ощущая, что Джинни тоже подалась вперёд. Тёплое дыхание уже обжигало резко высохшие губы.       — Поттер, мать твою, ты бы ещё на приёме у министра мне изменять полез! — злой крик Малфоя вырвал из романтической атмосферы. Гарри, как ошпаренный, отпрыгнул от Джинни.       Выбежавший на балкон Драко оттащил тяжело дышащего Поттера от бывшей невесты и отвесил ему подзатыльник. Гарри испуганно посмотрел на зал за балконной дверью и понял, что их небольшое рандеву стало достоянием общественности: на них с Джинни уставились все.       — Прекращай меня позорить, Поттер, — прошипел Драко, грубо затаскивая его внутрь. — Если твоя бывшая — шлюха, это не значит, что стоит ей уподобляться.       Гарри агрессивно вырвался из хватки Малфоя.       — Хватит оскорблять Джинни, — процедил Поттер. — Ты и пальца её не стоишь, бесчувственная мразь.       Хлёсткая пощёчина от Малфоя отрезвила Гарри.       — Заткнись, пока я тебя не проклял, Поттер, — истерично рявкнул Драко и снова схватил его за рукав. — И держи свой отросток под контролем. Ты нас позоришь, гормональное животное.       Они добрались до коридора, ведущего к туалетам. Там Гарри дёрнулся и толкнул Малфоя в стену, удерживая его горло предплечьем.       — Нет никакого «нас», — чётко произнёс Поттер, вызывающе глядя в тусклые глаза. — И ничего сильнее, чем твоя грёбаная метка, нас не опозорит.       Гарри не знал, почему его так понесло. Он ведь и правда провинился, но оскорблять Малфоя было намного проще, чем признать, что у него от одного вида Джинни переворачивались внутренности.       Драко метко ударил его кулаком в живот, выбираясь из захвата.       — Спасибо, что опять вытер об меня ноги, Поттер, — вкрадчиво и несколько тоскливо прошептал Малфой, наклоняясь к согнувшемуся от боли Гарри.       Пока Поттер переваривал сказанное, Драко выхватил палочку и без предупреждения аппарировал их домой, где у Гарри подкосились ноги от резкой потери энергии. Он рухнул навзничь и разбил нос о мрамор.       Малфой безучастно переступил через валяющегося на полу Поттера и поднялся в спальню, громко хлопнув дверью.       Двумя днями позже Гарри стоял перед зеркалом и пытался научиться дышать в новом, самом неудобном костюме на планете, в который его запихнул Малфой.       Наверное, им крупно повезло, но вечеринка Слизнорта, будучи частной, не была освещена в прессе, однако в определённых кругах всё равно пошли слушки о том, что Поттер — коварный изменщик. Снова.       Поэтому, в честь наказания за столь дерзкий поступок в приличном обществе, Поттера в ультимативной форме отправили на ужин в Малфой-Мэнор.       Костюм казался слишком узким, рубашка давила, а галстук душил. Нет, Гарри в кои-то веки выглядел шикарно, но, как ходить в этом великолепии, он пока не представлял. Драко, к удивлению Поттера, оделся в такой же.       — Как ты в нём дышишь? — опасливо и тихо поинтересовался Гарри, когда они спускались по лестнице к камину.       — Лёгкими, — огрызнулся Драко, который до сих пор злился, и переместился в Малфой-Мэнор. Поттер последовал за ним.       Праздничный ужин с Нарциссой и Люциусом был чудесен ровно настолько, насколько Гарри и представлял. Хотя бы потому что начался с того, что Малфой старший пристал к Поттеру с вопросом, как ему могло прийти в голову изменять Драко.       — Вы же понимаете, что это совершенно неприемлемо для волшебника вашего уровня и статуса, — сетовал Люциус. — Более того, любая интрижка должна иметь достойную цель, мистер Поттер-Малфой, а вы лишь позорите честь нашей семьи. Тем более практически на первом году брака!       Гарри ковырялся в тарелке с салатом и не знал, что на это возразить.       — Мой бедный Драко с трудом отошёл от полученной травмы, — качал головой Люциус.       Судя по злорадному выражению лица супруга Гарри, тот принял удар более стойко, чем распевал отец, и даже успел немного заработать на случившемся, но, естественно, об этом молчал.       — Уизли... — назидательно продолжил тесть, пощёлкав языком. — Ужасная семья, предатели крови, наглые и без гроша в кармане. Как можно желать иметь с ними отношения, когда вокруг столько достойных представителей благородных семейств?       — А с кем бы вы посоветовали завести мне знакомства, мистер Малфой? — Гарри потупил взгляд и решил сменить тему, чтобы получить хоть пару очков в глазах тестя, а желательно ещё и супруга.       Люциус гордо посмотрел на Поттера и принялся рассказывать о самых прекрасных, на его взгляд, представителях волшебного сообщества.       — Драко, а я слышала, что ты делаешь большие успехи в Министерстве, — протянула Нарцисса, когда тесть наконец-то закончил перечисление огромного списка фамилий.       — Да, — похвастался хорёк. — Более того, я немного подумал и решил обернуть эту историю в свою пользу. Я планирую организовать фонд борьбы с домашним насилием.       Гарри с трудом удержался от того, чтобы не заржать в голос от такого лицемерия. Малфой бы ещё в ГАВНЭ вступил.       После того как закончили мусолить тему измен Гарри, внимание переключилось на их совместные планы.       — Думали ли вы о переезде, мистер Поттер-Малфой? — обратился к Гарри Люциус. — Мне кажется, вам стоит задуматься о том, чтобы обзавестись родовым поместьем.       Тесть, очевидно, опять намекал на подаренные им земли в Эдинбурге.       — При всём моём уважении, мистер Малфой, — промямлил Гарри, — но пока такой нужды нет.       Поттеру очень хотелось добавить, что и желания тоже нет, но вовремя прикусил язык. Он и представить такого не мог. Гарри, конечно, хотел быть друзьями с Драко, но обсуждать совместный переезд, словно они и правда женатая парочка, — это чересчур. Поттера замутило.       — Гарри, а вы хотите детей? — вдруг спросила Нарцисса.       — Очень, — честно ответил Поттер. — Я всегда мечтал о счастливой и дружной семье, которой никогда не было у меня самого.       — А скольких детей вы бы хотели? — вежливо полюбопытствовала тёща.       — Хотя бы двоих, — проговорил Гарри. — Мальчика и девочку.       Нарцисса хмыкнула.       — Я тоже когда-то хотел двоих, — влез Люциус. — Но, как видите, не сложилось. Досадно осознавать, что наш род столь бесславно прекратится.       В разговор встрял Драко.       — Отец, я до сих пор переписываюсь с Асторией, — гордо сообщил хорёк. — Ты был прав: крайне приятная, привлекательная волшебница с отличными манерами и великолепным вкусом. У нас с ней много общего.       — Я же говорил, что она тебе понравится, — самодовольно ухмыляясь произнёс тесть.       Гарри угрюмо катал осьминогов по тарелке, подперев голову рукой, пока отец с сыном обсуждали все достоинства юной леди Гринграсс.       Поттеру разговор совсем не нравился хотя бы потому, что самоуверенный донельзя Драко казался каким-то смущённым. Гарри, пожалуй, никогда хорька таким не видел.       В груди неприятно ныло.       Люциус прямым текстом предлагал сыну и дальше ухаживать за Асторией, потому что если вдруг с Поттером что-то случится, то у Драко будет шанс отхватить себе столь прекрасную невесту. Запасной вариант, так сказать.       — Обязательно своди её в тот ресторан, — посоветовал тесть сыну. — Возможно, стоит даже пригласить Асторию в небольшую поездку. Слышал, что ты снова собираешься в Сицилию.       Гарри ощущал себя посмешищем.       — Несмотря на достаточно короткий род, — закончил нескончаемой обсуждение новой пассии Люциус, — считаю, что Астория вполне достойная партия. Я был бы рад видеть её твоей супругой, Драко. Возможно, нам стоит устроить совместный ужин?       Потом тесть пристал к сыну с вопросами о том какие дела он ведёт и как продвигается его игра на бирже. Драко воодушевлённо отвечал и откровенно хвастался, что акции Рудгера взлетели на бешеные восемьдесят процентов за этот год, а он вложил туда огромную сумму на понижении.       После ужина Люциус взял с собой Драко пить коньяк, курить сигары и продолжать разговор о делах, а Гарри, который не имел никакого желания заниматься чем-либо из перечисленного, остался с Нарциссой.       Она предложила чай с пирожными, что намного больше удовлетворяло вкусам Гарри.       Нарцисса принялась расспрашивать о Драко, а именно о его душевном спокойствии.       Поттер честно ответил, что после ссоры Драко отстранился и стал мразью, как, впрочем, и всегда.       — Не переживайте, — лениво произнесла Нарцисса и отмахнулась. — Вы просто ещё слишком молоды. Случись нечто подобное лет через пятнадцать, уверяю, вы бы и не заметили.       Гарри старался не представлять возможность того, что будет жить с Малфоем через пятнадцать лет. После последних событий и сегодняшних обсуждений внутри поселилась твёрдая уверенность в том, что они разойдутся в ближайшее время, а Драко и правда вскоре счастливо женится на Астории. Осталось лишь перетерпеть последние деньки и всё закончится, как по мановению палочки.       — То есть вы думаете, что мы помиримся? — всё же пробурчал Поттер.       Нарцисса улыбнулась.       — Конечно, что за глупости. Драко обязательно оттает, он просто ещё несколько импульсивен ввиду возраста. Не обращайте внимания. Гарри, поверьте, мой сын очень старается быть достойным супругом, как и подобает представителю рода Малфоев. Будьте к нему снисходительны, он пока только учится.       Слова Нарциссы окончательно отрезвили Гарри, потому что он совсем упустил это из виду, хоть Малфой и говорил ему напрямую.       Драко не старался подружиться с Поттером, а просто пытался стать тем самым партнёром, как его и учили с самого детства. Как по методичке, чтобы Гарри мог прийти с Малфоем под ручку на любой светский вечер и хвастаться, какой у него замечательный, достойный и великолепный супруг.       От лицемерия и фальши стало тошно. Пирожные резко стали жирными и приторно-сладкими, чай — недостаточно крепким, а от камина — слишком жарко.       Благо, подошёл Малфой.       — Мы с отцом закончили, — оповестил он. — Время позднее, нам пора домой.       Нарцисса обняла сына и ещё раз поздравила Гарри и Драко с прошедшим Рождеством и Новым годом.       Супруги вернулись на площадь Гриммо.       Гарри с удовольствием расстегнул пиджак и пару пуговиц рубашки, едва выйдя из камина, и наконец-то вдохнул полной грудью.       — Родители нам передали подарки, — буднично сообщил Драко. — Две бутылки хорошего вина и довольно очаровательную статую обнажённой нимфы. Надо будет придумать, куда её поставить.       Гарри повернулся к улыбающемуся Малфою.       — Скажи, тебе не надоело?       — Что именно, Поттер? — не понял Драко. — Говори конкретнее.       — Весь этот фарс. — Гарри обвёл рукой комнату. — Притворные улыбки, попытки быть дружелюбным и игра в образцовую семью. Малфой, ты же меня терпеть не можешь, а сам даже лезешь целоваться. Я видел, как ты был счастлив, обсуждая с Люциусом возможность жениться на Астории. Но зачем-то упорно притворяешься, что рад быть со мной.       Драко издал совсем невразумительный звук и ударил себя рукой по лбу.       — Мерлин, Поттер, как же ты мне надоел, — простонал он. — Ты просто не представляешь, насколько ты меня достал своими выяснениями отношений. Что ты хочешь от меня услышать? Что я тебя презираю? Да, презираю. Что ещё?       — Я просто пытаюсь понять…       — Что ты пытаешься понять, Поттер? — впервые за долгое время Драко сорвался на крик. — Почему я не оскорбляю тебя ежеминутно? Почему не строю пакости на каждом шагу? Не проклинаю, пока ты спишь? Почему я целый грёбаный год всеми силами пытаюсь к себе расположить? А я тебе отвечу, Поттер. — Малфой толкнул Гарри в грудь. — Потому что хочу спокойно жить.       Драко был очень зол. Поздравляю, Гарри, ты его довёл. Опять.       — Малфой, нет смысла притворяться, — спокойно проговорил Поттер, тем не менее продолжая гнуть свою линию. — Я понимаю, что тебе некомфортно, не нужно себя мучить. Да, мы женаты, но это же ничего не значит! Никто тебя не просит изображать лучшего мужа во вселенной, по крайней мере, пока мы с тобой наедине. Я тебе не нравлюсь, как и ты мне.       — Какой же ты идиот, Поттер, — обескураженно выдохнул Драко, тряся головой. — Ты не просто придурок, ты походу совсем лишён мозга. Ты когда-нибудь уложишь себе мысль, что нас держит вместе не брак, а проклятие, которое ты запустил в меня на шестом курсе? Ты настолько привязался к свадьбе, совершенно забыв про этот небольшой нюанс в наших отношениях, что становишься уже просто нелепым. Если тебя не устраивает, что мы женаты — давай разведёмся! Сможешь и дальше трахаться с Уизлеттой сколько угодно, можешь даже на этом комоде, — Малфой кивком указал на белое нечто. — Только не забывай ежедневно писать и проводить со мной два дня в неделю. И денег просить, потому что своих у тебя нет и не будет.       Гарри поник.       — Ты хочешь, чтобы я снова относился к тебе как раньше? — с усмешкой бросил Драко. — Не хватает экстрима в отношениях? А я тебе скажу, Поттер, так — я не хочу. Потому что мне есть чем заняться, кроме как придумывать, как же тебя ещё унизить. Тем более вот неожиданность, мне тебя унижать не перед кем! Представляешь, Поттер? — Малфой ядовито рассмеялся. — Мы живём с тобой вдвоём. А передо мной ты себя уже достаточно унизил.       Закончив тираду, Драко развернулся на каблуках и направился было к лестнице, но остановился на первой ступеньке.       — И знаешь, Поттер, — тихо сказал он. — Я вот тоже весь год пытаюсь понять, чего тебе ещё не хватает.       С этими словами он ушёл наверх, оставив Гарри одного.       Удивительно, но сей разговор действительно дал результат. Потому что Малфой начал вести себя как форменная сука. Это было не так, как в прошлом году, когда случались лишь мелкие пакости, нет.       Драко оскорблял Гарри напропалую, доводя до состояния бессильной злобы.       А ещё они дрались.       Первая крупная стычка произошла в гостиной, когда Малфой со вкусом выдал, что жалеет о том, что мать Гарри не умерла при родах, так как тогда великий Поттер сдох бы ещё на первом году своей жизни. На это Гарри сообщил, что искренне рад тому, что Драко с ним связан, потому что такой урод не должен плодиться.       — Ты всю жизнь только и делаешь, что оскорбляешь меня, — кричал тогда Гарри. — Получаешь от этого удовольствие, тешишь своё эго, потому что потешить тебе его больше нечем, чистокровный выродок.       Ноздри Малфоя зло раздувались, а глаза сощурились.       — Ты жалок, смешон и никчёмен, — выплюнул ему в лицо Драко. — Если бы я знал, какое ты ничтожество, то мне бы и в голову не пришло расстраиваться, что ты предпочёл мне нищего и грязнокровку.       Поттер толкнул Малфоя, и он неловко покачнулся.       — Ты сука и неудачник, — прошипел в ответ Гарри. — Трусливая, бесполезная крыса, которая неспособна принимать решения, отдельные от своего мудака папаши.       Кулаками в тот день они махали недолго: всего пара ударов, а потом схватились за палочки и разгромили всю гостиную. Гарри плохо запомнил, что тогда было, но одно врезалось в память: горящий в камине свадебный альбом, который Малфой швырнул ему в голову, но Поттер отразил щитом.       Так же горела и их счастливая совместная жизнь.       Вторая масштабная стычка произошла тогда, когда до конца новогодних каникул оставалось ещё пять дней. Гарри уже не был уверен, что вообще доживёт до этого момента.       Он как раз только начал читать очередное письмо Гермионы, где она рассказывала, как дела у неё и маленькой Розы, с которой они только вернулись домой, а Малфой просто поджёг лист в руках Гарри заклинанием. Жить с Драко стало невыносимо.       — Поттер, что ты думаешь по поводу того, чтобы переехать в другую спальню? — невинно поинтересовался Малфой тем же вечером. — Я тут подумал, что из твоей можно сделать отличную лабораторию для варки зелий, а ты и на третьем этаже замечательно поживёшь. В конце концов, тебе не привыкать жить как собака.       Гарри просил себя молчать. Терпеть. Главное — не реагировать, и тогда Малфою надоест.       — И сдохнуть как собака, — многозначительно продолжил Драко. — Как псина, знаешь.       Поттер подскочил на ноги, как и Малфой. История сделала круг: они снова подрались в столовой, как в тот день, аккурат перед свадьбой.       Супруги таскали друг друга по комнате, нанося сильные удары и хватая за одежду. Гарри с огромным удовольствием разбил Малфою нос, а Драко в очередной раз рассёк Поттеру губу кольцом.       — Ненавижу тебя, — прошипел он в лицо Малфоя, дёргая за порядком потрёпанную рубашку. Серые глаза блестели от злости, а по лицу текла кровь. — Мерзкий и отвратительный ублюдок. Жаль, что Волан-де-Морт не прикончил тебя вместе с папашей.       Это была последняя капля, потому что Драко достал палочку, как и Гарри.       — Ты не посмеешь, — предупредил Поттер супруга, делая шаг назад. Малфой медленно приближался. — Ты, грёбаный Пожиратель смерти, не посмеешь.       — Что же именно я не посмею, Поттер? — с ухмылкой спросил Драко, который всё-таки ухитрился прижать Гарри к стене. В шею ткнулась палочка. — Я всего лишь хотел, чтобы мы проверили, насколько я хорош в атакующих заклинаниях второго курса школы. Мне понравилось, как ты в прошлый раз трясся от ужаса.       — Ты сломал мне жизнь, Малфой, — прорычал Гарри. — Это ты набросился на меня в туалете.       Драко истерично заржал.       — А ты решил со мной не дружить на первом курсе, так что один-один, Поттер.       — Какая же ты мразь, Малфой, — с чувством выпалил Гарри и откинул свою палочку в сторону.       Драться внезапно расхотелось. Откровенно издеваясь, Драко похлопал его по щеке и проговорил:       — Хороший мальчик.       Это было отвратительно.       Драко в рекордно короткие сроки занял спальню Гарри чересчур вычурной лабораторией, которая была ему совсем не нужна, попутно выкинув всю мебель.       Поттер принудительно переехал на третий этаж, который, хоть и открыли, но ремонт никто и не думал там делать. Более того, Малфой запретил домовикам убираться, поэтому Гарри сидел в окружении пыли и паутины под консервирующими чарами дома и ощущал себя так, будто снова жил у Дурслей.       Гарри уже триста раз пожалел, что открыл тогда рот, а Драко, наоборот, расцвёл. Прошло чуть меньше недели, но его дружелюбное и несколько отрешённое выражение лица превратилось в знакомую гримасу презрения и отвращения, а гадости Малфой извергал практически круглосуточно ненавистным истеричным тоном. Даже взгляд сменился на холодный и злой.       Сидя на пыльной кровати и вытирая кровь из носа, Гарри вспоминал, что они когда-то ухитрялись болтать с Драко за завтраком и шутить, словно это было вечность назад, а не двумя неделями ранее. А теперь Поттер опять всё испортил, решив зачем-то выяснять отношения, которых и нет.       Злосчастный поцелуй на вечеринке Слизнорта и вовсе казался миражом.       Поттер пытался изо всех сил придумать, что можно сделать, чтобы извиниться перед Малфоем, однако на ум ничего не шло. Гарри отчаялся настолько, что расспросил каждого из эльфов, что Драко нравится, но они не сказали ничего ценного. По крайней мере, ничего из того, что Гарри не знал.       Чтобы хоть немного отвлечься, Поттер пошёл разбирать руками реликвии Блэков, запертые на этом же этаже, но нашёл только всякий мусор: всё растащили мародёры. Остались пикси и боггарт в шкафу, которого Гарри переместил в сундук, чтобы провести практический урок, как когда-то сделал Люпин. Пару пикси Поттер тоже засунул в банку.       Оставался единственный вариант — ходить за Малфоем по пятам, проглотив всякое чувство самоуважения, и вымаливать прощение, но Гарри был пока к этому не готов.       Поттера с его гордостью хватило ещё на три дня постоянной ругани, оскорблений и затхлого этажа. Гарри понуро брёл в кабинет Драко, повторяя себе, что никто и никогда не узнает о произошедшем. Всё-таки Малфой был в очередной раз прав: это останется между ними, а Поттер уже опозорился перед Драко так, что дальше некуда.       Гарри осторожно открыл дверь кабинета и тихо позвал Малфоя. Хорёк, который стоял около шкафа и листал книгу, даже головы не повернул.       — Малфой, я полный идиот, — промямлил Гарри. — Ты был прав во всём, и я жалею, что открыл тогда рот. Прости меня, пожалуйста.       Драко молчал и делал вид, что Поттера не существует.       — Мы с тобой женаты и связаны, и я понял, как много ты прилагаешь усилий для того, чтобы наши отношения были нормальными, а я только всё порчу.       Малфой перелистнул страницу.       — Я хочу, чтобы мы снова могли хотя бы разговаривать. Ты так стараешься, а я вместо того, чтобы быть благодарным, всё разрушил.       Драко захлопнул книгу и убрал её на полку.       — Ты всё сказал? — мрачно поинтересовался он. — Ты мешаешь мне работать.       — Нет, — заспорил Поттер. — Я не уйду, пока мы нормально не поговорим, а вышвырнуть ты меня не сможешь — на тебе запрет на эти чары.       Малфой наконец посмотрел на Гарри.       — Твои слова, Поттер, и гроша ломаного не стоят. Просто уйди на третий этаж и не мозоль мне глаза своей уродливой рожей.       — Что мне сделать, чтобы ты меня простил? — дерзко возразил Гарри. — Как мне доказать тебе, что я серьёзно настроен?       Малфой задумался, а потом гадко ухмыльнулся.       — Ты, Поттер, я так понимаю, решил, что мне от тебя что-то нужно? Могу тебя расстроить, но — нет. Сейчас я наконец-то почувствовал себя комфортно и менять ничего не хочу. Меня абсолютно устраивает сложившаяся ситуация.       — А я не верю тебе, Малфой, — упрямо ответил Гарри. — Мы ведь живём с тобой вместе. Это неправильно, когда дома такие отношения. Мы должны вместе работать над тем, чтобы сделать наше существование нормальным.       Драко поджал губы и подошёл к нему.       — Так ты вспомнил, что у нас есть какие-то отношения, Поттер? — процедил он. — Поздновато спохватился. Тебе стоило вспомнить о них тогда, когда ты полез к Уизлетте.       Гарри пришёл сюда мириться, а не снова вступать в спор, и поэтому пробурчал:       — Это было ошибкой.       — Ошибка — это твоё появление на свет, Поттер. А тот поступок — не больше, чем твоя тупость и полное отсутствие самоконтроля. Хотя кого я спрашиваю? Идиота, который разбрасывается черномагическими заклинаниями направо и налево, не подозревая о том, что они делают.       Этот выпад и оскорблением нельзя назвать, поскольку он был констатацией факта. Гарри впервые за долгое время твёрдо посмотрел в глаза Малфоя, в которых плескалась усталость вместо вымученной злости.       — Давай нормально поговорим, — миролюбиво предложил Поттер. — Давай решим, как нам жить дальше. Драко, я не хочу с тобой ругаться, что бы ты себе ни думал. Да, я глупый и слепой, но хочу стать лучше. И предлагаю тебе дружбу.       Не зная зачем, но Гарри протянул руку Малфою, как тот когда-то давно. Драко устало потёр переносицу.       — Мне твоя дружба и даром не сдалась, — пробурчал он, отказываясь от рукопожатия. — Мне вообще ничего от тебя не нужно, Поттер. Возвращайся на третий этаж и не попадайся мне на глаза. Желательно, никогда.       Драко подошёл ближе, выталкивая Гарри за дверь кабинета. Поттер упрямо не шевелился, несмотря на то что Малфой стоял уже вплотную. Нужно было сказать что-то ещё, что точно убедило бы Драко в его намерениях.       Слова в голову не шли, но зато разыгралась гриффиндорская смелость и безрассудство. Да и терять уже нечего.       Не особо соображая, что он делает и зачем, Гарри рванулся вперёд, обхватил лицо Малфоя и крепко поцеловал. По правде говоря, поцелуем это можно было назвать с натяжкой, поскольку они просто столкнулись губами, но Драко дёрнулся и грубо отпихнул Поттера от себя.       Малфой брезгливо вытер рот рукавом рубашки, повторяя жест Гарри на вечеринке у Слизнорта, а Поттер чувствовал, что на его пальцах остался неприятный липкий слой от бальзама после бритья Драко.       — Уйди вон, — сердито приказал Малфой, указывая на выход. — И прекрати проецировать на меня свои проблемы с недотрахом. Иди подрочи на светлый образ Уизлетты на коленях.       Поттер продолжал стоять в дверях. Он уже наговорил лишнего, натворил лишнего, смысл прекращать?       — Ничего я не проецирую, — выдал Гарри и сложил руки на груди. — Я сделал это, потому что захотел.       К его удивлению, Малфой истерично заржал.       — Постыдился бы хоть, Поттер, — сквозь смех произнёс он. — Уверен, что в списке тех, с кем бы хотел целоваться, моё имя стоит в самом конце.       Гарри покачал головой, мысленно представив этот список, где Малфой и правда был почти в конце.       — Нет, где-то в середине, — соврал Поттер. — Ты хотя бы молодой, в отличие от той же Макгонагалл или Флитвика.       — Ты уйдёшь сегодня или нет? — устало спросил Малфой.       Гарри самодовольно улыбнулся.       — Только после того, как ты скажешь, что мы снова сможем нормально общаться.       Драко нахмурился и поджал губы, на которые Поттер невольно посмотрел. Он, очевидно, рехнулся. Гарри дал себе мысленную пощёчину.       — Хорошо, Поттер. — Малфой вдруг сдался под нелепыми манипуляциями. — Но ты всё равно живёшь на третьем этаже.       — Хоть в чулане под лестницей, — обрадовался Гарри и наконец-то вышел из кабинета, который Драко не потрудился закрыть.       Последние два дня каникул Малфой вёл себя крайне насторожённо по отношению к Поттеру. Драко избегал его и совсем не разговаривал.       Атмосфера в доме сменилась с враждебной на такую же липкую и неприятную, как и бальзам Малфоя.       Как бы Гарри ни хотелось это признавать, но их отношения лучше не стали. Хотя бы потому, что смириться с ненавистью было намного легче, чем с безразличием.       На любые попытки заговорить Драко отмалчивался, не проявлял эмоций и прятался за газетой, а Гарри всё чаще ловил себя на том, что иногда исподтишка наблюдает за Малфоем.       Драко больше ничего не рассказывал Гарри.       Поттер, который за время их ссоры уже полностью подготовился к новому учебному году, тосковал. Мерлин, он даже соскучился по скрипучему и ужасному голосу Малфоя.       За это Гарри очень хотелось себя ударить.       Он ворочался на скрипучей кровати уже второй час и всё никак не мог уснуть. Решив, что это неправильно, Поттер накинул халат и пошёл в спальню Драко. Время перевалило за полночь.       Гарри осторожно приоткрыл дверь, надеясь застать Малфоя в кровати, но он, судя по звукам, был в душе. Поттер не знал, насколько вежливо караулить его в спальне, но всё же сел на кровать Драко и терпеливо ждал.       Он вышел спустя долгие десять минут, в одном полотенце, обмотанном вокруг бёдер.       Гарри хотел было начать свою подготовленную речь, но стоило Поттеру увидеть ужасные шрамы на груди Малфоя, как все слова разом вылетели из головы. Порезы до сих пор были красными, словно едва-едва затянулись. Вот тебе и вторая половина их счастливой жизни.       — Не ожидал увидеть Гарри Поттера на своей кровати, — протянул Драко, будто ничего и не произошло. — Ты что-то хотел?       — Да, я хотел сказать, что рад, что у меня есть ты, — смущённо залепетал Поттер, осознавая, как красивая заготовленная речь превращается в очередной позор, но слова уже начали покидать рот. — И никто мне не нужен, потому что только ты никогда меня не предашь и всегда останешься рядом, что бы я ни сделал.       — Это ты мне в любви решил признаваться на ночь глядя, или что? — подозрительно спросил Малфой, осматривая покрасневшего до корней волос Поттера.       — Нет! — испуганно воскликнул Гарри. — Я просто хотел сказать, что очень тебя ценю. Как друга.       — Спасибо за уточнение, — бросил Малфой и подошёл к шкафу, теперь демонстрируя спину, увенчанную чередой крупных и выцветших шрамов, не имевших отношения к проклятию Гарри. — А я-то уж было подумал, что ты решил отдаться мне на радостях. Ну или это такой изысканный способ просить прощения, который ты так долго скрывал.       Поттер подскочил на ноги, плотнее запахиваясь и смущаясь только сильнее. Как Драко вообще мог такое подумать?       Малфой тем временем выбрал в шкафу халат, набросил его на голое тело и скинул полотенце на пол, завязывая пояс.       Ситуация превратилась в откровенно неловкую. Гарри понимал, что ему стоит срочно уйти, но примёрз к полу. Драко же молчал и нахально усмехался.       — Ладно, спокойной ночи, — кое-как выдавил из себя Поттер.       Гарри пошёл к выходу ровным шагом, не подавая вида, что что-то не так. Всё в полном порядке, как и должно быть. В конце концов, они и в общей спальне перекидывались с парнями сальными шуточками, ничего такого в этом нет. Тем более что по сравнению с тем, что творилось у них в Гриффиндорской башне, подколы Малфоя были детским лепетом.       Гарри поднялся к себе под тихий смех Драко из спальни.       Поттер уснул только под утро.