Бюрократическая возня

      Смирившись со своей участью, Гарри неделю избегал Малфоя, прячась то в библиотеке, то в лаборатории. Поттер установил для себя распорядок: в ночь чаровал, днём — планировал дом. Обсуждать с Драко он ничего не хотел, решив поставить супруга перед фактом.       Гарри изучил кучу планов фамильных особняков, выписал всё, что должно быть в приличном родовом поместье и уже с этим огромным списком вышел к Драко.       Малфоя он нашёл в кабинете: тот попивал коньяк, что-то писал, покачивая ногой, и казался вполне миролюбивым. Гарри приказал себе не смотреть на Драко и ещё лучше — думать о чём-то мерзком. Для поддержания обстановки Поттер решил вести себя дерзко и агрессивно, потому что это лучшая тактика.       — Малфой, я составил примерный план дома, — грубо выдал он, кидая супругу на стол бумаги. — Есть что добавить?       Драко оторвался от письма и взял исписанные листы, внимательно изучая. Просмотрев список, он глянул на Поттера снизу вверх, отчего Гарри почувствовал, что по спине пробежали мурашки. Сердце бухнуло где-то в груди.       — Нет, — спокойно ответил Малфой. — Меня всё устраивает.       Гарри молча уставился на Драко не в силах оторвать взгляд. Все внутренние установки рассыпались в прах.       Фантазия на пару с памятью оказались теми ещё предателями, потому что перед глазами всплыли картины той самой второй ночи на корабле. В комнате стало невыносимо душно, а по щекам всё-таки пополз румянец.       — Поттер, ты уверен, что в порядке? — озадаченно спросил Драко, разглядывая супруга. — Мне кажется, что в тебя всё-таки прилетел Конфундус.       — Можешь сделать диагностику, — спешно предложил Гарри, цепляясь хоть за какую-то ниточку надежды. — Только возьми лучше мою палочку.       Малфой поднялся на ноги и согласился без раздумий, отчего сердце Поттера сделало очередной кульбит.       Пока Драко колдовал, Гарри продолжил беззастенчиво пялиться на супруга, теперь уже оценивая его фигуру, облачённую в традиционные рубашку и брюки. Тело отреагировало на это зрелище предательски.       Наконец Малфой вынес вердикт.       — У меня для тебя очень плохие новости, Поттер. — Драко печально вздохнул и сделал театральную паузу. — Диагностические чары показали, что ты полный придурок.       — И всё? — хрипло спросил Гарри, не прерывая зрительного контакта.       — К сожалению, да, — оповестил Драко, возвращая палочку владельцу. — Но я бы на твоём месте всё равно не перенапрягался и лёг сегодня пораньше.       Поттер преднамеренно коснулся пальцев Малфоя, когда забирал потеплевшую от чар и кисти супруга палочку.       Хотелось что-то сказать, но слова не шли.       Немного растрёпанный под конец дня Малфой, с блестящими в вечернем свете глазами и мягкой улыбкой был чересчур привлекателен. Соблазн оказался сильнее и без того слабоватого самоконтроля Поттера. Напомнив самому себе, что он гриффиндорец, Гарри решился.       Поттер уверенно подошёл к супругу, обогнув стол, обхватил его лицо ладонями и чувственно поцеловал, медленно лаская чужие губы, пахнущие дорогим алкоголем.       Драко удивлённо замычал, но всё-таки вцепился в Поттера, чтобы слегка повернуть голову и ответить на поцелуй.       Чужое прикосновение взорвало сверхновую в мозгу Гарри, и он шумно выдохнул, толкая Малфоя к стене. Драко с готовностью приоткрыл губы и перехватил инициативу.       Горячий и твёрдый язык нежно скользнул в рот Гарри, медленно проводя по нёбу, и он тихо застонал, осторожно касаясь в ответ и возвращая ласку.       Драко был горьким на вкус, отдавал табаком и тягучим коньяком, но Поттер был опьянён так, словно это он выпил бутылку, а может, и больше. Гарри задыхался, но не мог остановиться, раз за разом втягивая Малфоя всё в более развратные и откровенные прикосновения. От возбуждения покалывало губы и першило в горле, а дыхание сбилось.       Как неопытный подросток, дорвавшийся до тела возлюбленной, смущённый и неловкий, но жаждущий получить предложенное, Поттер упрямо боролся с маленькими пуговичками на воротнике белой рубашки Драко. Вспотевшие ладони дрожали, а сам Гарри уже откровенно тёрся о бедро Малфоя, где-то на краю сознания ощущая, как тонкие пальцы переместились на его зад, с силой стискивая и лишь сильнее прижимая возбуждённый член к себе.       Драко тяжело дышал, а когда Гарри прихватил зубами его влажную и припухшую нижнюю губу, потянув на себя, откровенно застонал.       Поттер, который до этого боролся с эрекцией добрую половину дня, был уверен, что сейчас кончит в штаны от одного этого звука.       Отчаявшись, Гарри отстал от воротника, вместо этого переместившись на ремень брюк, который оказался намного более податливым. Малфой хрипло засмеялся, и, просто чтобы его заткнуть, Поттер укусил Драко под челюсть, вызвав очередной стон, и принялся жадно зализывать это место, проводя языком по терпкой смеси одеколона и какого-то бальзама, с трудом различая солоноватый вкус самого Драко.       Расстегнув ремень, Гарри быстро справился с пуговицей, и, обезумевший от вседозволенности, вырвал рубашку из брюк и запустил руку сразу в трусы, сквозь пелену похоти невольно подмечая тот факт, что полностью добровольно взял в руку чужой член.       Малфой вздрогнул и выгнулся, упираясь затылком в стену, стоило чужой ладони освободить возбуждённый орган из оков узких брюк. Поттер на пробу провёл по горячей вельветовой плоти, чувствуя, как пульсирует кровь под пальцами. Гарри оторвался от шеи и посмотрел в лицо Драко, который, как оказалось, с интересом следил за Поттером.       Знакомый взгляд холодных серых глаз подействовал странно, в одночасье вернув все те сомнения и ужас, которые преследовали Гарри, стоило лишь подумать о том, что он может оказаться с Малфоем в одной постели.       Мерлин, что он творит?       Собственное возбуждение подрагивало в штанах, моля о разрядке. Обнажённая головка болезненно упиралась в слегка влажную ткань нижнего белья, требуя к себе внимания.       У него действительно стояло на Малфоя, с которым он столь страстно обжимался у стены.       Поттер медленно вытащил руку из чужих брюк и отодвинулся. Драко раздражённо посмотрел на него, почувствовав смену настроения.       — Большое спасибо за засос, Поттер, — хрипло сказал Малфой, потирая шею. — Тебе, походу, и правда четырнадцать. Надеюсь, хоть в штаны не кончил, пока об меня обтирался.       Гарри глупо хлопал глазами, уставившись на Драко, который выглядел настолько сексуально, что вряд ли это было возможно стереть из памяти. Растрёпанный, с блестящими, покрасневшими губами, рубашка вытянута из штанов, пряжка ремня расстёгнута. На шее темнел синяк, а ткань брюк не то что не скрывала, а лишь подчёркивала то, что супруг был очень заинтересован происходящим.       — Оставь меня уже в покое, — устало попросил Малфой. — Просто уйди. Меня откровенно достали твои выходки. И не прикасайся вообще ко мне, никогда.       Гарри мысленно дал себе пощёчину, повторяя, что нет ничего такого в том, чтобы пообжиматься у стены, снова попытался приблизиться к Драко, но он его оттолкнул.       — Или раздевайся, или вставай на колени, Поттер. Давай потрахаемся, раз я тебе так нравлюсь, — прошипел Малфой. — Мне надоело это хождение вокруг да около.       Драко сложил руки на груди и терпеливо ждал ответа, постукивая ногой. Гарри сглотнул ещё раз и посмотрел в его лицо. В то самое, преследовавшее по ночам, превратившееся в наваждение и постыдную фантазию, в которой боялся признаться самому себе.       К чёрту.       Напомнив самому себе, что они так-то уже действительно трахались, а Поттер до сих пор жив и здоров после этого события, он решил, что это меньшее из предложенных двух зол, поэтому принялся расстёгивать свою рубашку под удивлённый взгляд Малфоя, который явно не ожидал такого поворота.       — Что, так не терпится, Поттер? — тем не менее с усмешкой проговорил Драко, взяв себя в руки.       Малфой сказал это настолько неприятным тоном, что Гарри даже немного обиделся, но вовремя себя одёрнул, не вступая в конфликт.       — Да, — вместо этого подтвердил Поттер. — Не терпится.       Супруг хитро прищурился.       — Что-то по тебе незаметно, — бросил он.       Гарри знал эту игру. Малфой ловил его на наживку, ждал реакции. Так было в школе, все те годы, пока они враждовали. И хоть это было давно, словно в прошлой жизни, внутри что-то доломалось окончательно. Наверное, никакой гордости и правда не осталось.       Поттер почти смирился с тем, что его жизнь будет напоминать цирк. Ему скоро двадцать два, а Поттер уже знает, что его ждёт до скончания дней. Какой был смысл сопротивляться, если можно просто плыть по течению?       Спроси его кто три, пять или семь лет назад, Гарри бы уверенно ответил, что нужно бороться и сражаться, но нынешний Поттер, который неделю составлял план их совместного дома с Малфоем, так уже не думал.       Именно с этим чувством он забрался на стол, сдвинув бумаги в сторону. Драко бесстрастно наблюдал, но молчал.       Гарри быстрым движением снял с себя рубашку и сразу скинул обувь.       Если у Поттера и были таланты, помимо умения систематически вляпываться в неприятности, то одним из них определённо можно назвать его дар бросаться в омут с головой. Не сомневаясь, не анализируя, а безрассудно делая то, над чем точно стоило хоть немного поразмыслить.       Но, будучи гриффиндорцем по своей сути, Гарри не умел сомневаться в критической ситуации.       Под равнодушным взглядом серых глаз Поттер принялся демонстративно себя ласкать, словно никакого Малфоя здесь и не было.       Он медленно водил по шее и по груди, представляя чужие руки, которые любили и пытались доставить наслаждение. Гарри снял очки и закрыл глаза, погружаясь в фантазию о чувственном и нежном любовнике, стараясь вновь себя возбудить.       Горячие прикосновения ощущались такими реальными, что Поттер невольно облизнул губы, не сдерживая стон. Кожа покрылась мурашками.       Прошли ли минуты или часы, но Гарри потянулся к застёжке джинсов, облегчённо выдохнув, когда наконец-то начал себя трогать сквозь плотную ткань. Он раздвинул ноги и немного откинулся для лучшего доступа, а головка члена прижалась к животу, выглядывая сквозь слои одежды.       — Тут есть какая-нибудь смазка? — хрипло спросил Поттер, на мгновение вырвавшись из фантазии и коротко глянул на Малфоя.       Драко стоял всё в той же позе, источая равнодушие и ровно ответил:       — Тут есть масло для рук. В книжном шкафу, правая дверца.       Гарри потянулся к чьей-то палочке на столе и призвал масло из указанного места. В руку упал полупустой бутылёк.       Поттер полноценно лёг на деревянный лакированный стол и полностью снял с себя штаны, возвращаясь всё в тот же дивный мир, в котором был до этого. Он продолжил осторожно прикасаться к себе, нарочито медленно, распаляясь лишь сильнее.       Когда от желания уже сводило зубы, Гарри устроился удобнее и широко раздвинул ноги, предоставляя себе доступ к сжатому анусу. Тихо произнеся знакомое очищающее, он осторожно огладил вход сухими пальцами, дразня нервные окончания и стараясь пробудить похороненные в памяти ощущения.       Бесстыдный, горячий стон, и Гарри уже щедро вылил на свой пах терпко пахнущее масло, холодными каплями стекающее по коже и вниз, на стол. Поттер медленно размазал его по бёдрам, члену и наконец по ложбинке между ягодицами.       Окутанный острым ароматом трав, Гарри неторопливо ввёл в себя два пальца, позволяя привыкнуть к уже позабытому чувству проникновения. Возбуждённое тело не слушалось, отчаянно просило разрядки и само старалось насадиться на кисть, крича о том, что может быть намного лучше, ярче и сильнее. Нужно лишь немного глубже.       Поттер стонал не переставая, медленно растягивая чувствительный вход, сдерживаясь, чтобы откровенно не начать трахать собственную руку. Получалось не очень хорошо, но он старался.       Разгорячённый, Гарри не сразу услышал, что раздались шаги. Он вздрогнул, выдернутый в реальность, когда на бёдра легли руки, притягивая ближе к краю.       Поттер расфокусировано смотрел на Малфоя, скидывающего с себя рубашку и расстёгивающего ремень брюк, который до этого старательно застёгивал. Лязг пряжки и звук ширинки прозвучали как приговор.       Супруг молчал, как и Гарри. Поттер посмотрел в их мутное отражение в стекле окна и лишь чуть шире расставил ноги, давая лучший доступ к своему телу. Фантазия рассыпалась на куски.       Стук бутылька о стол, и Гарри почувствовал, что в его порядком растянутый анус входит плотная головка. Медленно, словно стараясь продлить оставшиеся секунды до конца сладкой пытки.       Поттер в последний раз посмотрел на отражение, бесстрастно показывающее его, распростёртого под Малфоем, и закрыл глаза.       — Как ты хочешь? — неожиданно спросил Драко, окончательно возвращая в реальность. — Помягче или пожёстче?       Гарри не колебался ни секунды.       — Пожёстче, — сказал он, желая обратить чувственную фантазию в прах.       Драко подчинился, начиная двигаться резко и быстро, заставляя Поттера всхлипывать от неприятных ощущений и сильно сжимать край стола.       Прошло не больше пары минут, когда движения внезапно прекратились.       Гарри удивлённо глянул на Малфоя, который подозрительно смотрел на него в ответ.       Наконец Драко тепло улыбнулся.       — Ты как ребёнок, Поттер, — сказал он совершенно неуместную в этой ситуацию фразу. Не дав Гарри ответить, Малфой навалился на него, рукой свалив чернильницу на пол, и медленно поцеловал.       Поттер неспешно отвечал на томные, чувственные прикосновения языка и, сам того не осознавая, обнял Драко, прижимая ближе к себе.       Они целовались, утопая в тягучем потоке тепла и ласки, пока Гарри не почувствовал, что прикушенная губа неприятно заныла. Малфой отстранился, напоследок лизнув ранку.       Добавив ещё масла, он ещё раз улыбнулся и аккуратно вошёл во вновь расслабившееся тело, вызвав короткий вздох.       Драко двигался мягко, слегка надавливая на простату, и Гарри хватило не больше десятка прикосновений, чтобы наконец-то излиться, как-то жалко и отчаянно всхлипнув.       Малфой ласково потрепал его по ноге и уже более резкими движениями довёл себя до пика, заполнив Поттера семенем.       Когда Гарри отдышался и надел на нос очки, Драко уже в застёгнутых штанах сел в кресло. Рубашка так и валялась где-то в стороне.       — Прекрати строить из меня чудовище, Поттер, там, где его нет, — сказал Малфой одевающемуся Гарри. — Мы столько лет живём вместе, неужели ты не смог ещё понять, какой я человек?       Поттер задумчиво посмотрел на Драко.       — Ты так любишь всё идеализировать, — голос Малфоя звучал устало и тоскливо, — только почему-то я не попадаю под этот список. Твоя бывшая, Уизли в принципе, даже Грейнджер. Не буду называть другие имена, ты и сам понимаешь, о чём я говорю. Почему ты не можешь избавиться от комплекса жертвы, когда дело касается меня, Поттер?       Порядком взъерошенный и полуголый Малфой, изуродованный шрамами, пожалуй, впервые за всё время знакомства казался таким открытым.       — Я же вижу, Поттер, что ты зачем-то упрямо продолжаешь меня ненавидеть, — сказал Драко, посмотрев ему в глаза. — Может, не так сильно, как прежде, а может, и наоборот — более искренне.       Гарри всё так же молчал, чувствуя, что к горлу подступает ком.       — Ты можешь спать со мной, Поттер, если хочешь, — продолжил Малфой. — Только избавь меня от выяснения отношений. Не путай, пожалуйста, секс и наши чувства. Не нужно.       Гарри вышел из кабинета, осторожно закрыв дверь. Внутри поселилось какое-то гадкое ощущение, словно его обваляли в грязи на потеху публике.       Если говорить честно, Поттер был даже рад, что ввязался во всё это, потому что его хотя бы отпустило. Но что ему не нравилось, так это то, что своих чувств он вообще не мог разобрать.       Гарри понял, что запутался и совсем не понимает, что происходит.       Они с Малфоем не дарили друг другу подарки в прямом смысле этого слова, не делали комплиментов, скорее, наоборот, оскорбляли друг друга при любой возможности, не проводили время вместе и уж тем более не ходили на свидания. У них не было романтических отношений, но почему-то на сердце теплело от одного только брошенного случайного взгляда.       Поттер немного повернул голову и посмотрел на мирно читающего Пророк Малфоя, чувствуя, что внутри зарождается какое-то непонятное для него чувство.       Была ли это любовь?       Нет, любовь у него была к Джинни. От неё крутило в животе, дрожали руки и хотелось кричать на весь мир о том, как он был счастлив.       Поттер помнил, с каким удовольствием обнимал возлюбленную в кровати, как вдыхал запах её волос, и ревущее животное внутри гордо урчало: «Моё!»       Сейчас же Гарри было просто тепло и уютно, но ничего не взрывалось внутри. Запах Малфоя тем более вдыхать не хотелось хотя бы потому, что Поттер сам им уже пропитался, казалось, насквозь. Тот был слишком ароматным, настолько, что как-то вечером Гарри даже размышлял над тем, что на шестом курсе он мог просто искать Драко по запаху, как собака. Удивительно, что раньше этого не замечал.       С момента их секса прошло три дня, и они оба игнорировали данное событие полностью, никак к нему не возвращаясь, словно этого и не было. Поттер спал так же у себя в комнате, а в их отношениях ровным счётом ничего не изменилось.       Гарри тем временем успел обсудить с Матильдой план дома и собирался уже идти подписывать документы в Министерстве, чтобы полноценно начать работу над их будущим домом.       — Поттер, ты решил, на сколько мы поедем в Ниццу? — неожиданно спросил Малфой. Это была первая оброненная им реплика за последние дни. — Мне нужно предупредить отдел, сколько меня не будет.       — Но ведь ещё больше месяца до Чемпионата, — удивился Гарри. — Я даже не думал об этом. Да и позабыл, честно говоря.       — Вот сейчас ты вообще меня не удивил, — со смешком произнёс Драко. — Но у меня фонд и целый отдел. Так что решай быстрее, на сколько ты хочешь поехать на море. Со мной вдвоём.       Последняя уточняющая фраза несла сакральный смысл, но Поттер пожал плечами.       — Давай дней на десять? — предложил Гарри. — Можно на неделю, если это слишком долго.       Поттер ответил совсем машинально, а потом резко уставился на супруга.       — Подожди, а как же наши допросы? И ты получил разрешение? — удивился он.       Драко в ответ нахмурился.       — Поттер, допросы кончились, я же тебе говорил.       Гарри запутался окончательно.       — Когда говорил? — уточнил Поттер, чувствуя себе идиотом.       — Мерлин, — простонал Малфой. — На прошлой неделе ещё. Всё, нас больше не тронут. Закрыли дело.       Гарри поверил ему на слово, учитывая, что всю прошлую неделю он вообще плохо соображал.       — Ты уверен? — на всякий случай переспросил Поттер. — Как-то всё неожиданно.       — Я в этом уверен так же, как в том, что ты дрочишь по ночам на Уизлетту.       — Малфой, прекрати! — оскорбился Гарри, сложив руки на груди. — Ты вспоминаешь про Джинни чуть ли не каждую неделю. Ревнуешь, что ли?       Драко гордо вздёрнул подбородок, но ничего не ответил.       Весь понедельник Гарри планировал провести в Министерстве, согласуя бумаги на собственное поместье, потому что откладывать этот неприятный процесс он не хотел. К тому же после Министерства его ждали гоблины в Гринготтсе, а это ещё более муторно.       В сотый раз отметив, что стоит купить новую приличную маггловскую одежду под мантию, потому что практически вся холостяцкая была ему просто мала, Гарри вновь облачился в купленные Малфоем вещи и переместился к входу для посетителей.       Отстояв огромную очередь только ради того, чтобы получить заявление на восьми листах, которое стоило заполнить, а потом идти подписывать в таком же количестве департаментов, Поттеру захотелось взвыть.       Когда Гарри указал, что у них будут в доме маггловские технологии и квиддичное поле, на бумаге появилась запись о том, что количество департаментов увеличилось до одиннадцати, а упоминание примерной стоимости строительства намекнуло на необходимость подать налоговую декларацию и подтвердить право собственности. Твою мать.       Небольшой плюс заключался в том, что в трёх департаментах Гарри знали хорошо, а налоговую декларацию Малфой с удовольствием подаст сам, но упоминание отдела, где работал отец Рона, Поттеру не понравилось. Хоть Артур, насколько было известно, сейчас не занимал какой-то значимой должности после очередной реорганизации.       Прикинув, Гарри решил начать с того, что посложнее, а именно с этого самого маггловского отдела, поставив первую формальную подпись в канцелярии.       Поттер потащился к лифтам, неуверенно вызывая его на нужный этаж. Гарри надеялся, что судьба будет к нему милосердна, но, учитывая, какой бардак там творился, особой надежды на это не было.       Как и ожидалось, хаос первого из трёх этажей Магического Правопорядка встретил его во всей красе. Крики, какие-то летающие артефакты, записки над головами.       Гарри подошёл к первому столу, обратившись к быстро пишущему что-то на свитке волшебнику.       — Подскажите, мне нужно поставить разрешение на маггловские предметы в доме, мне к кому обратиться?       Волшебник нехотя посмотрел на Поттера и с явным неудовольствием оценил его роскошную мантию, шикарную бороду, стильную дорогую оправу и слегка уложенные лаком волосы, когда сам сидел в залатанной донельзя одежде , с кривой щетиной, в старых роговых очках и с патлами во все стороны. Судя по выражению лица служащего, тот Гарри не узнал.       — Что, очередной богатенький маг решил побаловаться маггловскими игрушками? — ехидно спросил волшебник. — А вы знаете, что это запрещено?       Гарри опешил.       — Что за глупость, — возразил он. — Запрет распространяется только на старые родовые поместья возрастом более трёхсот лет, а у меня новый дом.       — Какое досадное упущение, — поцокал языком волшебник, — и почему мне кажется, что я вас где-то видел?       Пока сотрудник размышлял, кем же был Гарри, тот услышал за столом справа крик Уизли-старшего, отдающего какие-то указания молодой ведьмочке, судя по выражению лица которой, та только выпустилась из Академии и жалела, что вообще пришла сюда работать.       Гарри надеялся, что и Артур его не узнает, но тут служащий указал пальцем на Уизли.       — Вам к нему, — сказал волшебник. — Разрешения выдаёт он.       Блядь.       Поттер уже мысленно попрощался с телевизором и, в принципе, с электричеством. С другой стороны, он и без них замечательно жил, наверное, проживёт и дальше.       Гарри уже собрался покинуть отдел, когда Уизли его заметил и опознал: видимо, Артур внимательнее читал Пророк и представлял, что Поттер выглядит несколько иначе.       — Гарри? — удивлённо произнёс Артур, подходя к нему. — Что ты здесь делаешь?       Поттер выдавил из себя улыбку. Получилось крайне нелепо.       — Мистер Уизли, — медленно проговорил Гарри. — Не ожидал вас здесь увидеть.       Просто высший пилотаж. Максимальный балл за ведение переговоров, мистер Поттер.       Артур тоже не оценил его реплики.       — Я работаю в этом отделе уже больше двадцати лет, Гарри. — Уизли нахмурился. — Ты в порядке?       — Я думал, что вы на другом этаже, — соврал Поттер. — Мне сказали обратиться к вам, чтобы подписать бумаги. Я строю дом и хотел бы провести электричество.       Артур внимательно посмотрел Гарри в глаза и отвёл в сторону.       Поттеру не понравился этот взгляд: Уизли явно его в чём-то подозревал. Учитывая, что они нормально не разговаривали уже почти три года, Гарри почувствовал себя крайне неуютно. Артур завёл его в маленький и пыльный кабинет, заваленный бумагами.       Неожиданно Уизли положил руку ему на плечо и тепло и как-то по-отечески улыбнулся.       — Гарри, сынок, ты так изменился, — сказал он, всё-таки крепко обнимая Поттера. — Совсем взрослый стал.       Гарри стоял истуканом, когда Артур его наконец-то отпустил и тоскливо оглядел с головы до ног.       — Я ведь помню тебя ещё совсем маленьким испуганным мальчуганом со взъерошенными волосами и горящими зелёными глазами.       Поттер неуверенно поправил и без того идеальную причёску: он не виноват, что выглядел гротескно в костюмах от Малфоя без укладки. Артур совсем погрустнел, даже взгляд потух.       — Ты ведь не такой, Гарри, не напыщенный пижон, которым так упорно пытаешься притворяться, — разочарованно произнёс старший Уизли.       От внезапного привета из прошлого в виде Артура, резко воспылавшего к нему отцовскими чувствами, неприятно кольнуло в груди. Поттер замялся.       — И какой же я на самом деле? — скептически поинтересовался Гарри, неуверенный, что хочет знать ответ.       Артур улыбнулся.       — Добрый, справедливый, честный, — по-отечески мягко сказал Уизли. — Меня всегда поражало твоё стремление изменить мир к лучшему. Я часто читаю про тебя в газетах, Гарри.       Поттер нахмурился. Вообще, в газетах он не так часто мелькал, а если и попадал, то совсем в мелкие заметки. Особенно его любил Ведьмополитен, постоянно ставя в рейтинги то самых сексуальных, то самых стильных волшебников, в очередной раз спасибо Малфою. А в Пророке последний раз он давал комментарии касательно поправок, которые Драко упорно пытался продвинуть уже второй год, но каждый раз получал отворот от Кингсли на финальном этапе. Притом Гарри тогда промямлил что-то невразумительное, потому что журналист поймал его на Косой Аллее и зажал в угол. Но с лёгкой руки продажного редактора Риты Скитер получился целый роман о том, какой Малфой замечательный.       Артур же, видимо, решив, что с прелюдией покончено, перешёл к сути.       — Что с тобой произошло, Гарри? — спросил он в лоб.       — Не понимаю, о чём вы, мистер Уизли, — отстранённо ответил Поттер, делая шаг назад, увеличивая между ними расстояние.       — Я уверен, что Малфои держат тебя силой, — продолжил Артур. — Они тебя шантажируют?       Поттер прищурился и молчал.       — Я же знаю, как ты относишься к Джинни, Гарри, — необычайно ласково и дружелюбно проговорил Артур. — Твой взгляд был красноречивее любых слов. И Джинни до сих пор тебя очень сильно любит. Она скучает и ждёт, когда ты вернёшься. И ты не думай, Гарри, мы на тебя не обижаемся.       Поттеру совсем не нравилось направление этого разговора. Он просто хотел подписать бумажку и провести электричество.       — Я не верю, что ты и правда в один прекрасный день воспылал любовью к Драко Малфою, бросив Джинни почти у алтаря. Гарри, дай мне наводку, я вытащу тебя из этого кошмара. Я хочу помочь.       — Со мной всё в полном порядке, мистер Уизли, — ровно ответил Гарри. — Подпишите, пожалуйста, разрешение.       Артур внимательнее и пристальней посмотрел на него. Поттер сглотнул, испытывая почти животное желание сейчас же убежать прочь.       — Гарри, я наводил справки, — заговорщицки выдал Уизли. — Ты одним днём переписал всё имущество и счета на Малфоя. Понимаю, что ты достаточно давно погряз в этом, но ещё можно выбраться. Чем они тебя шантажируют? Я не верю, что всё настолько страшно и серьёзно.       — Мистер Уизли, прекратите. — Гарри увеличил между ними расстояние настолько, насколько это возможно в небольшом кабинете. — Я люблю Драко и счастлив с ним в браке.       — Я же был на твоей свадьбе, ты даже не смотрел на Малфоя и шарахался как от прокажённого. Не ври мне, Гарри.       — Мистер Уизли, прекратите выдумывать то, чего нет, — прошипел Поттер. — Так бывает, что люди расходятся. Невилл тоже разошёлся с Полумной и женился на Ханне.       Артур покачал головой и вздохнул, явно намереваясь что-то ответить, но Гарри не хотел ничего слышать, устав от этого разговора и очередных допросов на тему его замужества.       Поттер обошёл Уизли и схватился уже за ручку двери, когда обернулся и бросил напоследок:       — Прекращайте копать под моего мужа. Он в курсе, что вы это делаете, и в покое вас не оставит.       С ужасным настроением, головной болью и мерзким ощущением в горле Гарри вышел из этого отдела прочь, испытывая огромное желание наесться пирожных в какой-нибудь пекарне на Косой Аллее. От злости дрожали руки, кровь билась в висках, а от Министерства тошнило. Встреча лицом к лицу с человеком, благодаря которому в доме у Поттера было восемь обысков, и он лично принял участие в двадцати шести допросах, разрушивших его мирный семейный быт на месяцы, разозлило похлеще предательства Рона. Гарри поджал губы и физически ощущал, как на лице застыла гримаса отвращения.       Уже на подходе к лифтам Поттера посетила другая идея, такая же дурная, как и его настроение. Он вызвал лифт на шестой этаж, названный «Запрещённые товары». В конце концов, ему просто хотелось отвлечься и успокоиться, а этот вариант виделся сейчас самым действенным и доступным.       Коридор, украшенный синим ковром, расходился на две части. Стрелка в левую сторону показывала, что там располагался отдел по борьбе с наркотиками и запрещёнными веществами. В правой же стороне находилось то, что именовалось коротко — «контрабанда».       Гарри достаточно часто посещал Министерство в первый год после войны, но все отделы, где он бывал, были шумными и людными. Здесь же было на удивление тихо, а сотрудники сидели за закрытыми дверями. Поттер медленно шёл по ковру, рассматривая таблички с именами, и уже было решил, что Малфой его обманул и здесь не работал. Однако кабинет Драко нашёлся, притом практически в самом конце.       Поттер открыл дверь, заглядывая внутрь, с удивлением наткнувшись на секретаря. Это была достаточно неприятная особа, во внешности которой читались явные черты чистокровной волшебницы. Она чем-то напомнила Гарри Беллатрису.       — По какому вопросу? — спросила ведьма, не отрываясь от бумаг.       — По личному, — ответил Гарри. — Я хотел увидеть Ма… То есть Драко.       Ведьма соизволила посмотреть на Поттера.       — Он не предупреждал, что будут посетители, — сообщила волшебница. — Я не могу вас впустить.       — Мерлин, я его муж, у меня срочный вопрос, — раздражённо сказал Гарри. — Что мне, сову Драко отправить что ли?       — Регламентом не запрещено, — холодно проговорила секретарь. — У мистера Поттера-Малфоя совещание до четырнадцати часов, подождите в коридоре.       — До конца осталось десять минут, — возразил Гарри. — Я подожду его в кабинете. Я могу уже войти?       Ведьма закатила глаза, но всё-таки разрешила, а Поттер наконец-то оказался на рабочем месте Малфоя.       Это было так странно, словно он увидел что-то очень личное.       Гарри с большим любопытством осмотрелся, чувствуя себя так, как когда впервые оказался в кабинете у Дамблдора.       В отличие от директора, у Малфоя было идеально чисто. Всю левую сторону кабинета занимал книжный шкаф, бумаги на столе лежали ровной стопкой. На стене висела очередная картина, подаренная Люциусом, которую они так и не придумали, куда деть, а в углу нашлась ваза с цветами, оказавшаяся здесь по той же причине. Около двери стояла статуя обнажённой нимфы.       Гарри посидел на кожаном диване, стащил пару любимых конфет Драко из вазочки, но потом, снедаемый любопытством, сел за малфоевский стол. Поттер открыл ящички, не найдя там ничего не интересного, и только потом обратил внимание на то, что у Драко на столе стояла фотография в золотой инкрустированной рамке.       Их, мать его, совместная фотография с недавнего приёма, где они обнимались, когда позировали журналистам.       Поттер так и не понял, зачем она нужна Малфою на столе, когда дверь открылась и вошёл сам владелец кабинета.       — А я решил, что это какая-то шутка, — удивлённо сказал ему Драко. — Что-то случилось, Поттер?       Гарри покачал головой.       Малфой налил себе кофе из небольшого чайничка и медленно отхлебнул.       Молчание как-то затянулось.       — Так что ты хотел, Поттер? — наконец спросил Драко, который уже практически допил кофе. — Можем пойти на обед, если хочешь. Или ты хотел что-то обсудить? Или тебе деньги нужны? Я не верю, что ты просто так пришёл ко мне на работу.       — Я просто хотел тебя увидеть, — смущённо пробормотал Гарри, весь запал которого куда-то пропал.       Малфой фыркнул, но отставил чашечку, а потом покрутился на месте с нахальной улыбкой, явно красуясь.       — Насмотрелся? — поинтересовался Драко.       Поттер покачал головой, решив, что пора переходить к первоначальному плану, ради чего всё и было задумано. Он же шёл сюда с определённой целью.       Гарри встал из-за стола и подошёл к Малфою, резко дёрнув на себя, что он даже пошатнулся, и жадно прижался к чужим губам, сразу проникая языком в рот. Драко хмыкнул, но начал отвечать.       Неготовый к каким-то долгим прелюдиям, Поттер начал расстёгивать свою мантию и скинул ботинки, не разрывая поцелуя. Когда Гарри уже потянулся было к ремню, Малфой взял его за руку и потащил к дивану.       — Так бы сразу и сказал, Поттер, — беззлобно проворчал Драко, уже сам снимая штаны с Гарри. — А я уж начал было переживать, что что-то случилось. А оказалось, что кое-кто не в состоянии дотерпеть до вечера.       Малфой, казалось, возился бесконечно, но, в конце концов, справился. Когда член избавился от мешающей ткани нижнего белья, Гарри с трудом удержался от облегчённого вздоха.       — Чего ты хочешь, Поттер? — произнёс Драко, нависая над супругом и глядя в глаза. Его волосы были взъерошены Гарри, глаза лихорадочно блестели, а влажные от слюны губы соблазнительно припухли. Эдакое воплощение порока в министерской мантии.       Несмотря на возбуждение, Гарри не знал, что и ответить. Он просто хотел.       Поняв, что конкретики не добиться, Малфой влажно поцеловал его в шею и передвинулся ниже.       — Тогда я всё-таки сделаю тебе минет, — объяснил Драко хриплым, но будничным тоном.       За всю их недолгую сексуальную жизнь Джинни снизошла до минета всего дважды и каждый раз превозносила это событие до какого-то невиданного уровня. Была определённая ирония в том, что гордый Малфой собрался делать его сам, и уже в третий раз.       — Но я рад, что теперь ты меня хочешь, — подколол супруг и, облизнувшись, захватил губами головку.       Поначалу чувствовалось, что особо опыта именно полноценного минета у того не было: Драко не показывал каких-то чудес языком, иногда задевал нежную плоть зубами, а движения часто сбивались с ритма. Но Малфой старался, прислушивался к реакциям Гарри и повторял лишь те, которые заставляли того вздыхать или вскидывать бёдра. Поттер закрыл глаза и боялся смотреть вниз, отдавшись во власть прикосновений, которые становились увереннее с каждой секундой.       Не прошло и пяти минут, как Гарри начал стонать в голос, непроизвольно толкаясь в податливый рот, обхватив Драко за затылок.       Мерлин, кто бы мог подумать, что великий Малфой окажется прирождённой членосоской.       Драко откровенно насаживался горлом, надавливая языком на ствол, а когда возвращался к головке, то с таким чувством обводил уздечку, играясь с крайней плотью, что Поттеру казалось, у него искры из глаз пойдут от переизбытка эмоций.       Чувствуя, что ещё немного и кончит, Гарри грубо отпихнул Драко от себя.       — Что-то не так? — севшим голосом спросил Малфой, озадаченно подняв голову.       Поттер, борясь со смущением и призывая на помощь всю смелость, которую имел, наконец смог из себя выдавить:       — Ты можешь, ну… Это…       Окончания предложение не получилось, но Драко истолковал его невнятную просьбу верно: сказались годы совместной жизни.       — Ты хочешь, чтобы я тебя трахнул, Поттер? — уточнил он несколько удивлённо.       Гарри кивнул, смущаясь ещё сильнее.       — Хорошо, — коротко ответил Малфой, наконец скинул с себя мантию с пиджаком на пол и стянул с Поттера нижнюю часть одежды до конца, чтобы была возможность разместиться между ног.       Холод очищающего, а в руках Драко оказался бутылёк с маслом, который тот призвал из рабочего стола.       Малфой совсем недолго растягивал Гарри, в этот раз хватило всего пары минут, чтобы в него уже без проблем вошло три пальца. Драко нарочно не касался его простаты, работая только над самим входом, но, прежде чем вытащить руку, всё-таки провёл напоследок по этому бугорку. От неожиданного удовольствия Гарри аж подпрыгнул и громко вскрикнул.       Драко быстро расстегнул свои штаны и лишь немного их приспустил, не снимая до конца. Гарри впервые за всё время ясно увидел его достаточно длинный член с крупной головкой, который призывно стоял. Невольно Поттер провёл языком по сухим губам, слегка поёрзав и сильнее раздвинув ноги, с непонятно откуда взявшимся трепетом и предвкушением осознавая, что сейчас он окажется внутри.       Малфой наконец навалился на Гарри и, помогая себе рукой, направил член внутрь, уверенно раздвигая упругие стенки.       Когда он наконец оказался полностью в теле Поттера, то осторожно взял за руку и переплёл пальцы. Гарри несколько удивлённо посмотрел на Драко, а потом притянул к себе за воротник и коротко поцеловал.       Малфой начал двигаться короткими и медленными толчками.       Диван тихо скрипел на паркетном полу, за окном слышался гул города, а часы мерно отбивали минуты.       Поттер бесстыдно стонал, судорожно хватаясь за плечи Драко, каждый раз вздрагивая, когда член касался той самой точки внутри него. Гарри казалось, что он сейчас рассыплется на части от восторга, но всё закончилось неожиданно.       Лавина оргазма накрыла его с головой, сметая последние остатки разума под собой. Поттер дрожал, его член крупными толчками выплёскивал семя, причудливыми узорами ложащееся на чёрную ткань мантии. Словно в бреду он чувствовал, как мышцы ануса обхватывают чужой член, многократно усиливая и продлевая ощущения.       Малфой кончил практически одновременно с Гарри, сильнее навалившись на мечущееся в оргазме тело, прижимая ближе и влажно целуя в шею, пока заливал его спермой изнутри.       Наконец, Драко вышел из обессиленного тела и коротко поцеловал Поттера в висок, прежде чем отодвинуться и пересесть на другой конец дивана, пытаясь отдышаться.       Кое-как придя в себя, Гарри достал палочку и произнёс очищающее, подрагивающими руками натягивая обратно штаны, которые валялись на полу рядом с верхней одеждой Драко. Они ведь даже и не разделись нормально.       Судя по звукам, Малфой встал с дивана и вернулся к позабытой чашке с кофе.       — Я, наверное, пойду, — промямлил Гарри, так и не в силах поднять глаза на супруга. — У меня ещё куча дел.       — Да, иди, — коротко ответил Драко. — Только мантию оставь. Она вся помялась.