Бюрократическая возня

      Уже ночью Поттер лежал на кровати и задумчиво разглядывал потолок, пока Драко возился около шкафа, выбирая себе пижаму. Гарри кусал губы и пытался понять, что вообще происходит, но ответа не находил.       — Малфой, ты можешь мне книги по тёмной магии достать? — спросил он. — О воздействии на волю.       — Нет, — сказал Драко. — Меня Кингсли душит, я ничего не могу. И вообще, зачем тебе это?       — На приёме ко мне пристала Джинни, — объяснил Гарри. — Она уверена, что ты мне подменил воспоминания и воздействуешь на волю. Упомянула, что это один из симптомов неправильного влияния, вот мне и стало интересно.       Малфой нахмурился и обернулся.       — Какая любопытная теория, — прокомментировал он.       — Вот и я тоже не понял, но мне стало интересно. Хотя ещё больше мне любопытна идея подмены воспоминаний. Как ты думаешь, что она имеет в виду?       — Шестой курс, наверное, и нашу нелепую легенду. — Пожал плечами Драко, наконец-то одевшись в пижаму и укладываясь на кровать. Свет погас. — Поттер, я убедительно прошу тебя не копать. Я знаю твою склонность к импульсивным поступкам и нездорово возросший интерес к тёмной магии, но, пожалуйста, держи себя под контролем. Мне не нужны проблемы на работе. Аврорат совсем взбесился.       Гарри посмотрел на спину Драко и, вздохнув, его обнял. Малфой вздрогнул и отстранился. Поттер почему-то разозлился.       — Мерлин, а с тобой что не так? — спросил он, приподнимаясь и заглядывая в лицо супруга.       Драко перевернулся на спину и с какой-то тоской посмотрел на Гарри. На щёку легла рука и нежно погладила.       — Я просто… — начал было Малфой, но голос сорвался. — Прости, Поттер. Ложись спать, сегодня был тяжёлый день.       Гарри удивлённо посмотрел на Драко, но послушно вернулся на своё место, чтобы продолжить созерцать потолок практически до самого утра, пытаясь понять, что за чертовщина вокруг творится.       Несмотря на прямой запрет Малфоя копать, Поттер, конечно же, не послушался. Была определённая проблема в том, что количество контактов Гарри было намного меньше, чем у того же Драко, но у него был козырь в рукаве в лице тестя, с которым младший Малфой разругался в пух и прах после того, как Люциус обманным путём заставил сына пропустить контрабанду.       Никто не попался, но Драко визжал на тему того, что им просто повезло, а его же отец чуть ли не подставил его. Поттер предупредил супруга, что отправится на обед, но не сказал, что его партнёром будет Люциус.       — Сразу к делу, — произнёс Гарри, пропустив вежливые расшаркивания. — Я хочу понять, что реально происходит в Министерстве. Почему копают на Драко, почему снова поползновения в мою сторону, что творится в Аврорате. Я хочу знать всё.       Люциус скривился.       — Не уверен, что это хорошая идея, Гарри, — многозначительно проговорил тесть. — Вы навлечёте подозрения своим интересом, а если под вас и правда копают…       — Плевать, — перебил Поттер. — Я большую часть жизни провёл, не понимая, что происходит на самом деле. Плюс Драко ведёт себя странно, а меня это беспокоит. К тому же я чувствую, что он мне постоянно врёт.       — В плане странно? — заинтересовался тесть.       Гарри потёр шею, пытаясь сформулировать ответ.       — Не так, как обычно, — объяснил он. — Я с ним живу уже достаточно давно, чтобы прочувствовать разницу. Он словно под Конфундусом. Отвечает иногда невпопад, да и вообще какой-то странный. Не понимаю, что с ним не так. Мерлин, он меня избегает, представляете?       Люциус взял его за руку и довольно приятно улыбнулся.       — А вы уверены, Гарри, что это связано с работой, а не с вами?       Поттер нахмурился.       — А я-то тут при чём? — спросил он. — У нас абсолютно всё в порядке, ничего нового не произошло. Разве что…       В памяти всплыло предложение Малфоя завести детей. Подождите.       — Ладно, с Драко я сам разберусь, — сказал Поттер, осознав откуда могут расти ноги. — Но тогда мне нужны книги. О воздействии на волю.       Люциус хитро прищурился.       — Вы ведь знаете, что я ничего не делаю просто так.       — Я пойду с вами на ужин с министром магии Франции, — предложил Гарри.       Тесть щёлкнул языком и покачал головой.       — Вы поедете со мной на выходные к нему на дачу, — сказал он. — На меньшее я не согласен.       — Люциус, это как минимум странно, — возразил Поттер. — Мне нужно взять с собой Драко. Или вы возьмите с собой Нарциссу. Вдвоём мы не поедем.       Старший Малфой хмыкнул.       — Не понимаю, чего вы так боитесь, — сказал тесть, рассматривая собственные ногти. — Это просто визит вежливости.       — Люциус, ваши французские друзья уверены, что мы с вами спим, — произнёс Гарри. — Давайте проявим уважение. Или вы хотите разругаться с Драко окончательно? Вы же в курсе, что он ревнив, а мне с ним ещё жить.       — Ладно, — тесть сдался. — Какие книги вас интересуют?       Запрещённые контрабандные книги оказались в руках у Гарри уже на следующий день.       Поттер закрылся в лаборатории, и ему становилось немного жутко от того факта, что он и правда был иллюстрацией человека, который находился под длительным действием чар, воздействующих на волю. С единственной разницей, что провалов в памяти у Гарри не было, а судя по написанному, у него на данный момент должны быть размыты воспоминания практически всех событий, кроме последних года-полутора. Даже накатившая в этом году ностальгия по старым добрым временам вполне вписывалась в общую картину как замещение потёртых воспоминаний.       Поттер задумался. Может, их паразитическая связь так действует? Гарри спрятал запрещённую книгу под столом и вместо неё развернул трофейный договор, разглядывая знакомые строки. Про волю там ни слова не было. С другой стороны, вряд ли кто жил дольше под этими чарами, чем года два.       Выругавшись, Поттер снова полез в книги по связям, найдя главу про паразитические. Они ответа на вопрос тоже не дали.       Однако план был готов и отдавал форменным безумием, но это именно то, в чём Гарри был профессионалом. Тупые авантюры, иными словами.       Поттер не хотел очередных обысков и допросов, которыми уже откровенно запахло в воздухе, ему нужно было увести подозрения с Драко полностью, переключив внимание главных подстрекателей в лице Уизли на себя, чтобы те уже заткнулись и отстали навсегда.       Ведь Гарри святой и милый мальчик, который попал в цепкие лапы Малфоев?       Закованный в костюм-тройку Поттер был полностью согласен с этим утверждением, разглядывая стену своей лаборатории, заваленную книгами по чёрной магии.       План прост: тянуть время, как когда-то и учил Драко.       Малфой со своими проблемами, Гарри был уверен, разберётся сам, но ему нужно пространство для манёвра, что бы тот ни говорил. А ещё лучше разнюхать, кто именно в Аврорате столь упорно пытается убрать Драко и за что.       Надоело. Окончательно и бесповоротно. Пора поставить точку в этом деле.       Повторяя самому себе, что он бедный и несчастный, вооружённый полученными из книг по подчинению воли знаниями, Поттер аппарировал в Нору утром следующего дня, исполняя мечту мистера Уизли.       Гарри долбил в дверь кулаком, повторяя самому себе, что вырвался из западни, что за ним якобы кто-то гонится, так что он должен хорошо отыграть чистого мальчика, коим его упорно называл Артур в своих письмах, а по легенде ещё и застрявшего в возрасте пятнадцати лет.       Дверь открыла Молли, и Поттер старательно изобразил всхлип, как показывал ему Малфой, а по щеке потекла одинокая слеза.       — Гарри? — удивилась женщина, но не успела продолжить, потому что тот бросился к ней на шею, упорно борясь с тошнотой.       — Миссис Уизли, я всё понял, — верещал Поттер. — Вы были правы. Это ужасно. Я могу поговорить с Артуром?       Молли усадила продолжающего всхлипывать Гарри за обеденный стол, когда тот услышал знакомый с детства голос.       — Я чувствую вонь Малфоя даже из коридора, — сказал Рон, заходя на кухню и ошарашенно уставился на Поттера. — Гарри?       Тот пустил ещё одну слезу.       Рон с отвращением смотрел на Гарри, который мял в руках салфетку, мысленно ругая себя за то, что стоило хотя бы снять кольца ради приличия. Убогая обстановка дома Уизли давила на нервы.       — Я всё понял, Рон, — прошептал Поттер. — Вы были правы, со мной действительно что-то не так, и я хочу узнать, что именно.       Бывший друг поморщился.       — Мне противно рядом с тобой даже находиться в одном помещении, — с отвращением сказал Уизли. — Ты выглядишь как шлюха Малфоя. Пожирательская подстилка.       Гарри всхлипнул и спрятал лицо в ладонях, старательно изображая жалобный плач.       — Он сломал мне жизнь, — тихо сказал Поттер, — я не понимаю, что со мной происходит, но я хочу избавиться от этого.       На кухню вошёл словно постаревший лет на десять Артур.       — Гарри, я могу тебе помочь, — повторил старший Уизли ту фразу, которую писал чуть ли не в каждом письме. — Но мне нужно твоё содействие. Малфой уже достаточно давно воздействует на твою волю.       Поттер кивнул.       — Я сбежал из дома, — горячо сказал Гарри, — у нас не так много времени. Но я правда хочу помочь.       Артур предложил отправиться с ним в Аврорат, и Поттер согласился, даже не раздумывая. Старший Уизли вёл его коридорами в какой-то незнакомый отдел, а Гарри старательно запоминал дорогу, не поднимая головы и изображая смирение.       Наконец они добрались до небольшого помещения, на котором висела табличка Н.Вульф. Поттер нахмурился, а Артур завёл его вовнутрь.       Кабинет был совершенно жалкий и поразительно маленький. Кто бы сомневался.       — Мистер Поттер, рад вас видеть. — Чересчур дружелюбно улыбнулся аврор. — Приятно с вами познакомиться, жаль, конечно, что при таких обстоятельствах. Расскажите, что случилось? Почему вы здесь?       И Гарри принялся врать так, как никогда. Его история началась с того, что с утра он не помнил, где находится. Потом, что произошло наложение временных промежутков: ему почему-то казалось, что он всё ещё в школе. Всё это закончилось тем, что он потерял сознание.       Вульф внимательно слушал, кивал и задавал наводящие вопросы. В конце концов, аврор перешёл к расспросам о быте, о том, что происходит каждый день.       — Скажите, сколько вы уже живёте с Малфоем?       Гарри старательно изображал истерику, вытирая сопли о любимую мантию от леди Лакруа, и ненавидел себя за то, что не надел что-то попроще.       — Я не уверен, — прошептал он. — Может быть, года два?       — А как проходят ваши дни, Гарри? — мягко спросил аврор.       — Я просыпаюсь, — осторожно сказал Поттер, — чищу зубы, потом одеваю то, что выбрал для меня Малфой… Скажите, а это нормально, что я плохо сплю по ночам?       — А где вы спите, Гарри? — задал уточняющий вопрос Вульф, возвращаясь к теме.       — Обычно на третьем этаже, на диване, — честно проговорил Поттер, помня главное правило — мешать правду с ложью, чтобы не оступиться на десятом допросе. — Но иногда я просыпаюсь в спальне на втором этаже. Один.       — Есть ли что-то необычное в вашем доме? — Улыбнулся Вульф, положив руку на плечо Гарри.       Поттер задумался.       — Мне кажется, что у нас дома странно пахнет. Может ли это быть каким-то зельем?       — Да, — подтвердил Вульф. — И я понимаю, что это несколько нескромный вопрос, но всё же. Гарри, вы с ним спите?       Поттер старательно смутился и, словно нехотя, кивнул, спрятав лицо в ладонях.       Воображение зачем-то напомнило о том, как именно он спит с Малфоем, и Гарри мысленно просил своё тело не возбуждаться на допросе. Мерлин, он стал ещё хуже, чем Драко.       Вульф заглянул ему в лицо.       — Скажите, Гарри, почему вы вышли замуж за Малфоя?       — Потому что захотел, — чётко ответил Поттер, глядя в глаза аврора и делая тот самый ход конём, ради которого всё и задумывалось.       Артур, как и Вульф, нахмурился. Аврор что-то тихо сказал Уизли, тот кивнул.       — На сегодня достаточно. — Артур похлопал Гарри по плечу. — Пойдём.       Всю последующую неделю Поттер ежедневно встречался с Уизли около Аврората, а потом шёл длинными коридорами до кабинета Вульфа, где его усаживали на стул и расспрашивали о жизни. Гарри чувствовал, что ему совсем нагло проникают в голову и не смог удержаться от того, чтобы не подсовывать самые грязные из возможных воспоминаний: Малфой перед очередными допросами научил ещё в прошлом году, как тасовать образы в голове в правильном порядке, не закрывая при этом сознание.       Когда очередная сессия закончилась, Вульф коротко кивнул и попросил Гарри подождать в кабинете, пока он поговорит с Артуром за дверью. Поттер ничего не ответил.       Оставшись один в комнате, он огляделся. В кабинете не было ничего интересного, а вот на столе Вульф оставил папку. Она была совершенно безликая, потёртая, и, наверное, Поттер бы даже и не взглянул на неё, если бы на ней не было эмблемы Аврората. Любопытство пересилило Гарри, и он взял её в руки, заставив значок вспыхнуть, а на поверхности проявилась печать «Совершенно секретно».       Сглотнув и на всякий случай взглянув на дверь, за которой слышались голоса, Поттер открыл папку, где с первой же страницы на него уставился молодой Малфой в профиль и анфас, держащий в руках табличку с порядковым номером. Драко на колдографиях был исхудавший, грязный и выглядел так, словно его достали из подвала, прежде чем повести фотографировать. Хотя, наверное, так оно и было.       Имя: Драко Люциус Малфой       Чистота крови: чистокровный, взгляды радикальные       Принадлежность: действующий Пожиратель смерти       Статус: под следствием       Далее шло описание внешности, а в отличительных чертах, помимо Чёрной метки, были указаны шрамы на груди от проклятия невыясненной этимологии, кроме нескольких на спине, которые были приписаны к физическим травмам.       Гарри уже понимал, что стоит прямо сейчас закрыть папку и забыть как страшный сон, но страница задорно поблёскивала красной печатью, напоминавшей о том, что это собственность Аврората и является строго конфиденциальными данными, что Поттер не удержался.       Вторая страница встретила его перечнем известных соратников, а потом начиналось самое интересное.       Поттер внимательно изучил длинный список использованных заклинаний под пометкой «запрещено» или же «частично запрещено» с расшифровкой, а заканчивалась эта страница началом огромной главы под названием «подтверждённые преступления».       Первым же в этом списке числилось многократное воздействие на волю при помощи Империуса, вторым шёл Круциатус со списком жертв с комментарием «требует уточнения», а далее следовало страницу перевернуть.       Гарри тупым взглядом уставился на третий лист.       Участие в трёх организованных террористических актах с подробно расписанной локацией, нанесённым ущербом и списком соучастников.       Применение пыток по отношению к четырнадцати жертвам, соучастники: Беллатриса Лестрейндж.       Чем дольше Поттер смотрел на колдографии и описание того, что происходило в подвале поместья Малфоя, тем больше ему хотелось блевать. Самое невинное, что они там делали на пару, — это отрезали пальцы. Но даже не это его больше всего смутило, а то, что их основным хобби с поехавшей тёткой было сексуальное насилие. Авроры совсем не стеснялись, расписывая происходящее в комнате, которой дали гордое название «помещение три». На описании того, как они вытаскивали органы, сопровождаемое снятыми с памяти колдографиями, Гарри всё-таки захлопнул папку, положив её обратно на стол.       Поттер сидел, согнувшись, и пытался отдышаться, а перед глазами стояли эти отвратительные картины, занимавшие почти три страницы личного дела Малфоя и с ужасом осознавал, что он живёт под одной крышей с поехавшим садистом, которому место было в Азкабане.       В голове Гарри не укладывалось, мягко говоря, всё, начиная с того, как они вообще оставить Драко на свободе, и заканчивая тем, как он мог испытывать хоть какую-то симпатию к этому человеку.       Что-то здесь не так.       Поттер задумчиво кусал палец, уже не веря тому, что Вульф и Артур просто так оставили его наедине с этим делом. Гарри судорожно анализировал происходящее, пытаясь сложить два и два, но как-то пока не удавалось. Поттер подозрительно глянул на папку.       Наконец Вульф и Артур вернулись.       — Гарри, — сказал аврор, — боюсь, что на вас лежит более жёсткое проклятие, чем я думал. Мне нужно, чтобы вы подписали разрешение на доступ к вашей памяти и позволили обследование в Мунго.       Поттер испуганно посмотрел на Вульфа.       — А это опасно? — спросил Гарри дрогнувшим голосом, наивно хлопая ресницами. — Я слышал, что изменения могут быть необратимы.       Вульф тяжело вздохнул.       — Вы в большой опасности, Гарри, — сказал он мягко. — Ещё немного, и совсем лишитесь рассудка, превратившись в овощ. Не медлите с решением.       Поттер попрощался с ними и шёл по коридорам, пытаясь понять, в чём непосредственный интерес Вульфа. Гарри дошёл до той черты, когда один он не справится. Ему нужен был Драко.       Малфоя Поттер нашёл в кабинете. Тот что-то быстро писал на длинном свитке, очевидно раздражённый.       — Скажи мне, имя Николсон Вульф говорит тебе о чём-то? — спросил Гарри, подходя к столу супруга и упираясь в него руками.       — Решил завести друзей, Поттер? — Малфой хмыкнул, откладывая перо. — Я слышал о нём, но лично не знаком. А что?       — А то, что я сегодня узнал, что ты грёбаный садист, — равнодушно сказал Поттер.       Драко удивлённо моргнул несколько раз.       — Гарри, мы же спим уже три с лишним года, что тебя удивляет? — обескураженно спросил Малфой. — Мне казалось, что тебя всё устраивает. Или тебе вчера что-то не понравилось? Ты же сам попросил…       Поттер шикнул на супруга перебивая.       — Да, но я не ожидал, что есть целый роман, посвящённый тому, как ты пытал с Беллатрисой людей. Притом с изображениями.       Драко нахмурился.       — О как. И где ты это нашёл? — подозрительно спросил Малфой.       — По великой случайности Вульф оставил на столе папку с твоим делом. Что это, Драко? И только попробуй врать. Я хочу прямой и ясный ответ, какого хрена ты сейчас не сидишь в Азкабане, когда существует такая красота.       Драко настороженно посмотрел на него.       — Ты же был на моём суде, я оправдан, — проговорил он.       — Малфой, я просил тебя не крутиться ужиком, а нормально мне ответить. Мне не нужны сюрпризы в виде внезапно нагрянувших авроров с новыми проверками, я хочу спокойно спать по ночам. Поэтому объясни мне нормально, каким образом все твои четырнадцать жертв прошли мимо официального следствия? — проговорил Поттер. — И мы сейчас не говорим о том, чем мы с тобой занимаемся. Мы говорим о пытках в подвале твоего дома.       Драко застонал и схватился за голову.       — Я был несовершеннолетним, — сказал он. — Тётка меня принуждала в этом участвовать, я не хотел. Доволен?       — Нет, потому что и за меньшее твои дружки оказались за решёткой. Забини вон вообще только недавно магию получил. Что у тебя за дела с Авроратом? Они поэтому от тебя отвязаться не могут, и за любой шаг не в ту сторону начинается дурдом?       Драко поднялся на ноги и отошёл к окну, не глядя на Гарри.       — Ладно, Поттер, — проговорил он мрачно. — Хорошо. Отец подкупил судью, и по официальным материалам дела я пытал людей под Империо. Доволен? Та папка, которую ты нашёл, — подделка, потому что даже по реальному слепку моей памяти я участвовал всего в пяти актах, да и то я там больше наблюдал. Оставшиеся девять не знаю, кому принадлежат, но готов поспорить, что это Сивый. Кто-то подтасовал моё дело.       Гарри бесстрастно смотрел на спину супруга. Тот продолжил:       — Когда я давал первые показания по поводу нашей свадьбы, я видел официальные материалы. Там всё чисто.       — Это когда было? — Нахмурился Гарри, задумчиво потирая бороду.       — В ноябре девяносто девятого. Неужели ты думал, что меня не вызовут на допрос, когда ты переписал на меня имущество? Я сказал, что ты это сделал, потому что планировал выйти за меня замуж, но это было тайной. Я блефовал, но, как видишь, так всё и сложилось. Они повелись, впечатлённые твоей фигурой и тем, как ты рьяно защищал меня на суде, а мои слова лишь подтвердили то, что мы близки. Никто бы не выступил против тебя в открытую в то время, тем более, когда всё хотели затащить тебя в Аврорат, чтобы повысить собственную значимость. Ты, наверное, в курсе, что Аврорат пытается перебить власть Министерства уже много лет и засунуть туда своих людей, а ты как раз в авроры тогда хотел заделаться и учиться пошёл. Им нужен был такой союзник, как ты, поэтому они и закрыли глаза на наш брак, взяв с меня обещание, что я буду потворствовать твоему желанию стать аврором. Ну а я под шумок устроился в Министерство, с их помощью, между прочим. Вот они и слезть с меня не могут, потому что я их кинул.       — То есть авроры знали, что мы поженимся, ещё до того момента, как это узнал я, да? — со вздохом переспросил Поттер.       — Какая уже разница? — Пожал плечами Малфой. — Поттер, Министерство прогнило с головы до ног далеко не во времена Фаджа и нормально функционирует. Но аврору там делать нечего, Кингсли почти скинули с поста. Поддержки у него никакой, а это так, предсмертные судороги.       Гарри тяжело вздохнул, а Драко вернулся к рабочему месту и наклонился к лицу супруга, упёршись руками в противоположную сторону стола.       — Поттер, в самом Министерстве меня никто и пальцем не тронет. Я начальник отдела по борьбе с контрабандной продукцией, почётный основатель фонда помощи сиротам и жертвам домашнего насилия. А ещё я сдал пятерых обнаглевших коррупционеров и восемь Пожирателей, включая Забини. Ну и твой любимый супруг по совместительству.       — Какая же ты отменная сука, Малфой, — практически восхищённо сказал Поттер, заглядывая в серые глаза. — Но это не отменяет того факта, что на тебя шьют липовое дело. Что ты сделал Вульфу?       — Без понятия, — произнёс Драко со смешком. — Но у меня есть теория, что они просто хотели тебя припугнуть, чтобы ты сдал меня и мои хитроумные схемы с потрохами, ошалев от того, что живёшь под крышей с поехавшим садистом. Ставлю сотню на то, что ты решил испуганным подростком притвориться, вот они и решили так воздействовать. Однако, по факту, все наши проблемы потому, что ты передумал перебирать бумажки в оранжевой мантии, вместо этого посадив меня в кабинет в фиолетовой. А Уизли просто под шумок пытаются вернуть себе богатенького зятя. Вульфу небось откат предложили.       — Мерлин. — Гарри устало потёр лоб. — Я честно ожидал чего-то другого.       На щёку легла тёплая рука и мягко провела по губам.       — Если тебе полегчало, то пойдём уже в кровать. Я полдня думал о том, в каких именно позах я тебя хочу, и так и не выбрал, — с улыбкой сказал Малфой. — Обещаю, что буду ласковым и нежным.       Гарри сначала было поджал губы, но потом всё-таки сдался и сам потянулся через стол, чтобы поцеловать Драко.       — И всё равно ты меня бесишь, — проворчал Поттер. — Лжец, гнида и мразь.       — Спасибо, что хотя бы не ублюдок, — весело ответил ему Драко.