Часть 19 (мир реальный)
15 октября 2022 г., 06:00
Сознание никак не желало проясняться, но глаза всё же удалось открыть. В поле зрения тут же появилась чёрная тень, закрывая меня от слепящего света.
Северус склонился над моей постелью, бледный и измученный. Наверняка долго меня выхаживал. Белая рубашка пропиталась кровью, и я мог только надеяться, что это была не его кровь.
— Всё закончилось? — тихо прошептал я, но он, кажется, меня услышал. — Мы справились, профессор?
Я ощущал ещё чьё-то присутствие, хоть и не до конца был в этом уверен, а потому говорил максимально вежливо — как и полагалось благодарному ученику.
— Да, Гарри, ты молодец, — его голос звучал очень устало. — Отдыхай.
И я послушался, просто сил ни на что другое уже не хватало. Но, засыпая, всё же отметил, как ему идут собранные в хвост волосы, и как безжалостно слепит свет электрических лампочек.
Когда я очнулся в следующий раз, свет в комнате был приглушён. В кресле рядом с моей кроватью дремал Николас всё в той же перемазанной кровью рубашке. Под глазами залегли тени, а руки сжимались на подлокотниках, отражая события его беспокойного сна.
— Очнулся? — я даже не заметил, что он проснулся, а потому вздрогнул от звука его хриплого голоса. — Как себя чувствуешь?
— Всё тело ноет, будто под поезд попал, — пожаловался я и попытался потянуться. Зря. Боль, что преследовала меня во сне, появилась снова.
— Судя по тому, что я видел прошлой ночью, ты недалёк от истины. Расскажешь, от чего тебя лечить?
— От чего лечить не знаю, я не смог разобрать и половины проклятий.
Как события прошлой ночи могли отразиться на моём реальном теле, и сколько всё это придётся лечить, пока мне было неизвестно. И я боялся спрашивать.
— Что там у вас произошло? — не сдавался Николас.
— Если кратко, то я попал к врагам, меня пытали, хотя Люциус, кажется, лечил, — я сморщил лоб в попытке припомнить хоть какие-нибудь детали и скривился от боли. — Я весь в порезах, да?
— И это не самое страшное, — вздохнул Ник. — Ты полночи истекал кровью, а ближе к утру сердце остановилось. Как же ты меня напугал, Генри. Я всё-таки хирург, а не реаниматолог.
— Меня Лорд убил, — прозвучало странно и даже смешно, но я предпочёл списать свой приступ веселья на стресс. — Знаешь, я слышал твой голос, когда умер. Я сначала думал, что Снейп звал меня, но когда очнулся, рядом был только Люциус.
Молчать в его присутствии было комфортно. Наверное, я бы снова задремал, но оставлять уставшего Ника сидеть в неудобном кресле было как-то неправильно.
— Хочешь прилечь рядом? — предложил я, сдвигаясь в сторону, чтобы освободить немного места.
— Я лучше спущусь и расскажу твоим родным, что ты пришёл в себя, — он тяжело поднялся и направился к двери. — Они тоже очень волновались.
— А мне можно вставать? Я бы хотел умыться, например.
— Если чувствуешь, что сил хватит, то можно. Только не мочи повязки. Или подожди, пока я вернусь, я помогу.
Николас вышел из комнаты, и я попытался встать. Чудовищная слабость валила меня обратно, но я всё же сумел подняться и добрести до ванной. Из зеркала на меня смотрела бледная тень меня самого, щедро перемотанная бинтами. Единственными яркими пятнами были небольшие царапины, которые Ник, видимо, не посчитал нужным даже пластырем заклеить. Даже глаза после пережитого казались какими-то тусклыми.
Поплескавшись немного, я почувствовал себя лучше настолько, что решил самостоятельно спуститься в гостиную. Но прежде следовало прикрыть многочисленные раны хотя бы минимумом одежды.
Пока я натягивал свободные штаны и футболку, в голове крутились вопросы о прошедшей ночи, начиная с появления Николаса и заканчивая пропавшими с меня пижамными штанами. Не то чтобы это было сильно важно, но было любопытно, кто же меня раздевал.
В гостиной тем временем поднялся шум.
— Вы ему в отцы годитесь, — кричал Сэмми, видимо, отстаивая мои интересы.
— Генри уже давно не ребёнок, — не согласился Ник. — И я сомневаюсь, что мой к нему интерес он воспринимает как родительскую заботу.
Сдержать смех от такого заявления стоило немалых усилий. Нет, Николас, конечно, не так уж много себе позволил тем вечером в издательстве, но его поцелуи отцовскими не получалось считать даже с большой натяжкой.
— Довольно, Сэмюэль, — голос отца звучал очень устало. — В конце концов, мы обязаны Николасу жизнью Генри. Господи, никогда такого не видел. Всё тело будто невидимыми лезвиями рассекали. А Генри ещё бился на постели, как от ударов током, и кричал.
— Чудо, что мы смогли позвать Николаса, и он так быстро приехал, — подхватила мама. А потом пожаловалась, что в моём телефоне так сложно что-то найти. Если я правильно понял, то до того как набрать Ника, спрятанного за именем «Моя колючка», она успела разбудить ещё пару моих знакомых с необычными подписями.
Дальше подслушивать не было сил, и я тихонько зашёл в приоткрытую дверь. Всё внимание сразу же направили на меня. Мама засуетилась, предлагая мне присесть, отец ворчал о том, что рано мне вставать. Сэмми и Ник не отрывали от меня взгляда, готовые в любой момент сорваться с места, если я почувствую себя плохо. А я чувствовал облегчение — всё закончилось, больше не будет опасных ночей.
***
Вернуться в мир Гарри Поттера мне довелось ещё дважды, чтобы подвести итоги и закончить книгу. В первый раз я стал свидетелем ужасной ссоры между Северусом и Люциусом, и мне даже пришлось заступиться за последнего. Северус, конечно, волновался за меня и приложил немало сил на моё восстановление, но и без помощи Люциуса я бы не справился. Это он в решающий момент бросил мне свою палочку, рискуя собственным благополучием в случае моего поражения. Он же и доставил моё израненное тело в Хогвартс, где передал заботам Северуса. Раны в магическим мире заживали с невероятной скоростью, чего не происходило в мире реальном. Мне иногда даже казалось, что Николас чувствовал свою вину за то, что не мог вылечить меня так же быстро, как это сделал Снейп. Во второй раз меня ожидало празднование победы. Мне с трудом верилось, что Министерство Магии закатило столь масштабное мероприятие в мою честь. Столько внимания на мне не концентрировалось никогда в жизни, и весь вечер я мечтал о тихом уголке, чтобы спрятаться ото всех на свете. Это желание исполнил, конечно, Северус. Он следил за мной весь вечер и тогда, когда почитатели едва не разорвали меня на сувениры, и тогда, когда Рон обиженно выговаривал мне за то, что я не позвал его с собой. Наблюдал, но не вмешивался. Когда же моё терпение подошло к концу, он оказался рядом. Просто взял за руку и вывел на улицу. Казалось, нашего побега никто и не заметил, но мне даже дышать стало проще. Тогда я и позвал его к себе. Насовсем. Возможно, это был порыв под влиянием момента, но я был уверен, что не пожалею. Луис, получив финальные главы, был в восторге. «Его собственная роль» в этой истории ему, безусловно, понравилась. Он даже предложил мне написать продолжение, но я отказался, решил взять перерыв. Со взрослыми историями вообще больше не хотелось связываться, мало ли как там сюжет мог повернуть. Но выбирать всё равно не мне.***
— Любишь высоту? — у самого уха спросил Ник. Мы сидели в кабине Лондонского глаза, и я как зачарованный наблюдал за открывшимися видами. Раньше меня не сильно привлекало колесо обозрения, но с недавних пор мне не хватало чувства полёта. Николас моего восторга не разделял. Ко мне вообще закрадывались сомнения, что он боялся высоты, просто не говорил мне. Наверное, поэтому он так прижимался к моей спине, а его руки крепко стискивали меня в объятьях. — Я скучаю по возможности летать, — честно признался я. — Только из-за этого я завидую Гарри. — А всё остальное? — Нет. Ну сам посуди: магия — штука опасная. Я за всю свою жизнь столько не калечился, сколько там за пару месяцев. Да, они быстрее лечат большинство повреждений, но это просто необходимость, учитывая условия их жизни. Волшебные создания? Круто, конечно, но большинство из них всё равно не предназначено для проживания вблизи с людьми. Друзья? Если будет нужно, то мне ничего не мешает подружиться с их прототипами. Я замолчал, давая ему возможность обдумать сказанное. А после чуть отстранился, чтобы повернуться к нему лицом и добавил: — А Снейп у меня и свой есть. В его глазах светились тепло и нежность. Вот в такие моменты я сомневался, что в нашем мире совсем нет магии. То, что было между нами, не поддавалось другому объяснению. Просто толика волшебства, связавшая нас вместе.
