fate

Утро. Еле открыв глаза, я лениво облокотился на руки, кое-как выдерживая вес своего тела. Лучи солнца нагло светили мне в лицо, что мотивировало меня встать и закрыть окно тяжелыми шторами, чтобы спокойно продолжить спать. Как только я попробовал слезть с кровати, я заметил что-то, препятствующее моим действиям... Это "что-то" удерживало меня за талию, не давало мне сдвинуться с места, будто якорь. Я медленно, с некоторой опаской, обернулся и обнаружил там Сяо в светлой майке, который, еще не проснувшийся, крепко обхватил меня, не собираясь выпускать из своих "оков". Уже набрав в легкие воздух и собираясь прокричать от такой неожиданности, я резко проснулся. Вздрогнув, я осмотрелся вокруг. Передо мной был привычный вид собственной комнаты, также освещенной утренними лучами. Это был всего лишь сон. Черт, Итэр, что тебе снится? Какого дьявола мне снится этот надоедливый вредина с наушниками в ушах? Окей, допустим... Просто забудем об этом. После того, как бодрый я (эту бодрость подарил мне тот "прекрасный" сон) без особых усилий встал с кровати, зазвенел мой телефон. На экране светилось "Рыжик" — остроумное прозвище, придуманное мной. Думаю, вы догадываетесь кто это. — Эй, Златовласка, ты почему такие новости мне не рассказываешь? — голос Чайльда так и показывал его ярую любопытность, будто он узнал ответы на важный экзамен. — Во-первых, какие еще такие супер важные новости я не рассказал, а во-вторых, кончай уже называть меня так, — произнес я сонным голосом и надавил маленькую порцию зубной пасты на щетку, придерживая плечом телефон, чтобы продолжать выслушивать эту любопытную Варвару. — Вы с твоим возлюбленным теперь сводные братья? Это типо теперь как запретная любовь? Что будешь делать? — смотря на мое недовольное лицо в отражении зеркала, я глубоко вздохнул, то ли от бешенства, которое пробудилось во мне благодаря глупым вопросам Чайльда, то ли от всей этой ситуации в целом. Откуда он узнал? Дядя рассказал? — Какая еще запретная любовь? Он мне даже не нравится. — Уверен? — На сто процентов. Ничего в нем не привлекает. — Да что ты, — недоверчиво произнес Чайльд, явно не принимая мои слова за истину. — Тогда почему при каждом удобном случае ты смотришь на него как голодный пёс на мясо? Все никак глаз не оторвешь. Так делают только влюбленные.. — последняя фраза прозвучала по-издевательски неприятно, он точно решил меня выбесить. — Закрой рот, умник! Вовсе я не пялюсь на него, — немного смутившись, я стал припоминать моменты, из-за которых Чайльд мог сделать такие выводы. В последнее время, а именно эти три дня в конце недели, я действительно много подглядывал на Сяо, но не с целью полюбоваться как влюбленный голубок. Нет-нет я точно не такой. Я не испытываю романтические чувства к парням. Нет и точка. — Угу-угу, — саркастично простонал Чайльд, немного усмехнувшись в конце, — а как ночь? Вы вместе спали? — Все, кладу трубку! — я нажал на "сбросить" и принялся отмывать раковину от зубной пасты, которую я обрызгал из-за неожиданного смелого вопроса этого похотливого рыжика. После всех процедур я оделся в домашнюю одежду: белую футболку и длинные черные шорты с желтой полоской. Волосы я решил заплести в хвост, не особо заморачиваясь над прической. Все это дополнил мой любимый браслет, доставшийся от сестры. Кстати, о сестре.. Она ведь сегодня должна приехать. Сегодня. Неизвестно родившееся чувство радости и воодушевления переполняло меня. Второпях я нанес бальзам от обветривания на свои склонные к этому явлению губы, положил его в карман и, тихо шагая в сторону выхода из комнаты, протянул ладонь к ручке двери и аккуратно толкнул ее. В коридоре вкусно пахло жареным хлебом и мясом. Я так и не смог понять что это, поэтому стремительно направился на кухню. — О вот-вот, посмотри! Здесь мы с братом пошли во второй класс. Он тут так похож на девчонку, хах. Давай угадай, где я, а где Итэр, — на долю секунды я не понял, что за женский голос упоминает меня в своих рассказах, но потом до меня дошло. Дойдя до кухни, я увидел смеющуюся Люмин, которая внимательно наблюдала за тем, как такой же довольный Сяо гадал кто из восьмилетних близнецов я, а кто Люмин. — Ну, наверное, тот, кто слева это Итэр? — Так нечестно! Ты по форме узнал. Вот одень бы мы на Итэра девчачью форму и юбку — были бы как две капли воды, — Люмин шуточно надулась от злости, слегка ударив рукой по плечу Сяо. Заметив меня, презрительно глядящего на эту пару веселящихся сводных брата и сестру, она широко улыбнулась, и быстро встав со стола, на котором лежал наш старый фотоальбом с детскими фотографиями, накинулась на меня и заключила в крепкие объятия. Я также сильно обнял ее в ответ, борясь с ее короткими волосами, которые надоедливо лезли мне в лицо. — А вот и наша Золотая косичка! — Люмин чуть усмехнулась, держа меня за плечи и рассматривая меня всего с головы до пят, будто не виделась со мной несколько лет. Как она меня назвала? Золотая косичка? — Эй, какая еще косичка. Я не разрешал называть себя этим нелепым прозвищем. — А мне понравилось. Сяо придумал тебе идеальное прозвище, которое описывает твои шикарные длинные волосы как нельзя точно, — Люмин взглянула на Сяо, который все продолжал любоваться нашей школьной фотографией, иногда поглядывая на меня, так сказать, для сравнения. — И правда.. — он, также встав из-за стола, приблизился ко мне и взял в руки одну прядь моих волос, не отрывая от них своих привлеченных глаз. Я нервно наблюдал за тем, как он неспешно изучал их длину, но все же давал ему на это право. Но ненадолго. Сяо глубоко вдохнул запах, сокращая между нами расстояние, — и пахнут восхитительно. — Эй, не нюхай меня, чудик! — я резко оттолкнул Сяо, спрятавшись за сестру. Он, можно сказать, весьма по садистки улыбнулся и посмотрел на меня с довольным взглядом, заметив мое слегка покрасневшее лицо, глаза которого совсем не желали сталкиваться с чужими. — Кто бы говорил, Золотой хвостик. — А ну-ка мальчики, потише. Давайте прекратим это, иначе я буду жалеть о том, что подстриглась и теперь не обладаю такими же красивыми волосами, — Люмин всегда могла умело разрешить конфликт и неловкую ситуацию, обратив это все в шутку. Сяо перестал сверлить меня заинтересованным взглядом и кивнул, снова садясь на прежнее место за стол. Сестра присоединилась к нему, хватая меня за запястье и заставляя остаться с ними разглядывать наши фото.

***

Скажите, у каждого ведь в таком детском фотоальбоме обязательно есть стыдные фотографии, которые ты бы не то что другу не хотел показывать, но и собственному коту бы врядли продемонстрировал? Вот я не исключение. Иногда в этом проклятом альбоме проглядывали фото, совсем не предназначенные для показа однокласснику, с которым учишься первый год... — Да ладно тебе, костюм кролика тебе отлично подходил, ты был очень милым в нем! — Люмин все старалась убрать мои руки, закрывавшие фото со мной в кроличьем кигуруми на выступлении в детском саду. Сяо в свою очередь молча смотрел на соседнюю страницу со снимками, где вся наша группа фотографировалась с декорациями сценки после выступления. На его лице показалась очаровательная улыбка, которая заставила меня ослабить хватку, из-за чего Люмин наконец добилась своего и убрала мою "цензуру". Странно, но я никогда не видел улыбающегося Сяо вне нашего дома. В школе он ходит с одинаково нейстральным лицом, ничего не способно его развеселить. Даже та самая красивая отличница с небесными волосами, с которой он, как я знаю, знаком с раннего детства, не может поднять ему настроение. На ее отчаянные попытки достучаться до него, пусть даже это будут вопросы связанные с учебой, Сяо отворачивается и вновь надевает наушники, закрывая глаза. Получается, лишь в компании меня и сестры он искренне смеется и улыбается... Пока я размышлял об этом, глаза Сяо устремились на меня, что заставило меня проснуться от этого некого транса. Люмин также внимательно смотрела на меня, облокотившись на руку и подозрительно улыбаясь. Я несколько раз моргнул, будто это помогло мне окончательно оклематься и вопросительно посмотрел на сестру. — Я конечно все понимаю, Сяо может похвастаться своей неземной красотой, но так увлеченно на него глазеть... — она явно с наигранным удивлением, скорее всего, преувеличивая время моего "любования" новым братцем, уставилась на меня, ожидая мои оправдания. И ждать мои поспешные возражения долго не пришлось. — Что? Это ты про меня? И вовсе я не глазею! Не говори чепухи.. — на мои слова Люмин приобняла меня, несильно ударив по голове, и рассмеялась. — Да ладно тебе, я пошутила. Не дуйся. — Шутница из тебя так себе...