Виноват — подставившийся

      Гарри чертыхнулся, задев громоздким коробом очередной угол. Кто придумал такие узкие проходы в замке, где в лучшие времена туда-сюда бесконечно сновали толпы студентов? Он потер чисто выбритый подбородок. Без привычной щетины Поттер ощущал себя странно новым, только вынутым из упаковки и беззащитным — как палочка, впервые покинувшая футляр и сжатая незнакомой рукой волшебника.       Это было тревожное чувство. Напомнив себе, что вообще-то он храбрый, Гарри повторил в голове слова и дернул узел галстука, такого узкого, что вполне мог сойти за удавку. Если он успел хоть что-то узнать про Малфоя, то эта штука на его шее ему точно приглянется, хоть гриффиндорцу так и не удалось завязать ее как следует. Глубоко вдохнув, чтобы привести нервы в порядок, Гарри спрыгнул с лестницы.       Едва не сбитая с ног Панси Паркинсон грязно выругалась. Гарри хмыкнул. Вряд ли приличной юной леди вообще полагалось знать такие слова.       Ведьма смерила его темным немигающим взглядом с головы до ног.       — Кажется, я предупреждала тебя оставить его в покое, Поттер.       — Кажется, я не в первый раз игнорирую твои предупреждения, Паркинсон, — он попытался обойти слизеринку, но она вросла в пол, преграждая ему путь в гостиную. Гарри вздохнул. — Панси, отойди. Я пройду, даже если ты надумаешь остановить меня Непростительным. Они все равно никогда не работают со мной как надо.       Слизеринка не сдвинулась с места.       — По-твоему, ты еще недостаточно ему навредил?       Гарри дернул плечом, желая показаться увереннее, чем есть, хотя бы самому себе.       — Он все равно ничего не помнит, так что технически это не пошло в зачет.       Из рукава ведьмы выглянуло потрескивающее острие.       — И что ты намерен использовать в этот раз? Империо?       Поттер раздраженно фыркнул и привалился плечом к кладке.       — Ну нет. Лучше попробую способ, который ты рекомендовала мне в самом начале.       Панси по-новому взглянула на его гладкие щеки и свежую рубашку, черный футляр за спиной. Гарри с трудом поборол нервное желание уточнить, как она его находит. От Рона тут не было никакого проку, а зеркалу он не доверял.       — У тебя нет ни единого шанса, — процедила Паркинсон.       — Это у тебя их не было никогда, — черные глаза опасно сузились, но Гарри лишь примирительно усмехнулся. — Прости. Но было бы лицемерно делать вид, что я этому не рад.       Уголок ее рта невольно дернулся.       — Оу. Пожалуй, нам и впрямь стоит быть откровенней — как-никак мы провели целый вечер в объятиях друг у друга голышом, — она подошла вплотную, почти упершись носом ему в подбородок. Гарри пришлось опустить глаза, чтобы видеть её лицо. Он как-то слышал, что наиболее ядовиты самые маленькие скорпионы. Обманчивая хрупкость слизеринки, очевидно, имела ту же природу. — В кои-то веки отутюженные тряпки тебе не помогут, Поттер.       — Но у меня еще есть вот это, — невозмутимо отозвался он, ткнув большим пальцем себе за плечо.       — Ты хоть умеешь на ней играть?       — Только одну песню.       Кажется, ему удалось всерьез впечатлить ведьму. Панси отступила на шаг, недоверчиво округлила глаза и покачала головой.       — Ты просто жалок, Поттер.       — И все-таки я рискну. Хваленая гриффиндорская настырность, знаешь ли, — он отодвинул ее плечом, просачиваясь в гостиную. — Посторонись. Мне нужно успеть к завтраку.       Гладкий лоб ведьмы прорезала тонкая морщинка.       — Поттер, — он обернулся, — где ты собираешься играть?       Кажется, до нее начинало доходить. Гарри усмехнулся, подтягивая ремень футляра, и тихонько зашипел. Остальные синяки и ушибы почти сошли, но кошмар на плече продолжал пульсировать от малейшего касания. Зубы у Драко были что надо, такими и впрямь можно обглодать до самых костей.       — Я ведь прославленный герой — мне нужна масштабная сцена. Для начала, думаю, сойдет Главный зал.       — Он проклянет тебя на глазах у всех, — произнесла она, пристально наблюдая за его лицом, — и весь Хогвартс узнает, что Гарри Поттер безответно сохнет по бывшему Пожирателю смерти.       Поттер вернул ей немигающий взгляд.       — Возможно, он смягчится, когда я заявлюсь в мэнор с подарком. Правда, выйдет неловко, если я столкнусь там с проверкой из Визенгамота. А я наверняка столкнусь. Все же знают, как мне обыкновенно везет.       Паркинсон приблизилась.       — Тебя смешают с грязью и сожрут живьём, как только станет известно, что ты переступил малфоевский порог. А Драко лично засунет тебе твоё ссаное благородство поглубже в зад.       — Пусть так. В процессе мне, возможно, удастся услышать пару историй про его сокола. Очень хочу узнать, что за трюки умела делать эта злоебучая птица.       Паркинсон моргнула.       — Он рассказал тебе про Финиста?       — Да.       — Под Имитацией?       — До.       Слизеринка задумчиво подцепила его галстук и распустила кривой узел.       — Я спущусь посмотреть на твой позор.       — Мне не помешает твоя поддержка.       — Приведу Блейза. Он жуткое трепло.       — Тащи всех, кого найдёшь, — кивнул Гарри. — Хочу, чтобы к ужину вся страна прочла в Пророке о моей самодеятельности.       — Я знаю, кому продать эту новость, чтобы она появилась на первой полосе к обеду, — Панси деловито хмыкнула, стягивая аккуратную симметричную петлю.       — Очень рассчитываю на твою предприимчивость, — Гарри подобрался и сжал ремень, стараясь, чтобы голос прозвучал не слишком заинтересованно. — Считаешь, что действительно все безнадёжно?       Слизеринка уже развернулась к лестнице и не остановилась, чтобы произнести:       — Я была бы безмерно рада, будь это так, Поттер.       Проводив её взглядом, Гарри выбрался за портрет, на ходу повторяя слова:       — I serve my head up on a plate       It's only comfort, calling late       'Cause there's nothing else to do       Every me and every you...