Глава 6
6 марта 2022 г., 19:36
Прячась от январского мороза в столовой, Армин читал книгу, полностью погрузившись в свои раздумья. Одинокая лампа стояла на столе, освещая страницы. Пальцы очень сильно сжимали края учебника, и, если вглядеться, можно было понять, что на самом деле его глаза застыли на одной точке. Армин вспоминал сегодняшнее унижение, которое произошло во время объединённого урока, когда он высказал свою теорию о внешнем мире.
Флок, задиристый рыжий мальчик из другого подразделения, высмеял Армина и выставил на посмешище из-за его физической слабости и любви к знаниям. Эрен сразу же пустился защищать друга, и этот спор превратился в драку. Вмешавшийся Армин не хотел прятаться за спинами Эрена или Микасы, думал, что сможет поставить на место Флока, но лишь больше опозорился, получив кулаком в лицо.
— Я всегда буду стоять за тебя горой, Армин. Но иногда бывают моменты, когда ты должен справляться сам. — отругал его за мягкотелость Эрен.
Армин устал терпеть насмешки и смех в свою сторону, пытался быть лучше, но кажется, он лишь безнадежный слабак, не способный стать мужчиной. Ненависть в груди разрасталась всё больше и быстрее. Теперь она рвалась наружу, волной окатывала нутро. Каждый раз, когда его избивали во время тренировок, Армин считал, что полностью заслужил эту боль. Казалось, душа получала дозу успокоения, безмятежности и… блаженства?
— Хватит, хватит, хватит! — болезненно прошептал Армин, опешив от своего нездорового мышления и вцепившись в светлые волосы. — Ненавижу тебя. Ненавижу.
Только он собрался покинуть столовую, как дверь со скрипом открылась. Сонно зевая и что-то бубня под нос, вошла Фэлин. Армин замер, он впервые видел её без повседневной формы, сейчас на девочке болталась мешковатая черная кофта с длинными рукавами и подвернутые штаны. Её короткие волосы были собраны в неаккуратный хвостик, и пряди выбивались в разные стороны. Она выглядела такой растерянной и одновременно очаровательной. Арлерт ощутил яркую гамму эмоций, и непроизвольно его губы растянулись в улыбке. Это было самое милое зрелище, которое он когда-либо видел.
Заметив его, Фэл оробела и, кажется вспомнив, как выглядит, зарделась.
— Не спится? — спросил Армин, приглашая сесть с ним.
— Бессонница, ещё и пить захотелось. — Она опустилась напротив него.
— Подожди тогда, я сейчас.
Быстро сбегав на кухню, Армин принес Фэлин кружку воды.
— Спасибо.
Армин доброжелательно улыбнулся. Фэлин ощущала на себе пристальный взгляд, ей было неловко и выглядела она не так опрятно. Но Армин будто не обращал на это внимания. Они сидели в молчании, не зная о чем поговорить. Когда Фэл посмотрела на него пристальнее, то увидела ссадину около губ, вспомнила сегодняшнее происшествие, и обида возникла в груди. Поняв, куда она смотрит, Арлерт вздохнул.
— Я выглядел ужасно?
— Нет.
— Мне кажется, я это заслужил.
— Почему ты себя так ненавидишь?
Резко подняв на Фэлин глаза, он ощутил в горле горький ком. Она смотрела на него внимательно и с жалостью, заглядывая прямо в уголки души.
— Потому что родился.
Её лицо изменилось, будто от боли. Фэлин осторожно протянула свою маленькую ладонь к лицу Армина, пока он, застыв, наблюдал за ее действиями. Подушечки её пальцев коснулись его удивительно мягкой кожи и ласково провели по ранке. Сердце девочки билось быстро и испуганно, он же испытывал ошеломление.
— У тебя горячие руки. — произнес Армин, тронув её ладонь своими ледяными пальцами.
— Прости. — опомнившись, Фэл вскочила и быстрыми шагами вышла из комнаты.
Армин просидел в столовой некоторое время, всё ещё ощущая руки Фэлин на своем лице. Боль и сокрушение покинули его, оставив место теплу и упоению. В казарму он вернулся с умиротворением в глубине сердца.
***
Белоснежный снег доходил почти до колен. Сильный ветер бил в лицо, пытаясь остановить путников. Иногда с высоченных елей и сосен на них сваливались тяжёлые сугробы, которые проникали через воротники и не спешили таять, кусая кожу. Серые длинные куртки кадетов не очень-то и защищали от суровых морозов гор. Склоны и подъемы усложняли сегодняшнюю задачу сто четвёртого отряда. Сегодня рано утром их отправили в поход. Это были испытания для проверки стойкости и ориентирования на местности. Ребята должны были преодолеть несколько километров расстояния и с одной точки прийти в другую, а именно пересечь лес и горы за девять часов. Лес был пройден без особых трудностей, но со вторым у них возникло больше проблем. Настал вечер, солнце оставило всех без своих лучей, холод усилился, идти было сложно. Порой на пути попадались реки и маленькие озера, через которые следовало делать обход. Группа двигалась медленно. Их предводителем стал Марко, именно его выбрали лидером сегодняшней операции благодаря его хорошим лидерским качествам. Райнер и Жан несли поклажу. Фэлин плелась сзади одна. Впереди неё шла троица Эрена, Микасы и Армина. Где-то рядом ныла Саша. Энни недовольно шикнула, но Саша продолжала. — Когда мы уже дойдём? Есть так хочется. — Ты же в пятый раз одно и то же талдычишь, Браус! Замолчи уже. — раздраженно воскликнула Имир. — Потерпи, Саша. Надеюсь мы уже близко. — успокоил Конни подругу, после того как Имир настоятельно предупредила, что сейчас случайно влепит Саше. В голове у Фэлин непроизвольно появлялось то воспоминание из детства, когда она одна осталась на улице во время снегопада. Она поёжилась, тряхнув головой. Сейчас не время предаваться прошлому. — Ты замерзла? — Армин подошёл к девочке и зашагал с ней рядом. — Не очень. Я могу переносить холод. Но скорее бы весна наступила. — сокрушенно произнесла она. — Ты любишь тёплое солнце? — Очень. Но ещё мир будто возрождается заново. Небо становится чисто голубым, птицы поют свои песни, растения просыпаются. А помнишь, как раньше на площади устраивали карнавалы в честь праздников? Они оба отлично помнили те дни. Армин всегда посещал ярмарку с друзьями, покупал сладости, пирожные, играл в игры, смотрел на состязания. Но у Фэлин воспоминания не были такими красочными и живыми, как у него. У неё никогда не было денег либо возможностей на такие забавы, поэтому она лишь была зрителем и только гуляла по рынку, наблюдая за эмоциями других людей. — Эрен всегда участвовал в конкурсах и других забавах, каждый раз проигрывая, он пытался снова и снова, до тех пор, пока не выигрывал, тратя все монеты, которые давал ему и Микасе доктор Гриша. — улыбнулся Армин и с любовью посмотрел на Эрена, спорящего с Микасой. — Доктор Гриша… Он был хорошим человеком. — с грустью подумала Фэлин, вспомнив Йегера старшего, который потерялся (а возможно погиб) в 845 году, когда Колоссальный титан пробил стену. — Я его очень уважал. Да и не только я, а весь городок. И так они шли и мирно разговаривали в самом конце, даже не поняв, что достаточно замедлились и отдалились от группы. Ребята не поняли, как так вообще вышло и в какую сторону повернули остальные. Метель усилилась. Крупные и бархатные снежинки стремительно заметали все следы. Стало совсем темно, на небе появилась круглая луна, их лампа еле светила и грозилась погаснуть. Армин, поняв, в какую чертовщину они попали, запаниковал. «Какой же я идиот, что я наделал?!», — нервно начал он себя обвинять. Осмотрев снег, Фэлин заметила очень слабые и едва заметные следы подошв, которые тянулись вдоль пышных белых кустов вниз по склону. Они пошли прямо по следам. Девочка пыталась оставаться спокойной и не показывать Армину своё волнение, потому что с каждым разом отпечатки исчезали. И уже через полчаса они вовсе рассеялись. Армин начал перебирать в голове какие-то идеи и планы, но они меркли под натиском страха. «Черт! Бёстолковый дурак! Придумай же что-нибудь» — кричал внутренний голос. — Фэлин, не волнуйся. Я сейчас придумаю что-то. — дрожащим голосом пролепетал Армин. Заметив его замешательство, Фэл взяла парня за руку в шерстяных перчатках. — Я верю тебе. Мы сможем отсюда выбраться, Армин. Спокойный голос Фэлин привел его в чувства, вытащил из состояния ужаса и растерянности. Он должен спасти их, иначе до утра они не доживут в таком холоде без еды и огня. Голова начала работать и Армин проанализировал данную ситуацию. Кроме угасающей керосиновой лампы у них ничего не имеется. Нужно сообразить и пойти по тому направлению, которое показывали недавние следы ботинок. Другого выхода не было. Изложив свой план, Армин повел Фэл за собой.***
Двигаться было сложно. Кости будто окоченели. Ноги отказывались идти вперёд. Натиск ветра сдувал капюшоны и открывал лица, в которые хлестали яростные снежинки. Кажется время текло так медленно. — Ног не чувствую. — проронил Армин. У него болели глаза, и вперёд он смотрел с трудом. Фэлин только хотела ему что-то ответить, как голос потонул в собственном крике, и она полетела в снег. Армин подбежал к ней и протянул руку. Девочка попыталась подняться самостоятельно, но резкая боль в лодыжке дала о себе знать. — Сильно болит? — спросил Арлерт. — Только когда двигаюсь. — Наверное ты подвернула ногу. Ходить ты не сможешь, так что взбирайся ко мне на спину. — Что?! — приподняв брови, спросила с удивлением Фэлин. Армин молча помог ей встать и подставил спину. Девочка покорно обхватила руками его плечи. Фэл была лёгкая, но передвигаться по глубокому снегу даже с такой ношей было затруднительно. — Прости. Я не увидела камень из-за снега. Вечно от меня одни проблемы. — обескураженно промолвила Фэл. Как же знакомы её слова. Это бесконечное состояние с чувством греха. — Всё в порядке. Ты ни в чём не виновата. И снова эта борьба с природой. Не было понятно, сколько они уже идут, но кажется довольно долго. Где-то завыл волк, от чего у Армина пошли мурашки. Фэлин замолчала и начала засыпать. Её губы посинели. Цвет лица стал мертвенно бледным. — Не бей меня… — прошептала девочка. — Фэлин? — настороженно прислушался Армин и легонько встряхнул её. — Тебе нельзя засыпать. Эй, Фэл, проснись. — Армин? — Не закрывай глаза. Расскажи мне что-нибудь. — Что рассказать? — О своём детстве. — Ха-ха, тебе лучше не знать. Ещё шаг, и вдали заплясал маленький огонек. Надежда загорается в душе у Армина. Но в то же время он чувствует страх за Фэлин. Почему он так сильно боится за неё? Огонёк движется к ним, и с каждым шагом становясь отчётливей, он приобретает формы. Где-то далеко показывается Марко с фонарем, за ним появляются Жан и Эрен. Увидев их вместе, Арлерт истерически смеется. Наконец туман в голове развеивается. Тревога отпускает. — Фэлин, мы уже близко. Проснись.
