Про людей и нелюдей

"Я ни о чём не жалею. Никогда не жалела. И не верю в плодовитость сожалений. Пока ты жалеешь, ты стыдишься себя. Пока стыдишься — ты в клетке." А. Джоли.

***

      Сняв с себя мокрое полотенце и закутавшись в неприятный колючий свитер, Роза уселась на окно. Она крепко сжимала в руках старый сотовый телефон, который давно, к её сожалению, не работал.       Телефон был символом её старой жизни, другой её. Какой она была? Она была готова спорить, что не помнит. Но главным её наказанием была ужасающе-хорошая память. Не забывать - её кара.       Квартира девушки, которая досталась ей в наследство от мужа-инквизитора, что умер два года назад, была обставлена (для реалий этого отдельного государства), шикарно: мягкий диван, два пуфа из синей замши, двуспальная кровать, дубовый стол с невыносимо тяжёлыми ящиками.       Многие не имели даже крепкой двери, а здесь такая роскошь. Несмотря на все это: день обещал быть тяжёлым. Говард знала это, но тайно ждала вечера, ведь нужно будет спускаться в коллектор, где укрываются повстанцы, а значит ей нужно будет обязательно зайти к своему пациенту.       Она сразу про себя отметила, что Леон ей нравится, как минимум внешне. Девушка ругала себя за это и даже старалась, как можно меньше находится с ним. Но когда Кеннеди проваливался в сон, от огромного количества лекарств, она заходила в его палату, убеждая себя, что ей нужно снять показания приборов или просто посмотреть, как он чувствует себя.       Свои чувства, она умела скрывать. Да и можно ли чувством назвать незначительную симпатию, которую испытала. Как правило, уже давно ничего не выдавало ни её беспокойства, ни её радости, если таковая была. Поэтому Леон пугал её, и одновременно, она тайно желала его увидеть.

***

      Кеннеди проснулся ближе к вечеру, боль была уже более чем терпимой. Через полчаса он должен был встретиться с Хеленой, чтобы с проводником отправится на вторую базу борцов с режимом. Им хотели что-то показать, дополнить картину рассказа Гаржи.       Гаржа - мужчина лет шестидесяти был главой сопротивления. Низкий, сутулый и очень худой. Имел постоянную привычку шмыгать носом, что очень сильно раздражало при разговоре. Он приходил к ещё тогда лежащему в постели Леону и долго беседовал с ним. Приоткрывая завесу над тайной закрытой зоны.       Закрытая зона или как её называли местные жители - Агер*, было отдельным государством внутри государства. Правил Агером вышестоящий чин, именуемый Кодексом. Кодекс включал в себя совет приближенных к Вождю и непосредственно Вождя. Называть их принято было "ОНИ". Повстанцы же, были несогласны с тоталитарным режимом и всячески пытались свергнуть Вождя.       Их не устраивали опыты о которых знал каждый гражданин, (в Агере создавали оружие, способное к быстрой и незамедлимой регенерации тканей у пострадавшего - бессмертных солдат). Собственно, когда то под прекрытием АЭС, здесь была огромная лаборатория на которой произошла авария.       Для Леона это было не ново, но у него было миллиард вопросов, на которые он хотел бы получить ответ, но Гаржа объяснил, что информацию будут открывать постепенно, по мере укрепления доверия к новым членам его сопротивления. Гаржа знал, зачем Хелена, Джо и Леон оказались на этой территории. И предложил обмен: девочки-близнецы в обмен на разбитый Дворец Правосудия и Чести, где под "разбитым" понималось обезглавливание правящей группы. С каждым словом Кеннеди все больше сомневался, но как итог согласился, после того, как седовласый сутулый мужчина заявил, что обе сестры находятся под наблюдением врача Розы Говард, которая является двойным агентом и работает как с повстанцами, так и на территории ГЛиЛБА (Главной лаботории и Лечащей Больницы Агер). Да и не соглашаться, они с Хеленой не могли. Попросту не было другого выхода.       Джо был в критическом состоянии, но в коллекторе продолжали бороться за его жизнь. Даже несмотря на разговор о том, что неправильно было бы использовать столько таких ценных лекарств на чужака.       Агент вышел в большой холл, где стояло множество стульев, а посередине росло какое-то причудливое растение: длинные зелёные стебли около метра, обрамленные в более тёмный контур. Стебель был очень мясистым и толстым, будто бы горшок с цветком весил бы центнер. Присев на один из старых табуретов у гигантского растения, Леон вытащил из под него консервную банку, которая служила многим обитателям коллектора пепельницей. Блаженно затянувшись, Леон не почувствовал никакой щемящей боли в груди, что его даже слегка обрадовало. В голове крутились миллионы мыслей. Как он смог отправится от такого ранения всего за три дня? Что ему вкололи? И какие будут последствия?       Из омута мыслей Кеннеди вытянул стук каблуков по бетону, кто-то шёл уверенно, но будто прихрамывая: из-за угла показалась Роза.       - Я бы не советовала тебе сейчас курить, - строго начала она.       - Не переживай, у меня осталось пару сигарет. Надолго не хватит, - усмехнулся мужчина, рассматривая стоящую перед ним девушку.       Да, именно девушку. Да у него язык не повернулся бы назвать ее женщиной. Роза выглядела молодо, моложе своих лет. Леон был уверен на девяносто семь процентов, что это Айрис. Цвет волос только отличался. Лицо было красивым, особенно Кеннеди понравились губы: полные влажные яркие, даже без помады на них.       - Табака здесь много, поверь мне, - усмехнулась девушка, доставая из халата самокрутку. - А вот фильтры в большом дефиците, - добавила она, шаря по карманам в поисках огня.       Леон дал прикурить, приглашая врача присесть рядом с ним. Последняя, как-то сухо кивнула и медленно опустилась на соседний стул.       - Как чувствуешь себя в целом? - спросила Говард, скидывая пепел в баночку из старого алюминия.       - Вообще отлично. Что даже наводит на мысли о том, чем вы меня лечили вообще, - Леон закинул ногу на ногу.       - Вообще, святой водой, энергией солнца и ибупрофеном.       - А если быть серьёзной?       - Я серьёзно.       Леон усмехнулся и поджал губы, из-за резкого действия мышцами лица, разбитая губа закровила.       - Пойдём, дам тебе ватку с перекисью, - улыбнулась Роза.       Дверь в процедурный кабинет со скрипом закрылась. Мужчина сел на кушетку, Говард протянула ему смоченный в перекиси ватный тампон.       - Может ты сама? Все-таки ты вымыла руки и они у тебя чище.       - Ладно-ладно, - хмыкнула врач.       Она ополоснула руки ещё раз, надела перчатки и аккуратно промокнула верхнюю губу Леона.       - Снимай футболку, - строго начала Роза. Каждый раз, когда она работа у Кеннеди в голове был такой огромный диссонанс между её достаточно мягкими действиями и строгим голосом.       - Что? Так сразу? - шутить уже начал Леон. Скорее нервно, нежели вкладывая какой-то негатив       - Дай я посмотрю как там твои швы.       Мужчина снял себя предмет одежды, обнажив торс. Осматривая его плечо, Роза отметила, что швы через пару дней можно будет снимать. Препарат работал сначала изнутри ткани, и только потом способствовал заживлению снаружи. Лиловый синяк, от проникающего ранения разлившийся по рёбрам Кеннеди, Говард отметила припухшим.       - Все заживает и вид славный, но при перевязках, настаивай, чтоб Эстэр не затягивала повязки. Я её просила, но днем я сюда приходить не могу, следить за ней возможности нет.       - Работаешь в лаборатории?       - Да.       Леон аккуратно, но крепко взял Розу за запястье.       - Они живы?       - Да, - на этот раз в голосе Говард сомнений и лукавства не было.

***

      Путь на вторую базу повстанцев был положен через старое кладбище. Особенностью его было то, что на некоторых надгробиях сохранились фотографии, что для США нетипично.       Хелена шла возле Леона кутаясь в старомодное пальто серого цвета. Пальто пахло нафталином, кремом для обуви и, кажется, старым мылом. Вдохнув аромат со верхней одежды, девушка поморщилась.        - Нафталин пахнет ужасно, - выдала она.       - Да, своеобразный запах, - - добавил Леон, не выпуская из вида двух проводников, что шли немного впереди.       Они были молчаливы, но вражды как таковой не чувствовалось. Двое мужчин средних лет, вывели Леона и Хелену из коллекторов. И к удивлению обоих, выход из него был, недалеко от центра города. Своеобразный город под городом. На агентов надели местную одежду: длинные пальто, перчатки из кожи, голову Хелены покрыли платком.       - Знаешь, Леон, я так переживаю за то, что тебе вкололи.       - Я тоже об этом много думал... Доверия у меня тут особо никто не вызывает.       Они говорили это так, что людям сопровождающих их, не было бы это слышно.       - Почему тебе вкололи? Джо не вкололи? - сетовала Хелена. - Леон, я так боюсь за тебя...       Девушка заглянула напарнику прямо в глаза. Она отвела взгляд и добавила:       - Я рылась у Говард в бумагах и нашла там кое-что.       Кеннеди остановился и вопросительно посмотрел на шатенку.       - Леон, она констатировала смерть Хлои.       В душе у мужчины все разом упало и оборвалось. Сильный гнев захлестнул и тело и разум. Внешне ни один мускул не дрогнул на его лице, но Леон сам почувствовал как горят его щеки. В голове крутился миллиард вопросов:        "Мертва только Хлоя? Если Роза - Это Айрис, то в какое чудовище она превратилась? Что если ей тоже вкалывали неизвестный препарат и он дурманит разум? Где тело девочки?"       Вопросы проносились с угрожающей скоростью. Леон как в бреду дошёл до базы, выслушал там лекцию о заражённых в этой местности, можно сказать, что провалился в мысли. Думая только об одном, чтобы Роза была ещё в коллекторе к их приходу.

***

      Роза стояла облокотившись к столу и перебирала листы бумаги, когда дверь в кабинет распахнулась. В помещение быстро влетел Кеннеди. Его волосы были мокрые из-за дождя. Он быстро преодолел расстояние между дверью и столом, вжимая в последний Говард.       Девушка, припечатанная к предмету интерьера осталась невозмутимой. Леон не держал её, он упёрся в стол, блокируя пути отступления для Розы. Её и без того короткий белый халат задрался, обнажив бедра в чёрных капроновых чулках.       - В своём уме? Или жар у тебя? - хамовато начала брюнетка.       - Либо ты мне сейчас все объясняешь, либо...       - Ну-ну-ну! Объясняю что?       - Жива ли Хлоя, жива ли Мередит? Что с ними? Не включай дурочку, я уже от этого устал.       - Жива.       - Врешь.       - Нет.       - Ты констатировала её смерть.       - Скажи своей девушке, что по чужим сумкам лазить нехорошо. Здесь, поверь мне, даже надгробная плита не говорит о том, что человек мёртв. Не надо меня обвинять.       - Во-первых: она не моя девушка. Во вторых: чем ты сможешь это доказать?       - Приходи в час ночи ко входу на кладбище и возьми с собой оружие. Вам ведь выдали, - Роза постарались отойти от стола, но ткнулась в грудь Леону, отказываясь в нечаянных объятиях.       - Хорошо, - ответил мужчина, убирая руку.

***

      Ровно в час ночи агент подошёл к кладбищу. В этом месте смерть висела тяжёлым туманом и дело было не в самом кладбище, а в Агере. Вся атмосфера, весь смог его города был пропитан болью, смертью и ужасом. Леон видел на улице снующие серые лица, большие плакаты с надписью: "ЧТИ КОДЕКС И КОДЕКС УЧТЕТ ТЕБЯ". Звучало то-ли как угроза, то-ли как издевка.       Послышался звук шагов, приближалалась Роза. Она пришла одна. Кеннеди допускал мысль, что это засада, но девушка была даже в приподнятом настроении.       - Опаздываешь, - отметил мужчина. - Я ждал тебя около десяти минут.       - У тебя часы спешат, - хмыкнула Говард, но беззлобно.       - Веди... И, да, зачем оружие?       - Ночью здесь опаснее. Бабайки ходят.       Они двинулись через нечастые надгробия в самую глубь кладбища. Молчали. На Розу это давило. Он не верит ей.       "А с чего бы ему тебе верить?" - спросил внутренний голос и девушка с ним согласилась.       - Давай на чистоту, - начал Кеннеди. - Тебя ведь зовут не Роза?       - Ну, объясни, чего ты пристал ко мне? Какое это имеет отношение к делу?       - Я ведь даже обрадовался, когда узнал тебя.       Роза удивлённо изогнула бровь.       - Тебя очень ждёт твоя сестра. Лана. Помнишь её?       Говард остановилась и лунный свет упал ей на лицо. Она посмотрела на Леона с каким-то гневом.       - Я амнезией не страдаю. Где ты её встретил? - девушка продолжила идти но медленнее.       - В деревне за рекой, она жила в вашем доме.       - Жила? С ней все в порядке? - голос был холодным, но Кеннеди понимал, что все же нашёл струну за которую можно дёргать.       - Да. Мы отправили её в безопасное место сейчас. Местные там у вас не дружелюбные, чего не скажешь о твоей сестре.       - Уроды там и нелюди, а не местные. Хорошо, что увезли. Спасибо, - а этого мужчина не ожидал никак. Хоть, какая-то эмоция. И даже прямая благодарность.       - Расскажешь как очутилась здесь?       - Не сейчас. Ладно? - тон голоса девушки стал вежливее и Леон решил, что отстанет от неё с расспросами.       Они уперлись в высокий забор, с коваными прутьями. Тупик. Мужчина все это время находился в полном контроле над ситуацией и даже был готов к нападению сзади.       - Нужно перелезть, - выдала девушка. - Ты первый.       Леон ловко ухватился за верх ограждения потянулся и буквально в долю секунды оказался на противоположной стороне. Роза же замялась, но тоже быстро забралась на забор и села на него, свесив ноги и приготовившись к прыжку.       - Прыгай, - сказал Кеннеди вытянув руки, мысленно рассудив, что Роза довольно миниатюрная и боль в раненом плече сильной не будет.       Говард спрыгнула, снова оказавшись в его объятиях.       - Спасибо, - второй раз за вечер поблагодарила она. - Сколько я раз откуда прыгала за свою жизнь, все время осушаю ноги.       - Прыгать нужно на носочки.       - Правда? - снова съязвила девушка.       За забором стоял большой склеп с железной дверью. Роза потянула за неё и она легко поддалась. Крутая лестница вела вниз. Леон зажёг фонарь и они медленно спустились. Внизу не оказалось захоронений, а был длинный бетонный коридор-ещё один коллектор. Они не долго шли прямо, после чего остановились у огромной двери. Говард стукнула в неё. Отбивая костяшками руки по железке какой-то ритм. Послышались звуки засовов.       - На пороге стоял высокий амбал, похожей комплекцией на Джо, не по-доброму глядя на Леона.       - Это со мной. Всё в порядке, - ответила на немой вопрос Говард.       Петляя по извилистым коридорам, двое остановились у комнаты.       - Проходи, - подала голос Роза.       Леон надавил на ручку и его взгляду открылась картина: девочка-подросток лежала на кровати на боку, согнув ноги и спала. На тумбе стояла керосиновая лампа, она неярко освещала помещение. На той же тумбе стоял поднос на котором стояла тарелка с каким-то пюре.       Мужчина прошёл дальше в комнату и увидел исхудавшее лицо девочки, сомневаться не приходилось это одна из близняшек.       Хлоя почувствовав присутствие в комнате и резко подскочила на кровати. Увидев незнакомца, она невольно вжалась в изголовье своей постели.       - Роза, кто это? - подала она наконец голос.       - Это мистер Кеннеди.       - Я от твоего отца не бойся меня.       От этих слов девочка прижалась дальше к стенке. Такая реакция поразила Леона.       - Не бойся. Он просто не все знает, Хлоя. Зла он тебе не желает. Леон твой проездной отсюда, он хотел убедиться, что ты жива и я привела его.       Девушка чуть-чуть расслабилась шумно выдохнула.       - Мы уходим сейчас? А как же Мередит?       - Нет, не сейчас. Пока, я не могу вытащить её, милая, - Говард говорила мягко и ласково.       - Можно мне завтра передать какую-нибудь расчёску? - попросила Хлоя.       Из сумки что висела через плечо, Роза достала маленький гребень и протянула девочке и последняя изможденно, но искренне улыбнулась.       На поверхности снова начал капать дождик, земля становилась вязкой и неприятной. Леону же казалось, что тоже самое творилось в его голове.       - Ну как? Убедился, что я девочку не хоронила, - у Розы настроение поднялось.       - Убедился. Извини, за сегодняшний импульс, - Кеннеди посмотрел в чёрное небо, и капли падая ему на лицо, стекали по шее за ворот пальто.       - Я понимаю тебя. Все когда сюда попадают' злятся, нервничают, бьются головой о стены от того, что ничего не понимают.       - Мне не понятна реакция на моё фразу про отца.       - Да, ты все понял. Я подтвержу твои сомнения. Их отец сюда и сдал. Леон перевёл взгляд на Розу.       - Почему не знаю. Точнее не до конца разобралась, - добавила она. - Раз уж ты знаешь про меня, то должен и про Джуди знать. Нас ведь её мамаша в ловушку эту затянула. Сказала, знает где Лана и видела её. Типа, они у реки играли и она там коленку разбила идти не может. Мне бы идиотке понять, почему взрослая баба помочь не смогла им. А она просто нас отдала в руки , на опыты.       - Кэри? Мне она, естественно, говорила совсем другое, - завёлся Кеннеди.       - Эта сука ещё жива? А я её дочурка лежит за три квартала отсюда в братской могиле.       От негодования Роза зашарила по карманам, нашла самокрутку и с трудом прикурила из-за дождя.       - Давно она погибла? - спросил мужчина и также закурил.       - В первый же день. Но только пойми меня правильно, это и везение в каком-то смысле. Если у тебя все получится, и девочки вернуться домой они будут много-много лет к психотерапевту ходить.       - Да, понимаю я, - ответил Леон и выбросил недокуренную сигарету под ноги. - Когда ты сказала, что даже надгробие не гарантирует смерть человека, я думал мы с тобой эксгумировать будем тело другого человека, - попытался отшутиться Леон.       - Да, нет... Это я о другом.       - О чем?       - Ладно, покажу. Там заодно и к городу быстрее выйдем, сократим.       Роза натянула на голову платок, а Леону посоветовала поднять ворот, чтобы немного скрыть лицо, ведь выйдут они в другой части города, а там может быть патруль. Не нужно, чтобы видели лица.       Они остановились резко, Роза попросила у Кеннеди фонарь. Медленно луч света коснулся надгробия.       "Айрис Митчелл", - прочёл Леон и фотография его спутницы на камне оставила его без всяких сомнений, что это стоящая возле него Роза.       - Видишь, даже с фоткой. Дело в том, что я умерла, якобы, во благо эксперимента.       Неожиданно их прервала тишина. Такая липкая и тягучая. Как тогда ещё в деревне, когда Леон выходил курить ночью. Роза стала нервничать, она ухватила Кеннеди за рукав и потянула за собой.       Справа от себя она заметила движение, резкое будто кто-то пьяный шёл зигзагом. Вакуум в пространстве спал, и уже Леон, прислушиваясь к местности, услышал шаркающие звуки. Он резко вытащил пистолет, что выдали ему здесь (но в тайне, со собой был ещё и свой). Роза шла быстро и не оборачиваясь, будто сзади что-то угрожало их жизням.       Звуки снова полностью вернулись в природу, и под усилившимися порывами ветра и уже проливным дождём, Кеннеди смог различать, что за ними кто-то идёт след в след. По крайней мере пытается. Преследование невольно давило, безумно хотелось развернуться и посмотреть, кто же идет за ними.       Неожиданно из-за дерева показалась фигура: человек, темно-оранжевого цвета (не негроидной расы), опирался на большой ствол какого-то хвойного растения. Лицо искажено, ужасным оскалом-улыбкой. Кожа лоскутами висела на щеках, подбородке и лбу. Существо резко сорвалось с места. Оно двигался неуклюже, но быстро.       - Второй! - негромко сказал Леон, приготавливая оружие.       - Леон, не стреляй! Бежим отсюда.       Одно из существ резко схватило Розу за подол пальто. Заражённый появился словно из ниоткуда, словно вынырнул из под земли. Леон среагировал быстро, два выстрела в голову и нападающий упал замертво.       - Именем КОДЕКСА! - послышалось откуда-то издалека.       - Бежим! Давай быстрее! - взмолилась Говард.       Колючие ветви хвойных растений больно били по лицу, но девушка не обращала на это ни малейшего внимания. Роза бежала так, будто от этого зависела её собственная жизнь.       Как только они оказались на улицах города, Говард перешла на быстрый шаг. Дождь усиливался, резкий ветер бил в лицо. Старые улицы петляли и наконец-то пятиэтажные здания сменились невысокими двухэтажными.       - Куда мы идём? - спросил Леон, понимая что в этом районе он ещё не был.       - Ко мне. Сейчас не стоит возвращаться в коллекторы.       Роза жила на втором этаже приятной наружности здания. Как только дверь в квартиру закрылась на ключ и щеколду, девушка шумно выдохнула. Не то усталость, не то облегчение. Она скинула с себя мокрое пальто, бросила на софу сумку.       - Зажги свечи. Там еще стоят керосиновые лампы. Уже поздно, электричества нет. Я пока поищу тебе сухую одежду.       Действительно, вымокли они до нитки. Говард залезла в старый сундук, перебирая в нем вещи. Нашла тёплый чёрный свитер, брюки, даже вязанные носки. Быстро скинув с себя мокрую одежду, надела на себя свою домашнюю тёплую одежду.       Леон остался в соседней комнате, зажёг свечи, как просила его Роза. Он обратил внимание, что в квартире есть много сувениров: старинный "кольт", даже небольшая пика. Здесь, явно живёт мужчина.       - Ты живёшь здесь одна? - уточнил Кеннеди, когда Говард вошла в комнату,держа в руках вещи.       - Да.       - Откуда тогда мужские вещи?       - Если тебя, конечно, смущает, я понимаю. Но другого предложить не могу. Мой муж умер два года назад. В этих вещах он не ходил. Да, и по понятным причинам сюда не вернётся. А, вот если ты подхватишь, воспаление лёгких приятного будет мало. Запасы медикаментов ограничены у повстанцев, лечить тебя просто будет нечем.       - Извини, - искренне ответил Леон.       - Да, ладно тебе. Если бы меня притащили в квартиру и втюхивали вещи, я бы тоже вопросы задавала.       - Как ты смогла выйти замуж здесь?       - Ну, давай эту тему мы тоже оставим. Скажу лишь то, что это мне жизнь и спасло. Престона я уважала и была благодарна, но не более. Хоть, наверное, так и плохо говорить.       Леон очень тактично и понятливо промолчал и пошёл переодеваться. Роза же налила себе в стакан джин и перевернула стакан, выпив содержимое залпом.       - Есть хочешь? - спросила девушка.       - Нет, спасибо, - ответил Кеннеди вернувшийся из комнаты. - А, вот выпить, не откажусь.       - У тебя недавно кровотечение было, нельзя тебе.       - Так строго будешь разговаривать со своими пациентами.       - Ты тоже мой пациент.       - Сейчас нет.       - Ла-а-адно, - протянула Роза, понимаю что препарат который она ему вколола, уже давно заживил ткани изнутри.       Она поставила бутылку на журнальный столик возле софы, принесла нехитрую закуску и поставила пепельницу.       Алкоголь ударил в голову очень резко, по телу Леона приятно растекалось тепло. Роза же тоже захмелела и её привычный строгий тон, сменился на простой.       - Ну, вот, по этой причине я и не могла вколоть Ферзил Джо. У тебя есть, у меня есть внутренний иммунитет, а у него нет. И превратится он в тех, кого ты отстреливал сегодня на кладбище. Кстати, - девушка резко снова стало серьёзной. - Ты стрелял из своего пистолета? Или из местного?       - Из местного, - ответил Леон, все ещё пытаясь переварить информацию о чудо-препарате Ферзиле.       - Отлично. Если и гильзы найдут, не будут снова расследование проводить откуда тут, новомодное оружие, - успокоилась девушка, и сделала глоток крепкого напитка из своего стакана.       Было холодно, даже несмотря на тёплый кардиган на ней, она обхватила себя руками, чтобы хоть немного согреться.       Пусть они и были уже достаточно пьяными, все же Роза не решалась придвинуться ближе к Леону. Хотя очень хотелось. Они уже некоторое время сменили тему с надоевшего Агера на то, что происходило там, за чертой. Мужчина рассказывал ей о фильмах которые вышли за пять лет её отсутствия, о музыке, о мировых событиях. Говард было искренне интересно, она спрашивала, где был сам Кеннеди. Она, правда, слушала его.       Алкоголь не помогал согреться девушке, и она привалилась к мягкой декоративной подушке, чтобы стало немного теплее. Леон заметил это. Он выпил, она выпила. Они хотели прижаться сейчас друг к другу, это было так нужно. И пьяное сознание мужчины, все же решило, что не будет лишним её приобнять.       Он взял за ледяную руку Розу и осторожно потянул на себя. Девушка сопротивляться не стала. Тепло сразу разлилось по телу.       Леон с самого начала гнал от себя мысли, что все же она нравится ему. Понравилась сразу. Именно поэтому, он так импульсивно отреагировал сегодня. Ему не хотелось, чтобы конкретно она была причастна и виновата к смерти девочек. И как он был рад, что его опасения не подтвердились. Он понимал, что совсем не знает её. Но узнать хотелось.       Роза же сидела и лишний раз боялась шевельнуться. Виноват алкоголь или то, что она как идиотка влюбилась? Сердце колотилось бешено. Заколотилось ещё сильнее, когда она услышала от него: - Айрис? Девушка подняла голову и её губы тут же были накрыты губами Леона. Агер* (Аger (лат.)) - поле, пашня.