Про людей и нелюдей

"Отвага не держит слова." Френсис Бэкон

***

      Хелена, не находила себе места. Леон должен был вернуться около пяти часов назад, но его не было. Шатенка прижалась к стене коридора лбом, готовая ударятся в него с огромной амплитудой. Ожидание было для неё пыткой, наказанием. Сущий кошмар, который поселился глубоко в её разуме и душе. На почве этого, воображение Харпер рисовало устрашающие картины.       "Главное, чтобы ты был жив...", - сидело в голове девушки. Чтобы она не представляла себе, о чем бы не думала. Эта мысль была главной и основной.       Шатенка медленно двигалась в извилистых коридорах коллектора, мысленно составляя его карту. Каким же огромным он был! Комнат триста - не меньше: жилой блок, кухня со столовой, палаты, кабинеты, душевые и огромные нескончаемые коридоры. Как это все умудрились построить? Хотя, если здесь разрабатывают био-оружие, денег сюда явно не жалели. Весь ближайший город - не АЭС, а замаскированная под него огромная лаборатория: которая, пока по неизвестной аварии, стала целым государством, разрабатывающим нечто пугающее.       Харпер понимала, почему на поверхности много жилых домов: работники должны были где-то жить. Кто остался жив со времен аварии? Гаржа? Возможно. Он мужчина в годах. Но Хелена не доверяла ему, сама не понимала почему. Веяло от него чем-то отталкивающим, он был похож на Симмонса, не внешне, а скорее повадками: такой же мнимый интеллигент, борящийся за свои интересы.       Девушка сама не заметила как пришла в холл с причудливым растением и множеством табуретов. Медленно она опустилась на стул возле стены и вымученно запрокинула голову. Сквозь маленькое вытянутое окошко пробивался естественный свет: скоро встанет солнце, а Леона так и нет. Нет ни возможности связаться, ни возможности помочь.       Накатывала паника. Успокоительного у Хелены не было, а руки уже стали потряхивться так сильно, что она была уверенна, что не смогла бы ими удержать и стакан с водой. В немой истерике, девушка приложила холодные ладони к лицу, сама не заметив того, как уже с силой зажимает себе рот, чтобы не плакать во весь голос. Она закусывала пальцы, чтобы остановить истерику, но ничего не помогало.       "Господи!" - взмолилась Хелена. "Я прошу тебя, Господи! Пусть он будет живой! Ну пошли мне.... Пошли хотя бы знак о нем! Я прошу тебя. Пожалуйста.... Пожалуйста..."       Можно считать как нравится: помогла ли молитва или случай, но задыхающуюся в слезах Хелену окрикнул мужской голос. С неохотой девушка распахнула глаза: напротив неё стоял Гаржа, прокручивая в намазоленных пальцах клочок бумаги.       - Что с тобой? Позвать сестру? Она только из больницы, принесла медикаменты кое-какие. Они рано приходят. Роза присылает иногда вместо себя, - приветливо начал мужчина.       От упоминания имени врача сердце Хелены провалилось в пятки. И если Гаржа ей был неприятен из-за схожих повадок с человеком некогда испортившим ей жизнь, то Розу она почему-то возненавидела сразу. Несмотря на то, что последняя спасла жизнь её близкому и дорогому человеку.       Хамоватая, наглая, грубая. Пусть все это по-детски, но Харпер про себя называла Розу "корявой", за её далеко невысокий рост. Самой Хелене, Говард была буквально по плечо и даже сестра Розы - Лана, была выше её на целую голову.       - Извините, - начала Хелена. - Вы не знаете, что там с Кеннеди и Говард? Уже ранее утро, а весточки от них нет...       - Ну Говард сегодня не придет, а Кеннеди скоро вернётся. Мне передала записку сестра из больницы. Уверенна, что тебе не нужно успокоительное?       - Нет, - сухо ответила женщина.

***

      Настенные часы показали девять утра, когда Леон покинул квартиру Айрис и пошёл по указанному ею маршруту. Утром она была совсем другая: нежная и ласковая; проснувшись Кеннеди увидел заботливо выложенные на сушилку вещи, завтрак и даже что-то похожее на кофе. Кофе в Агере был дефицитом и достать его было сложно, был только кофейный напиток, представляющий из себя коричнево-земляную жижу, в которую добавив что-то вроде сахара можно было выпить.       Леон без конца думал о том, почему так легко поддался чувствам ночью. Алкоголь? Да, но все же он был на задании. На этот немой вопрос Роза ответила очень тактично, что после введения препарата первые дня три-четыре дня у него будет преподнятое настроение, повышенное либидо и очень хороший аппетит. В этом нет ничего страшного и пройдёт это само.       Кеннеди совсем не жалел о случившемся и, именно поэтому, мысленно себя ругал и упрекал в своём непрофесионализме. Но не жалел. Совсем наоборот.       Они с Розой вместе вышли из дома, она пошла в центр к больнице, а он пошел через спальный квартал к коллекторам. Завернув на узкую улицу он чуть было не зажал нос от зловоний, что стояли чуть ли не жёлтым смогом между домов. Маленькие торговые лавки с засаленным старым барахлом, худые снующие люди. Дети.       Да, и именно дети поразили его больше всего. Возле небольшой дервяной двери играла местная ребятня: это можно было бы назвать простой детской игрой, но вот выкрики мальчишки лет семи, одетого в серую непростиранную футболку невольно заставляли сердце и душу Леона сжиматься.       - Вы! - крикнул мальчуган, указывая на двух девчонок помладше него пальцем. - Вы не чтили КОДЕКС, поэтому приговариваетесь к смертной казни через расстрел!       Ребёнок принялся усердно расстреливать подружек из автомата-палки, а девочки картинно упали на землю, притворившись мёртвыми.       Улыбки эта игра не вызывала, поэтому мужчина прибавил шагу, пытаясь всем видом не показать, что сцена ему крайне неприятна.       Оказавшись на соседней улице, ещё более узкой чем предыдущая, Кеннеди чуть не сбила с ног, летящая невесть куда, женщина. Они успели столкнуться взглядами: серое вымученное лицо, потухшие глаза и отсутствие носа. Было сломанное нечто без кончика. Зараженной она не была, на больную сифилисом тоже не похожа. Похоже это было только на то, что над ней кто-то поиздевался.       Минут двадцать ходьбы, привели Леона ко входу в коллектор. Он спокойно зашёл в здание с вывеской "Котельная" и обогнув холл, спустился по лестнице вниз.       Оказавшись в своей комнате он увидел Хелену, которая сидела на кровати, навалившись на изголовье. Лицо заплаканное, красное.       - Ты плохо себя чувствуешь? - спросил Леон, присаживаясь перед ней на корточки. - Всё в порядке...       Леон не успел договорить, как Харпер тут же перебила его:       - Где ты был?       - Я видел живую Хлою, сегодня сходим к ней, - улыбнувшись ответил Кеннеди.       - Ты был там всю ночь? - продолжала шатенка, не поднимая глаз на собеседника.       Мужчина поднялся и закатил глаза, кое-как сдерживая подкатывающее раздражение.       - Нет, не всю. На кладбище на нас...       - Да, пожалуйста, Леон! Я знаю, где ты был! - закричала Хелена. - Что тебя тянет-то на эту семейку? Я тебя не узнаю! Мы пришли сюда, чтобы работать, а ты все подаёшься в чувства.       - Я подаюсь в чувства? Не ты? - спросил Кеннеди, но самообладание сохранил. Он знал, что Хелена знать не может о том, было ли у него с Айрис что-нибудь. Сама Роза просила его об этом не распространяться. Да, и он не собирался.       - Ну это логично, если ты у неё ночевал! Ты знаешь её от силы четыре дня и веришь ей, и ходишь к ней! Ты бы себя видел как ты на неё смотришь, - не унималась женщина.       - А тебя я знал от силы две минуты, но не бросил тебя и пошёл за тобой в собор. Поверил. Подумай об этом, - ответил Кеннеди и вышел из комнаты.       Роза завершила вечерний свой обход и села в кабинете, чтобы заполнить карты пациентов. Ужасно ныла нога. Сильнее ныла только душа. Она привязывалась к Леону. Это было плохо. Из под карандаша выходила непонятная писанина и каракули вместо текста, потому что разум девушки был весь в смятениях.       С одной стороны: у неё было так мало времени в принципе, что перед своим уходом хотелось бы почувствовать себя любимой и нужной, хотя бы ненадолго. С другой: вдруг, он тоже к ней привяжется; вдруг ему будет из-за неё больно? У нее ведь почти нет времени.       Но отталкивать его она не хотела. А может она вообще себе всего нафантазировала? Просто секс? Просто выпили?       Айрис устало подперла подбородок рукой, перевела взгляд на свои растения. Кто будет ухаживать за ними? Да и будет ли за чем ухаживать?       Мысли снова сменяли друг друга. Она помнила каждое прикосновение - больше всего ей понравилось спать в обнимку. Она лежала к нему спиной, когда ей талию легла достаточно тяжёлая мужская рука, Леон без усилий придвинул её к себе, а она втихаря сдерживала слезы. Слезы от того, что впервые за пять лет, она почувствовала себя живым человеком. Как жаль, что поздно...       Девушка поднялась из-за стола и полезла в свою рабочую сумку - в ней было спрятано лекарство. Она уже мысленно была готова вынести ужасно болезненный укол, как в дверь постучали.       - Войдите! - крикнула Роза, отставив сумку подальше.       В кабинет вошла Эстер, наклонилась к столу так, чтобы прошептать Розе на ухо:       - Джо умирает, нужно в коллекторы.       Огромный Джо лежал на постели и тяжело дышал, возле него сидел Леон. Они не были друзьями, но часто работали вместе.       - Что вот толку в нас? - спросил Джо, еле шевеля губами.       - Что ты имеешь ввиду?       - У меня была любимая женщина, когда-то давно, и я бросил её. Потому что не мог представить себе, что с ней что-то случится из-за меня. Я был для неё опасен. Точнее моя работа. Я жизнь положил на то, чтобы в мире было спокойнее. И что это мне дало? Я вечно стою перед выбором: кого убить? Какие ублюдки хуже? На чью сторону встать? А выбор надо было делать тогда: бросать работу, а не её. Я между прочим, очень вкусно готовил, вот и пошёл бы в повара, - Джо закашлялся.       - Ты помог очень многим людям остаться в живых и ты сам ещё не мёртв, - ответил Кеннеди. - Ты сделал когда-то как посчитал нужным. Я не в праве тебе говорить, как ты должен был поступать...       В палату вбежала Эстер с двумя мужчинами в белых халатах.       - Мы увозим его в операционную, если есть возможность помогите переложить на каталку! - крикнула она.       Когда дверь в импровизированую операционную захлопнулась, сознание покинуло Джо.       Леон оперся о стену рукой, под его горячей ладонью, кафель казался ледяным. Как он устал. Знал бы кто, как устал. Из раздумий его вывел стук каблуков: кто-то шёл быстро, но почти не опираясь на одну ногу, явно не в одиночестве. Из-за поворота появилась Роза. Мужчина её не узнал: белая кожа, почти как у покойницы и даже яркие некогда губы выглядели так, будто бы она вместо помады использовала побелку.       Девушка быстро пробежала мимо него, бросив лишь мимолетный взгляд. На ходу она накидывала халат, параллельно задавая вопросы о пульсе и о том, какие препараты давали Джо.       "Ты сможешь!" - поскользнуло в голове Леона.       Харпер и сама не поняла, как ноги принесли её к кабинету Говард. Не вдаваясь в раздумия она надавила на ручку двери - та, открылась. Женщина оказалась в небольшом помещении в котором очень приятно пахло. Этого нельзя было не отметить. Да и кабинет не был похож на типичную комнату коллектора. Стеллаж из дерева был заставлен разными растениями: огромный папоротник на самой верхней полке выглядел так, будто бы был выращен в мезозое.       Хелену это не впечатляло, она хотела одного - разоблачить Розу, во чтобы ей это не стало. Агент была уверенна в том, что Роза не на их стороне. Она прияналсь открывать ящики стола, заглядывать на книжные полки и даже под кресло, чтобы найти что-то интересное. Тщетно.       Устало Хелена свалилась на стул, и с его спинки слетела рабочая сумка врача.       - Это знак! - озвучила свои мысли девушка.       Как только она запустила руку во внутрь - её пальцы зацепились за причудливой формы ампулу. Харпер вытащила предмет из сумки и облегчённо вздохнула. Правда, чему радовалась сама не понимала.       "Для кого предназначено лекарство?" - подумала она и продолжила исследовать внутренность вещи.       Внимание Хелены привлекла маленькая книжечка: кожаная на аккуратной атласной ленте, но ужасно потреппаная временем. Шатенка замешкалась - развяжи она ленту, она не завяжет её назад как было, но она чувствовала, что содержимое блокнота - большой секрет.       За дверью в кабинет послышалась ходьба, и Харпер быстро засунула в карман и ампулу, и книжку. В случае чего, она скажет, что заблудилась и все. Шаги стихли и она осторожно покинула кабинет, оставив в нем все так, как было до её прихода. Ну, почти все.

***

      На улице совсем стемнело и снова разыгрался ветер. Сильный, порывистый его удары и свист слышались под землёй. В коллектора стало холодно. Холоднее всех было Розе.       Она обнаружила пропажу записей о своём препарате и сам препарат сразу же, как завершилась операция. Операция завершилась успешно, кровотечение у Джо остановили, но сама она еле выстояла её, так как боль в ноге стала невыносимой. Она чувствовала , как упал гемоглобин, как её собственная кровь её не греет и как силы уходят от неё.       Сильно сжав зубы, Роза шла придерживаясь то о косяки в проёмах, то о стены. Дойти до Гаржи сейчас было основной целью. Дойти и не упасть. Не показать, как тебе больно.       К своему огромному разочарованию на собрание, девушка пришла последней. Все были в сборе: Хелена, Эстер и, самое больное, Леон. Как Говард не хотела, чтоб он её такой видел.       - Ты опоздала, - начала наступление Хелена.       - Это ты рано пришла, - буркнула в ответ врач и села у самой двери на кресло, даже не проходя в центр помещения.       Боковым зрением Леон наблюдал за девушкой. Она сильно и часто сглатывала, закусывала щеки и моргала так часто, будто пыталась сфокусировать зрение на комнате.       - Я бы хотел обсудить с вами наш будущий план действий, - начал Гаржа. - Всем нам необходимо, как можно быстрее, придти к своей цели.       Мужчина остановил взгляд на Розе. Она собирала все силы, чтобы смотреть прямо перед собой. Леон встал со своего кресла и пошёл по направлению к Говард.       Роза звпрокинула голову, закатила глаза и перевернулась с кресла на пол. Упала, будто бы замертво. Бледная, как снег. Казалось в её теле совсем не было крови.       В один прыжок, если это действие, можно было назвать прыжком, Леон оказался возле Айрис. За ним тут же подлетели Эстер и Гаржа.       Кеннеди поднял девушку на руки, чтобы переложить её на диван.       - Холодная как лёд... - запереживал он.       - Где её сумка? Она пришла с сумкой? - волновалась Эстер. - У неё там её лекарство, она не должна его пропускать.       Эстер схватила сумку Говард и вытряхнув содержимое на пол, чуть ли не заплакав развела руки.       - Она не могла его потерять. Не могла.       Леон окончательно перестал понимать, что происходит, но Хелена поняла все. Она стащила что-то настолько важное, что признайся она сейчас, ей доверия не будет.       Харпер выдохнула с недоверием смотря на картину перед собой. Что если этот обморок следствие долгого употребления препарата? Леону грозит тоже самое?       - Я дам ей выпить лекарство. Жидкое железо, должно полегчать, - продолжала Эстер.       Роза пришла в себя в своём кабинете. Голова её лежала на коленях у Кеннеди, он нежно гладил её по волосам: горячие пальцы осторожно касались её прядей, иногда спускаясь к скулам. Движения его были практически невесомые, тыльной стороной руки он будто бы изучал её лицо.       - Ты мог бы играть на фортепиано. Пальцы музыкальные, - прошептала Роза.       Леон по-доброму усмехнулся.       - Я играл когда-то на гитаре. Совсем чуть-чуть. Что с тобой? Как ты чувствуешь себя?       - Лучше. Ничего особенного.       - Не поделишься?       - Это не заразно и не следствие Ферзила. Это моё заболевание, которое никому никак не передаётся, - ответила Роза.       Леон шумно выдохнул и отвёл взгляд куда-то в потолок.       Хелена сидела на старом стуле и раскачиваясь на нем, все-таки решилась развязать атласную ленту на записной книжке.

      "2 июня. Мне совсем плохо. Препарат не справляется. Боль в ноге невыносима. Если становится легче, то только на пару дней, раньше эффекта хватало на неделю."       "Я часто думала о том, что умру здесь. Всегда точно знала, что умру. Но не так, не от рака..."

      На Хелену тяжёлым грузом свалилось осознание того, что она сделала.       "Я сошла с ума! " - проносилось в голове.       Что делать? Нужно срочно вернуть лекарство назад, но как? Что теперь будет?       Собравшись с духом, девушка тихо пошла к кабинету Говард, осознавая, что дальнейшие её действия оттолкнут Леона надолго. Как бы не навсегда.       Она постучала в дверь, но ответа не последовало. Тогда она нажала на дверную ручку и столкнулась с очень тяжёлой для себя картиной: Леон также нежно гладил Розу по голове, а второй рукой держал её за руку.       - Что-то случилось? - обратился он к напарнице.       - Нет, ничего. Я просто хотела узнать как вы... - сорвала Харпер.