Игра теней. Книга 1 - Тени заговоров.

Оправданная жестокость есть часть справедливости.

Александр Мальд

      Утро вступило в свои права, озаряя солнечным светом узкие каменные улочки восьмого кольца Орс-Инора. Птицы щебетали вокруг, а драконий язык уже померк, свернув свои бутоны до наступления темноты. Где-то лаяла собака, и лавочники зазывали прохожих зевак прикупить свой товар. Алас жмурился от ярких солнечных лучей. Всю ночь он провел в допросной комнате местного управления стражи. Ему хотелось пить и ещё больше есть. Он был зол на себя, что так глупо попался, но ещё больше на злосчастного лорда, который с такой легкостью заставил его, Аласа, служить себе. Он ненавидел этого человека всей своей душой. Однако выбирать не приходилось. Либо так, либо никак.       Алас прекрасно это понимал, лорд взял его за горло своими цепкими пальцами и отпускать не смел. Теперь Аласу придется работать на лорда, пока тот не оставит его в покое. Ну или пока Алас вовсе не сдохнет. Причем парень чувствовал, что второе наиболее вероятно. Господин Мани точно не простит ему предательства, это он знал наверняка. Маркус Гальтон ненавидел предателей, никто не любил их, но он был особенно не терпим к этому. Алас видел, что бывает с теми, кто осмеливался так поступать с Мани. Но даже это не так страшно, как долбанный лорд.       Алас не громко выругался и смачно харкнул. Он пошел вниз по восьмому кольцу, подальше от ненавистного здания стражи. Раньше ему не было особого дела до стражников. Они не трогали парней Гальтона, получая свою мзду, и закрывали глаза на мелкие шалости, да и не только. Но теперь все изменилось в одночасье, Алас это понимал. Ему дали это понять, что скоро наступит что-то не совсем хорошее. Власть решила объявить настоящую войну преступным семьям из восьмого кольца. А тот, кто не с ними, против них. Простая истина. И лучше уж быть на стороне победителя в таком случае. Алас знал, что у бандитов нет и шанса против всей стражи столицы, даже небольшого.       Настроение у парня было скверным, он шаркал подошвами кожаных туфлей по каменной дороге, засунув руки в карман брюк. Рана на губе успела затянуться, отчего при любом движении рта появлялось неприятное чувство. Он дошел до ближайшей забегаловки. Алас хорошо знал владельца. Полный мужчина-человек лет пятидесяти в вечно засаленном фартуке. «Винни, кажется, так его зовут», — подумал Алас. Парень не раз заходил к нему за долей для господина Мани, но вот не ел там ни разу. Но сейчас искать что-то другое ему не хотелось. Желудок громко урчал, не давая сосредоточиться более ни на чем, кроме завтрака. Алас вошел внутрь. Такие же деревянные столики и стулья встретили его здесь, как и прежде. Такой же толстый хозяин в засаленном фартуке. И двое мальчишек как и прежде помогали хозяину.       Хозяин оглянулся и увидел вошедшего парня. Легкая паника и страх вкупе с волнением возникли на лице мужчины. Он не понимал, что сейчас забыл здесь этот парень. Неужели он чем-то провинился перед господином Маркусом, судорожно размышлял мужчина. Наконец он набрался смелости и спросил.       — Добрый день, господин Балг, — слова давались ему с большим трудом, а в горле пересохло.       — Добрый день, Винни, — ответил парень, оглядывая все вокруг. Но день не казался ему таким уж добрым. Он был удивлен, что хозяин помнил его в лицо и по имени. Таких громил, как он, много, и каждый раз приходят разные.       — Что-то случилось? Сегодня вроде ещё не конец месяца? Я думал, что господин Мани пришлет вас позже. Я… я еще не успел отложить нужной суммы. Но если надо, я конечно могу. Если вы дадите времени до вечера, — заикаясь и обильно потея, сказал хозяин.       — Не надо волноваться, Винни, — многозначительно ответил парень, пристально глядя в глаза мужчине. — Я просто зашел позавтракать, расслабься.       — Хахах, — нервно рассмеялся хозяин. — Простите, я уж подумал… Конечно, вы же можете у нас перекусить. Хахах, — смеялся Томми, но в его глазах еще стоял легкий страх.       Из-за спины хозяина забегаловки осторожно выглядывали мальчишки-работники. На вид им было не больше десяти-одиннадцати лет. Оба были одеты в чистенькие белые фартуки поверх белых рубашек. Они разносили еду посетителям, тогда как сам Винни готовил. Раньше Алас не обращал внимания, но теперь он увидел, что оба мальчика похожи как две капли воды. У обоих непослушные каштановые волосы, виднеющиеся из-под белых колпаков. Большие темно-карие глаза, тонкие губы, прямые носы и родинка над губой с лева.       — О, так они у вас близнецы, какие хорошие мальцы, — отметил Алас.       — Да, это мои сыновья, Джек и Дик, — ответил хозяин. — Мальчики, поздоровайтесь с добрым господином.       — Здравствуйте, господин Балг, — в один голос протянули мальчишки, показавшись из-за спины своего отца.       — Здравствуйте, — ответил Алас, улыбнувшись. — Какие они у вас большие, скоро перегонят своего отца.       — Это верно, господин. Растут на глазах, порой не успеваю за ними, — продолжал улыбаться Винни, но все же его улыбка оставалась напряженной.       — Ладно, пожарьте мне яичницу с беконом. И, пожалуй, кружку пива. Да и свежую булочку, — резко сменил диалог Алас.       — Да, господин Балг. Сейчас всё будет. Мальчики! За работу, — ответил Винни и отправился на кухню, близнецы последовали за ним.       Алас, откровенно говоря, скучал, сидя за столом. Через пару минут ему подали пиво в большой стеклянной кружке. Он сделал пару глотков, в пересохшем горле чувствовалась прохлада и свежесть, отчего хотелось ещё. Алас опустошил половину кружки практически залпом и поставил её на стол. Это лишь возбудило его аппетит. Наконец ему подали яичницу с беконом и свежую мягкую булочку. Он почувствовал аромат жареного бекона, отчего рот наполнился слюной, а желудок сильно заурчал. Алас по быстрому прикончил яичницу, заедая её беконом и булочкой, и допил пиво. Мальчишка, проходивший мимо, спросил.       — Господин, желаете ещё пива? Или что-то еще?       — Да, пожалуй, ещё кружку, — ответил Алас.       Мальчишка спешно ретировался и уже через минуту нёс новую кружку с пивом. Его брат поспешил убрать грязную посуду со стола и протереть его. Алас поблагодарил ребят и продолжил пить пиво, уже никуда не торопясь. Парень попросил пепельницу, и ему тут же её принесли. Алас подкурил сигарету при помощи тонкой трубки с кусочком дакрия на конце. Он выпускал густой дым кольцами и наблюдал за ними, пока те не развеются.       Наевшись и напившись, Алас почувствовал, что к нему вновь вернулась жизнь и что уже не так плохо, как ему казалось. Он смаковал своё пиво, медленно потягивая его из кружки. В забегаловке появились первые посетители. Алас не обращал на них особого внимания, тогда как они поглядывали на громилу с ссадинами на лице с должной осторожностью. Мало чего можно ждать от отморозков, вроде этого. Конечно, Алас и остальные парни Гальтонов редко устраивали беспорядки, стараясь решать вопросы без лишней крови, но могли и применить силу. Откровенно говоря, народ их побаивался.       Алас допил свое пиво. Он глянул на кружку с некоторой тоской. Хотелось ещё, но не стоило напиваться с самого утра. День обещал быть насыщенным и не самым простым. А ведь ему ещё надо было явиться к господину Мани, и появиться там не трезвым было очень плохой идеей. Вспомнив про своего господина, Алас тяжело вздохнул. Тоска вновь захлестнула его мысли. Или он просто боялся идти туда. Парня нельзя было назвать трусом. Сколько себя помнил, Алас всегда дрался, не отступая даже перед противником сильнее и больше. Но господин Мани был совсем другим. Он вселял некий ужас наравне с непонятным благоговением. Алас и сам не понимал, как можно так бояться и так восхищаться кем-то одновременно.       — Эй, малец! — крикнул Алас, поднимая руку.       Тут же прибежал один из близнецов и спросил:       — Чего желаете, господин?       — Счет, пожалуйста.       — Не стоит, наше заведение радо вашему визиту. Завтрак за наш счет, — отрапортовал мальчишка.       — Так не пойдет, — ответил Алас. Господин Мани, конечно, брал с торговцев свою долю, но не более. И посему не позволял своим парням пользоваться чужими услугами бесплатно, как и сам этого не делал. Он был строг, но справедлив, поэтому и Алас поступал так, как того требовал его господин.       — Господин? — вопросительно посмотрел на Аласа мальчик.       — Вот, возьми. Сдачу оставь, — ответил Алас, положив один мальд на стол.       — Но здесь слишком много! — запротестовал мальчик.       — Спасибо за завтрак. Хорошего дня, — лишь ответил Алас и ушел.       — Хорошего вам дня, господин! — крикнул в след Аласу мальчишка и помахал рукой.       Солнце поднялось уже достаточно высоко, отчего стало еще ярче, да и уже припекало. На шее Аласа выступили капли пота, и он расстегнул две верхние пуговицы воротника рубашки. Он надвинул шляпу почти на самые глаза, чтобы назойливый свет не слепил его. За это Алас и не любил день. Солнце казалось ему мерзким во всем его сиянии, к тому же еще и жарило сильно. Ночью же и без того хватало света, но он не ранил так глаза, и легкая прохлада была приятной. «Надо бы найти какого-нибудь извозчика, чтобы доехать до ближайшей трамвайной остановки», — подумал Алас. Идти пешком ему не хотелось, да и путь не близкий. В восьмом кольце ходили трамваи, но только по главным и большим улицам, на остальных же они попросту не вмещались. Потому и приходилось очень много ходить пешком. Наконец Алас увидел мальчишку, катящего за собой тачанку с пустыми креслами.       — Извозчик! Сюда! — крикнул Алас, и парень повернул голову в его сторону. Мальчишка уже приближался к здоровяку и остановился перед его самым носом.       — Куда вас довести, добрый господин? — поинтересовался мальчик. Он был худой и долговязый, с узкими плечами и тонкими руками и ногами.       — А ты точно сможешь? — подозрительно прищурившись, спросил Алас.       — Обижаете, господин. Я крепкий, я уже давно занимаюсь этой работой. Просто я еще молод, потому и расту вверх.       — Ну, тогда хорошо. Мне нужно к трамвайной остановке, — сказал Алас и полез в тачанку.       Мальчик и в правду оказался весьма крепким, он уверенно тянул за собой тачанку с крупным мужчиной. Алас задумчиво глядел куда-то в сторону, не произнося ни слова, и мальчик не смел нарушить это молчание, а просто шел дальше. Мимо проплывали дома из серого камня и черные фонарные столбы. Город уже вовсю ожил, и туда-сюда сновал народ. Из ближайшей лавки вышел крупный пузатый мужчина и закурил у входа, пуская дым вверх. Через три квартала мальчик свернул вправо и стал спускаться ниже по восьмому кольцу. Алас уже видел трамвайную остановку, на которой было не так много народу. Мальчик дошел до самых рельс и остановился.       — Приехали, господин, — сказал мальчишка.       — Большое спасибо, — ответил Алас и протянул мальчику несколько монет, выходя из тачанки.       — Благодарю вас, добрый господин, — ответил мальчик и отправился искать других клиентов, таща за собой тачанку.       Алас стоял на остановке, поглядывая на часы. Это были хорошие дорогие часы. Золотые, на золотой цепочке и с хитрым резным рисунком. Времени перевалило уже за десять часов. Трамваи здесь ходили достаточно часто, поэтому и вновь прибывший не заставил себя ждать слишком долго. Он был полон меньше, чем наполовину. Многие уже работали в это время дня, потому Алас был рад такому раскладу. Он сел по левую сторону у самого края. Трамваи в Орс-Иноре были открытыми, лишь с крышей и невысокими бортиками по бокам, не то, что в других городах империи. Ведь здесь никогда не бывало холодов. Ехать ему предстояло ещё долго, не меньше часа уж точно. Трамвай проедет ещё половину кольца и будет петлять между этим, прежде чем достигнет нужной остановки. А потом ещё нужно идти пешком несколько кварталов, прежде чем Алас достигнет дома господина Мани.       Парень глянул вокруг. Справа от него сидела симпатичная эльфийка в длинной юбке и блузке с кружевным воротником. Из-под легкой серой шляпки виднелись пряди светлых волос и заостренные уши. Она держала в руках маленькую черную сумочку и тихонько дремала. Алас внимательно изучал девушку: её тонкие черты лица, слегка розовые губы, светлую кожу, легкий румянец на щеках. На повороте трамвай немного дернулся, отчего эльфийка подалась вперед, чуть не уткнувшись носом в спинку переднего сиденья. Она раскрыла в изумлении свои изумрудно-зеленые глаза, обрамленные пышными ресницами, и оглянулась по сторонам. Её взгляд встретился со взглядом Аласа лишь на мгновение, и девушка отвернулась в смущении.       Она вновь украдкой посмотрела на парня, который не сводил с нее взгляд. Теперь уже девушка не скрывала своего любопытства. Парень был хорош собой, хоть и выглядел диковато с этими ссадинами и тонким шрамом на щеке, рослый и крепкий. А его бледно-серая кожа придавала ему некой таинственности. От такого жди беды, но это в нём и привлекало. Алас встал со своего места и подсел к эльфийке. Такой наглости она конечно же не ожидала, но он уже был рядом.       — Погода сегодня прекрасная, вы не находите? — спросил парень, и тут же понял, как это банально прозвучало.       — Не очень-то люблю Солнце, — ответила девушка, пряча взгляд.       — Как интересно! Я ведь тоже, — воскликнул Алас.       — Как странно, вы ведь только что говорили, что погода прекрасная, — удивилась эльфийка.       — Я солгал, — признался Алас. — Многие любят Солнце, подумал, что и вам нравится.       — Мы ещё не успели познакомиться. А вы уже мне солгали, — с сарказмом сказала девушка.       — А вы хотели со мной познакомиться?       — Даже и не знаю. Вы такой лжец. Стоит ли? — прищурившись, ответила эльфийка.       — Мне пришлось так поступить, ведь вы так красивы, — улыбнулся Алас.       — Очередная ложь? Теперь я вам не доверяю, — ответила девушка.       — То есть вы бы поверили мне сразу, если бы не узнали, что я лгу? Вы верите каждому первому встречному?       — Конечно же нет, — возразила девушка. — Просто надеюсь на честность.       — Вот значит как, это весьма интересно. Так все же, как вас зовут? Я Алас.       — Нинит, а вы увиливаете от ответа.       — Очень приятно Нинит. Я не увиливаю, просто пытаюсь вам понравиться.       — Пока безуспешно.       — И что же мне сделать, чтобы всё поменялось?       — Даже не знаю. Может, постараться не лгать, — улыбнувшись, сказала эльфийка.       — Вы очень мило улыбаетесь. Может быть, поужинаем как-нибудь? Например, сегодня?       — Сегодня у меня очень много дел.       — Тогда завтра? — настаивал парень.       — И завтра тоже, увы, но я замужем за своей работой.       — Как же так? Я начинаю ревновать. Вы что, совсем не отдыхаете?       — Почему же, конечно отдыхаю, я ведь тоже живая, — возмутилась эльфийка.       — Тогда, всё-таки когда вы поужинаете со мной?       — Что ж, если вы настаиваете, на следующей неделе, третьим днем. В девять вечера в «Старой Бухте».       — Это та, что в шестом кольце?       — Да, там вкусно кормят. Да и там весьма мило.       — Тогда я буду с нетерпением ждать третьего дня следующей недели, — улыбнулся Алас.       — Надеюсь, что вечер не будет слишком скучным, — ответила девушка.       — Обещаю, что вы не пожалеете.       Они еще долго болтали, пока девушке не пришло время выходить. Она попрощалась с Аласом и ушла. Парень вздохнул от того, что ему не довелось больше времени поболтать с ней. До нужной остановки ехать еще полчаса, и парень решил немного подремать, в управлении он не спал, а потому сейчас на него нахлынула усталость. Спереди сидел молодой паренек-человек в коричневом пиджаке и коричневой кепке. Алас попросил толкнуть его на нужной остановке, чтобы не проехать мимо. Здоровяк закрыл глаза и тут же уснул. Ему ничего не снилось. Может от усталости или ещё из-за чего. Он открыл глаза от того, что кто-то тряс его за плечо. Перед его лицом оказался тот самый парень в коричневом пиджаке. Сначала Алас не совсем понял, что происходит, но со словами парня до него дошло, что он на месте. Он поблагодарил того и вышел из трамвая.       Паршивое Солнце вновь ослепляло своими лучами. Припекало так, что в пору было вылить на себя ведро холодной воды. До дома господина Мани еще минут пятнадцать, а здесь как назло не было видать ни одного извозчика, здесь их в принципе не было. Даже в таком месте, как восьмое кольцо, существовал свой богатый район с большими домами, огороженными высокими заборами, и у каждого здешнего жителя было на чем передвигаться. «Орлиный клюв», — так звался этот район. Не потому, что он был похож на клюв орла, а все благодаря огромному куску дакрия, торчащего из земли, в высоту футов сорок, вот он то и был похож на клюв. Дакрий хоть и был ценным ресурсом, но в городе его было запрещено трогать строго настрого. Да и наказывали за такой проступок весьма сурово. Ведь даже верхние пять колец были практически вырезаны из этого чудного камня. Но и в долине его хватало, поэтому добывали дакрий именно там.       Дом Маркуса Гальтона сложно было назвать домом, скорее он походил на огромную усадьбу с высоким каменным забором. За забором стоял второй забор из стальной сетки, и по всему периметру бродили большие сильные собаки, специально обученные для охраны. Внутри же лежал огромный двор с двухэтажным домом из мрамора посредине. От дома шли различные помещения: конюшня, кухня, гостевые для парней Гальтона и прочие, имелись здесь и бани. Во дворе даже имелся свой пруд. Аласа уже ждали и открыли перед ним дверь в тяжелых воротах. Орк с косым шрамом на лице от правого уха до левой губы отступил в сторону, пропуская парня внутрь. Хоть Алас и был внушителен, но только не рядом с этим парнем, которому он едва доставал до подбородка. Взгляд у орка был тяжелым, а белесый правый глаз лишь добавлял ему угрюмости. «Откуда же господин Мани берет только таких», — всегда поражался Алас. Они, конечно, все крепки, Маркус лично подбирает своих парней, но этот превосходил остальных с его то почти восемью футами роста.       — День добрый, Арог, — махнул парень рукой.       — Алас, — хмуро ответил орк.       — Господин ждет тебя. Можешь идти сразу к нему.       — Я и так собирался. Кстати где он?       — Он сейчас в подвале, занят делами.       — А я не буду его отвлекать? Может, мне стоит подождать, пока он закончит?       — В этом нет необходимости. Господин Маркус велел отправить тебя к нему сразу, как только ты появишься.       «Ну, вот и приплыли», — подумал парень. Он знал, насколько подозрителен и проницателен его господин. Но выбора особо не было, придется идти до конца, лорд крепко ухватил его за причинное место, так сказать, и отпускать не собирался. Конечно, Алас мог бы бежать. Но куда? Да и сколько придется бегать? Будь что будет. И если парню повезет, то он выберется из этой передряги.       — Ну, тогда я, пожалуй, пойду, раз господин ждёт меня.       — Ступай, — коротко ответил орк, закрывая дверь на засов. Он выглядел как каменная статуя, одетая в черный костюм.       «Твой дом — твоя крепость», — любил говаривать Маркус, и потому его дом и был по сути крепостью. Повсюду дежурили крепкие парни в дорогих костюмах. Алас не раз бывал здесь, ему даже доводилось тут дежурить. И всё же, каждый раз, находясь здесь, он поражался всему великолепию вокруг. Маркус не скупился на роскошь и любил все большое. Может быть потому, как сам ростом был не велик, так думал Алас, но предпочитал не говорить об этом своему господину. Он прошел мимо всех построек и прибыл прямо к каменной лестнице у входа в дом, на которой его ждал другой парень в таком же черном костюме, что и орк. Парень был человеком, на вид чуть старше двадцати. Он зачесывал свои длинные светлые волосы назад, а на лице его сияла ослепительная улыбка. Улыбчивый Биркс, или просто Улыбашка, так его звали остальные парни за излишнюю смешливость и вечную улыбку на лице.       — Биркс… Господин уже ждет меня. Мне сказали, что он сейчас в подвале, занят делом.       — Алас, мой друг! Пойдем, я провожу тебя, — ответил Улыбашка и пошел вперед, ведя за собой Аласа.       — Говорят, что ты загремел к стражникам вчера вечером…       — Было дело, — сухо буркнул Алас.       — И что сам лорд Маллиг тебя допрашивал.       — Всё верно.       — Не повезло, не повезло. Господин желает знать подробностей, — всё так же улыбаясь сказал Биркс.       Внутри была большая гостиная с мраморным полом и высоким потолком. Повсюду на полу стояли фарфоровые вазы с цветами. Из гостиной шли три коридора и широкая лестница с перилами, идущая наверх. Биркс шел по правому коридору, Алас шел за ним. В конце виднелась ещё одна лестница, только ведущая вниз. Ступеньки были грубыми и серыми, да и света здесь едва хватало. В подвале на потолке висели тусклые лампочки. На балках крепились толстые веревки и крюки. В углу лежали какие-то мешки. По стенкам стояли полки с кучей разных вещей и инструментов, а в центре стоял массивный железный стол, на котором ничего не было. Рядом со столом на стуле сидел человек лет пятидесяти с залысинами на голове и испуганными глазами. Руки его привязали веревкой к подлокотникам стула. На лице виднелись свежие ссадины, а из губы кровоточило.       Вокруг него стояли трое. Двое громил в черных костюмах и человек невысокого роста и худощавого сложения. На вид ему было лет тридцать. Он был коротко стрижен, а лицо его было гладко выбрито. На нём была белая рубашка с закатанными по локоть рукавами, темно-серый жилет и темно-серые брюки к черным лакированным туфлям.       — Господин Маркус, клянусь вам, я…я, — рыдал мужчина на стуле.       — Армин. К чему мне твои клятвы. Ты огорчил меня, — тихо молвил мужчина в жилетке.       — Я ничего не сделал. Видят боги, я вам не вру, — захлебывался Армин.       — Разве я многого прошу за свою милость и защиту?       — Нет, добрый господин, я не говорил этого, — всхлипывал мужчина.       — Армин. Порой такое бывает, что некоторые считают моё великодушие слабостью. И ты тоже так решил.       — Господин Маркус, я бы никогда не позволил себе такого. Клянусь вам.       — Десятую долю, десятую, не больше и не меньше. Всё, что я просил от тебя. Но ты посчитал, что это слишком много, — нагнувшись ближе к мужчине, прошептал Маркус.       — Это какая-то ошибка. Господин Маркус, поверьте мне, прошу вас, — умолял Армин.       — Я бы и рад, но факты — упрямая вещь. Ты думал, что я ничего не узнаю. Гамм!       — Да, господин, вот, держите, — ответил один из громил и передал Маркусу тетрадь, которую всё это время прятал за спиной.       — Знакомо? — спросил Маркус, тыча тетрадью перед лицом Армина.       — Господин Маркус, я… Простите меня, пожалуйста. Я не хотел, я не знаю, что на меня нашло, — всхлипывал Армин.       — Не знаешь? Ты обманывал меня почти целый год. И думал, что тебе всё сойдет с рук.       — Пощадите, господин Марку. Клянусь, я больше никогда.       — Ты клялся только что о том, что не обманывал меня. Твои клятвы не имеют смысла. Жадность приводит к краху, — задумчиво произнес Маркус. — Но я добр и справедлив, на первый раз прощу тебя, Армин. Но ты отдашь положенную мне десятую часть и ещё десятую за ложь и моё беспокойство.       — Благодарю вас, господин Маркус. Вы так великодушны, — всхлипывал Армин.       — Однако ты должен помнить об этом. И чтобы ты не забыл впредь…       Маркус схватил мужчину за указательный палец и сжал. Раздался неприятный хруст, а затем громкий крик. Армин кричал, корчась от боли, а его палец был неестественно согнут в другую сторону.       — Надеюсь. Впредь ты не станешь больше меня обманывать. В следующий раз не прощу, — прошептал Маркус, но его слова отчего-то звучали так четко и ясно. Армин живо затряс головой в знак своего согласия.       — Гамм! Сопроводи господина Стокса прямо до его дома. Мы же не хотим, чтобы с ним что-то случилось.       — Понял, господин, — громила развязал веревки на руках Армина и поднял того на ноги.       Мужчина всхлипывал, придерживаемый Гаммом. Они почти дошли до лестницы, проходя мимо Аласа, как их окликнул Маркус.       — Армин, я надеюсь, ты усвоил сегодняшний урок, — всё так же тихо сказал Мани.       — Да, господин Маркус. Я больше никогда, я… — заикался Армин.       — Вот и славно, можешь идти, — сказал Мани и, наконец, заметил Аласа. — Ах Алас, давно ты здесь!       — Нет, господин Маркус. Доброго вам дня, — склонил голову парень.       — Не знаю, насколько он добрый. С утра уже столько дел. Не успеваю даже глотнуть чашку кофе.       — Уверен, вы со всем справитесь, господин. Могу узнать, что здесь происходит?       — А, ты об этом. Армин, этот жадный ублюдок. До меня дошли слухи, что он меня обманывает.       — Вы слишком добры, господин. Что простили его.       — Ты так считаешь? — удивился Мани. — Он всё ещё выгоден мне, поэтому я дал ему второй шанс. Какой смысл от мертвой коровы? Один раз разжиться мясом или же получать молоко каждый день и телят каждый год?       — Вы как всегда мудры, мой господин. Я бы об этом думать не стал.       — А ты как всегда прямолинеен и резок, Алас. Но это тоже не такая уж и плохая черта.       — Благодарю вас, господин.       Алас всё пытался понять, о чем думает Мани. Никогда невозможно прочитать этого человека. Алас это знал. Его господин с одинаково спокойным и холодным лицом мог мирно беседовать и так же жестоко наказывать. Маркус всегда говорил очень тихим и вкрадчивым голосом. Поди пойми его.       — Так, ты расскажешь мне про вчера? — осведомился Маркус.       — Вчера я попался лорду Маллигу. Не знаю, что забыл в восьмом кольце чертов старик. Мы с парнями гнались за вором. А потом я влетел в повозку, в которой и ехал лорд. Я и представить не мог, что это он. Пришли стражники и меня отвели в управление. А потом лорд Маллиг допрашивал меня лично.       — И? О чем вы говорили? — пристально глядел на парня Маркус.       — Он спрашивал о вас. Что вы из себя представляете.       — А что же ты?       — Сказал, что знать не знаю. И на вас не работаю, — ответил Алас. Он изо всех сил старался выглядеть невозмутимым.       — И, что же лорд?       — Не поверил не единому моему слову. Но у них на меня ничего не было. Мне лишь выписали штраф и отпустили утром. И я сразу направился к вам.       — А что насчет твоего пистолета?       — Парни Заса постарались. Лорд не заметил, а они его припрятали и отдали мне перед тем, как отпустить. Зас помнит вашу доброту.       — Вот значит как. Ну, тогда думаю, что всё хорошо, — тихо сказал Мани. — Нужно будет отблагодарить Заса. Ты можешь идти, Алас. Думаю, сегодня тебе стоит хорошо отдохнуть.       — Благодарю вас, господин Маркус.       Алас вышел на улицу, гадая, что же на самом деле задумал Маркус. А может, он просто себя накручивает, и нет никакого замысла, и господин ему поверил. Нет, Алас слишком хорошо знал своего господина. Парень глубоко вздохнул и пошел к воротам. Будь что будет, а об остальном он подумает потом. Сейчас же ему скорее нужно добраться до дома и поспать после тяжелой ночи.