Бумажные кольца

      Что-то идёт не так, замечает Леви, когда рядом с ним на совещание садится Майк, а не Тереза. Сначала Леви молчит, он и Майк приветствуют друг друга взглядами, выражающими всё, но надолго Аккермана не хватает. Пользуясь тем, что Ханджи хочет развести Эрвина на очередную поимку титанов, он наклоняется к Захариусу и прямо задаёт вопрос:       — Где Тереза?       — В лазарете.       — И как она туда попала?       — Травмировалась.       — Не заставляй меня вытягивать из тебя по слову, — Леви не угрожает, но по тону его голоса понятно, что он недоволен сухими ответами Майка (будь на месте мужчины Луиза, она бы уже давно тряслась).       — И не думал даже, — Майк хмыкает, открывая папку. — Я так понимаю, слухи ходят правдивые.       — Слухи?       — Да, о том, что ты и Терри — вместе. Вот уж не думал, что ты её заинтересуешь.       — Жалеешь, что не ты?       Леви говорит это специально, зная, что Майку Терри не нужна. В качестве члена отряда — да, но не в качестве предмета симпатии. У него есть Нанаба, и остальные женщины ничего не значат.       — А ты забавный. Иди к ней, я не думаю, что здесь будет что-то интересное. И потом… Она будет рада тебя видеть, только ей не говори, что я так сказал.       — Благодарю.       — И ещё… Терри любит ромашки.       Аккерман удивлён щедрым порывом его души (всё ещё помнит лужу), но кивает и поднимается на ноги, уходя незамеченным — Ханджи слишком эмоционально обьясняет цели эксперимента, а Эрвину слишком безнадёжно от этого, чтобы ещё за кем-то следить.       Лазарет принадлежит лишь одной Терезе. Она приподнимается на подушках и неверяще улыбается, увидев, кто к ней пришёл.       — Только недолго, — предупреждает его Скарлетт, медсестра. — Терезе нужно отдыхать и восстанавливаться.       «У неё же не язык пострадал», — хочет сказать ей Леви, но сдерживается. Нагрубит — она его выставит и будет права.       — Представляешь, всё дело в тросах, совсем прохудились, — начинает тараторить Терри, когда он садится на стул. На краешек кровати посягнуть не решает — виднеется забинтованная нога. — Вот я и шлёпнулась об землю, было неприятно, но не смертельно. А ты откуда как? Разве у вас не должно сейчас быть совещание?..       И замолкает, когда видит, что Леви пришёл с букетом ромашек.       — Оу, Леви, это же ромашки.       Расплывается в улыбке, склоняет голову и протягивает руки к букетику, который Леви ей отдаёт. Прижимает его к лицу, вдыхает запах ромашек и довольно жмурится.       — Как себя чувствуешь?       — Ты пришёл — и стало лучше.       — Из-за меня или ромашек? — уточняет Аккерман. Терри хмыкает и хлопает его по коленке.       — Конечно же из-за ромашек. Шучу, причина в тебе.       Заправляя ей прядь волос за ухо, Леви думает, что отсутствие болтушки Терри всё же заметно.       Пусть не попадает в неприятности как можно чаще.