Violets in our hearts

      Чонгук и Тэхён начали свои отношения спустя полтора месяца дружбы.       И сегодня ровно два месяца, как Тэхён сделал первый шаг и немного обиженно сказал: «ты так и будешь меня мурыжить, или поцелуемся может?».       А затем и вовсе заявил, что дальнейшие поцелуи он будет дарить лишь своему парню, совершенно не прозрачно намекнув немного не решительному «другу». Так и начались их отношения. Под тихий, влюблённый взгляд Чонгука и всё-таки красные от смущения щёки Тэхёна.       Парень стал настолько частым гостем в доме семьи Ким, что его уже без проблем воспринимали за своего, и на тэхёново «у нас сегодня Чонгук!» просто пожимали плечами, мол, ничего нового.       Ким пока смог рассказать лишь старшему брату об отношениях, который в свою очередь сурово осмотрел Чонгука с головы до ног и заявил, что работает в полиции. Так, на всякий случай.       Вот и сегодня, Чон пришёл на все выходные с ночевой и притащил любимый карамельный попкорн Тэхёна. Даже приготовил вкусный ужин для всей семьи, пока младший уплетал сладость за обе щеки, походя на хомяка.       Глубоким вечером комнату заливает пурпурный свет от светодиодной ленты под потолком. Когда Тэхён побывал у Чонгука в комнате, сразу же захотел точно такую же себе и почти верещал от радости, когда старший на следующую встречу молча пришёл клеить её для парня.       — Что делаешь? — Тэхён внезапно отбрасывает свой телефон с открытой вкладкой инстаграмма в сторону.       Он пролезает в кольцо рук Чонгука, который горизонтально держит телефон и мягко чмокает в шею. Интимно, ласково и так приятно.       — Почти прошёл бездну в геншине, — старший говорит сосредоточено, быстро тыкая пальцами по экрану, — минуту, солнце.       Тэхён понимающе угукает. Укладывая голову на плечо, он опаляет своим дыханием шею и оплетает талию. У Чонгука она тонкая, так красиво смотрится в пропорции с телом.       — Я не могу пройти бездну на все звёзды, пока ты дышишь мне в шею, — Чон усмехается, блокируя телефон и так же кладёт его в сторону.       Тэхён хихикает, оживляясь и садится между чужих разведённых ног, перекинув свои так, что можно было обнять за талию лодыжками. Чонгук сидит в подаренной парнем пижаме: клетчатые красные штаны и белая футболка с нарисованным самим Тэхёном любимым персонажем аниме старшего — Дазаем.       — Как дела? — Ким мурлычет, переплетая пальцы на ладонях и ластится.       — Супер, меня не били уже целых две недели, так что губы в целости, — неожиданно дёргая парня на себя, Чонгук выдыхает в приоткрытый от удивления рот и скрепляет руки замком на чужой пояснице. — Можем целоваться сколько угодно.       — Мы всегда целуемся сколько угодно.       Чонгук вместо ответа двигается вперёд, накрывая сладкие губы и втягивает нижнюю. Укладывая руки на шее, Тэхён отвечает, приоткрывая рот, и поглаживает нежную кожу подушечками пальцев. Языки сплетаются вместе, губы смакуются друг другом и прекращать совсем не хочется.       Каждый их поцелуй будет лучше предыдущего, но менее приятным, чем будущий. Тэхён проводит языком по нёбу, чуть сильнее сжимая вороные волосы в ладошке и тает от сжимающих ягодицы рук.       За все два месяца дальше простых прикосновений и поцелуев они не заходили. Оба растягивали момент, понимая, что нужно время. Им было некуда торопиться, отношения не требовали интимной связи, но сейчас…       Сейчас Тэхён тихо стонет в поцелуй, сдавая позиции первым, потому что когда твои ягодицы поглаживают и сжимают сквозь ткань пижамных штанов, вылизывая при этом рот, сдерживаться ну очень тяжело.       — Тише, — Чонгук отстраняется, специально сжимая ягодицу одной рукой ещё раз, а второй забирается под футболку, оглаживая мягкий животик, — или хочешь, чтобы твои родители нас услышали?       — А ты меня не провоцируй, — Тэхён покрывается мурашками и водит ладонью по правому боку Чонгука, второй массируя загривок. — Тогда и не услышат.       Чонгук тихо смеётся, снова втягивая в поцелуй. Ощущая, как у младшего топорщатся штаны, он накрывает полувставший член ладонью, слегка сжимая в руке.       У Тэхёна по коже проходит уже которая волна мурашек и легко ощутимая дрожь. Чон массирует, гладит пальцами член сквозь ткань, возбуждая до окончательной точки.       — Чонгук, — сбито шепча и утыкаясь лбом в его лоб, Тэхён закрывает глаза.       — Ты что, без белья? — старший оттягивает резинку на штанах и касается горячей плоти.       Тэхён дёргается, выпрямляя спину и опирается руками сзади на матрас. Чонгук большим пальцем слабо давит на головку, заставляя младшего сильнее сжать челюсти. Он размазывает выступившую смазку и начинает медленно проводить по всей длине.       — Снимай штаны, — Чон шепчет, быстро вытаскивая руку, и тянет за резинку вниз, помогая освободиться от мешающей ткани приподнявшему бёдра Тэхёну.       Младший двигается ближе, припадает к губам своими, хныча от приятных прикосновений. Чонгук водит по его члену уже быстрее, дразня бусинку соска пальцами и отвечая на поцелуй.       Боже, руки Чона на его члене в сравнении со своими не идут вообще. Тэхён начинает подмахивать бёдрами и проезжается по чужому, не менее чувствующемуся, возбуждению.       Он быстро опускает руку вниз, закрадываясь под резинку штанов и бельё, накрывая рукой член. Массируя яички, Тэхён загорается от того, как Чонгук шумно втягивает воздух сквозь зубы и чуть крепче сжимает руку, вынуждая проскулить.       Ким поднимает ладонь выше, оглаживает венки подушечками пальцев несколько раз и начинает водить быстрее, постепенно подстраиваясь в такт чужой руки.       По комнате раздаются ритмичные звуки хлопанья.       Они дрочат друг другу сидя на кровати в пурпурном свете и ловят шумные вздохи с любимых губ ртами. Это чертовски будоражит.       Тэхён свободной рукой водит по горячему телу Чонгука, иногда закатывая глаза от удовольствия, он широко распахивает рот и проводит влажным языком по нижней губе.       Чонгук пользуется таким моментом: обеими руками притягивает Тэхёна к себе за лицо и целует жадно, глубоко, посасывает юркий язык, заставляя мелко дрожать.       Обхватывая оба члена рукой, Чон тихо стонет, запрокинув голову назад, и прикрывает глаза от влажных губ на своей шее. Тэхён сжимает пальцами коричневый сосок, сдерживаясь, чтобы не оставить парочку засосов и ведёт губами к уху, жарко шепча:       — Ты меня с ума сводишь.       Чонгук в ответ на это улыбается, опуская голову, и смотрит прямо в глаза. Тэхён окольцовывает шею одной рукой, закусывает палец на ладони и начинает дрожать в предоргазменных судорогах.       — Смотри на меня, — старший говорит чётко, — я хочу, чтобы мы кончили одновременно.       Тэхён быстро-быстро кивает, сдерживаясь, и в самый пик своих ощущений стискивает пальцы на крепких плечах, с трудом не отводя взгляда от чёрных пленяющих глаз. Они кончают одновременно в руку Чонгуку, не дыша с пару секунд от крышесносных ощущений.       Напряжение медленно сходит с мышц. Они резко выдыхают, чувствуя слабость во всём теле. Тэхён сглатывает слюну во рту, утыкаясь носом между шеей и ключицами Чонгука, пока тот тянется за салфетками на подоконник окна, у которого стоит кровать и вытирает руку.       — Ты уверен, что до этого никогда и ни с кем не занимался петтингом и сексом? — Тэхён тараторит, всё ещё часто и быстро дыша. — Я думал, что заплачу от удовольствия.       — Можешь быть уверен, что ты первый, кого коснулась моя рука, — Чонгук смеётся, сползая немного вниз, и поглаживает спину Тэхёна, чувствуя как колотится собственное сердце.       — Когда у нас будет полноценный секс — нужно, чтобы дома мы были одни.       — Но согласись, факт того, что мы не одни даже возбуждает, — Чонгук чуть отстраняется, легонько кусая Кима за подбородок и усмехается в ответ на шипение.       — Не спорю, но мне хочется стонать твоё имя, не утыкаясь лицом в подушку.       — Блять, солнце, — Чонгук смеётся, отворачиваясь.       Тэхён так и засыпает с голой задницей, заботливо укрытой одеялом, пока сопит в подушку, двумя руками обнимая руку Чонгука. Старший всё ещё не может поверить своему счастью, чуть крепче сжимая сокровище в своих руках и засыпает под сонное причмокивание губами.