Стать Частью Семьи Убийц?! Какого ху-!

Вторая Глава || Верное решение

      Рон всегда считал себя идеальным убийцей. А идеальный убийца - это хладнокровный убийца. Бывший патриарх всегда считал себя человеком ума, а не эмоций. Он считал себя достаточно хорошим актёром, чтобы обдурить всё графское поместье по поводу своей истинной личности. Старший Молан считал, что не глуп, раз смог устроить себе с сыном весьма неплохую жизнь после трагедии.              Но считать-то он считал, да вот видно просчитался, раз уж на это очень жирно намекнул Бикрокс, во время их последнего разговора. Его сын сказал, что он излишне беспокоится, и Рон, хоть убей, не мог понять, что тот имел ввиду, ведь он ни о чём не тревожился. Сразу после той беседы дворецкий вновь попытался проанализировать себя. Пытаясь найти изменения в своём поведении и привычках, Рон никак не мог определить, что именно поменялось. Что заставило его, даже если и на немного, но изменить поведение? Ведь Бикрокс не шутит на подобный счёт.       Ответ пришёл неожиданно. Даже слишком неожиданно.       В тот вечер, он, как и всегда, отправился к комнате щенка. Тот был в немного хаотичном состоянии из-за недавнего неприятного события. Смерти Джур Хенитьюз, а точнее её похорон. Маленький алый огонёк энергии и счастья потух, и это вызвало чувство смятения в душе Рона. Щенок отказывался есть, выходить из собственных покоев, видеться с кем-либо и не впускал слуг в комнату. Своего няньку, который имел статус дворецкого, мальчишка предпочитал игнорировать, свернувшись в клубок под одеялом на постели.       Вроде бы отгородился щенок от всех и вся, что Молан вполне способен понять. Шла всего вторая неделя со смерти графини Хенитьюз. Бикрокс после смерти своей матери также был немного оторван от мира около месяца или двух. Его сын тогда скорбил и щенок сейчас тоже скорбит. Рон это мог понять, но то, каким разбитым выглядел щенок приносило душевную боль. И эти чувства приходили к нему так медленно, что он даже не замечал этого.       И всё же, как было упомянуто ранее, дворецкий направлялся к щенку. Он иногда относил ему в комнату подносы с лёгкой едой(к которой, к его следующему приходу, даже прикоснулись, а не проигнорировали. Успех!) или просто приходил убираться. И в этот раз так же, не проигнорировав правила этикета, он постучался в комнату и спросил разрешение войти. Улыбка, натянутая на лицо, соскочила на мгновение, когда он услышал ответ.       Щенок заговорил?       Мальчишка с самих похорон оставался невербальным. Не произносил не единого словечка, даже не мычал что-либо в ответ. Даже, когда щенку снились кошмары, он не произнёс ни словечка, ни крика, ни визга. Ничего. И тут вдруг ответил отчётливым «Войдите» на спрашивающий разрешения на вход стук в дверь. Рон был, мягко говоря, в недоумении.       Наскоро обработав факт того, что ребёнок заговорил, дворецкий зашёл в спальню. Аловолосый мальчишка, весь такой тощий, бледный и больной на вид, стоял перед зеркалом в пижаме и смотрел на взрослого взглядом, в котором точно читалось замешательство. Что так смутило ребёнка? Убийца смотрел в красно-карие глаза сложным взглядом.       Некоторое время они простояли в тишине, глядя друг на друга. – Я хочу умыться и поесть, – детский голос звучал невозмутимо, несмотря на хриплость.       Рон моргнул. Решив подумать об этом позже, дворецкий кивает и шире улыбается мальчику. Развернувшись, он пошёл в сторону купальни, дверь в которую располагалась здесь же. Согреть воду и набрать её в ванную дело нехитрое, так что дворецкий решает недолго покопаться в себе. Почему он заметил, что дышать стало легче, только когда щенок с ним заговорил? Почему он не замечал эту тяжесть, что сдавливала лёгкие и порой кружила голову? Сотни вопросов «Почему?» заполнили мысли, но Молан тряхнул головой, поняв, что с делом покончено. Выйдя из купальни, мужчина позвал мальчишку мыться.       Впрочем… Ответ на эти вопросы он нашёл тем же днём. Просто чуть позднее.       Как только с мытьём было покончено и щенок был одет, Рон хотел отвести мальчика в столовую и сказать Бикроксу что-то по-быстрому приготовить мальчишке. На самом деле, он хотел бы покормить щенка в его комнате, но того с детства было приказано приручать к столовой. И рациональная часть мозга говорила так и сделать. Другая часть, благодаря которой он до сих пор жив, твердила о какой-то опасности. Но дворецкий сглупил, решив поступить по первоначальному плану.       Мальчик шёл позади него по коридорам, когда он услышал, что к ним приближаются служанки, не заботящиеся, что их разговор Рон отчётливо слышал. Решив, что в этом нет ничего особенного, он продолжил идти. Из-за угла на встречу вышли трое девушек, что выпрямились при виде него, явно не сразу заметив. Одна из них поздоровалась за всех сразу, но осеклась, видимо, заметив юного господина позади дворецкого. Поняв, что что-то не так, он обернулся и почувствовал, как его сердце пропустило удар. Лицо ребёнка шести лет не должно выглядеть так, словно сознание этого самого ребёнка оторвано от мира! Нет. Просто нет.       Грубо отослав служанок, Рон опустился перед мальчиком на одно колено. Из-за чего он выглядит таким опустошённым? Через мгновение убийца понял, что тот даже не реагирует ни на что, не смотрит на него. Ребёнок резко зажмурился и поднёс руку к голове, словно пытаясь унять головную боль. Забеспокоившись, мужчина позвал щенка. – Молодой господин? – ребёнок вяло моргнул. – Молодой господин Кейл?       Красно-карие глаза впервые за долгое время осознанно посмотрели на него, и, глядя так, щенок ответил: – Я в порядке.., – на мгновение прикрыв глаза, словно задумываясь, мальчишка уже с вопросом уставился на него. – А куда мы вообще направляемся, Рон?       Вопрос заставил дворецкого обеспокоено, что совершенно ему не было свойственно, посмотреть на ребёнка. Вздохнув, он снова надел маску, что обычно успокаивала мальчишку и улыбнулся. Тем временем сам щенок оглядел коридор и вернул взгляд к нему, явно про себя задаваясь каким-то вопросом. Не гадая, мужчина всё же ответил на последний из озвученных. – В столовую, молодой господин.       Умолкнув на секунду, дворецкий снова задумался насчёт причины того, что мальчик дистанционировался. Возможно ли, что это произошло из-за людей, не настолько хорошо знакомых ему, как, например, Рон? Поняв, что иных вариантов ему в голову не приходит, он предложил щенку выбор: – Может быть, мне стоит отвести Вас в Вашу комнату и туда отнести еду? – сдержав улыбку на запутанный взгляд ребёнка, дворецкий скоро услышал ответ. – Мне всё равно.       Услышав эти слова, Рон на мгновение забеспокоился, но поспешил кивнуть, осознав эмоцию. Развернувшись, он пошёл обратно в комнату, слушая ритмичные детские шажочки позади.       Беспокойство. Он беспокился о щенке. Рон Молан беспокоился о человеке, который даже не являлся ему сыном (а это был единственный человек, беспокойство за которого было оправданно). Бикрокс, его последний оставшийся в живых член семьи, понял эмоции своего отца даже лучше оного, что согревало мужчине сердце. Но всё же. Он беспокоился.       Дойдя до комнаты щенка и оставив его там, Рон быстрым шагом отправился на кухню. К сыну. К тому, кто понимал его эмоции лучше его самого.

***

      Бикрокс проводил взглядом одну из работниц кухни. Большинство слуг во время работы или ночью уходили из поместья и проводили время в тавернах после рабочего дня, чтобы расслабиться. Это не было редкостью в домах аристократов и вообще каких-либо господ. Потому в ближайшие часа два он не ожидал увидеть на кухне никого кроме себя, отражающегося на блестящих поверхностях помещения.       И именно поэтому неожиданно ворвавшийся на кухню отец удивил его. Плюсом к внезапному появлению были глаза, которые выражали несколько перевёрнутое мировоззрение своего владельца. – Сын, – тут же поприветствовал его дворецкий, вбежав в помещение и захлопнув за собой дверь. (Это не было хлопком для нормального человека, но они - Моланы, они не обычные люди) – Отец, – кивком ответил на приветствие Бикрокс. – Ты был с юным господином?       Потерянный на вид мужчина (что заметил только его сын) улыбнулся ему. – Верно-верно, мой умный сын, – хмыкает старший, спрашивая: – Можешь приготовить что-нибудь лёгкое?       Шеф-повар удивлённо приподнимает брови, прекрасно понимая, что это не его отец внезапно проголодался. Хмыкнув, он кивает, отворачиваясь за ингредиентами, не тревожа Рона, который, видимо, рассматривал открывшиеся для него новые грани своего характера.       Бикрокс достал несколько фруктов и полез в нижний ящик за крупами. Честно говоря, он тоже беспокоился о сыне графа, в особенности за его желудок. Судя по словам отца, он едва ли прикасался к еде, что, по его мнению, неприемлемо. И, учитывая голодовку их юного господина, младший Молан решил сделать фруктовую кашу. Как можно более жидкую. Иначе у мальчишки могут быть проблемы, если он приготовит что-то более тяжёлое, как, например ( не дай бог!), мясо.       Разжигая огонь, шеф-повар поставил воду нагреваться и повернулся к другой части кухни, чтобы нарезать фрукты. Примерно в это же время отец начал понемногу приходить в себя. – Что ты думаешь? – раздался голос в своеобразной тишине комнаты.       Бикрокс даже не повернулся к нему, на мгновение задумываясь. – О чём? – он догадывается, о чём спрашивает отец, но не уверен полностью. – О ситуации в общем, – решив опереться на стену, подсказывает дворецкий.       О, так вот о чём речь. Молан младший задумчиво хмыкает, перебегая на другую часть кухни, окуная крупы в кипяток. Бикрокс знал, что молод (ему буквально пару месяцев назад исполнился двадцать первый год), но считал себя достаточно взрослым, чтобы иметь голос в их с отцом планах, касаемо их жизни в бегах. И его отец, хоть по началу и раздражался, но уважал его мнение, что безмерно приятно.       Хотя, если быть честными, у их планов не было конечной цели, только главная. Не дать ублюдкам до себя добраться и защищать друг друга. Просто и лаконично. Но, чтобы не дать себя достать, надо вечно передвигаться, путая следы. Хотя планы пошли немного не по той дорожке, и вот они уже несколько лет находятся в землях вина и мрамора, а точнее в графстве Хенитьюз.       У них в самом деле не было в планах задерживаться здесь более чем на полгода, максимум год. Но Бикрокс однажды заметил, что по прошествию полугода отец не поторапливал сына собирать вещи. Словно желая остаться здесь, и причиной тому были двое людей: Джур Хенитьюз, здешняя графиня, и её малолетний сын. Говоря честно, младшему Молану также нравилась графиня, что была простой женщиной. Когда он ещё не являлся шеф-поваром, женщина часто бывала на кухне, желая в ручную что-то состряпать для своего сына. И у неё это неплохо получалось, так что Бикроксу мадам Джур вполне нравилась.       К её сыну парень тоже относился неплохо, когда удавалось увидеть его. Милый, умный для своего возраста мальчишка, смахивающий иногда на щенка. Против этих двух, как, впрочем, и против графа до недавнего времени, Бикрокс ничего не имел.       Видя, что отец не стремился уходить и даже начал по-своему заботится о двух обитателях этого дома, парень молчал, довольствуясь тем, что у него наконец появилась постоянная кухня. Конечно, иногда подступающая паранойя кричала и ему, и отцу двигаться, но оба понимали, что это одно из последствий разрушения их дома. – Не вижу причин ни для того, что остаться, ни для того, чтобы уходить, – в итоге произносит Бикрокс. – Хотя мне перестал нравиться граф.       Когда он пошёл за фруктами, чтобы бросить их к крупе, шеф-повар заметил на лице отца ухмылку. Да, им обоим перестал нравиться граф.       Конечно, сравнивать своё горе с чужим - это глупо, особенно если его с отцом трагедия сблизила, а господ отдалила. Но его отец пытался и до сих пор пытается дать ему только лучшее, навещает, разговаривает. В то время как граф Хенитьюз перестал делать всë это, словно отрёкся от своего ребёнка, даже не пытаясь спросить у прислуги, как его сын поживает, не то, чтобы хотя бы попытаться навестить мальчика. Бикрокса это одинаково раздражало и разочаровывало.       И когда мальчишка буквально закрылся для окружающего мира, его отец начал беспокоиться. Спустя примерно неделю, Бикрокс понял, что бывший патриарх, видимо, не осознаёт своих чувств, потому что появлялось ощущение, будто дворецкий себя специально изматывал работой. В конечном итоге сын сказал своему отцу поменьше беспокоиться. И следующую неделю мужчина был немного нервным, но уже по другому поводу.       И вот сейчас он подошёл к Бикроксу и взял блюдо на подносе. – Давайте наблюдать за обстановкой, отец, – напоследок сказал парень отцу, который хмыкнул и кивнул, повернувшись и выйдя из кухни. – И действовать без колебаний, когда это потребуется, – сказал напоследок дворецкий, закрыв за собой дверь.

***       ***       ***

      Женщина погладила по голове сына, что с интересом осматривал город, в который они только въехали, через окно кареты. Мальчик улыбнулся маме и снова отвернулся к окну.       Она была взволнована и обеспокоена одновременно.       Взволнована, потому что она ехала к мужчине, которого любила. И он любил еë в ответ, несмотря на то, что у неë уже был ребëнок. И она была взволнована встречей с возлюбленным.       Виолан снова посмотрела на сына.       Обеспокоена она была тем, что у любимого мужчины была жена и есть сын. Она понимала, насколько неправильно любить женатого мужчину, но она могла признаться себе в том, что чувствовала.       И ей искренне жаль покойную графиню и она печалится, что та умерла столь молодой. Бывшая хозяйка поместья была прекрасной женщиной, сколько бы леди о ней не слышала. Джур Хенитьюз - потрясающая графиня. И Виолан не уверена, что сможет стать такой же.       Но это была не единственная причина для беспокойства.       Взгляд снова скользнул к собственному сыну.       Кейл Хенитьюз, плод любви Дерута и Джур. Счастливый, умный и красивый мальчик, Кейл Хенитьюз являлся буквально копией своей матери.       Мальчик, который, по слухам, погас после смерти графини. Никто не видел, чтобы он покидал покои более месяца после похорон. Если граф не был тем, кто любил Джур больше всех, то это был еë сын.       И она беспокоилась о том, что вот так просто заявится в его жизнь в качестве мачехи. Конечно, Дерут сказал ей, что мальчик будет более чем рад Виолан. Но это не означало, что он в курсе еë приезда.       Рука снова потянулась к голове сына.       Она была обеспокоена чувствами Кейла, хотя Дерут сказал не волноваться.       Он ведь отец, он должен знать своего ребёнка лучше, верно? Но почему тогда она так обеспокоена? Дерут ведь должен знать лучше, значит беспокоиться не о чем? Верно?       Виолан посмотрела на Вестерн за окном. До Дерута оставалось меньше часа езды.       Внезапно откуда-то спереди был задан вопрос: – Госпожа Виолан, не хотите перекусить?       Женщина подняла голову, посмотрела на мужчину, сидевшего на месте кучера, и улыбнулась.       Накормить их вполне могли и в поместье – старший, что задал вопрос, знал это, но он спросил, не хочет ли она отдохнуть. Привести мысли в порядок перед встречей с Дерутом после долгой поездки, а не сразу окунаться в жизнь графства. – Всë в порядке, учитель-ним, чем быстрее прибудем, тем лучше, – мужчина усмехнулся со своего места, и тишина вернулась.       Виолан вновь еле заметно улыбнулась. Эдро был еë учителем по фехтованию, когда она сама ещё была дочкой дворянина, а он - вице-капитаном отряда. После того, как еë семья разорилась, а она сама решила уйти в жестокий мир торговли, весь отряд Эдро вместе с ним во главе, отказались от своих званий рыцарей и отправились с ней в качестве охранников.       Будущая графиня снова оглянулась на Вестерн за стеклом.       Она надеется, что всë будет хорошо.

***       ***       ***

      Ким Рок Су, нет, теперь это Кейл, никогда не считал, что поджог или убийство в решении каких-либо проблем были обязательны. Но, смотря на подбегающего к нему и Бикроксу Рона, мальчишка понимал, что решение менять уже поздновато (да и он не сильно хотел).       Убийца быстро подбежал к сыну и мальчику, который теперь был под его неофициальной опекой, и оглядел их напоследок.       Память Кейла невольно вернулась к событиям полугодовой давности.       Приезд известной ему благодаря книге графини Хенитьюз и еë сына. Виолан и Басена.       И чем дольше они пребывали в поместье, тем хуже становилась домашняя ситуация между членами семьи Хенитьюз. А если конкретно, то между ним и графом.       О том, что приехала Виолан, Кейл прознал в первый же день, благодаря шëпоту слуг. Через неделю после того, как пара матери и сына переехала, была сыграна свадьба. А предыдущая графиня умерла всего лишь каких-то два-три месяца назад. По мнению аловолосого, это значительно небольшое время для повторной женитьбы. Даже чëртового года не прошло.       Смотря на действия графа, у Кейла возникало желание стать таким же мусором, как и его книжный вариант. В самом деле, это начинало звучать заманчивым.       Но, к сожалению, это шло немного вразрез с его нынешними планами на будущее.       Да и ему сейчас всего семь лет, кто продаст алкоголь маленькому мальчику?       Кейл вновь оглядел вид ночного поместья, в котором потихоньку поднимался шум.       Изначально он хотел остаться в доме Хенитьюз, чтобы в любой момент пользоваться богатством семьи. Но это было изначально, пока он, наконец, не встретился с отцом.       Нет, подождите, этого человека вообще нельзя называть отцом.       На самом деле Кейл сомневается в том, что граф - взрослый человек. Он утешался сыном в день похорон (хотя должно было быть наоборот), он ни разу не навестил своего сына за полтора месяца, даже не пытался позвать. И Кейл, против своей воли, подмечал всë больше отрицательных черт в графе.       И всë из-за того, что его сын напоминал ему бывшую жену. Кейлу этот человек противен. Дядя так же не любил Ким Рок Су за сильное сходство с матерью. Хотя действия графа и дяди совершенно разные, взрослый человек должен научиться жить нормально после трагедии хотя бы ради своих людей. Своих детей.       И, с осуждением смотря на графа, Кейл разделил время своего времяпрепровождения между покоями и библиотекой.       Кейл ещë не решил, стоит ему оставаться в доме Хенитьюз или нет, поэтому занял себя литературой этого мира, чтобы узнать как можно больше. Он знал, что Рождение Героя не даст ему всех нужных знаний как минимум потому, что книга велась от лица главного героя, Чхве Хана.       Он также не знал, стоит ли ему сталкиваться с будущим героем. С одной стороны, его можно каким-то образом свести с Моланами... С другой, он знает по книге, что их троица была сильной в бою, но это всë равно мало помогало против Руки.       Хотя можно было помогать им из-за кулис, Кейл сразу отказался от этой идеи и продолжил читать две книги одновременно. Это была история Империи Могору. Одна книга была написана на языке западного континента, другая на языке Могору.       Зная, что примерно произойдёт в Империи, Кейл не посчитал лишним потрудиться выучить другой язык.       Обобщая всё вышесказанное, включая свадьбу с Виолан, чем дольше Кейл смотрел на домашнюю ситуацию между ним и отцом, тем меньше он хотел оставаться. И когда он заметил несильную суматоху со стороны Моланов, он кое-что осознал.       Рон и Бикрокс были беглецами, что нашли убежище на землях Хенитьюз. Они также пострадали в прошлом от Руки, хотя за все тома ни разу не говорилось, что именно у них произошло. Но факт есть факт. Моланы ненавидят Руку.       И, как только появился Чхве Хан, они без зазрения совести покинули дом Хенитьюз сразу после избиения оригинального Кейла.       И, складывая эти факты с нынешним странным поведением дворецкого и шеф-повара, Кейл догадался, что они планировали.       Побег.       После какого-то момента ночью, который Запись стëрла из памяти (что его беспокоит, но он старается не думать об этом), Рон начал общаться с ним более откровенно и стало меньше этих противных добро-фальшивых улыбок, что явно было к лучшему.       И, скорее всего из-за этого странного, но вовсе не нежеланного сближения, Кейл оказался здесь. Стоит рядом с Моланами и смотрит на поместье, в котором поднялся шум из-за пожара на кухне шеф-повара.       Кейл смотрит на Рона и Бикрокса, те в ответ глядят на него, а не на поместье. Они беспокоятся о нëм, и бывшему Ким Рок Су этого достаточно. – Мы идëм? – он нарушает тишину между ними.       Рон хмыкает и обращает взгляд к своему сыну. Тот предлагает ребёнку свою спину, в то время как его отец будет нести их вещи.       Кейл улыбается.       Да, возможно, он принял не самое лучшее решение, но он придумает, что с этим делать.

***

      В эту ночь граф Хенитьюз потерял сознание, узнав о пожаре на второй кухне. Узнав о потере шеф-повара, дворецкого и сына.       В эту ночь обугленные трупы были приняты за вышеупомянутых, хотя и опознать их было практически невозможно.       Эта ночь стала первой, когда упоминание людей с алыми волосами стало табу.       И в эту ночь Кейл Хенитьюз принял верное решение.