Взаимное сопротивление

Эрен

      — Конни, это из-за тебя, — весело пропел я. Спрингер, видимо, разозлился, не уловив моей шутки.       Парень скрестил руки на груди, закатывая глаза.              — Ой, блять. Зато было весело.       — Очень, — буркнул Армин.       — Ты вообще молчи, — тыкнул в блондина пальцем Спрингер.       — Армин просто расстроился, что возможно не пойдет к Эн…       Тут мой смущенный друг не дал мне договорить, закрыв мой рот ладонью. Я хрюкнул от смеха, а Конни подозрительно прищурился.       — Ну и что это значит? — скрестил руки на груди бритоголовый. Армин загадочно улыбнулся ему, опустив руку.       — А ты что, не в курсе? — с наигранным удивлением спросил я, — Армин с Энни заговорил!       — Да блин, Эрен! — Арлерт больно пихнул меня в плечо. Я снова заржал.       — Ниху…       — ХВАТИ-И-И-Т! — проныл Армин, закрывая лицо руками, а потом достал свой телефон, — я выйду отсюда, а вас оставлю здесь. Надоели вы мне.       Мы с Конни чуть ли не распластались на полу от хохота.       — Звони Микасочке. Она нас вытащит, — сказал Конни, глянув в экран телефона.       — Чего ты сказанул? — спросил я грубо прежде, чем подумал. Было поздно. Конни и Армин смотрели на меня как на дебила. А что? Я был недоволен такому прозвищу. Микасочке… Это моя Микасочка, чёрт возьми!       «Чёрт, Йегер, вы даже не пара. Она не твоя. Что за необоснованные приступы ревности?»       Не моя. Но она мне нравилась так сильно, что я не хотел её ни с кем делить. И такие прозвища слышать в её сторону от кого-то я не хочу. С другой стороны, это Конни. Будь это Жан, я бы уже давно впечатал его в стену и он находился бы в ней как самый глупый экспонат в мире.       — А что это мы такие кислые вдруг стали? — снова прищурился Спрингер, подходя ближе ко мне, — не понравилось, как я твою любимую назвал?       — Она не моя…       — Да брось! — в унисон сказали парни. Блин.       — Я сам ей позвоню, — сменил я тему. Набирая Микасу, я молился, чтобы она взяла трубку. Как никак шёл урок. И мы на него опоздали. Раздалось несколько гудков, затем послышался бодрый и немного волнующийся голос Аккерсан:       — Эрен? Где ты?       — Мик…       —Микаса, мы в полной заднице! В буквальном смысле! — проорал в трубку Конни, переключая на громкую связь, — Спасай нас срочно! Беги на второй этаж. Мы в какой-то пещере. Беги, дорогуша!       — О Боже. Что…?       — Прозвучит дико, но мы убегали от прошмандовки! — тут мы с Армином не выдержали и начали громко смеяться, –— Скорее беги сюда и спасай наши зады! И Сашу с собой брать не смей. Эта дура начнет снимать влоги.       — Эм… Конни, она все слышит, —       сказала Микаса, хихикнув. Видимо, Браус тоже поставила на громкую связь. Она и Спрингер — потерянные брат и сестра, это точно.       — Конни, жди меня, — послышался голос Браус.       — Урок идёт? — спросил я, отпихивая от себя Конни, потому что от этого ходячего громкоговорителя у меня болела голова.       — Нет. Вам повезло, — сказала Микаса, и я услышал в трубке звуки шагов, — мы уже идём.       Вздохнув, я убрал телефон обратно в карман. Армин что-то недовольно бормотал, от чего Конни тихо смеялся, тем самым беся Арлерта ещё сильнее. Я улыбнулся. Я очень люблю своих друзей. С ними всегда было комфортно.       — Эрен, ты извини, — сказал вдруг Конни. Я понял, о чём он. Микаса.       — Всё путем. Мне тоже не стоит так реагировать.       Мы замолчали, а потом Конни проныл:       — Блин. Саша меня убьёт.

Микаса

      Тем поздним вечером, когда Эрен незапланированно познакомился с моими родителями, мне хотелось умереть от смущения. И перед Йегером, и перед родителями. Не думала я, что всё выйдет так. Родители сказали, что вернутся домой очень поздно, а на деле пришли рано. Боже, а это лицо папы… Как он на Эрена смотрел. Тогда я думала, что он просто его убьёт. Убьёт и закопает в нашем саду.       «С мальчиками не встречаться, поняла?» Вспомнились его слова в первый учебный день. Мы с Эреном не встречались, и парой не были. Я ему как друг хороший, он для меня — нечто большее. Все невзаимно. Но почему-то я думала, что нарушила обещание, которое сама же себе дала. Так и было. Влюбиться в Эрена не входило в мои планы. Когда это началось? Когда я узнала, что он хочет отлепить жвачку с моего стула или когда в тот же день повязал мне на шею свой шарф? Или когда помог мне в первый раз с тестом? Когда? Когда это началось?

***

      — Сегодня свершится смерть Конни. И да, я буду снимать влог.       Саша недовольно бурчала, пока мы шли к нашим горе-одноклассникам. Я хихикнула подруге. Эта ситуация с замкнутой дверью забавляла. Рядом с этими ребятами я чувствовала себя счастливой. У меня никогда не было таких друзей, таких хороших одноклассников. Веселых, поддерживающих, дружных. Я всегда мечтала о таких друзьях. И теперь у меня они есть. Безумно люблю их.       Когда я и Саша дошли до — вроде как — нужной двери, мы тихо позвали ребят. Они заулюлюкали достаточно громко, чтобы их услышали из соседних кабинетов.       — Заткнитесь, — шикнула Саша шёпотом, — чёрт, и что теперь с ними делать?       — Микаса, — подал голос Конни за дверью, — надеюсь, ты там придумываешь гениальный план? Ибо Армин сейчас задохнётся от пыли.       — Конни, не неси бред, — послышался недовольный тон Армина. Да, я уже активно думала, как их вытащить максимально быстро до прихода учителя.       — Что там стоит? — спросила я, — в комнате.       — Швабры всякие, — сказал Эрен.       — Точно! — слишком громко крикнул Армин, — вполне возможно, что нас закрыла техничка. Саша может найти техничку, пока Микаса будет сторожить дверь на всякий случай. Если кто-то тебя увидит, Саша, придумай что-нибудь.       — Но что я придумаю?!       — Вот именно! Что она придумает? — возмутился Конни, — она только есть умеет!       — Ах ты петушара лысый!       — Сама ты лысая!       — Тогда пусть идёт Микаса.       — Да Мика, иди, — сказала Саша, а затем шупнула мне на ухо, — я побешу Конни.       — Ты что-что сделаешь?!       — Не твоё дело!       Я побрела в поисках технички, и к счастью наткнулась на женщину с добрым лицом и подошла к ней, прося о помощи. Она удивлённо вскинула брови на мой безумный рассказ, а затем рассмеялась и всунула мне в руку ключ. Я поблагодарила её и побежала к ребятам.       — Ключ у меня!       — Микаса, я тебя обожаю, — сказал Конни, но в следующую секунду заныл, — ай! Ты чё делаешь, Йегер? За что?!       — Просто так, — недовольно ответил Эрен.       Когда я открыла дверь настежь, меня чуть с ног не сшибли. Армин глубоко вдыхал чистый воздух и оттряхивался, Конни потирал ушибленное место, а Эрен стоял со скрещенными руками.       — Посмотрите, — сказала Саша, и все мы обернулись на неё. Она хитро улыбалась и снимала нас на телефон, — это наши лохи.       О нет. Влог.       — Вырубай! — заныл Конни, — вырубай говорю, картофелина!       — Друзья, на ваших экранах вы можете заметить очень агрессивного петуха.       — Саша, твою мать!       В ответ девушка лишь громко засмеялась, и даже никто не просил её быть тихой. Бесполезно.       — Эй, — моего плеча аккуратно коснулись, — спасибо тебе.       Я повернулась к Эрену. Он слабо, но искренне улыбался. Выглядел он не выспавшимся: под уставшими глазами виднелись синяки. Я тоже ему улыбнулась.       — Вот это Конни — главный герой документального фильма «Побег от прошмандовки», — говорила Саша, снимая Спрингера со всех ракурсов.       — Убейте её, — проныл Конни, — лучше бы я остался жить в этой помойке.       — Так, а вот это Армин, — продолжала шатенка. Бедный Армин выглядел так, будто не спал три дня, — он сегодня не в духе. О, о, о! — тут она принялась снимать меня и Эрена с довольным возгласом. Мы с Йегером переглянулись, — а это наши голубцы…       И нас прорвало. Мы все дружно заржали, а Саша обиженно на нас глядела. Я даже взялась за предплечье Йегера и сползла на пол, чувствуя как болят мышцы живота. Армин даже согнулся и хлопал себя по ноге.       — Голубки, Саша! Го-луб-ки! — смеялся Конни, — когда я говорю, что только о еде и думаешь, то это так и есть!       — Ну хватит, — рявкнула девушка, от чего мы снова засмеялись.       — Мелкотня, вы чего разорались? — спросил кто-то черезчур серьезным голосом. На уме было только одно: это дядюшка Леви.       Мы все повернулись на этот холодный голос. Не знаю, как ребята, а я уже похоронила себя. Нас всех. Каково было наше удивление, когда вместо недовольной рожи злючки-Леви мы увидели улыбающегося Порко.       — Господи. Вы просто вылитый Леви, — держась за сердце, сказал Армин.       — Чего смеётесь хоть?       — Саша, короче, вместо голубки сказала голубцы…       — ХВАТИТ!