Ночной кошмар: не засыпай.

      Нил сидел в библиотеке, закидываясь третьей чашкой кофе. Его кожа стала совсем бледной, а мешки под глазами с каждым днём становились больше. Ночами его рвали на куски. И эти сны становились длиннее, словно мир грёз постепенно навсегда затягивал его. Эндрю мрачнел вместе с Джостеном, больше не прикасаясь к нему и, по возможности, даже не подходил. Нил стал шарахаться даже всех членов команды, отходя на безопасное расстояние вытянутой руки. И это не могло не привлечь внимание. Наконец-то он нашел в поисковике подходящий вариант квартиры и, созвонившись с владельцем, откинулся на спинку стула, ненадолго прикрывая глаза. Но тяжёлые веки тут же сомкнулись, отправляя сознание в новую бездну мучений.       После тренировок Джостен собирал свои вещи для переезда, которых со временем стало больше. На самом деле он искренне надеялся, что скоро сможет вернуться, поэтому оставил стопку своих потрёпанных футболок, грустно задерживая на них руку. — Ты ведь продолжишь тренироваться? — в дверях возник недовольный Кевин со скрещенными руками. Его не удовлетворяли результаты игры, и с каждым днём он сильнее срывался на рыжего. — Да, но ночные придется приостановить, — складывая последние вещи, ответил парень, даже не взглянув в хмурое лицо. — Какого черта, Джостен?! Что в… — начавшая тирада быстро смолкла, привлекая внимание Нила. Эндрю стоял рядом с Дэем, опасно преподнеся к его боку нож, поэтому второй без особого желания удалился.       Нил с несколько секунд смотрел на блондина, изучая его мимику, а затем наконец встал с пола, закидывая спортивную сумку на плечо. Для него Эндрю всегда был точкой собранности и спокойствия. Он вносил в его жизнь постоянство и самые теплые чувства, которые расцветали в груди при виде Миньярда. Джостен ещё не ушёл, но уже безумно скучал, смотря в глубокие карие глаза. — Я скоро вернусь, — тихо, чтобы услышали только двое, пролепетал Джостен, давая обещание, которое хочет сдержать, чтобы оставить после себя частичку надежды.

***

      Уже через неделю плохое самочувствие нападающего ни для кого не стало секретом. Он увядал на глазах. И Эбби обеспокоено старалась помочь, но Джостен молчал. Он вообще практически всегда начал молчать, так как горло разрывалось ночами от криков, да и это требовало слишком много энергии, которой у него попросту не было. Все свои силы он вкладывал в занятия и тренировки, усердно занимаясь, чтобы отвлечься ото сна. Телевизор в его новой съемной квартире работал постоянно, чтобы создавать шум и привлекать внимание мозга, но тело иногда само отключалось, требуя отдыха.       Джостен проснулся поздно вечером, когда закатное солнце грустно заглядывало в окно. По телевизору уже шли вечерние новости, сообщая о последних событиях в мире. Несмотря на сон, если так можно назвать капкан мучений, Нил чувствовал себя опустошенным. Его опять тянуло блевать, а тело неприятно ныло при каждом движении. На небольшом столике лежал телефон с мигающим индикатором сообщений. Джостен откинул крышку и, как только экран загорелся, на него посыпались уведомления о пропущенных звонках и о сообщениях. В основном они были от Дэн и Ники, один от Элисон и два от Эндрю. Остальные звонили больше десяти раз, включая Аарона, который делал это явно не по своему желанию и, возможно, даже не сам. Папка сообщений была переполнена тревожными сообщениями с вопросами где он, что случилось и так далее. В переписке с Ники большинство было восклицательных знаков и смайликов. Нил не сразу начал понимать в чем дело, пока не увидел пометку «вчера». Его мозг старательно прогружал информацию, пытаясь заполнить пробел, пока не осознал, что спал больше суток. Шок и паника охватили его сразу, ведь это означало, что время, проведенное наедине с Мясником, прямо пропорционально времени в реальности.       Джостен осел на пол, все ещё вглядываясь в дату. Он даже открыл календарь, но ситуацию это не изменило. Он пропустил три тренировки и занятия. И от этого чувство тошноты усиливалось. На телефон поступил входящий звонок от Рене, и Нил почти сразу ответил, поднося гаджет к уху. — Нил? — аккуратно спросила девушка. — Да, прости, со мной всё в порядке, — на заднем плане уже слышались голоса остальных игроков команды, задающих слишком много вопросов, на которые Нил не был готов отвечать. Но Дэн уже выхватила телефон у подруги, нагружая тонной вопросов с самым обеспокоенным голосом. Рыжий чувствовал себя виноватым, стараясь по максимуму успокоить капитана. В его груди разливалось теплое чувство благодарности и счастья. Он просто слушал щебетание Дэн с лёгким сердцем, смотря через открытую дверь на стену, освещённую поздними лучами солнца. По пустой стене мелькнула черная тень человека, заменяя все положительные эмоции тревогой. Он уже не слушал, что ему говорят, лишь смотрел в дверной проем с тяжёлым сердцем, постепенно поднимаясь с пола и рыская руками в поисках чего-нибудь, чем можно обороняться. Но уже через несколько секунд у него всё выпало из рук. — Нет… — опустошено, почти на грани истерики произнес Джостен, смотря на свою взрослую копию. Холодные голубые глаза проделывали в нем дыру, заставляя внутренности леденеть. Нил начал отходить назад, пока не упёрся в стену. Ноги подкашивались, а желудок выворачивало. Он закрыл глаза, считая до десяти в немой молитве, чтобы всё прекратилось, и когда вновь посмотрел на дверь, то обнаружил пустоту…

***

      Проведя бессонную ночь в страхе, Нил заставил себя съесть энергетический батончик и отправился в университет на пары. Находясь в обществе, он панически рассматривал все лица, включая темные углы и повороты. Мозг старался принять информацию, что это игра воображения, всего-лишь галлюцинация и даже почти смог, но страх не уходил. Первой парой была математика. То, что нужно, чтобы загрузить мозг и отвлечься. Но как только он ослабил бдительность, то незаметно провалился в сон. Во время их долгих разговоров Мясник частенько говорил о ракетке для экси, как о хорошем оружии убийства и о разных способах применения этого оружия. Для него это было почти как дубинка, которой можно запросто снести голову с плеч, если приложить силу, которая у него была. И сейчас он стоял с ракеткой наперевес и смотрел на своего нерадивого сына. — А она тяжелее, чем я думал, — Натан подкинул ракетку в руке, чтобы оценить тяжесть, после чего удовлетворённо сжал своё новое оружие. Нил сразу узнал этот цвет и номер, ведь они с Кевином вместе ездили её покупать. — Как думаешь, сколько силы надо приложить, что сломать человеку кость? — Мясник недолго ждал, смотря на опущенную голову Натаниэля, который уже знал, чем всё закончится. — Сейчас узнаем.

***

      Кто-то из учеников додумался потрясти рыжего за плечо, выводя из мира грёз. Джостен проснулся весь в поту, ненадолго задерживая дыхание, чтобы успокоиться. Перед глазами ещё были свежи воспоминания о боли и парень в очередной раз, как делал это всегда по пробуждению, посмотрел на свои руки. От увиденного он вскочил с места, шарахаясь на несколько метров назад. Вот только руки часть тела и от этого не сбежать. Они были полностью покрыты кровью, стекающей вниз и противно сворачиваясь, покрываясь пленкой. Нил в панике принялся вытирать руки об футболку, пачкая светлую ткань. — Студент, с тобой всё в порядке? — окликнул преподаватель, завершивший лекцию.       Нил отвлёкся всего ненадолго, чтобы дать ответ, а когда вновь посмотрел на руки, то они были чисты. Даже на полу не было и капли крови. Парень вновь принялся считать до десяти, чтобы успокоиться, но истерика была уже не за горами.       Джостен больше не был спокоен и даже не пытался делать вид. Его накрывала паника и нервный срыв. Осознание беспомощности рвало на лоскуты, потому что от этого не сбежать и не спрятаться. Раньше его спасал побег в реальность, а теперь даже здесь не было покоя. Лишь тревога и страх. Вечером на тренировке ему пришлось объясняться — длинный язык Ники сделал своё дело. Хоть все и знали, что с нападающим что-то происходит, причину знали только Эндрю и Ники. Эбби предложила успокоительное, когда заметила, что Джостен на взводе, но ему нельзя было успокаиваться. Ему надо было бежать и не оглядываться, а теперь отец настиг его даже после смерти. Если бы он не нарушил запрет матери, возможно, всё было бы по-другому. Не было бы их.       Нил грустно осмотрел всех членов команды, усмиряясь. Он слишком привязался к ним. Они дали ему столько, сколько он до конца жизни не сможет вернуть. Они подарили ему жизнь и возможность играть. А Эндрю пустил в свой дом и в свою душу. Должно быть, это стоит всех мучений, которые он прошел и за что сейчас выплачивает свою цену. Выдохнув, Джостен потянулся к своей клюшке, осознавая, что рука дрожит. Гладкая поверхность словно превратилась в шипы, заставляя отдернуть руку, а память возвращалась к недавним истязаниям, в которых отец использовал ракетку для экси. В ушах четко отдавался хруст поломанных костей, а тело ощущало тяжесть оружия и боль от него. Нил беспомощно опустил руки, осознавая, что последний лучик света исчез, оставляя только мрак. Он больше не может играть.