Глава 7
3 марта 2022 г., 21:56
Светящаяся точка не шевелилась. Едва дыша, Лим почти слышала, как звенят её натянутые нервы.
Отдельную сложность в этом участке леса на ступенчатом склоне представляла некрупная каменная крошка, громко шуршащая под ногами, и оттого приходилось внимательно высматривать дорогу перед собой.
Время играло против них. Не смотря на тщательные многократные проверки, они не нашли ни одного известного вируса или следов бактерий в крови погибших чешуйников. И даже почти маниакальное старание Холланда не помогло ему обнаружить ДНК зергов, что оставляло исследователей в зловещей неизвестности. Помимо трёх больных существ следующие анализы выявили ещё семь аномальных особей, и Лим вместе с остальными работали, пытаясь найти причины неизвестной инфекции. Она была уверена, что на следующих тестах их будет уже двадцать, и потому сейчас она не должна была упустить тех, кто уже был обнаружен.
С момента разговора у каньона прошло три дня, в которые Лим упорно, с рассвета и почти до заката гонялась за чешуйниками и увозила образцы в лабораторию, позабыв даже о собственной статье, а протосс, как и обещал, ни разу не появился. Не было новостей об инопланетном вторжении, ни слухов о чем-то странном. Лим это устраивало, ибо незнакомец держал своё слово, однако чувство того, что он нередко наблюдает за ней, незримо присутствует, теплилось где-то на задворках сознания, заваленное мыслями о насущных проблемах.
Ещё пара неслышных шагов, и Лим вскинула винтовку, силясь разглядеть зверька в пестроте листвы. Однако даже в прицел увидеть его не удалось. Лим нахмурилась и бросила недоверчивый взгляд на экран PDA. Нет, все верно, он должен быть где-то тут, данные свежие.
Озарённая догадкой, она опустила оружие и смело прошла вперёд, чтобы через пару десятков метров едва не наступить на труп. Чешуйник погиб явно недавно, и при осторожном прикосновении кончиком ботинка до лежащего копыта Лим ощутила, что мышцы его начали окоченевать. Смерть наступила несколько часов назад.
— Прекрасно, — удержавшись от более ёмких наречий, заключила Лим. Скинув в траву рюкзак, она положила винтовку, поставив ту на предохранитель. Через десять минут рядом с телом была организована небольшая рабочая среда в виде широкого низенького стола, набора нескольких склянок, пары скальпелей и большой красивой ёмкости, на которой красовалась надпись "опасно" и кривая, без особого старания нарисованная фломастером формула формальдегида.
Недостаточно было просто вырезать куски тканей и органов, необходимо было так же поместить их формалин, чтобы процессы разложения не испортили картину. Натянув ярко окрашенные зеленые перчатки с неприятным запахом, Лим вздохнула.
— Что ж, поехали, — щедро ополоснув свой нож спиртом, она приступила к работе. Первый аккуратный разрез, и в нос ударил запах мяса. Через пять минут она уже утратила любой намёк на удовольствие от своей работы.
Через полчаса она уже пожалела, что они не изучают каких-нибудь животных помельче. Можно было бы целиком запихнуть тело в формалин и отвезти в институт, а не возиться прямо в лесу.
Хотя анатомия гаваньских животных мало отличалась от земных, разве что несколько большими объемами лёгких и полным отсутствием селезёнки, это не сильно облегчало последовательное разрезание тонких брыжеек и разбора чешуйника на отдельные фрагменты. Кажется, это займёт больше времени, чем ей хотелось.
— Вот уж не думала, что придётся снова этим так плотно заниматься... — пробурчала она себе под нос. Последний раз она делала вскрытие ещё в магистратуре, когда на кафедре физиологии теплокровных внезапно передохли все недавно привезённые тирадорские прыгунчики. Бестолковые комки меха, как оказалось, крайне плохо переносят гиперпрыжки без наркоза, о чем тогда никто не мог знать, и безвременно почивших было решено пустить на гистологические препараты для студентов. Лим вспомнила грустное лицо лаборантки кафедры Кэти Росс, девчонки с извечно заплетенными волосами, с поджатыми губами стоящую у стола с выложенными в ряд трупиками со свалявшейся чёрной шёрсткой...
Однако не успела Лим снова занести скальпель, как совершенно чётко ощутила, что она здесь не одна. Чувство было столь сильным, что свалить его на игру воображения было никак нельзя. Она вскинула голову, с нарастающей тревогой оглядев заросли. Те лениво шевелились от легкого ветерка, но ничего особенного женщине увидеть не удалось. Лим нахмурилась, вспомнив о затравленном взгляде Холланда. Может, в тот раз он почуял нечто подобное?
— Протосс? — неуверенно спросила она. Ответом ей стала обычная лесная тишина, полная разнообразными, но совершенно безобидными шуршаниями, поскрипываниями и шелестом. Странное чувство ослабло, и Лим, еще раз оглядев лес и пожав плечами, вернулась к своему занятию.
Окинув взглядом картину перед собой, она остановилась взглядом на гладкой и блестящей печени, но решила её все же не трогать.
Время шло, и сосуды наполнялись фрагментами органов, а их стенки покрывались надписями с названиями и датами. У Лим был слегка кривой и неровный почерк, но нынче, особенно в высших кругах, навыки разборчивого письма либо ценились лишь в контексте совершенной каллиграфии, либо вовсе считались необязательными.
В какой-то момент рука дрогнула и острое лезвие скальпеля неловко полоснуло по вене, залив рабочее поле кровью. Лим разочарованно вздохнула. В принципе, большая часть образцов уже была у неё, а потому можно было и закончить. После недолгих сборов и нудного промывания всех инструментов Лим бросила последний взгляд на растерзанный труп и направилась к машине.
В этот раз чувства спали до самого конца, и, вырулив из-за дерева к внедорожнику, стоявшему в накатанной в грязи колее, женщина растерянно замерла, будто в первый раз увидев пришельца. Впрочем, с ним, наверное, каждый раз будет как первый, с его внезапными появлениями.
Протосс же в то время, пока Лим тупо смотрела, словно не замечая её присутствия, с неподдельным интересом разглядывал крышу внедорожника. Старая машина рядом с наполированными до зеркального блеска доспехами и вовсе казалась грудой металлолома.
— Для человека без псионных способностей ты слишком хорошо чуешь чужое присутствие, — с нескрываемым весельем заметил пришелец. Он осторожно провел по крыше пальцами, не касаясь вздувшейся краски своими тремя оставшимися на руке когтями. Лим медленно выдохнула. У неё желания веселиться совершенно не было.
— Мы вроде договаривались, что ты больше не попадаешься мне на глаза, — напомнила она, все еще не понимая, какую степень осторожности ей стоит соблюдать. С одной стороны, это было существо с неизвестным ей образом мышления, с другой... сейчас он не производил впечатления чего-то страшного.
— Да, я помню. И все же я решил вернуться. Мне стало любопытно.
Лим хмыкнула. Она вполне могла разделить его чувства. В конце концов, не вело ли её то же самое, когда она жадно разглядывала его в прицел?
— Только не говори мне, что ты никогда раньше с нами не встречался, — она стянула рюкзак с плеч и поставила перед собой.
— Ты права, я сталкиваюсь с людьми не в первый раз. Но тогда я видел в их лицах лишь страх и ненависть... Я научился уважать вашу доблесть, — протосс внезапно барски облокотился об машину, и та слегка просела под его весом. Лим поежилась. Болтать с протоссом было нестрашно, но вот встретить такое существо в бою — другое дело. Даже на её непрофессиональный взгляд золотистые доспехи и изящество движений протосса намекали на его мастерство ближнего боя. С другой стороны, как это умение могло спасти от обстрела крупнокалиберных орудий, она понятия не имела.
Поборов робость, она впервые взглянула существу прямо в глаза. И если глаза являлись зеркалом души, то протосс явно был бездушным. Зато он в ответ внезапно отшатнулся. Внедорожник жалобно скрипнул от его движения.
— Это... тяжело, — слегка виновато прозвучал его голос. — Я настолько привык к рамкам в сознании, что мне стоит некоторых усилий не утонуть в твоих мыслях.
— Привыкай, если хочешь познакомиться с терранами поближе, — фыркнула Лим. Это послабление придало ей уверенности. Она решительно шагнула к машине, и протосс, будто странное отражение, мгновенно отступил, сохраняя дистанцию. — Хотя идея так себе, на мой взгляд.
— Почему? — в ответ Лим вновь оглядела собеседника с головы до ног и обеспокоенно цокнула.
— Кажется мне, вы — товарищи чересчур духовные. Многие терраны не чураются убийств, воровства и изнасилований. Кажется, наших предков потому и изгнали с родной планеты.
— Возможно. Но радикальность суждений редко бывает оправданной, ведь так? — можно было подумать, что протосс пытается поддеть её, но голос звучал серьезно, а по непроницаемому лицу сложно было понять. — История Перворожденных тоже хранит немало бесчестных и жестоких поступков, и по отношению к своим собратьям, и к другим расам, как бы многие не делали вид, что этого не было.
— Ладно, я предупредила, — пожала плечами Лим. Она закинула свой рюкзак, в котором уныло плескались фрагменты мертвого чешуйника в багажник, и, немного подумав, положила туда же и инъектор. Захлопнув многострадальную крышку лишь со второго раза, она развернулась. Протосс наблюдал поодаль, сложив руки на груди, напряженно нахмурившись.
— Не совсем понимаю, как трактовать твое поведение.
Лим изогнула бровь и не смогла сдержать смеха.
— Ты же телепат, мог бы и догадаться. Надо было тебе пересечься с Розмари Шоу. Она всей лаборатории уже надоела разговорами о протоссах и её согласие было бы понятным с первых секунд. Мне кажется, ты бы сбежал через пять минут.
— Я стараюсь проявлять уважение и читать твои мысли лишь в тот момент, когда ты говоришь. Ведь именно сложными звуками, как я понял, терраны передают всю информацию. И ты вновь недооцениваешь мою моральную стойкость, — протосс чуть вскинул голову и сощурил глаза.
— Очень мило, — окончательно избавившись от страха, Лим подошла к пришельцу и протянула руку. — Терраны — группа разношерстная по культуре, но в основном принято сначала знакомиться. Алиса Лим, старший научный сотрудник Института дикой природы Гавани, отдел зоологии, — протосс с удивлением покосился на руку Лим, но не прошло и секунды, как он протянул свою, осторожно дотронувшись когтями до её ладони.
"Острые." — подумала Лим.
— Мое имя — Тааро. Я — тамплиер дэлаамов, из племени Саргас, — серьезно ответил протосс. Лим немного пожурила себя, ибо только сейчас поняла, что её краткая биография могла показаться такой же странной для пришельца, как и его.
— Быть может, я со временем объясню всё, — почитав не то в её мыслях, не то на её лице, уверил пришелец.
— Чувствую, это будет долгая история. Может, заодно объяснишь и это? — Лим кивком указала на травмированный палец. Почему-то эта деталь цепляла её, вызывая беспокойство.
— Это важно? Бои нередко оставляют напоминания о себе, и это лишь одно из многих. Но если хочешь... — развел руками Тааро.
— Видимо, в другой раз, — вздохнула Лим, вспомнив о своей работе. Даже знакомство с пришельцем не станет достаточным оправданием для Уолтера, который с каждым днем мрачнел все сильней, не находя ответов на свои вопросы. Да и самой Лим это было нужно не меньше.
— Столь обнадеживающее начало. По правде говоря, я нарушаю закон, но многие деяния начинались с того, что дерзкие герои бросали вызов устоявшимся порядкам. Не стану больше отнимать твое время, Лим, у людей его и так очень мало, — встрепенулся Тааро под конец своей пламенной речи. Это могло бы прозвучать зловеще, но Лим теперь была уверена, что её новый знакомый исключительно прямолинеен.
***
Маленький будильник на прикроватной тумбе показывал совсем невесёлое время, когда Лим вернулась домой. Уставшая и выжатая, она с трудом доплелась до кухни, по пути едва не снеся лбом дверной косяк. Смотреть в зеркало ей не хотелось, но она подозревала, что выглядит не лучше, чем напряженный Уолтер или заросший недельной щетиной Холланд. Одному Келли повезло, ибо его по приезду домой всегда ожидал теплый ужин и мягкая кроватка. Все же у семейной жизни были свои плюсы, хотя закоренелые одиночки наподобие Лим вряд ли бы поступились ради них своими принципами. Весь немногочисленный персонал оставался на работе допоздна, по бесконечному кругу повторяя тесты, но они так ничего и не нашли. Ни анализы крови, ни биохимия, ни электронные фотографии буквально уже всех органов и секвенирование генетического кода не дали ничего, кроме того, что они уже знали. В итоге Уолтер, подсвеченный бледным светом голографического монитора, высказал Лим, что ей стоит привези целого чешуйника, и он лично произведет полный осмотр и вскрытие. Лим не оставалось ничего, кроме как согласиться, тем более, Уолтер сжалился и дал всем внеплановый выходной, который был как нельзя на руку. Она с тоской взглянула в сторону компьютера, понимая, как сильно эта напасть замедлила её основную исследовательскую работу. Кажется, к выпуску научного журнала "Природа Гавани" этого года статья о сезонных миграциях не будет готова, что определенно её расстраивало. Такими темпами можно и до сокращения бюджета на отдел дойти, если под конец они не выяснят причину и не сляпают подробный отчёт о проделанной работе. Заварив на кухне чай, не позабыв докинуть туда мяты, Лим с облегчением рухнула на табурет, разгружая ноющие от усталости ноги. Давно ей не приходилось так много бегать. Аромат чая напомнил о сегодняшних событиях, и Лим неожиданно для себя поняла, что случаи с головной болью прекратились после знакомства с Тааро. Возможно, здесь есть связь, но ей совершенно не хотелось развивать эту мысль. Вибрация браслета вывела её из состояния задумчивости. Ткнув кнопку и выведя текст уведомления на экран телевизора, она с удивлением цокнула, прихлебнув чай. Ей пришло сообщение, которого она совершенно не ожидала. "Если ты думаешь, что я забыла о твоем обещании, то даже не надейся! Поэтому или встреча в ближайшее время, или это будет смертельная обида!" Лим усмехнулась. "Завтрашнее утро подойдет?" Когда продиктованное сообщение отправилось адресату, тело Лим уже налилось теплотой. Довольно потянувшись, она зевнула, наслаждаясь отдыхом. Расслабленное сознание вновь выудило из памяти серое лицо со светящимися глазами. — Племя Саргас, значит... — вслух спросила Лим, невольно улыбнувшись. В голове невольно возник сюрреалистичный образ протоссов, в набедренных повязках с разрисованными лицами и перьями на голове гоняющихся по степям за животными с одними копьями. Но, какой бы смешной не была картина, не всю же свою историю они бороздят космос и носят золотую броню, ведь так?
