Увидел тебя во сне

Антон сидел и плакал, громко всхлипывая. Он держался за плечи врача, крепко сжимая их. Слёзы текли ручьём по щекам мальчика, он жадно глотал воздух. - Я н-ненавижу себя, понимаешь? Я н-ненавиж-жу с... с-себя! - говорил Антон, задыхаясь от всхлипов. - Антон, тише. Я с тобой, - успокаивал юношу Арсений, гладя того по спине. - Мы будем с тобой работать, всё будет хорошо. Ты полюбишь себя, я помогу тебе. - Нет, я не смогу... - Сможешь, ты всё сможешь. Я буду тебе помогать, мы справимся, Тош, - шептал Арсений на ушко младшему. - А-а... А если ты не сможешь помочь мне? Если мне уже н-не помочь? - Так, что за глупости? - Э-это н-не глупости, - заикался Шастун. - Тише, - шёпотом протянул Попов. - Сделай глубокий вдох, потом выдох. Вдох и выдох. Антон вытер слёзы и вместе с врачом начал глубоко дышать. - Нужно тебе воды принести сюда. Я сейчас вернусь, ты пока успокаивайся, хорошо? - Угу, - всхлипывая, ответил парень, прижавшись к Попову. - Всё, отпускай. Я быстро вернусь, - Арсений встал с койки и вышел за бутылкой питьевой воды. Он принёс Антону двухлитровую бутылку, напоив мальчика водой, чтобы тому было легче успокоиться и восстановить дыхание. - Вот, умничка, - вытирая капли води с подбородка пациента, сказал врач. - Не думай о плохом. Не настраивай себя на худшее, хорошо? - Хорошо. Попов вновь обнял шатена. Они сидели в обнимку около часа. Шастун уже полностью успокоился, но своего врача не отпускал, выдыхая приятный аромат в котором смешались запахи корицы, тмина, апельсиновой цедры, кедра и ванили. - Я буду с тобой и никуда от тебя не уйду. Ты можешь на меня рассчитывать. Знаешь, я даже взял дополнительное дежурство, чтобы ночью быть рядом с тобой, если тебе станет плохо. - А Вас дома не будут ждать? - Нет, я один живу, поэтому и ждать-то некому. - Арсений Сергеевич, Вы сможете лечь со мной, как это сделал он? - Нет, Тош. Я не могу лечь с тобой, но я могу посидеть рядом, пока ты не уснёшь. - Тогда как Вы узнаете, что мне плохо? - Я дам тебе кнопку вызова врача. - Арсений Сергеевич, ему нужно бинты поменять, - сказала медсестра, войдя в девятую палату. - Да, хорошо. - Вы можете сами это сделать? - тихо сказал Антон врачу на ухо. - Нет, Тош, - с сожалением ответил брюнет. - Ему здесь менять или можно отвести в перевязочную? - Прогуляться хочешь? - Хочу, - склонив голову, ответил Шастун. - А буянить не будешь? - Нет. - Хорошо, пойдём, - Арсений взял зеленоглазого за руку. - Вы слишком добры к нему, - заметила медсестра. - Возможно, именно поэтому он не плачет, не вырывается и не кричит, а спокойно идёт. - Да уж... Повезло ему с Вами. - Согласен, - робко сказал Антон, крепче сжимая руку мужчины. - Я рад, что ты тоже так считаешь, - улыбнулся тот. Они подошли к перевязочной и зашли в неё. - Садись на кушетку, - сказала женщина. Антон немедля, но не уверенными шажками подошёл к кушетке, устеленной белой одноразовой простынёю, и сел на краешек. - Давай руку. Шастун протянул руку полной медсестре и посмотрел на Арсения, стоявшего возле двери. Он, засунув руки в карманы медицинского халата, наблюдал за разматыванием бинтов с запекшейся кровью. - Не смотрите, - тихо сказал Шастун, боясь реакции своего врача на глубокие шрамы. - Почему? Я уже многое видел, меня не удивить. Всё хорошо, Антон, не переживай. - Нет... Я не хочу, чтобы Вы это видели. - Ладно, - мужчина усмехнулся и встал лицом к стене. Запачканные кровью бинты в ловких руках женщины сменились на белые красивым и с аккуратным бантиком. - Арсений Сергеевич, я закончила, можете забирать его. Кстати, по больнице слушок ходит, что Вы взяли дополнительное дежурство. Всё так плохо? У нас же сегодня все дежурные на месте... - Юль, первые дни всем здесь тяжело... А Антон - ещё ребёнок. Я должен быть рядом, присматривать и помогать освоиться. - Дежурные же тоже это могут... Не понимаю Вас. - Дежурным нет дела до других пациентов. Я - его лечащий врач, мне его лечить. Я не хочу, чтобы его тут запугали и окончательно сломали психику. Я должен быть рядом с ним днем и ночью, если хочу помочь Антону. — Вот раньше Вы так не делали, — Антон удивился и немного обрадовался, этой новости. Значит, он для Арсения особенный. Только вот в хорошем или плохом смысле? — Ну, раньше у меня были другие пациенты. С ними было чуть проще, да и в больнице был Никита, на которого я мог положиться. — С таким подходом, уверена, даже такого пациента Вы сможете поставить на ноги. - Конечно, обязательно поставлю. Антошка хороший, всё будетхорошо. Пойдём, Тош, - протягивая руку смущённому пациенту, сказал Попов. - Пойдёмте. С-спасибо, - поблагодарил медсестру Антон, держась с врачом за руки и выходя из перевязочной.