сказки старого дуба

Анастасии

Я хочу дать ей то, что она дала мне – молчание и пустоту. Я смогу без неё. Я смогу.

Antony and the Johnson – River of Sorrow Paolo Conte – Via con me Dido – My life Я затянулся. Едкий табачный дым ворвался в моё горло, хотелось кашлять: сигарета истлела в моих пальцах, а я не обратил на этого ни малейшего внимания. Яков ещё в начале недели говорил мне о том, что наши общие друзья собираются провести субботнюю ночь в баре неподалёку. Конечно же, я совершенно забыл об этом, поэтому его поздний звонок застал меня врасплох. Без особой тщательности я надел один из будничных костюмов, накинул плащ и бегом спустился по лестнице. Моросило. Плащ пришёлся кстати. Узкие коридоры улочек заволокло туманом, что нисколько не мешало моему движению. Переехав пять лет назаб, я уже знал этот город как свои пять пальцев. Окурок был отброшен в сторону, невдалеке я видел мерцающие вывести ночных заведений, до них было рукой подать – один переход. Редкое в этот час такси заставило меня задержаться на несколько мгновений, которых, впрочем, хватило, чтобы я обратил внимание на силуэт. Силуэт, по всей видимости, девушки — тогда я не придал этому никакому значения, но почему-то оставался неподвижным, даже когда автомобиль отъехал достаточно далеко. Я видел силуэт – ничего более: невысокий каблук, лёгкое пальто. Почему-то это показалось мне чрезвычайно эстетичным, хотя я никогда не питал особой любви к изобразительному искусству, но, уверен, настоящий художник или ценитель красоты согласился бы со мной. Тем не менее я продолжил путь и вскоре оказался в тёплом помещении, фоном играл блюз… или джаз. Можете считать меня невеждой, но мне никогда не удавалось отличить одного от другого. Меня встретил Перри, радушный и весёлый, меньшего я от него и не ожидал. Яков укоризненно покачал головой, но, улыбнувшись, обнял меня, дружески похлопав по плечу, как бы говоря таким образом, что наша маленькая тайна умрёт вместе с ним. Сэм, по обыкновению, уже, небезосновательно полагаю, пятую минуту рассказывал про очередной технический прорыв в машиностроении. Маргарет ограничилась закатыванием глаз, безошибочно угадав, что я не явился бы на встречу, если бы не чуткое и своевременное напоминание её брата. Я обернулся в поисках Билли, но нашей пройдохи и кутилы Билли не было видно у стойки, что через секунду подтвердила Маргарет. – Билли нашла компанию повеселей, – она подняла бокал и, не изменяя себе, отпила с необычайной грациозностью. Я заказал бурбона, в ожидании Эмита и Франчески, однако, едва мне успели принести напиток, она вошла. Титаническим усилием воли я сдержал порыв встать и глазеть на неё, выпучив глаза. Невысокий каблук, лёгкое пальто, идеально уложенные волосы и запах, этот запах. Такие запахи не забывают. Перри изошёлся на комплименты, целуя её в щёку. Что-то вроде "Ты обворожительна как всегда! Какие потрясающие духи, что это? Боги, боги, боги! Не говори, я угадаю сам, Скарлетт, кажется, использовала такие же. Что же это? Что же это?" – Познакомься, Тод, – начал было Яков, но второй порыв я всё-таки не сдержал и перебил его, не дав закончить. – Иса? – мне пришлось поставить бурбон на стол, чтобы моя рука более не висела в воздухе. Иса занимала всё моё внимание, я не мог думать ни о чём кроме. – Так вы знакомы? Тем лучше, – продолжил Яков, смотря то на меня, то на неё. – Не…? – но и в этот раз его прервали. – Возможно, мы виделись… – Иса протянула мне тонкую руку. Пришлось привстать, чтобы дотянуться до неё, коснуться кожи. – Тод, – представился, скорее даже напомнил я, не понимая, как она может не помнить. В лёгкие мне попал запах шафрана, агаровой древесины и цитрусовых. Я поспешил опуститься на диван в надежде, что это положение окажется более устойчивым, чем прежнее. Маргарет, одним ухом слушавшая Сэма, сразу же после приветствия Исы, вернувшегося к явно затянутому монологу, одарила меня удивительно коварной ухмылочкой и тут же сделала вид, будто очень интересуется предметом "беседы" с Сэмом. – Эмит и Франческа опаздывают? – нет, звучание этого бархатного голоса невозможно было забыть. Яков отвёл взгляд, возводя руки к потолку. – Наверняка, у них появилось неотложное дело, – вставил Перри, явно воображая, какое именно дело могло задержать молодую пару в субботний вечер. – Или даже несколько. Сердцу не прикажешь, – пожал плечами Яков. – Сердцу или…? – голос Исы, заказывающей коктейль заглушил конец непристойной шутки Перри. – Посетит ли нас сегодня Микаэль? – тактично осведомился Яков. Такт был отличительной чертой их семьи. – Он думал об этом всё утро, но так и не дал определённого ответа, – Иса повесила небольшую сумочку на спину своего стула, закинула одну ногу на другую. – Думаю, не стоит ожидать его понапрасну, – наши взгляды встретились, я осознал две вещи: что сидел неподвижно, вслушиваясь в каждое сказанное ею слово, в попытках отыскать хоть что-то, что выдало бы её притворство, ведь она не могла не помнить; и что она помнила. Да, она совершенно точно помнила. Об этом красноречиво говорили её глаза. – Передай ему, что я огорчён. Он редко навещает нас, – Иса поблагодарила официанта и обхватила длинными пальцами ножку бокала, наполненного алой жидкостью. – Непременно передам! Он много работает, к тому же… – она наклонилась ближе к Якову, но не сильно сбавила тон. – мне кажется, он немного боится знакомиться с моими друзьями, – и уже громче добавила, – поэтому предпочитает компанию своих. – Ерунда! Ему абсолютно нечего, да и некого бояться. Разве что Мари попугает ему, как это у неё заведено, не правда ли, Маргарет? – он избавил её от необходимости поддакивать Сэму. – Ты ведь не будешь пугать Микаэля? Он уже напуган нашей компанией. – Если, кто его и напугает, то это буду не я, – она посмотрела на Перри. – Я? Мари, я самый безобидный человек на земле! – он наклонился к Исе, открыл рот, но Маргарет высказалась быстрее. – Со столь же безобидными шутками, Перри, – даже Иса хихикнула. – Нет, Микаэля нельзя напугать юмором, – и отпила алый напиток. Я вспоминал приоткрытое окно, в которое пробивались рассветные лучи южного солнца, и тюлевые шторы, развиваемые прохладным бризом. Как пахло солью, шафраном, агаровой древесиной и цитрусовыми, и как мягка была кожа, прильнув к которой аромат ощущался чётче. Иса вздрогнула, будто прочитав мои мысли.