8
18 октября 2023 г., 00:00
Утром следующего дня Тэён еле сумел продрать глаза. Будильник надрывался у него прямо над ухом, но он не сразу смог нашарить свой телефон на зарядке, чтобы выключить его.
Дело все в том, что вчера Джено неожиданно позвонил среди ночи и срочно попросил подкорректировать какие-то документы — Ли уже и не помнит, какие именно, потому что отрубился сразу после того, как все сделал, — с которыми нужно было разобраться именно в половину второго, когда все нормальные люди уже спят. В общем, как обычно.
Тэён думал, что на этих выходных убираться дома не будет. Он собирался, но терпеть усталость, что копилась с каждым днем, стало совсем невозможно. Постоянно хочется спать, под глазами вылезли такие мешки, что в них уже можно складывать черновики манги — нет сил уже, правда. Как остальные так работают? Почему парни становятся зомби только за считанные дни до сдачи материала в печать, в то время как их новичок ощущает себя ходячим мертвецом ежедневно? Короче, в это воскресенье стоит остаться дома и постараться выспаться.
Выйдя из ванной и попав ладонью по выключателю только со второго раза, Ли поплелся на кухню, где выудил из холодильника бокс с рисом и поставил его на тумбу, чтобы впоследствии сложить в сумку. Он налил кипятка в кружку и насыпал туда пару чайных ложек кофе; закрепил все это щепоткой сахара и разбавил водой из-под крана. Сделал глоток и заглянул на почту в телефоне, где последним сообщением были эмоджи поднятого вверх большого пальца «спасибо большое тэённи ты меня выручил спокойной ночи и прости за беспокойство» от Джено. Тэён усмехнулся и отпил еще.
Теплая жидкость прокатилась по горлу и стекла куда-то вниз, после чего дышать стало как-то посвободнее, а глаза перестали усиленно закрываться. Нет, нужно точно что-то менять. Может, брать не себя меньше задач от коллег или еще как, потому что Тэён еще минимум неделю в таком бешеном темпе просто не переживет. Он в последнее время ужасно хотел спать, но получалось заснуть только если он до этого весь день пахал, как проклятый, и если до будильника оставалась пара часов. Ну, еще был вариант набухиваться, но после той попойки в баре Ли решил заделаться идеальным трезвенником. В иных случаях засыпать удавалось крайне редко. После устройства в эту шаражкину контору и встречу с Ютой спустя десяток лет любовь к страданию от бессонницы вернулась, и никакие успокоительные ее не брали. Снотворные покупать Тэён не хотел. Боялся, что совсем станет овощем. Спасибо, тут и без того легче легкого докатиться до подобного состояния.
Допив кофе, в котором половина порошка не растворилась, он поставил кружку в пустующую раковину и поплелся обратно к себе в комнату одеваться. На улице стояла ну очень теплая погода, поэтому было решено не идти в этот день в пиджаке: Ли по обычаю надел брюки, натянул хрустящие после стирки белые носки и достал из недр шкафа такую же светлую рубашку с короткими рукавами. Он был уверен, что не замерзнет, потому что у сидящего аккурат у окна Джено имелась тенденция открывать его примерно никогда, потому что «мне холодно». Ему якобы холодно даже в такую жарень.
Причесавшись и прилизав пальцами те пряди, что после вчерашнего мытья волос примялись не так, как было нужно, Тэён посмотрел в зеркало и покрутился около него, прежде чем захватить с собой нужные для работы вещи, обуться и покинуть залитую теплым светом квартиру.
***
Офис встретил — вот так неожиданность — духотой и застоявшимся воздухом. Все в отделе уже были в сборе, и в мыслях на миг проскользнуло удивление, потому что Сончан мог иногда опаздывать. — Доброе утро всем, — неопределенно махнул рукой Тэён и откатил кресло от своего стола, чтобы сесть. Марк проскрипел ему приветствие в ответ и оттянул пальцами ворот футболки с аляповатым принтом, тяжко вздохнув; Джено молча кивнул, потому что даже в такую рань трещал с кем-то по телефону; Сончан, похоже, решил вздремнуть за пять минут до официального начала рабочего дня. Юта же, заметив, что все теперь в сборе, хлопнул в ладоши, чтобы привлечь внимание подчиненных, и нацепил очки на лоб: — Ребята, я вас сейчас обрадую. — Уж постарайтесь, Накамото-сан, — кисло усмехнулся Джено. Тот в ответ на это лишь вскинул бровь всего на миг, после чего продолжил: — Мы сегодня идем в кино на аниме по мотивам манги Наны. Отказы не принимаются, господин Чжон потребовал отчеты. По столам прокатилась волна негодования и возмущённого «э-э-э!». Сончан моментально оживился и скуксился, как если бы съел что-то острое без возможности перебить ужасный вкус: — Все? — Да. — Да ну, что за бред? Джено — редактор Наны, а не мы, так что пусть он тащится! — Я же сказал: господин Чжон требует отчет. Идут все, — повторил Юта и нахмурился на последнем слове. Сончан отмахнулся, мол, ладно, и решил не продолжать отпираться. — Скиньте Марку деньги на билеты, он купит. — Чего?! То есть, компания за нас не платит? — возмутился Марк и крутанулся в кресле в сторону начальника. — Как видишь, — пожал плечами он, вернувшись к работе за ноутбуком. — Блеск, — буркнул Марк, повернулся обратно к себе и вбил в поисковой строке название ближайшего кинотеатра. — На семь часов есть сеанс, пойдет? — Супер. Что вам сегодня нужно сделать? — Заявки на печать нового тома манги Таро… э-э… проверить раскадровки Наны, если он их пришлет… — начал перечислять Джено, загибая пальцы, но Юта тут же его перебил: — Короче, управьтесь до семи вечера, а завтра сможете прийти попозже, если все успеете. — Здесь весь зал забитый, только пять мест осталось, — рапортовал Марк. — На восьмом ряде два и на третьем три. Я спереди сяду, говорю сразу! Тэён на это лишь просто молча кивнул и повел плечами, решив не вмешиваться. Деньги на счет коллеги он перевел, значит, можно вернуться к написанию очередного донельзя важного отчета. Мы с Ютой… и остальными… пойдем в кино. Ли нахмурился. Обычно он сразу вспоминал что-нибудь из прошлого, но здесь выцепить никаких ситуаций, когда они вместе с Накамото посещали кинотеатр, не удалось. Возможно, у них было слишком много дел для подобного. Может, в те далекие времена не выходило ничего сносного: блокбастеры с кучей взрывов — отстой, а полнометражные аниме ни одного из друзей на тот момент не интересовали. Неважно. Почему для редакторского отдела каждый день находится какой-нибудь сомнительный способ просиживать штаны где-то вне офиса? За эти несколько месяцев, что Тэён трудится в этой конторе, он посетил бесчисленное количество донельзя важных встреч, выставок, презентаций и прочего, ввиду чего приходилось усерднее корпеть над проверкой манги Эри. В прошлом издательстве такого и близко не наблюдалось, а здесь что за нездоровая тяга начальства всех пиарить и со всеми сотрудничать? Так еще и заставлять редакторов во всем этом участвовать. Ладно Юта, он главный, ладно Джено, который терроризирует Нану, но остальные? У Сончана мангака заграницей работает, а Тэён с Марком тащат на себе новичка журнала. Они здесь каким боком? Как-то несправедливо. Впрочем, у них нет права жаловаться. Тэён хмыкнул своим мыслям, продолжил усиленно набирать текст в «Ворде», слушая трескотню принтеров, кряхтение Марка, громкие беседы других коллег на этаже и прочие невероятные звуки, к которым уже давно довелось привыкнуть. В принципе, желание свалить медленно, но верно сходило на нет. Редактировать мангу он приноровился, а косяки подправляли его коллеги на правах более опытных; конечно, все портил недосып. И Юта. Или не портил? Он окончательно запутался. Когда наступило время обеда, Тэён со вздохом потянулся аж до хруста костей в бедной спине. Он помотал головой, размял шею. Взглянув на часы, понял, что настало время обеда… который он с собой не взял. — Что случилось? — Марк выудил из цветастой пачки чипсов парочку снеков и отправил их себе в рот, попутно смотря на то, как его коллега рылся в ящиках стола и сумке, с каждой секундой становясь мрачнее самой хмурой тучи. — Что-то потерял? — Я оставил дома еду, которую собирался сейчас съесть, — ответил он, в расстроенных чувствах поправив ворот рубашки. — Я и утром позавтракать забыл. — Утром?! — Марк выпучил глаза и посмотрел в нижний правый угол монитора ноутбука. — Охренеть, ты как без еды-то выживаешь? — А я вот думаю, как ты можешь постоянно жрать. После тебя уборщицы ругаются, потому что у тебя в конце месяца на столе стоит самый лютый срач, — встрял Джено, на что тут же получил комком бумаги по плечу (до лица не долетел). Тэён предпочел быстренько покинуть этаж, решив не наблюдать за очередной баталией на пустом месте. Пока он шел к кафетерию, в животе стало ощутимо колоть. И еще во рту такой поганый привкус появился, ужас, фу. Как можно было не поесть утром? И как я умудрился забыть положить с собой обед, я же специально его из холодильника достал! Растыка, подумал с досадой Ли, обходя многочисленных коллег, что кучковались в вытянутом коридоре. В самом кафетерии было так же многолюдно: все столы оказались заняты многочисленными редакторами, рекламщиками и прочими сотрудниками издательства, включая парочку китайцев из отдела продаж. С некоторыми Тэён коротко поздоровался, поклонившись, остальных же от еды отвлекать не стал. Он прошел к столам с едой и сглотнул, пробежавшись внимательным взглядом по мискам и тарелкам. Задерживаться здесь, среди толпы, не особо улыбалось, посему Тэён в спешке захватил какой-то салат с конским количеством майонеза и пару треугольных сэндвичей. — О, ты тоже здесь? Ты обычно свое ешь, — Ли обернулся, услышав вдруг до дрожи знакомый голос. Сзади него стоял Юта, держа в руках картонное ведерко рамена быстрого приготовления и стакан с каким-то оранжевым соком. Он чуть улыбнулся, а Тэён чуть замешкался и отошел немного в сторону, чтобы дать очередному коллеге в черном пиджаке пройти к уже занятому другими круглому столу. — Сегодня без своего. Я забыл обед дома. — Пойдем сядем вон там? — Накамото кивнул, указав в самый дальний угол кафетерия, где стоял единственный свободный стол. Ли кивнул. Он быстро поест и свалит доделывать отчет, чтобы потом… ладно, смысла избегать-то нет, они до конца дня будут вместе, а потом еще, наверное, и домой пойдут бок о бок… — Помнишь, как мы в школе постоянно бегали в столовую? Юта уселся поудобнее, и улыбка его стала шире. Он заправил за ухо выбившуюся из укладки прядь волос и разъединил скрепленные между собой деревянные палочки, которые позже опустил в лапшу, чтобы перемешать ее с соусом и специями. — Помню. Забудешь тут, как мы вечно там тратили все карманные деньги, — хмыкнул Тэён, поспешив спрятать собственную улыбку за кружкой теплого кофе. Он сделал глоток и оставил стакан в сторону, откусил от сэндвича, про себя отметив, что тот пусть и несколько холодный, но достаточно съедобный. — Там еще давали противный йогурт… с бананом, кажется, да? — И ледяной рыбный суп, — добавил Юта после того, как палочками зацепил лапшу и отправил ее в рот. Не сербать не получилось: она горячая и, судя по довольному «м-м», очень вкусная. — Фу, как вспомню, аж плохо становится. — Это да. — Ты смотрел трейлер аниме, на которое мы сегодня пойдем? — Если честно, то нет, — сознался Тэён и поспешил уткнуться лицом в картонное ведро с салатом, чтобы скрыться от внимательного взгляда. — Мне Марк недавно рассказывал, про что оно, но в детали не вдавался. Да и мангу-первоисточник я не читал. — Ладно… в любом случае, эта экранизация для нас очень важна, потому что она первая. Нана тащит на своем горбу почти всю печать. — И Таро тоже, — Тэён нахмурился, похрустев холодным листом салата. Юта же прожевал очередной моток ярко-оранжевой лапши, шмыгнул носом и пожал плечами. — Да, но Таро гораздо более популярен в Японии. Нана тоже, не спорю, но тут дело в том, что он — кореец. Так бы тоже там бабло греб лопатами. Кстати, вот чья манга тебе больше нравится? — Эри, — ответил Ли, разделавшись с одним сэндвичем. — Не-е-ет, Эри — твоя мангака, тебе априори должны нравиться ее работы. Тем более, она только недавно начала здесь печататься. — Накамото ухмыльнулся и вытер перепачканный в соусе рот салфеткой, которую впоследствии сложил пару раз. — Вот мне Нана нравится, хотя иногда он рисует полную бредятину. — Мне тоже, — Тэён чуть улыбнулся и продолжил есть. В голове всплыли слова Марка после выставки… — К слову, спасибо. — За что? — За то, что поддался мне на викторине. Я слышал, что ты постоянно в них выигрываешь, а там даже не участвовал, — пояснил Тэён почесав затылок. Он поднял взгляд и столкнулся им со взглядом Юты. Таким же теплым, с промелькнувшей в темноте радужки радостью; заставившим почувствовать тесноту в грудной клетке — сердце затрепетало. Первым отступил Юта. Опустив взгляд вниз, к ведерку лапши, он прищурился, весело улыбаясь: — Марк растрепал, да? — Да… — Ну, знаешь, — он зачерпнул еще лапши и отправил ее в рот, наклонившись, чтобы было удобнее. — Не такое уж это большое дело для меня. Я знаю о творчестве Наны все потому, что я главред и его поклонник, так что обыгрывать студенток — несложно. А ты новенький. — Я почти квартал здесь отработал. — Это да, но его работы через тебя не проходят. Пусть ты и делаешь большие успехи в редактуре, каких-то деталей ты не знаешь. Короче, я что-то не в ту степь заехал… Я просто хотел сделать тебе приятно, — добавил Накамото, пригладив пальцем бровь. — Спасибо. Еще раз. С коленом Ли то ли случайно, то ли нарочно столкнулось другое, и он на долгое мгновение забыл, как дышать. Внутри разгорелось ощущение, точно такое же, которое он испытал пару дней назад в книжном после прикосновения к плечу, но на этот раз оно чувствовалось сильнее. Сделалось совсем горячо, а время вокруг будто остановилось. Для полной картины не хватало только ветра и лепестков вишни из ниоткуда, чтобы обстановка полностью стала похожей на момент из слащавой манги. Что это было?***
В начале седьмого часа Марк быстренько сгреб все свое добро в пузатый рюкзак, оповестив, что пора выдвигаться в кино. Джено тоже мигом собрался, Сончан и Юта — туда же, а Тэён сначала даже не понял, что произошло. Вернувшись с обеда, он с головой погрузился в работу и не сразу сообразил, что та у него с каждым получасом начинала тяжелеть. И веки тоже. Спать хотелось жутко. Кофе спасало, но не на долго, да и часто пить его — шанс словить сердечный приступ. Тэён даже подумывал отмазаться и не идти в этот чертов кинотеатр, сославшись на усталость, но это, как минимум, нехороший поступок: в отделе устали все. Не так сильно как он сам, правда, но все же. А еще он заплатил за свой билет аж целых восемь тысяч вон. Не то чтобы Ли жадный, просто Марк вряд ли вернет ему эти деньги… Решено было поехать в пункт назначения на метро, ибо в такси бы вся ватага не влезла. Помотаться в вагоне пришлось знатно: там было очень много людей. Многие возвращались домой с работы, посему подобная толкучка удивления не вызвала. А еще в тесном пространстве было очень тепло. На улице заметно похолодало, но в метро Тэён чувствовал невероятную духоту. Его мотыляло из стороны в сторону, было так жарко, что лоб у него мигом намок. Хорошо, что он с утра на рубашку ничего не накинул. Плюсом масла в огонь добавляли частые взгляды Юты в сторону Ли. Тот замечал их краем глаза, но честно делал вид, что все в порядке. Все и правда хорошо за исключением жуткой усталости. Я точно к Эри не поеду завтра, на Марка все свалю… Совру, что мне плохо. Скажу, что тоже поехал к зубному. Или нет… все-таки, это же вранье. Но оно поможет поспать… но это все еще ложь… Ах, черт! На предыдущей работе у меня таких мыслей и близко не было! В конце-концов, компания добралась до еще одного торгового центра, не того, в котором проводилась выставка работ Наны. Но этот тоже был огромным: куча этажей переливалась преимущественно золотым, освещая широкую улицу, на которую постепенно начали опускаться весенние сумерки. Всюду сновали прохожие, а пятеро редакторов, потолпившись у входных дверей, пока Марк искал свой телефон с сохраненными на почте электронными билетами, вскоре поднялась на третий этаж. Через десять минут толпу посетителей стали впускать в нужный зал. Тэён едва не потерял своих коллег, но среди десятков людей смог разглядеть Марка, Джено и Сончана. Они сели на те три свободных места спереди, а это значило — осознание внезапно отозвалось чем-то горячим по сердцу, — что остались только два никем не занятых кресла сзади. — Давай, садись, скоро начнется, — Юта прошел мимо Тэёна и потянул того за собой, призывая не блукать. Тот тут же послушался и, сев, вжался в мягкое прохладное кресло. Больше полутора часов рядом-рядом с начальником! Ли негромко кашлянул, скосив глаза в сторону, когда Накамото надел очки — с его зрением, что успело испортиться за долгое время работы редактором, изображение на огромном экране будет размытым. Ничего плохого не произойдет, сердце, хватит так быстро стучать! Успокойся! После аниме началось. Свет в зале выключили, помещение погрузилось в тьму, оставив зрителей наедине с яркими вспышками на экране во всю стену. Прошла одна реклама, вторая, пустили парочку трейлеров фильмов, на которые Тэён — он скрестил руки на груди — точно не пойдет. А потом пошли начальные титры. Ли так и не смог прочитать мангу, с которой все это дело рисовалось, но надеялся, что сможет понять происходящее. Даже если не получится, господину Чжону разъяснить детали картины смогут остальные, взять того же Джено. Да, хорошая мысль. Первые минуты мультфильма заняла песня о том, как классно быть молодым. Когда ты школьник, у тебя, как правило, много друзей, мало забот, чувства льются, затапливают душу; хочется быть всегда и везде первым, все попробовать, везде засиять. Подростки гуляют и веселятся, спят на уроках, а не дома, едят вредную еду, играют в игры. Живут, что самое главное. Тэён вздохнул. Как бы я хотел вернуть то время, подумал он. Да, родители ругались и ругали его, да, он хватал двойки, но все минусы жизни сводил на нет Юта, внезапно появившись в ней. Он заявился в класс на свой первый урок, представился на ломаном корейском, устремив взгляд в потолок, будто рассказывал выученный наизусть текст, потом нахмурился, мол, и что я сейчас сказал-то вообще, а потом сел позади Тэёна. Тогда был классный день. И Юта классный. Он мигом со всеми поладил. Его не обижали, но общаться с ним было тяжело, ибо он знал только свой родной японский. Никто из класса не горел желанием возиться с ним, а Тэён согласился. Довозился. Подружился. Ли вздрогнул и предпочел не продолжить заниматься самокопанием, а смотреть аниме дальше. Но было тяжело. Здесь уже, в зале кинотеатра, а не в офисе, Тэён был не в силах сдерживаться. С каждой новой репликой героинь в фильме глаза закрывались все усиленнее, и держать их открытыми становилось сложнее. Звуки приглушались, доходили до ушей будто через толщу воды, а кресло стало сродни любимой кровати — таким же теплым и мягким. Тэён вытянул ноги, но не до конца, ибо места мало, и похлопал ресницами пару раз, чтобы прийти в себя. Темнота зала здорово способствовала тому, чтобы желание вздремнуть заполонило собой все мысли, но нельзя. Это некрасиво. Он широко открыл глаза, продолжая наблюдать за происходящим на экране. Главные героини, Минджи, Аран, Соён и Гаыль, стояли во дворе их школы в самый разгар учебного года и решали, что им нужно устроить нечто грандиозное, чтобы Гаыль, которой вскоре предстоит переехать в Европу, помнила об их дружбе. Девушки эмоционально обсуждали идею о подаче заявки на школьный фестиваль. — Я умею играть на гитаре. И Минджи! — воскликнула Соён, и в кадре промелькнули ее красные волосы. Яркие, сродни включенной лампочке, и их цвет определенно бы заставил сощуриться, но Тэён одной ногой уже находился в царстве Морфея. Он не в том состоянии, чтобы хоть как-то адекватно реагировать на события аниме. — А Гаыль умеет петь… — крупным планом показали Аран, улыбающуюся всплывшему рядом с ней облачку, где ее подруга брала высокую ноту, а потом к ней на сцену выбегал ее парень, осыпая ее цветами. Минджи, похожая по рисовке на принцессу-кошку Рину, улыбнулась и что-то ответила, но Тэён не смог уловить, что именно. Он всего на миг закрыл глаза, но открыть их не смог. Стек в кресле вниз, наклонился в процессе чуть влево и тихо засопел. Заснул. Будто по щелчку пальцев. Причем заснул быстро и крепко, несмотря на громкие звуки из колонок. Отключился так, словно не имел никаких проблем со сном и не нуждался в хоть какой-то тишине, чтобы сделать это. Задремал Тэён настолько, что не почувствовал тепло. Юта же в свою очередь не сразу заметил, что его друг, оказывается, заснул — прошло минут семь, прежде чем он, увлеченный вполне сносным сюжетом, решил посмотреть в его сторону, — но, как понял это, сразу же стянул с себя кардиган мелкой вязки. Уложил его, чтобы не сполз, рукава оставил на плечах и, убедившись, что Ли не проснулся, скользнул внимательным взглядом от его лица к руке. Та покоилась между ногой и обитым мягкой тканью подлокотником, в то время как другая, правая, лежала на животе. Юта быстро посмотрел Тэёну в лицо, прищурившись. В зале стояла тьма, но экран бросал на многочисленных зрителей яркие цветастые тени. Тот продолжал спать, не обращая внимания на окружающую обстановку — его не беспокоили ни сидящие вокруг люди, ни грохот звуковых эффектов, ни появление крохотного покрывала в виде кардигана. Накамото воровато оглянулся, даже шею вытянул, чтобы заприметить невдалеке, на первых рядах, макушки других его коллег. Потом он облизнул внезапно пересохшие губы, глубоко вздохнул и… Взял Ли за руку. Прохладную, с широкой ладонью и длинными тонкими пальцами, кончики которых лишь едва-едва шершавые. Он на пробу прошелся по внешней стороне, там, где костяшки, сухожилия и вены под нежной светлой кожей, и заулыбался, словно ему семнадцать, а не двадцать семь. Он понимал, что это — не совсем правильная вещь, и что Тэёну такое совершенно точно не понравится, учитывая все то, что между ними было, но желание ощутить в своей руке чужую было слишком велико, чтобы продолжить смотреть фильм. Юта, сжимая ладонь Тэёна в своей, тихонько и совсем медленно уложил ее на подлокотник, проследив за реакцией. Ее не последовало, что подтолкнуло на дальнейшие действия: легкие, еле ощутимые, но от них становилось так хорошо! Сердце колотилось, воздух словно загустел, но остановиться было невозможно. Рубикон был перейден еще когда Юта стянул с себя кардиган, хуже уже точно быть не может. В последний раз подобное он позволял себе только на ночевках, когда иногда просыпался от жажды ночью. По возвращении с кухни Накамото частенько ставил стакан с водой на рабочий стол в своей комнате и садился на колени перед спящим на футоне другом. Почти заглядывал ему в лицо, улыбался, поправлял то волосы, то огромное пуховое одеяло, то еще что. Это еще страннее, чем гладить руку, но Юте тогда было совсем до лампочки. Он был до жути влюблен, да и дальше не заходил — довольный ложился досматривать сны. Переплетя пальцы, Накамото внезапно почувствовал, как Тэён сжал его ладонь в ответ. Слабо, совсем слабо, но этого хватило, чтобы вздрогнуть и повернуть голову в его сторону. Тот продолжал спать. Только наклонился вбок, почуяв, видимо, тепло, и от этого жеста сердце защемило, как у Аран в аниме. Ту обнял парень, который в конце сюжета признается ей в любви, и ей это так понравилось, что она не смогла сдержать счастливой широкой улыбки. Примерно в этот момент она поняла, что нашла: свою любовь. Первую, которая впоследствии только станет крепче, особенно судя по немногочисленным спешлам от Наны. Юта подобное понял очень давно. Как бы его мангаки ни старались показать любовь, как бы ее ни описывали, красивые картинки с настоящим ее ощущением сравниться никак не могли. Накамото, наверное, потому так хорошо и разбирался в седзэ манге, потому что сам чувствовал. Он был влюблен в Тэёна, и именно промежуток школы в обычной корейской школе, за партой позади парты обычного корейского школьника, дал ему возможность по-настоящему понять, что такое любовь. Однобокая, блеклая с виду, но на деле — яркая, пусть и тщательно скрываемая до того злополучного вечера в парке. И пусть пара слов признания разрушила все то, чем Юта грезил, превратив все его мечты в пыль, сейчас он был счастлив.***
Затем фильм кончился. Сцены после титров не обнаружилось (Джено еще заранее предупредил), посему люди поспешили покинуть зал. Юта, натянув на макушку очки, наклонился к Тэёну поближе, позвал по имени. Раз, два, и через минуту тот медленно разлепил веки, щурясь от яркого света с потолка. — Отдохнул? — Я что, заснул? — Да, — у Накамото голос тихий, а у Ли — хриплый. Сонный, он сразу не сообразил, что был укрыт кардиганом: заметил, только когда предмет одежды сполз вниз. А еще была рука. В другой руке. Так тепло было. Странно покалывало в пальцах и отдавало выше до плеча, откуда капало в сердце каким-то внезапным трепетом и заставляло кончики ушей краснеть на манер волос Соён. Как можно было умудриться заснуть в самый разгар аниме?! Ну и стыд… — Простите! Я случайно. Больше такого не повторится, — попытался оправдаться Тэён заплетающимся из-за сонливости языком и поднял взгляд. Уперся им прямо Юте в лицо, в глаза, и он не выглядел злым. Ничуть. Большой палец заскользил по коже тэёновой ладони, прежде чем отпустить ее и получить свой кардиган обратно; губы расплылись в нечеткой, но нежной улыбке. — Ничего страшного, — сказал Накамото, поднимаясь с кресле. — Давай, пойдем, нас остальные заждались. По словам коллег, картина и правда вышла очень даже достойной. Джено на правах того, кто сыграл самую большую (из присутствующих) роль в ее создании, похвалил рисовку и сценарий, но остался очень недоволен сценой признания в любви: ее сделали не такой трогательной и эмоциональной. Сончану не понравились экшн сцены, Марк в восторге от всего, Юта согласился с мнением Джено, а Тэён отделался лишь неуверенным «было классно». А что он еще мог сказать? Такой стыд. Ужасный стыд. Эра разгильдяйства осталась далеко в прошлом, поэтому Ли чувствовал себя отвратительно. Как можно было не совладать с самим собой и заснуть прямо на сеансе? Еще и рядом с начальником, ну что за дела, почему все постоянно такое… такое сумбурное, плохое, нервное, злое? Расстраивающее. — Ты домой? — рядом возник Юта, сжимающий в руке свой телефон. Тэён стоял на улице, у порога комплекса. Мимо сновали люди, на дороге в паре метров вовсю разъезжали машины, а он пытался собраться с силами и проснуться. Супер поспал, просто слов нет. — Да. — Остальные уже разошлись. Поехали вместе? Меньше денег за такси оставим, — предложил он. — Хорошо, — Ли выудил из кармана брюк пару свернутых купюр и пересчитал их, прежде чем засунуть их обратно. Он коротко зевнул, прикрыв рот рукой, и стал ждать появления транспорта. — Через семь минут приедет. Тэён кивнул. — Я бы хотел поговорить о тебе. Окатило морозным волнением, прошлось ледяной тревогой с макушки до самых кончиков пальцев ног. Тэён знал, что именно за тема будет у разговора. Здесь ежу понятно, но он не думал, что сможет выдавить из себя хотя бы слово в ответ. — Обо мне? О чем именно? Мне правда очень жаль, что я заснул в зале, со мной никогда такого не… — Ты заснул, потому что устал? — Да. Прошлой ночью Джено попросил помочь ему. Я поздно лег и не выспался. — Уставшим выглядишь ты не только сегодня, — Юта сложил руки на груди и нахмурился. — Завтра приходишь в офис в час. — В час?! — Тэён опешил и едва не упал в клумбу, что находилась рядом. — Со мной все в порядке, говорю, я же просто не выспался! — Я твой начальник, Тэён-а. А еще мы с тобой дружили все детство, и я знаю, когда ты просто не выспался, а когда — не спишь днями. Пожалуйста, приди завтра на работу попозже. — Это… это несправедливо по отношению к остальным, нет? Ребята работают больше меня, но им к одиннадцати… — Ребятам не поручают организации выставок, когда они занимают должность всего три месяца, — Юта вздохнул. — Вот в этом моя вина. Я тебя нагружаю. — Юта-я, — Тэён нахмурился в ответ, почти позабыв о липком страхе. — Нагружать меня — твоя обязанность. — А еще в мои обязанности входит заботиться о своих подчиненных. Твое здоровье сейчас важнее здоровья остальных, так что, пожалуйста, — Накамото посмотрел Ли в глаза. Серьезно, с долей давящей грусти; похлопал по плечу. Несильно. — Приди к часу. Отдохни. Марк поедет к Эри без тебя, там все равно план готов еще с прошлого месяца. — Ладно. Спасибо. — Ничего плохого не случилось, — сказав тихо, Юта подошел поближе. Он протянул руку, и вдруг его пальцы снова коснулись тэёновой ладони, совсем как во время фильма. Они прошлись по чужим фалангам, и Тэён совсем растерялся. — Я просто хочу, чтобы ты чувствовал себя хорошо. Он сжал ладонь Юты. Подъехало такси. Мне кажется, я начинаю разделять его чувства.
