Глава 4
27 октября 2013 г., 06:46
Следующий день был кануном Рождества, и дом гудел от шума и энергии. Фред и Джордж тайком распихивали свои сладости в блюда с рождественскими угощениями, расставленными по разным уголкам дома, в надежде поймать кого-нибудь в свои сети.
Между тем, Молли и её армия были заняты на кухне приготовлением печенья и блюд для завтрашнего ужина. Для этой задачи были реквизированы Джинни, Луна и Гермиона. Тонкс была также полна решимости помочь, и миссис Уизли поручила ей вырезать из теста формы для печенья. Это было единственное задание, которое можно было поручить Тонкс с наименьшей потенциальной опасностью. Тонкс с удовольствием принялась за работу, придумывая формы в своём стиле. И они не всегда были традиционными. Лишь малая часть устилавших противень печений была обычной формы.
В течение дня Сириус и Ремус совместно с Драко, Роном и Гарри вступили в сговор с целью отвлечь трудившихся на кухне представительниц прекрасного пола от их занятия и заодно украсть немного печенья. Когда Драко вступил в схватку с Джинни, остальным удалось убежать с целой партией рождественских угощений. После этого каждый стал действовать по разработанным планам.
Ремус предпочёл действовать хитро. Он частенько наведывался на кухню к Тонкс и получал по два-три печенья после каждого подаренного ей поцелуя.
Сириус избрал хаотичный подход. Превратившись в свою анимагическую форму, он принялся гоняться за Косолапусом* по кухне. Они путались под ногами присутствующих, пролезали под стульями, носились вокруг стола и кухонных тумб, а миссис Уизли гонялась за ними, воинственно размахивая скалкой.
В попытке остановить Сириуса и Косолапуса Тонкс атаковала их заклятиями, но как всегда все они летели мимо. Одно из них случайно угодило в Джинни, и после вопля Тонкс: «Петрификус Тоталус!» девушка рухнула на пол. Молли ловко перепрыгнула через непредвиденный барьер в лице собственной дочери как легкоатлет на Олимпийских играх, сражавшийся за золото.
Вилявшему из стороны в сторону Сириусу удалось столкнуть между собой Молли и Тонкс, женщины врезались друг в друга. Вслед псу полетел целый рой проклятий.
Луна схватила со столов всё, что осталось от партии печенья, в надежде не допустить их повторного хищения, и отошла в сторону, стараясь не участвовать в творившемся балагане.
Видя, что только Гермиона способна остановить напавшую на кухню компанию, Сириус бросился на девушку с определёнными намерениями.
— Бродяга, не смей!
С блеском в глазах и радостным лаем Сириус прыгнул на Гермиону и опрокинул её на пол. Никем не замеченные Гарри и Рон схватили столько печенья, сколько смогли унести, и быстро скрылись из кухни. Увидев, что миссия успешно выполнена, Сириус радостно завилял хвостом и небрежно лизнул Гермиону в щёку.
— Сириус! — закричала девушка.
Гермиона потянулась за своей волшебной палочкой, и Сириус быстро сбежал с места преступления. Оглядевшись, девушка заметила Косолапуса, сидевшего напротив него и сверлившего её странным взглядом. Ей показалось, что Косолапус ухмыльнулся, прежде чем с самодовольным видом покинул кухню вслед за Сириусом.**
После случившегося дамы никого не подпускали к кухне.
Сириус вскоре пожалел, чтобы этот запрет был введён прежде, чем он съел свою порцию печенья. Если бы он был раньше, тогда бы Сириусу не пришлось нападать на Гермиону и опрокидывать её на пол. Это не привело бы его к мысли прижиматься к ней в других местах. Например, на кровати. И к стене в душевой. И даже на полу в библиотеке.
Библиотека была его любимой фантазией. Сириус с наслаждением представлял себя лежащим рядом с волнующими изгибами тела Гермионы (он получил прекрасную возможность как следует рассмотреть и оценить их тогда, на кухне) на мягком коврике в окружении книг. Книги были решающим аргументом. Сириус знал, как сильно Гермиона любит книги. Он представил, как устраивает ей экскурсию по дому и говорит, что эта библиотека исключительно для неё. Она будет с волнением осматриваться по сторонам, пока он не предложит ей заняться чем-то более приятным, нежели чтение.
На некоторое время Сириус полностью потерялся в своих фантазиях, и лишь последняя мысль отрезвила его. Подождите. Библиотека исключительно для неё? О чём он думает?! Он не должен об этом думать. Это слишком серьёзные мысли, и Сириус заставил себя забыть о них. Что с того, что он обратил внимание на прекрасные формы Гермионы? Её родители убьют его. Рон его убьёт. Что подумает Гарри?
Сириус нервно взглянул на сидевшего рядом с ним крестника, с довольной улыбкой жевавшего свою порцию украденного печенья и не обращавшего внимания на мысли крестного.
Или ещё хуже: что подумает Гермиона? Наверняка она посчитает его развратным стариком, если узнает, о чём он думает. Посочувствует, сказав, что он уже вышел из возраста, чтобы ухаживать за юными девушками?
Желудок Сириуса свернулся в узел. Он не сможет этого вынести. Что, если она будет в ужасе и шоке? Или в гневе вычеркнет его, Сириуса, из своей жизни, лишит его дружбы? Сириус больше не мог об этом думать.
Это не может произойти. И это не произойдет. Он решил выбросить эти мысли из головы.
Сириус даже обрадовался, услышав из прихожей голос Снейпа. На этот раз он был в самом деле рад увидеть это сальноволосое чудовище. Ему нужно что-нибудь, чтобы отвлечься от мыслей о Гермионе и так внезапно вспыхнувшего к ней влечения, от чувств, заставших его врасплох. Раздражающий его слизеринец как раз подойдёт.
Все приготовления к празднику были завершены, дом украшен, праздничный стол полностью сервирован, а подарки упакованы в самый последний момент. На площадь Гриммо хлынул поток гостей.
Фред и Джордж пристально следили за своими предполагаемыми жертвами и строили планы на то, как поймать их следующим утром. Как оказалось, собрать их вместе в одной комнате не составит особых трудов, даже несмотря на весьма шаткий аргумент подобной встречи — обмен подарками рано утром. Они очень долго не виделись, и все обрадовались возможности обменяться подарками в тесной компании, где можно говорить обо всём на свете. Это была возможность поговорить, не опасаясь подслушивающих устройств Фреда и Джорджа, которые те пообещали не использовать.
Также близнецы не могли не обратить внимания на то, что происходит вокруг них. К их удивлению, здесь происходило много необычного.
Сириус избегал Гермиону, но часто задумчиво смотрел на неё со странным выражением лица, пока она не видела этого. Гермиона аналогично посматривала в сторону Сириуса, желая при этом оставаться незамеченной.
Перси смотрел на Луну неотрывно в течение всего дня. Близнецы жалели Луну, пока не заметили, как она оценивающе присматривается к ягодицам Перси, разговаривавшего с кем-то, склонившись к камину. Тогда они решили, что она действительно псих или же находится под заклинанием. Неужели кого-то может заинтересовать задница Перси?!
Драко и Джинни постоянно спорили и препирались по поводу того, как стоит повесить или что делать с той или иной вещью, при этом в попытках спровоцировать друг друга обмениваясь возмутительными инсинуациями. Два бесстрашных представителя Гриффиндора и Слизерина не могли сделать первый шаг навстречу друг другу, так как оба не были уверены во взаимности чувств.
В целом, Фред и Джордж решили, что ситуация уже давно созрела для самой грандиозной рождественской шутки.
*Автор знает, что читателям привычнее перевод клички кота «Живоглот», но придерживается языка оригинала:)
**Думаю, у этой парочки вся беготня была четко спланирована, ведь они же лучшие друзья ещё с третьего курса Золотого трио:D
