Невозможные

На предложение о спарринге юноша неуверенно кивает. Он ранее не встречался с методом ведения боя Ки и поэтому слегка опасался переборщить. Возможно, шпион был хорош в ближнем бою, возможно, даже приближенно к самому Акуме, поэтому даже некоторое любопытство юноши делает пользу в согласие. Правда данное решение кажется ему наиболее оптимальным – с ним самим никто не рискует тренироваться, даже без оружия врукопашную, потому что прекрасно понимают, что согласие на парную тренировку завершится принятием роли бойцовской груши. Так что много лет партнёрами были именно манекены или сразу же цели на заданиях. Акачи с опаской встаёт, поправляет свои волосы и одежду, после чего вслед за Ки отправляется обратно в зал. Некоторые коллеги уже посчитали его отпавшим из жизни в медпункте, поэтому были удивлены жизнеспособности Акумы. Ки с детства был хорош в драках. Можно сказать, что это было его хобби. В какой-то момент он даже посещал кружок по рукопашному бою. Плюс он часто смотрел соревнования по разным видам единоборств. Конечно, без должного обучения это было не очень полезно, но пару трюков он все же смог разучить. Все это очень пригодилось в армии, где его умение довели до совершенства, что уж говорить о спецподготовке в отряде. Но мафиози не лукавил, когда говорил, что заржавел. После вступления в группировку драки перестали быть необходимостью. В какой-то степени, он даже предвкушал этот тренировочный матч. Мужчины вышли на татами и встали напротив друг-друга. Ки сразу же принял боевую стойку. Акачи также принял боевую стойку, уверенную и даже расслабленную, так как не видел трудностей. Ему удавалось побороть и не одного человека одновременно, и эта мысль давала ему уверенности в себе перед неизвестным соперником. Он не стал начинать бой, ведь выступал лишь в качестве помощи для тренировки движений. В отличие от остальных своих соперников, которые таки на свою беду соглашались принять участие в спарринге, Ки ему бить не хотелось. Наиболее выгодной тактикой станет уворачивание и плавное маневрирование между атаками шпиона, чего он и решил придерживаться по крайней мере на первый раунд. Ки понимал, что против Акачи обычный стиль боя не будет чем-то новым и интересным. Так что он решил попробовать кое-что занимательное. У мужчины был большой опыт в рукопашке и много знаний о нем. В итоге, в какой-то момент военный начал вырабатывать свой уникальный стиль ведения боя. Благодаря своему командиру в армии мешанина из приемов была доработана и упорядочена. "Мда... Не хотел бы я с тобой столкнуться вне тренировочного мата", — сказал тогда главный, после их очередной тренировки. В их подразделении вести рукопашный бой было куда более важным навыком, чем стрельба, так как превыше всего ставилась бесшумность выполнения задания. — Ну, начали, — сказал Ки и с широкой улыбкой понесся вперед на Акачи, причем довольно быстро. Реакция у юноши была развита хоть куда, поэтому ему не составило труда считать чужие действия и понять как на них реагировать. Первый уворот даётся ему легко, но последующие действия Ки кажутся какими-то странными, неорганичными, будто они набраны из разных стилей ведения боя. Это понимание вызывает небольшой вопрос у наёмника, но с последующим наблюдением за атаками позволяют ему прийти к выводу, что данная особенность может хорошо смутить врага, тем самым сыграв на руку. К тому же, какая-то логика начала вырисовываться и составлять общую картину что из себя представляет Ки. В отличие от остальных тренировок, эта казалась Акаче занимательной, по крайней мере на лице появилась ухмылка, явно довольная. Кому-то наконец-то удалось удивить его, чего не удавалось другим уже больше полугода. Стиль Ки действительно казался по началу простым для понимания. Но было там небольшое двойное дно. С одной стороны, это была мешанина и казалось, что ее легко прочитать, вырисовать логику, но. Одно очень большое «но». Эта самая мешанина давала большую гибкость. Выстроенное понимание соперника можно было ловко разбить вдребезги, изменив последовательность. Таким образом, оппоненту приходилось выстраивать свою тактику по новой. На этот раз уже с учетом как новой атаки, так и с пониманием того, что все снова может поменяться. Такой стиль боя был весьма непредсказуемым и мужчине это нравилось. Но ему не хотелось настолько сильно раскрываться, к тому же он умышленно не пользовался некоторыми приемами, негоже было использовать тайную технику спецотряда, чем ограничивал себе вариативность еще сильнее. Но в целом тренировка все равно прошла неплохо. Ки смог наконец-то как следует подвигаться в своей любимой манере, а Акачи потренировать техники уворотов, блоков и чтения противников. Мафиози решил остановится, когда увидел, что Акума уже довольно тяжело дышит. Никто из них не знал, сколько времени прошло с начала их спарринга. — Предлагаю на этом остановится, — сказал Ки. Он устал не меньше юноши, этого было достаточно. Военный наполнил в кулере два пластиковых стакана водой и протянул один своему партнеру. — Понравилось? — спросил он, в глазах его при этом было заметно немного лукавства и гордости. Он и в самом деле немного вымотался, потому что не следил за ходом времени, лишь за поведением соперника, благо натренированная выдержка помогала ему в этом. На предложение передохнуть он коротко кивает и опускает руки, отправляясь вслед за Ки. Сделав пару глотков воды, Акачи немного выдыхает усталость, которую очень пытается скрыть, как и возобновившееся головокружение. – Тебе удалось меня удивить. Твой стиль явно хорош против соперников, – юноша посмотрел на горящие глаза шпиона и не смог держать доброй усмешки. — Но мог бы и лучше, ты так ни разу и не попал по мне. Наёмник слегка потёр уставшую шею и его движение спровоцировало резинку для волос лопнуть, не выдержав такого накала, поэтому воздушная кудрявость рассыпалась на плечах юноши. Он лишь недовольно тихонько рыкнул и стал собирать всё это безобразие в низкий хвост, завязывая его снизу лентой, что он снял с запястья на подобный случай и для скрытия старых шрамов от порезов. На губах мужчины играла странная таинственная улыбка, но он явно не собирался что-либо говорить. Если Акачи как-нибудь захочет еще с ним потренироваться, он добавит к показанному сегодня чуточку больше, это должно будет быть весьма занятно. Интересно, какое лицо будет у юноши, когда вся логика приемов и связок, выученная им сегодня, окажется бесполезной? Ки скрывал свои шрамы на руках напульсниками. Все же, следы от кандалов он не сильно горел показывать другим за пределами квартиры. Даже рубец на шее доставлял дискомфорт, но тут он ничего не мог поделать. Видя, что Акачи не сильно нравится показывать другим раны на запястье, мужчина все же решает снять один из напульсников и протягивает его юноше. Свое же запястье прячет, скрестив руки на груди. — Идем переодеваться. На сегодня с тебя хватит. Сказал Ки и первый направился в сторону раздевалки. Паренёк явно удивлён жестом Ки, поэтому ещё некоторое время, держа напульсник в руке, он смотрит ему вслед. Зачем, чёрт возьми, он это делает с ним? Больше похоже на то, что он его приручает, к тому же, довольно успешно, вызывая недовольство. «Ты никому не нужен», – твёрдо убеждает себя Акачи и отправляется в раздевалку. В конце концов, в сумке есть запасная резинка, да и, переодевшись, одежда закрыла ему руки, так что скоро он вернул Ки напульсник с тихой благодарностью. Не то, чтобы он стеснялся своих шрамов, ведь почти каждый в организации знал тот случай, когда его нашли поздно вечером в этой же самой раздевалке со вскрытыми запястьями и когда его потом за это, как щенка, отчитывал и бил босс. Ему не хотелось, чтобы это обсуждали и травили шутки, а их и так было предостаточно. Закинув сумку на плечо, он смотрит на Ки. – Спасибо. Он не стал уточнять за что конкретно – за помощь, поддержку или хорошую тренировку, ведь шпион довольно смышлёный и явно поймёт, что за всё и сразу. — Всегда к твоим услугам, — улыбнулся Ки. Он тоже уже собрался и хотел пойти домой, но пока переодевался увидел, что на его мобильный пришло смс: "Доставлено". Это заставило его изменить свои планы. Сначала ему придется заскочить в одно место, чтобы забрать посылку для предстоящей работы.