История Поющего мира: Песнь Заката

      Эле не удалось уснуть. Спина и голова ныли, непрошеные мысли бродили в голове. Их разбудили ни свет, ни заря, двое из пленников остались лежать на полу. К ним подошли охранники, ощупали шею и лицо и позвали кого-то. Они умерли во сне. Эля не успела ужаснуться произошедшему, как ее вывели на улицу и заставили провести разминку на утреннем морозе. Пятнадцати минут в такую погоду хватило Эле, чтобы промерзнуть до самых костей. У нее посинели губы и пальцы. Затем их отправили завтракать в огромный барак. По пути Эля заметила некоторую странность: все бараки и все здания построены на основании обычных домов. У некоторых, например, одна или две стены были частью старых домов, другие были кое – как скреплены деревянными досками. Эля замечала на краях старых стен черные отметины, как от пожара…. И силуэты людей, обведенный черной сажей… Она чуть не закричала, когда поняла, что это значит.       «Они даже не удосужились исправить здесь что-либо… они оставили стены, которые не снес Элуит. Оставили отпечатки давно умерших людей. Как такое возможно?» - девушка опустила голову и постаралась отвлечь себя какими-нибудь менее мрачными мыслями. Например, будет ли сегодняшний завтрак съедобен.       Ответ она получила в столовой. Единственное место, где все пленники, участвующие в отборе, едят вместе и вразнобой. Эля взяла поднос с пригорелой жижей, которое должно было быть кашей, села за стол и осмотрелась вокруг. В этот момент к ней подсела Иэль. Лучница была так рада ее видеть! Будто за ночь Кармен могло и не стать. Ей тут же захотелось ее обнять, но она этого не сделала.       Девочка выглядела немного странно. Ее кудрявые волосы до плеча, покрашенные в черный цвет, вдруг стали такой же длины, как у мальчика, на правой щеке появился синяк от вчерашнего удара коменданта.       Иэль цокнула языком.       - Как ты могла попасться на такую простую уловку?! – спросила девочка. – Понятно же, что здесь каждый старается для себя. Не слушала бы и легла спать, а теперь посмотри на себя: твои прежние недосыпы сделали из тебя зомби.       - Я поняла уловку, но решила, что выслушать правила лагеря будет важнее. И с собой ничего не смогла сделать, - призналась Элия. Кушать ей совсем не хотелось, к тому же на противоположной стороне, на нее смотрела девочка голодными глазами волка. Свою порцию она уже съела. Эванс хотела отдать ей подгорелую кашу, но Иэль пододвинула тарелку поближе к Эванс.       - Даже если невозможно есть, съешь! Тебе сегодня тренироваться и возможно драться! – сказала твердо бесшумная тень. Эля посмотрела на девочку с голодными глазами, взяла решительно ложку и отложила пол порции ей, остальное принялась есть сама.       - Что я тебе только что сказала?! – прошипела Иэль.       - Прости, просто…       - И, правда, твоя старшая сестра совсем не похожа на тебя, - с другой стороны, прогнав наглую девочку, сел смуглый мальчик с синими, как индиго, волосами. Они искрились и переливались на свету, глаза также волшебно сверкали странной синевой.       Его эльфийские уши торчали по сторонам.       - Это Умбра. Он тот, кто мне рассказал про лагерь, - представила Иэль. – У него уже две победы, - Эля посмотрела на мальчика и не могла вбить себе в голову, что ребенок перед ней уже убил двух человек.       - Я, конечно, не хочу тебя расстраивать, но твоя сестра умрет в первом же бою, - сухо сказал он, доедая кашу. Иэль злобно сверкнула глазами.       - Возможно, ты прав, - кивнула Эля.       - Нет! – выкрикнула Иэль, она посмотрела на Эванс. – Ты ведь поняла, что нас в течение дня будут оценивать?- получив утвердительный ответ, она продолжила. – Поскольку мы сказали коменданту, что ты слаба телом, притворяйся таковой. С внешним видом проблем уже нет, а вот на тренировках, пытайся делать так, будто делаешь в первый раз или будто тебе очень тяжело. Тогда они либо выберут тебе слабого соперника, либо очень сильного, чтобы сразу убил. В любом случае, тебе повезет. Даже если он будет в их понимании очень сильным, ты справишься.       - Не говори об убийстве, как о решенном деле, Иэль! – разозлилась Эля. –Я не хочу никого убивать. И не хочу, чтобы ты убивала! Даже если ты можешь так поступить…       - Хонория, я не такой человек, каким ты меня представляешь… - отстранено но сказала девочка.       - Ты именно такая, какой я тебя вижу! – сказала уверенно Эля.       «Элия», - позвал Янтарь. Девушка увидела в мыслях тигра, что кандиликан в виде взрослого кота занял ее место около спящего Нэва, и почувствовала что-то наподобие ревности. «Вернешься домой, тогда сможешь снова быть рядом с ним», - подначивал кот. «Но сейчас речь идет не об этом. Помнишь, как мы вчера расширили мысленное поле?»       «Да», - остальные мысли она пожелала спрятать куда подальше. Тоска по дому и, в особенности, по Нэву и Леондару ей сейчас никак не помогут.       «Я попробую сделать также с Иэль. Предупреди ее», - попросил он.       Эля передала предупреждение девочке. И в этот же момент Кармен схватилась за голову из-за возникшей сильной боли. Будто кто-то в ее голове пробивал буром дыру. Длились эти мучения около пяти секунд, и вдруг прекратились. Бесшумная тень почувствовала в своем сознании посторонние мысли и чувства.       «Янтарь?» - попыталась она мысленно позвать. Вдруг поле сознания расширилось, и там появились еще и мысли, и чувства Эли. Иэль четко уловила ее ход мыслей, пока девушка не смогла сосредоточиться и скрыть часть из них.       Лучница не верила, что Кармен может убить человека. К тому же, такое аномальное поведение и ее желание убивать проявились только потому, что здесь был тот человек. Иэль пребывала в замешательстве. Эля так легко выстроила логическую цепочку между ней и тем мужчиной и даже не испугалась кровожадности Иэль. Девочка была удивлена, и все же… Элия ошибалась. Темная ее сторона присутствовала с ней всегда.       «Ты не права, темная сторона есть у всех. К тому же у тебя есть причины, чтобы выпускать ее и чтобы подавлять. Но…в обычной жизни твое темная сторона никак не проявляется, и, значит, ты спокойно сможешь жить без нее. Тебе не обязательно кого-то убивать. У тебя нет в этом потребностей», - говорил Янтарь.       «Замолчи!» - разозлилась на него девочка: «Если это все, что ты хочешь мне сказать, то…»       «Нет, я хотел тебя спросить о том, возможно ли отсюда вам сбежать?» - сказал кандиликан.       «Нет», - вздохнула Иэль. «По тому, что я увидела, нам отсюда не выбраться. Я могу попробовать, но Эля не справится. Если я сбегу, ее убьют. Если же мы пойдем вместе, то провалимся, и умрем вместе. Лучше спроси завтра, я просмотрю полный режим лагеря и все сообщу».       «Хорошо».       «Можешь, пожалуйста, передать Анее мои извинения и мое обещание: я обязательно верну Элю живой» - сказала девочка.       «Хорошо. А ты? Ты вернешься живой?» - по тону голоса кандиликана нельзя понять, действительно ли он переживает за нее, или переживает из-за Эли, которая лишится подруги.       «Я постараюсь, но ничего обещать не могу».       Завтрак закончился. Хонория пожелала удачи Иэль, помахав левой рукой. Только в этот момент девочка заметила, что левая рука лучницы обмотана черной тканью, а подол ее черного плаща порван.       «Она пытается скрыть следы от наимэтэ?» - подумала Иэль. Она сочла идею благоразумной, и не стала ничего говорить.       - Твоя сестра очень непохожа на тебя. Наивна и упряма. Такие здесь долго не живут, - сказал Умбра, поравнявшись с ней.       - Наивна и упряма? Скорее упрямо наивная. Она полностью понимает, что это место далеко от человеческих ценностей добра и мира, она знает, что здесь ее принципы ни к селу, ни к городу. Однако Хонория упрямо будет следовать своей «наивной» дорогой, - усмехнулась Иэль. - Надо же…а это имя ей очень подходит. Сестра явно пытается сохранить свою «честь». Надеюсь, она не сломается…       - Кстати, те указания, которые ты дала ей… она ведь тоже хороший боец, верно? – понизив голос, сказал Умбра. Иэль постаралась не выдать волнение и расплылась в самоуверенной улыбке.       - Не особо.       - Не ври, судя по ее мозолям на ладонях и пальцах, тому, как она двигается и внешнему вида тела. Она умеет сражаться. И я не совсем понимаю: зачем ты решила показать ее слабее, чем она есть на самом деле?       - Так получилось. Изначально, я хотела вытащить ее отсюда, показав непригодность.       - Ты очень любишь свою сестру, так печешься о ней, - сказал Умбра бесцветным голосом. – Не переживай, когда она умрет, все закончится. И если ты не хочешь сильнее переживать из-за потери, прекрати бесполезные попытки спасти ее…       Иэль сжала руку в кулак и ударила его по лицу.       - Еще раз скажешь подобное, и я тебя убью, - ее красные глаза налились гневом и ненавистью. Никто не посмеет даже высказать такие мысли о Эле при ней! Может ему все ясно, но Иэль свою жизнь поставит на кон, лишь бы вытащить отсюда лучницу. Вдруг что-то получится… и все же ее злость была вызвана тем, что она сама все еще не до конца верила в такую возможность. И эта фраза слишком похожа на ее мысли вчера ночью.       - Тише, тише… больше не скажу, - улыбнулся мальчик, вытирая кровь с разбитой губы. – Кстати, как ты обкорнала волосы? – перевел он тему.       - Нашла камень, разбила, наточила острую кромку и отрезала, - холодно ответила Иэль.       - Все-таки вы не простые путешественницы…       - И что? Доложишь на меня? – с вызовом спросила она.       - Сбежать отсюда невозможно.       - Интересно, кто тебе сказал, что я буду пытаться?       После завтрака начались тренировки. Сперва они наворачивали круги вокруг лагеря, пробегая, по меньшей мере, семь или десять километров, затем она перешли в теплый огромный зал, выполняли различные упражнения. Эля привыкла к подобным нагрузкам, однако недосыпы и плохой завтрак сделали свое дело. И вместо того, чтобы притворяться слабой, она, действительно, почувствовала усталость. К тому же спину пронзала боль при каждом повороте или наклоне.       И все же ей приходилось продолжать. Те, кто не выполнял, получали чувствительные удары. Если они падали без сил, то их забивали на земле и там оставляли. Так во время тренировки погибло еще два или три человека.       «Если они хотят получить, действительно, качественных бойцов, то нужно правильно нормировать тренировки, отдых и еду. Но…в таких условиях выживут разве что люди, которые уже имеют военный опыт, или те, кто от рождения имеют талант. Монстры какие-нибудь…» - рассуждала девушка. «Нет, им именно монстры и нужным, без чувств, без страха смерти, только желание убивать».       Затем они переходили на силовые упражнения и так до обеда. На этот раз в столовой была только подростки, то есть примерно люди ее возраста. Они быстро ели (еда была просто отвратительна) и снова выходили на улицу продолжать тренировки. Эля, как могла, пыталась сделать вид, что ей тяжело. Но после еды и утреннего разогрева само тело просило делать упражнения в полную силу. Затем снова бег на десять километров вокруг лагеря. И перерыв.       Во время отдыха Элия пошла вместе с основной толпой к какой-то огромной доске с большим листком. На нем были вывешены сегодняшние бои. Эванс прошлась по нему глазами и остановилась на последней паре. Иэль Кармен против Сероцвета.       «Не может быть», - у Эли закружилась голова. Она не ожидала, что бой будет настолько скоро. И до него остался лишь час! Девушка попыталась найти глазами Иэль. Среди толпы девочки не обнаружилось.       «Что делать?!» - лихорадочно думала она.       - Похоже, твоей младшей сестре выставили бой, - обратился к ней парень, который вчера ночью рассказывал ей о лагере. – Пойдешь смотреть?       - Я… не… знаю… - с длинными паузами сказала Эля, пытаясь собрать мысли в кучу. Что ей делать? Как поступить? Иэль не видно, и она даже не может с ней поговорить. Янтарь вроде бы сейчас занят, так что Эванс сейчас совсем одна… До боя остался еще один час. Один час.       - Если решишь, лучше не опаздывай, - сказал он, широко ухмыляясь.       Эля кивнула и не спеша направилась в бараки. Здесь было пусто, мрачно и все также пыльно. Не зная, чем себя занять, девушка вышла наружу сделала неплохой веник из прутьев, обвязала его и подмела комнату, в которой они спали. Потом набрела на колодец с холодной водой. Идея пришла почти тут же, она набрала воды в ржавый таз, который нашла на чердаке, сорвала белые цветы, которые обнаружила, пока бегала вокруг лагеря, и заперлась наверху. Сняла всю одежду, мгновенно продрогнув от холода, и принялась ее стирать в холодной воде вместе с цветами и мылом, которое обнаружила здесь. Девушка старалась отвлекать себя на самые разные мелочи, обдумывая все постепенно, размусоливая каждую незначительную тему. Лишь бы не думать об этом месте, об Иэль и о том, что случится через час. Сколько этому тазу и мылу лет? Возможно, не меньше девяти, если они принадлежат деревне Снов. Наверное, это тоже когда-то был обычный дом до того, как его чуть не уничтожил элуит и до того, как он стал бараком для пленников.       Весь лагерь был буквально набит призраками прошедшего стихийного бедствия. Некоторые пни, торчавшие из-под снега, были такими, словно дерево разломали напополам. Попадались и огромные продольные борозды, тени от человеческих силуэтов, обожженные доски и другие вещи. Хорошо, что еще снегом припорошило. Раньше…здесь все было другим - стояла самая обычная деревня. Где-то за деревянным забором лагеря бушевала речка, которая раньше протекала возле нее, даря прохладу в летний зной и туман осенью. Теперь все иначе.       Эля с помощью магии высушила одежду и принюхалась к ней. Она пахла холодной свежестью и лавандой. Так намного лучше. Девушка нацепила ее, застегнула плащ и открыла чердак. Похоже, никто не заметил ее маленьких проделок. В любом случае, до парных боев пленники могли делать, что хотели в рамках правил лагеря. Девушка вылила воду. С перевязанной левой рукой она чувствовала себя более спокойно. Эля видела пару людей со следами от наимэтэ, но они тоже старались спрятать их. Эванс поежилась: «До чего же холодно». В бараке, где они спали, было теплее, чем на улице. Поэтому она вернулась туда, села в углу, прикрыла глаза. Вдруг прозвенели колокола со сторожевых башен.       Начинались бои.       Оказывается, лучница незаметно для себя уснула. Она вскочила с места, выбежала на улицу и побежала туда, где собиралась толпа.