Как карта ляжет

Дорога к новому месту работы превращалась для меня в забавный, но довольно утомительный квест. Я так и не мог понять, какое здесь и сейчас время года. И дня. Больше всего теперь было похоже на летний полдень - солнце палило нещадно, жара донимала. Куртку я свернул тугим рулетом и запихнул в рюкзак, остался в одной футболке, но ручейки пота всё равно ползли по спине. А ещё выяснилось, что мои ботинки хороши для прогулок по городу, но не для марш-броска по пересечённой местности, и я слегка позавидовал пацану с лягушкой, которому достались кроссовки-скороходы. Навигатор уныло бубнил: "Прямо, прямо, прямо". Я убрал в рюкзак и смартфон - понял, что заблудиться в этом лесу нереально. Услышав (точнее, как-то смутно угадав) справа от себя лёгкие шаги, я повернул голову, чтобы посмотреть, кто меня пытается догнать. Увидел невысокую девушку с короткой стрижкой в пёстром платьице и плотных белых колготках. Обувь её ещё менее моей подходила для того, чтобы шастать по лесу, но она так красиво и уверенно вышагивала в своих ботильонах на высоченных каблучищах, что я засмотрелся. Не то чтобы меня привлекли её стройные ноги и чуть полноватые бедра, вокруг которых колыхался широкий подол, - вовсе нет. Просто интересно стало, как это у неё получается двигаться так ровно и ладно. Возникло ощущение, будто она не всё время ступает по земле, а иногда чуть-чуть подлётывает. Девушка заметила, что я её разглядываю. На два шага меня опередив, решительно развернулась и встала на пути. Взглянув в её лицо, я отметил, что она могла бы оказаться сестричкой трёх чудаков с волшебными вещами - глаза у неё, как и у них, были большие и по-птичьи круглые. Только вот у тех мужичков носы были как носы, а у этой любительницы лесных прогулок на каблуках - крючковатый, что придавало её милому в целом лицу несколько хищное выражение. - Добрый день, - растерянно выговорил я. - Меня зовут Ерё... Игорь. Чем могу быть полезен? - Мы знакомы, Ерёма, - фыркнула она. - Трудно узнать меня? Секрет тебе раскрою - я Софья! Я мысленно перебрал знакомых Сонь - все они выглядели иначе, да и вряд ли могли оказаться в этом странном месте. Или мы встретились недалеко отсюда и недавно? Софья - так, кажется, звали ручную сову Бабы-Яги... то есть, Евгении Константиновны. Но... этого же не может быть! - Может, может, - засмеялась Софья. И я смирился. Пора привыкать к чудесам, они неотъемлемая часть этого пока нового для меня мира. Да, я ещё не освоился здесь, и мне, наверное, долго многие моменты будут казаться странными. Но надо хотя бы из вежливости делать вид, что всё окружающее меня - нормально. Впрочем, там, где жил с рождения и до недавних пор, я разве не поступал практически так же? - Тебя Евгения Константиновна прислала? - попробовал догадаться я. - Пф! Почему именно она, будто я сама по себе ничего не стою? - покачавшись на каблуках, заявила Софья. Похоже, обиделась... - Просто спросил, - неловко начал оправдываться я. - Подумал - вдруг действительно что-то важное. - Может, и важное. Может, и нет. Для кого как. Она повернулась ко мне спиной и пошагала вперёд. Я, чуть помедлив, двинулся за ней. Тропа одна, никуда не денешься. - Ерёма, а тебе никакие девушки не нравятся? - со старательной небрежностью она словно бросила свой вопрос назад, через плечо. - Или... не нравятся только те, которые совы? Заигрывала она со мной, что ли? Истории о девчонках, безнадёжно влюблённых в красавчиков-геев, время от времени попадались мне в интернете, но я считал их фантазиями юных авторш. Тем более, не мог предполагать, что со мной произойдёт подобное. Ну, не тяну я на предмет девичьих грёз: внешность у меня обыкновенная, зарплата в школе маленькая, жизнь скучная. Сейчас, правда, всё вокруг меня очень сильно поменялось. Но сам я остался прежним! Вероятно, Софья испытывает ко мне любопытство как к новичку в привычном для неё сказочном мире и обычную человеческую симпатию, а вовсе не померещившееся мне романтическое влечение. - Ничего не имею против девушек, - я постарался вложить в интонацию побольше доброжелательности, чтобы Софья не подумала, будто я иронизирую. - И против сов тоже. - То есть мы могли бы подружиться? - Наверное. Слова о дружбе меня успокоили, но лишь отчасти. Когда это мне в последний раз открытым текстом дружить предлагали - в старшей группе детского сада? Кажется, то, что она сова, в ней не самое странное. - Ерёма, если у тебя есть вопросы, ты задавай их, не стесняйся, - предложила она, словно хвастая собственной эрудицией. - Да вроде... пока никаких, - растерялся я. О чём спрашивать - об устройстве этого неведомого для меня мира? Вряд ли лесная дорожка - подходящее место для научных бесед. Да и юная Софья, несмотря на сложившееся убеждение о сове - символе мудрости, совсем не походила на эксперта в географии, истории и политике. Лучше доберусь потом до библиотеки - должна же она быть в "Радостном". Пожалуй, мне могли бы пригодиться чьи-либо познания в области местных сплетен. Жаль, что у меня нет здесь знакомой сороки-оборотня. Впрочем, возможно, и Софья могла бы предоставить такого плана информацию, но... Потом, всё потом! Мне хотелось скорее добраться до санатория, получить ключи от обещанной мне комнаты, смыть пот и дорожную пыль под теплым душем и растянуться, наконец, на мягком матрасе и чистых простынях. Вот после продолжительного сна и (если повезёт!) плотного завтрака я готов буду к подвигам и разговорам. И тогда, конечно, поинтересуюсь у компетентных лиц - а зачем, собственно, среди персонала санатория учитель труда? Кружок "Очумелые ручки" вести для заслуженно отдыхающих бабушек и дедушек? На самом деле задавать вопросы Софье не решался я не оттого, что не был любопытен от природы. Пожалуй, я боялся этих новых знаний. Опасался, что информация хлынет в мой неподготовленный мозг бурным потоком, и я сойду с ума, не выдержав напора. Или же всё это исказит донельзя мою привычную картину мира, и я испытаю горькое разочарование от несбывшихся надежд. Я, конечно, и так его испытаю, но пусть это случится, когда уже буду чистым и отдохнувшим. Впрочем, смогу ли я спокойно уснуть, не буду ли вертеться на постели, переживая за Арчи? Я же понятия не имел, куда он отправился, не грозит ли ему опасность, скоро ли он вернётся. И каким будет его ко мне отношение, когда мы снова встретимся, я тоже не ведал. Придумал себе какую-то искру, вспыхнувшую между нами, а ничего такого и нет. То, что показалось мне заботой и заинтересованностью с его стороны, - знаки вежливости, не более. - Ты хотел бы больше узнать об Арчи, да? - спросила Софья, словно догадалась о моих мыслях. - Нет! - решительно выпалил я. Обойдусь без излишней информации. Начнём общаться, так и станем узнавать друг о друге постепенно, день за днём. Не выйдет близких отношений, останутся лишь официально-деловые? Тогда тем более не нужны слухи и сплетни. - Ты ведь ничегошеньки о нём не знаешь, - проворковала Софья. - Даже о том, куда и зачем он отправился, не предполагаешь. - Куда - мне без разницы, - я пожал плечами. - Всё равно географии здешней не изучал. А зачем - кажется, догадываюсь. Каюсь - заглянул краем глаза в его телефон и кое-что увидел. Арчи спешил... спасать кота, да? Не вижу в этом ничего плохого, заботиться о наших четвероногих братьях - благородное дело. - Я тебе, Ерёма, секрет открою: это такой же кот, как я сова, - хмыкнула Софья. - А что касается Арчи, так подумай сам. Если кто-то в один момент на служебной машине срывается с места на каждый жалобный писк своего бывшего... такой ли уж это бывший на самом деле? - Ничего себе, - выдохнул я. - Не думал об этом. Если честно, я поначалу Арчи к шофёру приревновал. - К Гошке? - рассмеялась Софья. - Забудь, этот чертяка лезет ко всем без разбора. Пол, возраст и должность его не волнуют. Но он не опасен. А вот Баюн... - Кто? - не понял я. - Да кошак этот. Стоит ему мяукнуть о своих проблемах, как твой Арчи бросает свои дела и летит в Лукоморье. - Вовсе он не мой, - буркнул я. - А далеко Лукоморье отсюда? - О, начались вопросы! - обрадовалась Софья. - Запереживал, забеспокоился - уже хорошо. Только... не надо тебе туда. Не сейчас. - И не собирался, - я слегка покривил душой. Первой мыслью было - оседлать какого-нибудь Сивку-Бурку и рвануть в это Лукоморье. - Пожалуй, я тебе ещё один секрет открою, - сообщила Софья. - Ты думал, наверное, что ты Арчи понравился или что он тебе помочь решил по доброте душевной? - Ну... скорее, второе, чем первое. - А вот и нет! Ни любви, ни доброты от него ты не дождешься. Арчи тебя сюда затащил, чтобы использовать - вот и всё. - Не знаю, чем я могу ему быть полезен, - засомневался я. - А твой дар! - воскликнула Софья. - Только это ему и нужно, ничего больше. Опять этот дар! Арчи ведь упоминал о нём, а я не придал значения. - Да что за дар такой, о котором сам я не знаю? - заинтересовался я. - И вообще... дар - в смысле то, что подарено, то есть предмет какой-то? Или это... ну, талант, что ли? - Вот об этом я как раз не знаю. Мы, совы, конечно, мудрые, но и мы далеко не всё понимаем. Евгения Константиновна сказала: у Ерёмы есть дар, и всё. Без подробностей. А если вдруг окажется, что ошибка это, и дара у тебя нет, то ты нашему Арчи не будешь нужен, и он выкинет тебя отсюда без сожаления. Я задумался. Выкинет, значит... И куда я денусь? Не на пустом месте возникло у меня ощущение, что назад мне дороги нет. Здешние сказочные реалии и мой долгий непрекращающийся путь - всё это вызывало стойкие ассоциации с прочитанными когда-то толкованиями древних мифов о посмертном путешествии души. То есть, мысль о том, что я, скорее всего, умер в поезде или даже не сев ещё в вагон, время от времени проскакивала, я успел с ней свыкнуться и с этим фактом смириться. Обратно и не хотелось. Здесь, несмотря на странности бытия, имелась обещанная самим Арчи и подтверждённая Евгенией Константиновной определённость. И вдруг всё пропадёт, ничего не будет только потому, что у меня не обнаружат этого дурацкого дара? Верил, надеялся - и тут такое глобальное разочарование... Так... а с чего я решил, будто девчонка-сова говорит мне чистую правду? Почему я должен верить ей, а не Арчи? Вот вернётся он - спрошу и про Баюна, и про мой дар, и про всё остальное...